Рейдерский захват

Написано на конкурс Даилды Летодиани  «Воровайка: ты украл, у тебя украли, поймали, не поймали». http://proza.ru/2021/02/22/1891

Если верить истории, то размах рейдерства у нас в России возник в начале XXI века, с 2002 года. Рейдерство от английского (raid) набег, захват. Явление это коснулось института, в котором я работаю уже сорок лет. Начало института было заложено в 1937 году. При мне сменилось семь директоров.

Я считаю, что акционирование нашего предприятия в 1993 году — это первая волна захвата. В 2008 году — третья волна, когда ОАО превращается в ЗАО. А где же вторая? Она пришлась на годы правления директора Прохоренко Веры Дмитриевны (1994-2006 годы).
 
Вера Дмитриевна пришла в наш институт сразу после школы. Она заочно училась, по мере продвижения мужа по служебной лестнице, продвигалась и Вера Дмитриевна: техник, инженер, старший инженер, руководитель группы, начальник отдела. Когда муж стал хозяином города, Вера Дмитриевна стала директором института. Пенсионеры и некоторые акционеры нашего института из-за недостатка денег продавали свои акции, Вера Дмитриевна активно их скупала. И вдруг мы узнаем, что в 2006 году, наше пятиэтажное здание института отдается в аренду с последующим выкупом - скрытая форма захвата. Обнаружилось это случайно. Коллектив будоражило, разные ходили слухи и домыслы. Образовалась инициативная группа, возглавила ее Синицына Мира Николаевна, у нее был большой пакет акций и была она одним из кандидатов на пост директора института.

Вот, что я писала в то время в своем дневнике.
19 декабря 2006 год, вторник.
Завтра вновь собрание акционеров, очередные выборы директора, а воз и ныне там, Прохоренко на месте директора - глыба, которую ни в силах сдвинуть.
Все делаю как надо, видит бог. Работаю и мельтишу по дому, но почему ж покоя не дает то поле, созданное Вами. Зачем озлобили людей? И подорвали их здоровье. Какую цель, преследуете ВЫ, столкнув всех лбами. Я судить Вас не берусь. Рассудит Время нас. И одного лишь я прошу, оставить институт наш в силе.

Конец года. Целый год мы старались  сдержать натиск Прохоренко, не дать ей продать наше здание. Нелегко нам было. В стране анархия, беспредел позволили многим присвоить бывшую соцсобственность, набить кошельки. Коррупция во всех сферах нашей деятельности. Лишними людьми оказываются люди, подобные Мире Николаевне. По-человечески ее жаль. Но любой результат-это результат, который не проходит бесследно. И дай ей силы выстоять, всем нам не озлобиться, не уподобиться Вере Дмитриевне, которая открыто объявила войну. Она вела борьбу против инакомыслящих. Я на себе ощутила, каково было Мире Николаевне больше года выдерживать преследование, унижающее человеческое достоинство. На меня, члена совета ветеранов, после 31 года отданных нашему институту, пишут рапорт, составляют акт за 3-х минутное нахождение в комнате нашего профкома, а затем и вовсе абсурдную беседу проводит со мной, вновь принятый на работу, юрист. Он мне заявляет, что отныне, идя в туалет, библиотеку, архив, я обязана ставить в известность начальника отдела, находящегося в соседнем кабинете. Беседа проходит на повышенной интонации с некорректными выражениями. Мной это воспринято как попытка запугать. Угрозу своего увольнения я услышала из уст Веры Дмитриевны 2-го ноября, на следующий день после нашего собрания.
 
Собрание избрало директором Миру Николаевну, но не тут-то было. При помощи Амона Вера Дмитриевна штурмует кабинет директора. Я пытаюсь призвать органы печати, телевидения, но они отказываются, так как Прохоренко (он и она) являются и там учредителями. Им удается сместить Миру Николаевну (против лома нет приема) и посадить в кресло директора бывшего главного архитектора города — Омельченко Валерия Григорьевича. Два верхних этажа института оказались в собственности Прохоренко Веры Дмитриевны. Людей уплотнили в комнатах. Девять лет на этих этажах пусто, «ветер гуляет». Всех акционеров подвели к тому, что они добровольно за копейки продали свои акции и стали наемными работниками. ПИК Москва стала «править балом».

Искусственно внедряемые в сознание медиасредствами мерзкие чувства, делают свою работу и днём и ночью, постепенно разрушая психику человека, его нравственные устои. Они, как бациллы чумы, поражают множество людей, которые в свою очередь заражают других. Нравственная болезнь распространяется всё шире и шире, со временем заражая сам воздух нашей страны
 
Новый 2015 год — решающий захват. Сразу после Нового года объявляют, счета института арестованы за долги, мы вынуждены обращаться к мировым судьям за получением задолженности по зарплате. Очень тонко и профессионально сотрудников переманивают в другую фирму, кабы не сокращать. Сотрудники «по собственному» вынуждены уволиться и написать заявление о принятие на работу в московскую фирму Европроект. Новому  московскому руководству не нужны старые кадры, полная смена поколений. Вновь пришедший не будет противостоять, удобно с ним работать и проводить свою политику.  Традиции, накопленный опыт, ни с чем несравнимый багаж  - 78 лет деятельности проектного коллектива разом и вдруг оборвали. В городе институт считали сильным и профессиональным в области проектирования. Все это в один миг разрушили, уничтожили.

Жизнь не останавливается, через время появятся ростки будущего. Хочется верить, что Москва не оставит наш город без проектировщиков.