Жизнь продолжается Часть 11

Проводив Фёдора в море, Евдокия возвращалась с Танюшкой домой, но в душе с каким-то неясным предчувствием… Держа девочку за руку, она всю дорогу до калитки размышляла о приезде Марко в деревню. Он всё расчитал и ведь не взял Марию с собой… Он знал, что, если Дуся даст ему ”от ворот поворот”, ему легче будет это перенести одному, без жены. И без возможных упрёков с её стороны: ”Я же тебе говорила, зря ты туда собрался ехать, ведь прошло столько лет! Сын уже взрослый и поймёт ли он тебя так, как ты этого хочешь?!”
Марко, наверняка, предполагал, что, если Дуся даже и замужем, то с сыном, возможно, удалось бы встретиться и поговорить, если он ещё жил в деревне.
”А куда бы Гриша мог уехать, вряд ли он бы оставил свою мать одну, если она ещё не замужем?! Даже, если бы Гришка и был уже женат, он бы не уехал из деревни из-за матери”, - так бы подумал Марко, а Дуся, словно прочитала его мысли сейчас. Уж очень хорошо Дуся знала своего бывшего мужа и могла в точности предположить, как и о чём он мог думать, собираясь ехать сюда – в такую даль из другой страны.

Дойдя до калитки в своих размышлениях, она только здесь заметила, что Танюшкина рука всё ещё была в её руке. А девочка, увидев Боцмана, попыталась высвободить свою руку из руки Дуси и хотела побежать, чтобы самой открыть калитку во двор и погладить собаку. Дуся отпустила руку девчушки и только тут увидала, что к калитке со стороны магазина подходил Марко, неся в руках какой-то свёрток. Танюшка с радостным возгласом подбежала к Боцману, который повизгивал, встречая их, и вилял хвостом. Девочка осталась во дворе, а Дуся сказала, что скоро будет обед и она позовёт её кушать. Она напомнила, чтобы Танюшка никуда со двора не уходила. Марко подошёл к крыльцу и присел на ступеньки, спросив Танечку:
- Ну что, Танечка, конфеты-то любишь, небось? Иди-ка сюда, тут у меня в кулёчке кое-что есть для тебя. Возьми-ка вот эту, очень вкусная – я сам пробовал, очень понравилась!
Дуся, улыбаясь, сказала им на это:
- Ну уж сластёны! Вам не кажется, что сначала надо пообедать, а потом и за конфеты приниматься?!
Танюшка подошла к Марко и с любопытством заглянула в кулёк, заговорив с радостью:
- А я знаю, что вот эта конфетка вкусная, с орешками – ”Белочка” называется! Нам мама иногда покупала, когда папка разрешал.
Танюшка взяла одну конфетку и сказала, что она после обеда её съест, а то зубы ещё выпадут совсем, если много их кушать.
Дуся отворила дверь и пригласила Марко в дом:
- Ты, проходи, чего сидеть-то на крыльце?! Я сейчас обед накрою на стол, поедим, а то уже проголодались все.
- Да я-то, собственно, не проголодался ещё, у Липаевых пирогов с треской поел… Лида с утра напекла их, ждали, что к ним зайду в гости. Вы с Танюшкой-то кушайте, а я с Боцманом вот тут посижу, - несмело завозражал Марко.
- Ну, ещё чего выдумал, приехал ко мне, а по деревне будешь ходить обедать?! Не пойдёт такое дело, а ну-ка заходи, марш мыть руки и к столу садись! Танюшка, и ты давай следом за дядей Марко! Успеешь ещё с Боцей наиграться после обеда! - со строгостью в голосе сказала Дуся.

Марко с какой-то загадочностью посмотрел на Дусю и подумал про себя: ”Надо же, совсем ведь не изменилась – всё такая же, по-женски напористая и уверенная в себе, знает, чего хочет и, конечно же, наверняка, своего добивается, как когда-то в молодости!”
Он послушно встал со ступенек и вошёл вслед за Дусей в избу. Танюшка тоже прибежала без дополнительных замечаний и пошла, как и Дуся с Марко, мыть руки к умывальнику. Вскорости обед был подан на стол. Дуся достала из кухонного шкафа две стопочки и ”чекушку”, которую уже давно купил Фёдор, но так и не выпил её. Марко сел за стол рядом с Танюшкой. Дуся налила всем по тарелкам разогретые щи из курицы и села сама за стол. Посмотрев на Марко, она с улыбкой сказала ему:
- Ну, чего сидим-то, как на именинах?! Наливай уж, коли вчера пила, так и сегодня выпью за тебя, Марко!
Марко взял бутылку и налил водки по стопкам. Дуся, задержав тёплый взгляд на Марко, подняла стопку и тихо произнесла:
- Я так тебя ждала, столько лет… за тебя, будь всегда счастлив! И, конечно же, здоров!
У Марко почему-то пересохло в горле от этих её слов. Он взялся за стакан с морсом и отпил из него немного… Потом, пристально глядя на Дусю, опрокинул стопку и запил снова морсом, после чего сказал ей:
- Я всегда знал, что ты будешь долго ждать меня, Дусенька! Я был в этом уверен!
Танюшка, глядя на них по очереди и доедая свои щи, попросилась из-за стола, сказав, что уже наелась. Дуся поставила ещё перед девочкой стакан молока и сказала, что молоко нужно выпить с сухарём обязательно. Танюшка выпила молоко и, поблагодарив Дусю, спросила её:
- А теперь я могу идти погулять? Боца уже там заждался меня!
Дуся разрешила идти во двор, наказав девочке, чтобы она никуда со двора не отлучалась!

Танюшка выбежала из избы, а Марко положил свою руку на лежащую на столе руку Дуси и, смотря прямо ей в глаза, сказал медленно:
- Ох, Дусенька, знала бы ты, как я все эти годы о тебе думал! Снишься ты мне ночами… Ведь люблю я тебя до сих пор! Ну, не виноваты мы, что нас война так жестоко разлучила! Вижу я по твоим глазам, что и ты не смогла забыть нашу давнюю любовь…
Дуся, убрав свою руку из под руки Марко, с грустной нотой в голосе прервала его слова:
- Не надо, Марко, поздно уже… очень поздно ты приехал сюда… Ведь, если б ты приехал ко мне хотя бы этой весной… как знать, всё бы было по-другому. Не могу я теперь Федю прогнать. Вина на нас с ним лежит… за Анисью. Видит бог, не хотели мы этого, но так вот получилось! И дети, они же ни в чём не виноваты, что так вот лишились матери! Не загладить нам вину с Федей перед детьми! Да и любит он меня очень, души во мне не чает!
Марко снова взял руку Дуси и прижал её к своим губам, шепча ей:
- Дусенька, всё ещё можно исправить, ведь ты же с Фёдором ещё не расписалась! Одно твоё слово, всё брошу к чертям, приеду из Финляндии к тебе насовсем! Добьюсь, чтобы дали разрешение на въезд в страну! Да и Мария… знает о моей любви к тебе, я сам ей в этом признался, она простит меня.
Дуся отвела руку от губ Марко и, наклонив голову вниз, тихо произнесла:
- Не могу я, Марко, предать Федю, не могу… не проси меня об этом!
- Скажи мне, Дуся, ты действительно, любишь Фёдора? – встав со стула и, близко подойдя к Дусе, спросил Марко.
Дуся встала, повернулась лицом к нему и ответила уклончиво на его вопрос:
- Какая теперь разница, достаточно, что он любит меня всю свою жизнь?! Не мучай ты меня, Марко, этим вопросом… прошу тебя!
Дуся попыталась отойти в сторону, но Марко, всё ещё не веря в её слова, повернул её к себе, обнял в нежном порыве и крепко поцеловал её в губы. Дуся не оттолкнула его, но после поцелуя осторожно отстранила Марко и с тоской в голосе сказала:
- Не исправить уже ничего, Марко… очень поздно ты вернулся.
Марко сел в изнеможении на стул и, опустив голову вниз, проговорил:
- Прости меня, Дуся, моя это вина, что не вернулся с войны, как все мужики!
- Не стоит теперь уж об этом говорить, что сделано – то сделано! Слишком много лет между нами кануло, как в пропасть! – ответила Дуся и начала убирать посуду со стола.
- А Гришка приедет, наверно, завтра. Фёдор скажет ему обязательно. А вот с сыном у тебя будет сложный разговор, я это чувствую материнским сердцем, - продолжила Дуся, глядя на поникшего Марко.
Встав со стула, он подошёл к столу и ответил ей:
- Ну что ж, чему быть – того не миновать! Видно, и мне суждено нести свою вину перед тобой и сыном всю оставшуюся жизнь!

Марко вышел во двор покурить, сел на бревно около берёзы и почувствовал, как заныла от боли нога, на которую был надет протез. Он поморщился, достал из внутреннего кармана пиджака небольшую упаковку с таблетками, положил в рот одну и проглотил её без воды. Боцман и Танюшка радостно бегали около будки. Потом девчушка подбежала к Марко и села рядом. Марко обнял её и спросил:
- Ты конфетку-то съела уже?
Танюшка мотнула в знак согласия головой и спросила дядю Марко:
- Ты же был муж тёти Дуси, а как же теперь вы – снова поженитесь? Мой же папка не женатый ещё на тёте Дусе, только живёт здесь пока…
Марко засмеялся от детской наивности и совершенно серьёзно ответил Танюшке:
- Нет, Танечка, не поженимся мы снова… У меня ведь есть уже жена, только она не приехала пока со мной сюда. Она гостит у моих родных – в Чёрной Речке. А твой папка и тётя Дуся любят друг друга и могут ещё пожениться, если захотят!
Танечка заболтала ногами, сидя на бревне, вскочила с него и снова с любопытством спросила Марко:
- И Гришка с Галей тоже поженятся скоро? И они ведь любят друг друга!
- И они тоже поженятся, если любят друг друга! – ответил ей, смеясь, Марко.
Танюшка, от счастья напевая детскую песенку, побежала в дом к Евдокии, чтобы рассказать ей то, о чём только что сказал дядя Марко.
Марко посидел немного и вспомнил, что не отдал Дусе подарок – синий платок, что купил сегодня в магазине. Он поднялся и вошёл в дом. Танюшка взахлёб рассказывала, как Гришка и Галя поженятся скоро и, что они – влюблённая пара, как в кино, которое она смотрела летом с мамой в клубе.
Марко подошёл к плащу, что висел на вешалке, достал из кармана платок и подошёл к Дусе, сказав ей мягким голосом:
- Это тебе, Дусенька, возьми от меня на память, очень прошу тебя! Окажи мне честь!
Дуся посмотрела на Марко, улыбнулась и заметила ему:
- Есть у меня – точно такой же, Федя недавно купил. А этот… я положу в камод, может, позже когда пригодится… Спасибо, Марко!
Марко, жалуясь на боль в ноге, захотел уединиться и пошёл, чтобы прилечь немного на кровати в той комнате, где он провёл в размышлениях почти всю прошлую ночь.