Повезло ей, повезло...

   Екатерина Афанасьевна вздрогнула, когда зазвонил телефон. Ночь. Тревога царапнула.
Заволновалась, не найдя трубку на привычном месте. А телефон звонил.
— Да вот же он, на зарядке!
"Номер не определен"… — прочла на дисплее. Встрепенулась и быстро нажала кнопку.
— Добрый вечер! Володю можно?
— Доченька! Да, конечно.

***

   Влади и Аня долго переговаривались, хотя уже стрелки переместились за полночь.
Он то говорил, то замолкал, слушая.
Изредка смеялся, о чем-то переспрашивал.
Взглянув на часы, Катерина отметила: тридцать пять минут болтают.
Да и то, из какой дали-дальней звонит. Хотя... У Ани день в разгаре.
— Вышла книга, вышла. Пришлю, обязательно. Адрес нынешний сбрось. Как Алекс на новой работе?..
— Ну, голова у него светлая, к тому же язык взял. Молодец. Молодец...
— А что детвора?

Катерина не прислушивалась, но обрывки фраз доносились до нее.

***

— Привет тебе! — Владимир улыбался, кладя телефон. — При-вет!
— Что там? Что так поздно-то?
— Да так, ничего особенного. Видать, поговорить хотела.
Он ничего не добавил к сказанному, она не расспрашивала, продолжая держать книгу в руках.

   Он усмехнулся.
— А знаешь, что еще? Не угадаешь! Спрашивала, как я капусту квашу. Понравилась, говорит, когда у нас были. Иван просит такую же сделать. Вот и уточняла, что да сколько.
   Хотела приготовить, еще когда вернулись, да не попадалась ей капуста вилком крепким. Говорит, мол, нашла сегодня, в супере у корейцев. Ну, представляешь? Своей нет у них что ли? Мясо — хоть завались. Странно! Видно, не выгодно овощи выращивать там...
— Я еще и на мейл рецепт скинул. Вдруг до следующего раза забудет... Девичья память!
Жена молчала, Володя вышел из комнаты, к своему компу.

***

   Катерина, оставшись одна, разулыбалась.
Вот скажи кому: дочь, а звонила не ей — отчиму, свои разговоры у них.
А и хорошо! Старшая, за сорок пошло, а нужен отец. Нужен девчонкам отец. Пусть даже отчим.
   Хотя Володька — душа добрая. Мужик вообще-то не хлипкого характера, строг бывает. Впрочем, не только к другим — к себе еще требовательнее.
Судьбу свою нес, не прогибаясь. Всяко пришлось. Но если смолоду человек, то и в свои немалые годы — человек.
   Вот ведь и барышни, те еще звездочки, а приняли его за своего. А она все переживала, как оно будет? Сойдутся ли между собой? Поладят ли?
Отец нужен им, хотя сами своими семьями давно живут.
    Нет Миши... Без малого двадцать лет минуло... Ой-ой... и дедом едва-едва успел стать. Прикидывал: "Ванечка подрастет — будем вместе на футбол ходить". Вот бы теперь радовался, какая большая семья. Внук действительно футболом так увлекся, что и в клубной команде, и за школу, и за университет теперь играет. Хороший парень!

... Эх, Миша... говорил: "Вот когда пойду на пенсию, внуками буду заниматься. Сколько же их у нас будет, а мать?"

   Повезло ей тогда с мужем: первая любовь — и замуж. Сирота. Родители его умерли друг за другом, а ему всего-то восемнадцать.
Однако отвадить парня подружки надумали: "Ну чего тебе за него идти? К тому же зеленый совсем, пацан, да и ростом не вышел. Ну не пьет, не курит. И всего-то. Куда тебе торопиться? Встретишь другого, получше!"
А ей никакого другого и не нужно было — только бы он рядом. Прикипели друг к другу. Через два года свадьбу отгуляли.
   Ох, Оксанка! Сама замужем была, подшучивала: "Иди-иди! Без свекрови жить — вот удача".

***

   А ведь и верно: повезло ей! Михаил мужем добрым оказался, в семье на своем месте. Институт заочно закончил. Карьера удачно складывалась — да и как мужику башковитому не делать свою судьбу самому?
   Благодаря ему полстраны объездили, Набережные Челны, Нижневартовск — не всякий похвастается такими записями в трудовой книжке.
Мир посмотрели, себя показали, двоих дочек родили и домой вернулись — родители в годах, одни....
   А вскоре и младшей внучкой одарили, да еще в честь бабушки называли.

***

   Сколько лет промелькнуло — не заметила. Счастливой себя чувствовала. Уже и дочь старшую замуж выдали, а жили, как молодые, друг без дружки ни дня.
Цветы Миша дарил часто, без повода — от души. Подарушки, сюрпризы, стихи ей, записочки в букетиках, написанные его красивым «чертежным» почерком. Всё это было в её жизни.
   Завидовали соседки: "Повезло тебе, Катерина! Что муж, что дети...
Да еще и с твоими родителями ладит. Ни разу не слышали от него слова "теща".
   А что? Так и было: мои родители его сыном называли, он к ним "батянька" — и обоймет, да "мамочка" — и поцелует её.
   Вот ведь, в последний день февральская вьюга мела, поземка крутилась, а он к ее родителям сходил. Мама после вспоминала, как гирьки на часах подтянул, горелки на плите прочистил и проволочку повесил на гвоздик — мол, пригодится еще.
   Загостился Миша в тот вечер, долго разговаривали: "Видно, прощался. Чувствовал что-то..." — вздыхал мама, сокрушаясь.

   И никто из нас не думал, что это был его последний день жизни.
В один час, всего один час, который изменил всё.
Инфаркт — Миша рухнул на пол. Она видела, но не могла его удержать.
   "Поднимите меня... поднимите..." — повторял слабеющим голосом.

… Врач "скорой", который уже несколько раз бывал у них на вызове и спасал жизнь — жизнь Миши, в тот вечер не мог остановить смерть.
И мы, вся семья, рядом, но бессильные спасти.
   Час, один час — много или мало?
Час между жизнью и смертью — и его золки без отца, а она — вдова...
   Как жить?

***

   Говорят, пришла беда...
Прошел год, Катерина возвращалась домой вечером, улица темная, не освещенная. Упала в открытый люк. Перелом шейки бедра. Вспомнила Лилю Юрьевну. Только ей нельзя так: как же дети?
   Помогли друзья мужа — и за операцию договорились, и оплатили все. Стыдно было помощь принимать, но по-человечески они, конечно, правы.
   Отболев, Катерина наготовила пельменей, сварила большую кастрюлю борща, испекла свой домашний хлеб — всё, что Миша любил, и позвала его друзей в гости.

   Годы...
Некоторых из тех, кто сидел тогда за столом, уже нет. Память осталась. Благодарность и боль.

***

Друзья всегда были с ними. Снова-таки повезло: своей родни никого, кроме родителей, а вот друзья всегда у них были. Надежные.
Как же без них, дорогих и близких?!
 
***

— И зятья у меня — грех жаловаться. Хорошо в своей семье дочкам — так мне во сто раз лучше да радостнее, спокойнее.
— Везёт бабам в вашем роде на хороших мужиков. — не раз говорила Тамара. Подруга. Со школьных лет так и дружили — не разлей вода.
"Мы с Тамарой ходим парой!" — все подкалывал их Сашка. Записочки на серпантине писал, дружить звал. Где-то он теперь? Жив ли?

***

   Да, дружить они умели. Что родители, что барышни: друзей не меняют.
А, может, и правда, везет ей на добрых людей? Добрый — не от слова "доброта", а хороший, надежный, значит. В Украине так и говорят: "Серед добрих людей".

***

   Муж сидел, склонившись над клавиатурой, и быстро печатал, стараясь не упустить мысль.
Катерина Афанасьевна неслышно подъехала к нему и обняла за плечи.
— Хороший мой... Спасибо.
Он рывком обернулся, его все еще голубые глаза искрились радостью.
— Ты — моя хорошая. Я тебя люблю…