Жизнь продолжается Часть 1

Жаркое и необычное для северных широт грозовое лето шестидесятого года, осталось позади для жителей карельской деревушки Соностров. Трагические события в семье Никандровых, связанные со смертью Анисьи – жены Фёдора, потрясли не только детей и самого Фёдора, но и всех деревенских жителей одноимённого острова в Белом море. Похороны Анисьи были организованы местной властью и хоронили мать многодетного семейства всей деревней. Фёдора признали в смерти жены невиновным, а в ходе расследования причины смерти было установлено, что Анисья покончила жизнь самоубийством, использовав огнестрельное оружие – охотничье ружьё своего мужа. Глава семейства Никандровых вернулся из райцентра в свою деревню после расследования происшествия. Вернувшись домой, Фёдор жил некоторое время вместе с детьми, а перед выходом в море перебрался со своими пожитками к его любимой женщине – Евдокии.

Cлухи о связи Фёдора и Евдокии разлетелесь по деревне сразу же, как тело Анисьи отвезли в район на экспертизу. Уже с утра следущего дня Зинаида, придя в магазин, растрещала эту новость первой же покупательнице – Зойке Вороновой, жене председателя сельсовета. А там, конечно же, всё пошло и поехало… Узнали все, кто только побывал в этот день в магазине. Но самих влюблённых эта молва уже не тревожила. Фёдор и Евдокия были готовы ко всему, даже к плевкам в лицо.
Старшие сыновья, узнав в письмах от Гали всю историю об отце и Дусе, не осудили отца за такой поступок. Они знали от многих в деревне, что отец тайно любил Евдокию все эти годы.
Справив похороны жены и, проводив после них старших сыновей, Витьку – в Петрозаводск, а Алексея – дослуживать в армию, Фёдор засобирался со своей бригадой рыбаков в море. Жизнь продолжалась, надо было кормить семью и заботиться о её благополучии.

Приближалась своенравная осень с её моросящими и унылыми дождями. Обычно сентябрьское штормовое море было порой немилостиво к рыбакам, но тогда шла хорошо осенняя сельдь, и рыбаки всегда радовались богатому улову.
Гриша Леппянен вышел в море судовым механиком ещё в июле, сразу, как закончился его отпуск. В это время рыбаки занимались отловом горбуши.
А когда были похороны Анисьи, Гришка появился в деревне только на три дня, чтобы помочь во всех хлопотах Гале – его невесте, с которой он уже жил в доме Никандровых вместе с остальными детьми Фёдора. Уйти в море вместе с рыбаками в бригаду по разделке рыбы, Гале не удалось. Она осталась дома, поскольку на её плечи легла забота о хозяйстве и младших братьях и сёстрах, пока власти не определились с решением о размещении всех ребят школьного возраста в интернат. Младшую сестру – Танюшку, Галя пожелала оставить у себя, мол, её она с Гришкой может и сама воспитать, если отец не сможет девочку забрать к себе.

Дело о размещении детей Фёдора в интернат в исполкоме пришлось рассматривать по-срочному, потому как август уже начался, и школьный год был на подходе. Остальных деревенских детей старшего школьного возраста тоже определили в интернат, поскольку в деревенской школе оставили только с первый по седьмой классы.
Фёдор не хотел, чтобы младших детей определили в интернат, но власти сочли необходимым разместить детей туда ввиду того, что Фёдор является бригадиром рыболовецкой бригады и почти всё время, кроме зимы, находится в море. Вопрос о младшей дочери пока остался открытым… Документы о размещении детей в интернат из района ещё не пришли, а выходить в море нужно было уже через три дня после похорон Анисьи. Фёдор нервничал, ждал решения властей, но бумаги пришли только к концу августа. Фёдор был уже тогда в море.

За все полученные бумаги расписалась сама Галя, а вскрыв пакет, прочитала, что все дети школьного возраста распределены в Чупинский интернат. В документах известили, что за детьми 29 августа приедет один из уполномоченных исполкома при роно. В тех же бумагах было официальное предупреждение, что дети должны быть готовы по приезду уполномоченного к отправке на материк. О судьбе самой младшей сестры в документах ничего не сообщалось. Галя долго смотрела в окно и с грустью положила пакет с документами на стол. Вся ребятня была на улице, только мальчишки играли в футбол у школы, где собрались деревенские пацаны.
 
О судьбе ребят Никандровых уже после похорон матери шли всякие разговоры в деревне… Кто-то предполагал, что детей Фёдору не оставят вообще, кто-то думал, что ребят отвезут в интернат, а кто-то из деревенских хотел, чтобы все дети остались с Фёдором. Бабы, конечно же, судачили о том, что даже Евдокия была согласная принять всю ватагу детей Феди в свой дом. Она однажды в магазине обмолвилась Зинке:
- Ну, подумаешь, шестеро ребят, я всегда хотела большую семью, ничего, вырастут, не хуже, чем у других людей!
Зинка, знамо дело, только поддакивала Евдокии, а после закрытия магазина, растрещала эту новость соседке Александре Койгеровой:
- Надо же, погляди ты, Шура, Анисью только похоронили, а она уже и детей хочет к себе перетащить! Мало, что ли, Дуське одного мужика, так и ребят зацапать хочет под своё командование!
Александра на эти Зинкины слова отреагировала по-своему, сердито высказав ей в разговоре:
- Да будет тебе, Зинка, уймись уже! Все мы бабы одного сорта, всем хочется создать семью, да, чтоб мужик был не какой-нибудь пройдоха или пьяница, а любил, да уважал свою бабу! А с Анисьей у него не получилось жить, так пусть хоть с Дуськой счастье познает! И ребят, если им оставят, вырастят не хуже, чем ты своих! Силёнки-то есть на это, не старые ведь ещё!
Зинка не поддержала Александру в этом вопросе, уж больно она была раздосадована, что Фёдор связался с Дуськой, а из-за этого и Анисья погибла так трагически.