Мат по русски

Окончила я школу в Новороссийске. Дала себе установку: учиться в институте буду в Ленинграде, а жить в Прибалтике.
 
Я — инженер по мостам и тоннелям  Лиепайской дистанции пути. Все новое и необычное. Жилье мне дали на хуторе. Двухэтажный дом на околотке на пять семей. Моя квартира на втором этаже, комната и кухня, все удобства во дворе. Мне показывают то, что относится к моей квартире. Отсеки для овощей, загоны для скота, участок земли. Бабушка в квартире напротив держит коз. Я какими-то жестами объясняю, что хочу покупать у нее молоко. В доме никто не знает русского языка.
 
Мой первый рабочий день, напротив меня сидит плановик. Зазвонил телефон, плановик берет трубку:“эз клаузен» , дальше звучит речь на латышском. Поговорил и вышел. Осталась я одна в кабинете. И вновь звонок. Беру трубку ...как попугай говорю;“эз клаузен» и тут же кладу. Входит главный инженер, спрашивает, кто брал трубку. - «Я»-робко отвечаю. Почему же вы не стали со мной говорить. Растерялась.
 
Меня приглашают на планерку. Сижу на ней и ничего не понимаю. Латышского языка я не знаю. И вдруг слышу отборный мат. Мат по русски. Я что-то понимаю и это ласкает слух. Затем опять латышский... Как мат, понимаю, как латышский нет, так всю планерку. После планерки решают, что делать со мной. В моем подчинении три бригады и никто не говорит по русски. Посылают на ускоренные курсы разговорного латышского с условием, усвою - буду работать, нет, придется расстаться. Проработала в Латвии я три года. В конторе двое русских — я и главбух. Меня избрали вскоре председателем профкома. Соцсоревнования, отчеты нужно было отсылать в Ригу на русском языке. С течением лет, я понимаю, нельзя лезть в чужой монастырь со своими уставами. И все три года у меня была ностальгия по речи на русском. Пришлось уехать.

Работаю заведующей бетонной лаборатории в мостоотряде г. Архангельска.
Как-то ко мне на работу приходит муж. Лаборантки громко что-то рассказывают. Муж спрашивает меня, а чего это они матерятся. Нет, отвечаю я, одна лаборантка другой рассказывает, как забирала  ребенка из детсада. Что ни слово, то мат. В Архангельске мат можно услышать в автобусе, в бараке, где дали нам с мужем квартиру. Мат витает там везде, кажется, что им пронизан воздух.

В Новороссийске я работаю в проектном институте. Москва подмяла наш институт под себя и теперь у нас директор из Москвы. Непривычно слышать мат из его уст, у нас не принято такое обращение. Один мой знакомый, неплохой, в сущности, человек как-то сказал: "я не ругаюсь матом, я им разговариваю." Комментарии, как говорится, излишни. Многие находят оправдание в том, что это один из способов выражения их эмоций. Большинство считает, что якобы после крепкого словца легче на душе становится. Мат считается неким атрибутом молодецкой доблести. Ругаются милиционеры, военные, высшие чиновники. У высшего руководства "крепкое словцо" и сейчас в ходу. Если высокопоставленный чиновник употребляет матерные выражения в разговоре с кем-то, это означает особое доверие.

Матерщина — это прежде всего комплекс неполноценности, так же, кстати, как и курение. Желание быть "не хуже других" приводит нас даже не в стаю, а в стадо, в стадо скота… или скотов. Я считаю, что благородный, воспитанный человек, к тому же православный никогда не станет сквернословить, всегда найдет нужные слова для выражения своих мыслей..