Натовские бомбы ненависть плодят

Правитель Ливии - Каддафи, страдалец, мученик, или герой?
Своим трудом, служением Родине, он превратил  пустыню в рай земной,
Он жил в достатке, и жить давал другим, богатство с миром поровну делил,
И многих научил, как нужно относиться к людям,
Богатства недр земных, бесценные дары, делил на всех, от мала до велика.
Он призывал, увещевал народ, в час страшных испытаний,
Людьми остаться в неистовой толпе, к народной мудрости взывал,
Но разум, потеряв от вида крови, звериный лик явили люди.
Ливийцы, так чего ж вам не хватало? ведь хлеба досыта  правительство давало,
Вина, свободы, зрелищ было мало? Теперь у вас всего в избытке, только правителя народного не стало. И рай земной в руины превратился, и совесть у народа болью застонала, очнулись люди будто бы от морока.
Затрепетали в страхе люди, в предчувствии  беды.
Ведь эти люди, толпа, кровавую расправу учинили, жён, матерей, детей не пощадили. А с неба бомбы падали дождём, и кровью заливали города и сёла.
Безумие толпы  неистовой, никто, даже Аллах остановить не в силах. И сытый мир безумием объятый, крушит и разрушает всё вокруг, очнутся, оглянутся, люди вдруг, и  станет ясно- не Каддафи  виноват, а народ, в ком чувства стадные в толпе сильнее разума. Но дело сделано и Карфаген разрушен.
И  в ступоре страна проснулась на заре, и,  оглянувшись, вдруг увидела: в руины превратились города, разграблена богатая страна. Встаёт кровавая над Ливией заря, и призрак окровавленный бессменного правителя, с немым укором взирает на народ, и вопрошает с горечью, оттуда, свой народ:
Чего, вам  в этой жизни не хватало,  что так сердца   ожесточило?
Что превратило вас, в толпу озлобленную, за что меня на части рвали, почему? В чем  правда, Господи твоя, за что возненавидели меня?
Про стыд, про Бога позабыли, и в сатанинский шабаш превратили,
и тысячи людей, невинных загубили. Как страшный сон хотелось всё забыть,
и как в кино, обратно ленту прокрутить. Но дело сделано, страна в руинах.
Не Муаммар Каддафи, а народ ливийский в роли Иова, и нет уже правителя такого,  никто ливийскому народу на помощь не придёт, хлебами не насытит,
ни удочкой, ни рыбой не спасёт. Теперь ливийцам не до жиру, быть бы живу.
И с ужасом ливийцы будут вспоминать про  демократию, и про людей, которые в погоне за мистической свободой, в руины превратили всю страну, и ввергли всех ливийцев в нищету. Воистину, от тучных лет взбесившееся стадо, в безумном гневе растоптавшее правителя, прямой дорогой мчится в пропасть, в Ад. Теперь никто их не спасёт, погибнет обезумевший народ. Исчезнет рай земной, богатая страна, Джамахирия- Ливия, и Моисей - Каддафи  который 40 лет водил народ в пустыне, водил, учил, но  вывел не туда. Заплутали  люди, в поисках свободы, теперь уже, наверно, навсегда.

     « Лучше умереть стоя,
     Чем жить на коленях»
         Долорес Ибаррури.

Та война закончилась в Берлине,
Та Страшная,  Великая Война.
И всем казалась, что отныне,
И Бабий яр уже не мыслим,
И лагеря: Дахау и Освенцим…

Но болен мир, сплошная рана,
Опять в пустынях Ливии  война.
Над Триполи зависли самолёты,
И бомбами вгоняют в нищету,
Ещё одну арабскую страну.

Летят на землю бомбы, пули,
Убивают всё живое, не щадят,
Ни детей, ни женщин, ни солдат.
И страшный ветер  войны и беды,
Раскачивает ветки  Палестины.

А бомбы, падая на землю Ливии,
Осколками срезают всё подряд.
По свету разлетаются подранки,
И рикошетом ненависть плодят.
Она настигнет натовских вояк.

Вот и настигла Европу и Натовцев волна беженцев,
тех самых подранков, которых расплодили по всему
миру Натовские бомбардировки. И никакие подачки
и пакеты с гуманитарной помощью не спасут Европу
от ненависти миллионов людей ставших изгоями,
вмиг потерявших ВСЁ:Родину, дом, родных и близких...
Посеявшие ветер - пожинают бурю