Таврик-медуза Сказка

По берегу Чёрного моря, в Крыму, торчат голые скалы. А над ними – настоящие, высокие горы. Одна сторона этих гор до вершины заросла кустарником и лесом. Другая, что повёрнулась к морю, – голая, серая и вся разбита землетрясениями. Там, словно дупла или чуланы без дверей, выдолблены пещеры.

Пять тысяч лет назад в них жили люди. Целый посёлок разместился в пещерах. Ничего лишнего не было у людей: только ножи да копья, рогатины, луки со стрелами. Да ещё охотничьи собаки. Зато вокруг полно и зверя, и птицы. Лоси, олени, косули стадами паслись в горах, как коровы на деревенском лугу. В лесу водились фазаны.

Люди представить не могли: как можно прийти домой без добычи? Голода здесь не знали. Каждый вечер на самой высокой горе жгли костры, и вокруг собирался весь пещерный посёлок. Мальчишки прыгали через костёр, молодёжь танцевала. А старейшина делил еду: каждому по его работе.

Только охотой и занимались в посёлке. Рядом было море, но немногие, гоняясь за дичью, спускались на берег. Люди из пещер боялись шторма, боялись волн. И ни один не умел плавать.

Так жили бы и сейчас, если б не Таврик.

Он был как все дети: бегал по пещерам да дёргал за хвосты охотничьих собак. Но когда ему исполнилось шесть лет, он вдруг пропал. Мать обегала весь посёлок, но не нашла.

На поиски отправились мужчины. Ведь Таврик был у матери единственным сыном, его отец погиб на войне с дикими северянами. Мальчишку искали в лесу, в зарослях можжевельника и у горного родника. Нигде его не было.

- Наверно, он сорвался со скалы, - решили охотники.

Мать, заголосив, побежала на берег. И вдруг увидела сына. Он лежал на воде, как на травке, и не звал никого на помощь. Рядом с ним барахталась собака.

- Мама, гляди! Я плыву над лесом! – крикнул Таврик.

Он не врал. Зелёные и рыжие водоросли так покрыли каменистое дно, что казались старым хвойным лесом вперемежку с молодыми ёлочками и сосенками. В этом лесу, как огромные цветы, светились прозрачные медузы.

- Вылезай сейчас же!
 
Таврик вылез. Мать отхлестала его прутом.

- Все дети играют около пещеры. А ты куда полез?

- Я тоже играл, - всхлипнул мальчик. – А потом я побежал за собакой и увидел, как она плавает.

- Ты не собака, а Человек из пещеры, - сказала мать. – Человек боится грозы и моря.

- А я не боюсь, - возразил малыш.

- Думаешь, ты самый смелый? А другие, по-твоему, трусы? Будешь так думать – Люди из пещер тебя возненавидят. Ты останешься один и погибнешь.

Таврик вытер слёзы.

- Всё равно я буду плавать. А будешь меня бить – я совсем от тебя уплыву.

И он каждый день стал купаться в море.

- Что получится из такого мальчишки? – рассуждал посёлок.

- Скоро он разучится ходить по земле.

- Будет ползать, как краб!

Но Таврик вырос ловким и сильным юношей. Он быстрее всех бегал, лазал по скалам, цепляясь за любой камешек и не боясь, что сорвётся в пропасть. Ребята-ровесники не могли осилить Таврика в драке. Совсем уж взрослые парни как-то вызвали его на бой. Но он даже их победил.

- Пора ему идти на Большую Охоту, - решили мужчины. – Она сделает из него человека.

Большую Охоту проводили за горами, в долине. Там много речек – все мелкие, по щиколотку. А моря совсем не видно.

Уже на второй день Таврик добыл оленя-самца. Это был вожак в стаде. На запах свежей крови сбежались шакалы. Но юноша успел разжечь костёр и отогнал хищников. Не струсил он и перед кабанами, а ведь кабанья охота – самое опасное дело для молодых.

Старейшина собрал всех и назвал Таврика лучшим охотником среди молодёжи.

- По обычаю нашего племени мы должны исполнить одно из твоих желаний. Скажи, чего ты хочешь.
 
- Отпустите меня к морю, - попросил Таврик.

Лучшему охотнику не отказали в просьбе: Люди из пещер чтили свои обычаи. Счастливый Таврик ушёл.

- Он нас не уважает! – сразу же раздались голоса.

- Почему он не остался на нашем собрании? Не стал слушать, что дальше скажет старейшина?

- Он любит море, но не любит родные горы.

- Следите, чтобы он не привёл к нам врагов, - приказал старейшина.

Таврик не слышал. Он радовался своей силе и думал, что делает правильно. В море он отдыхал. Таврик плавал теперь не по-собачьи, а как дельфин-белобочка. Прямо с прибрежной скалы юноша прыгал в море и плыл до самого горизонта. Ему хотелось узнать, есть ли у моря другой берег. А если есть – живут ли там люди. Или там живёт солнце?

Но плыть в такую даль не хватало сил. Таврик ложился на спину, расслаблялся и, чуть-чуть отдохнув, плыл обратно. В посёлке думали иногда, что смельчак утонул. А он возвращался весёлым и бодрым.

Как-то раз Таврик увидел в море длинный деревянный ковш. Так ему показалось. На самом же деле это была лодка. В ней плыли злая колдунья и её муж-великан. Им надоело самим добывать еду, они искали страну побогаче и потеплее, чтобы её покорить и жить не работая.

Колдунья заметила парня.

- Бойся того, кто не боится моря, - сказала она мужу. – Он погубит тебя.

- Заколдуй его! Или уничтожь! – рявкнул великан.

-Не могу, - отвечала колдунья. – Если бы он был одинок, я бы легко с ним разделалась. Но он живёт среди людей, с ним сила всего их племени. Колдовство тут не подействует.

И супруги проплыли мимо.

Таврик рассказал о мореплавателях старейшине, но тот не поверил. Разве можно сделать такой ковш?

- Я его сделаю, - обещал Таврик и взялся за работу.

Откуда-то пришёл в горы пещерный медведь-убийца. Он перебил собак и стал нападать на одиноких охотников.

Старейшина позвал мужчин на собрание – на Большой Круг. Надо решать, как уничтожить зверя.

Таврик не пришёл. Все думали, что он возится со своим ковшом.

- Предатель!

А он лежал на краю скалы, над ущельем – высматривал медведя.

И вот медведь появился. У него начиналась своя охота: он шёл прямо в посёлок, где остались одни женщины с детьми.

«Стрелой его не убьёшь, - думал юноша. – Слишком толстая шкура. А добежать до посёлка я не успею».

Медведь учуял человека и встал, задрав голову.

Не зря Таврик каждый день прыгал в море. Щучкой он упал зверю на спину. Ножом выбил ему оба глаза, со второго удара достал до мозга.

- У него заколдованный нож, - шептались в пещерах. – Он сделал его из морского камня.

- Хозяева Моря придут за ним!

Никто не хотел охотиться вместе с Тавриком: его боялись больше медведя. Боялись и грозных Хозяев Моря. Зато мальчишки Таврика полюбили. Они бегали смотреть, как он делает ковш, а потом, осмелев, провожали его до моря. Таврик доставал им со дна то ракушку, то живого краба.

А самых храбрых он учил плавать.

- Куда только глядит старейшина! – негодовали Люди из пещер.

- Парень совсем обнаглел!

-Думает – ему теперь всё можно!

- Да неужто мы дадим испортить наших детей? – кричали женщины.

- Надо выгнать его из посёлка, - решил народ. – Пусть убирается подальше и живёт один.

Люди не знали, что их слышит колдунья, жена великана. Долго она ждала. Теперь, когда всё отвернулись от Таврика, можно было отомстить за прежний страх.

- Греби к берегу, - велела она мужу.

На берегу разожгли костёр. Колдунья накидала в огонь каких-то трав и костей вымершего зверя. Пламя взметнулось выше скалы, и разноцветный дым повалил в сторону залива.

- Человек в море! – завопила колдунья. – Ты хотел быть таким, как мы. Не быть тому! Оставайся в море! Стань не рыбой, не дельфином, не крабом с клешнями и панцирем. Стань лёгким, как вода! Стань прозрачным, как вода! Стань мягким, как сгусток крови! Окажешься на земле – луч солнца убьёт тебя!

И Таврик превратился в медузу. Закачался на волне не то гриб, не то цветок с фиолетовыми прожилками – лёгкий, прозрачный, мягкий.

Мальчишки всё видели с берега и рассказали дома.

- Вот что будет с теми, кто купается в море, - рассудили взрослые.

А на другой день в посёлок пришёл великан. Пришёл не с пустыми руками: жена смастерила ему волшебный лук.

- Бросайте своё оружие! – заорал он. – Или я вас уничтожу!

Люди думали, что они сильны. Они даже говорить не стали с наглым пришельцем.
Тогда в них полетели огненные стрелы, пробивавшие камень.

Если бы в посёлке было хотя бы одно ружьё! Хотя бы обрез!.. Но ружей в ту пору ещё не изобрели. Великан стоял в отдалении, попасть в него из лука никто не мог. А он стрелял по пещерам.

- Мы сдаёмся! Пощади нас! – взмолились люди.

Великан приказал им сломать копья и луки, а топоры и ножи выбросить в море.

- И пускай старейшина следит, чтобы никто больше не делал оружия, - прибавил он.

Ещё он запретил зажигать огонь, когда они с женой будут спать. Наверно, боялся, что его сожгут или отравят дымом.

Наконец, пришельцы обложили посёлок данью. Нет, они не были людоедами или вампирами: они ели только оленину и фазанятину. Эту еду великан приказал каждый день приносить к его пещере.

Только как охотиться без оружия? Великана это не волновало. Конечно, фазана собьёшь и палкой. Оленя камнями можно загнать в западню. Но в лесу на охотников нападали волки, со скал бросались огромные беркуты. Теперь на охоту шли как на войну: часто кто-нибудь не возвращался живым.

Великан съедал за день целого оленя да впридачу двух-трёх фазанов. Их мяса людям из пещер и пробовать не разрешалось под страхом смерти - разве что поглодать изгрызенные кости. Каждый следил, чтобы никто не нарушал запрета, и в горах впервые начался голод.

Наевшись, великан спал полдня. Зато не спалось колдунье. Чтобы она уснула, дети и женщины гоняли с берега чаек. Так им приказывали. Колдунья ненавидела птиц, не боящихся моря, их крик действовал на неё.

Иногда не спалось и великану. Тогда ему хотелось острых ощущений. Он собирал девушек, и те плясали босиком на камнях. Текла кровь, было больно, несчастные, обессилев, падали. Но попробуй ослушаться великана! А он хохотал.

«Я убью великана!» – повторял про себя каждый мужчина. Сказать это вслух ни один не смел: люди уже не верили друг другу.

«Вот он уснёт, - шептали храбрецы, - я войду к нему в пещеру и камнем разобью ему голову».

Но наступала ночь, хотелось спать. Да и страшно одному подходить к пещере. Наутро храбрецы опять шли на охоту, а дома их ждали дети, голодные и больные. Они были заложниками у великана.
                ------------
А Таврик, потеряв родной дом, страдал от тоски в открытом море. Он был такой же, как все медузы – разве что чуть-чуть покрупнее. Но колдовство не смогло отнять у него разум.

Таврик не изучал наук и, конечно, многого не знал. Однако понимал: против всякой болезни есть лекарство. Если же нет – значит, его не нашли. Надо искать.

«Злая колдунья превратила меня в медузу, - размышлял Таврик. – А где-нибудь есть добрый чародей. Наверно, он тоже живёт за морем. Я найду его. Он поймёт, что я человек, и расколдует меня. Я останусь жить в его стране, буду ходить на охоту и делиться с ним добычей. А потом найду себе красивую девушку. У нас будет много детей, и всех я научу плавать».

И он поплыл за горизонт. Плыл долго – наверно, год: медузы плавают не как рыбы. Горизонт уходил всё дальше. Порой Таврику казалось, что он видит землю. Но это были плавучие копны морской травы.

Однажды налетел сильный шторм. Все медузы своевременно ушли на дно. А Таврика подхватила струя воды, куда-то понесла.

Штормило до рассвета. Когда же стихло, Таврик увидел отражения серых скал с деревцами на вершинах и тропу, что ведёт к морю.

Это был его родной берег.

Бедный Таврик чуть не плакал от горя. Напрасно он искал чародея!

Но юноша не отчаивался.

«Немножко отдохну и опять поплыву», - решил он.

И вдруг увидел на берегу мальчишек. Их было трое. Бледные, тощие, как будто их замуровали в пещерах. Таврик когда-то учил их плавать. Они ли это?

Мальчишки увидели кучу обглоданных костей и стали в ней рыться.

«Позор! – встрепенулась медуза. – Дети из пещер собирают чужие объедки!»

- Где же тут мясо? – всхлипнул самый маленький.

- Великан всё слопал и кости обглодал, - захныкал другой.

- Тише! – прикрикнул старший. – Великан проснётся – и нас сожрёт.

Таврик не понимал. Тут один ближний камень с грохотом перевернулся и отлетел прямо в море. Перепуганные мальчишки спрятались за скалу.
 
Из пещеры вылез великан. Он был похож на большого рыжего медведя, с трёх парней ростом. Великан обернулся к посёлку. Измученные, невыспавшиеся люди уже собирались в лес.

- Побольше фазанов тащите! – крикнул им великан. – А не то я вас по одному спущу с горы!

И он захохотал, думая, что это смешно. Потом немного потоптался, подрыгал жирными ногами и плюхнулся в воду.

Теперь Таврик видел его целиком. Перед ним барахталось грязное чудище. Борода и космы у него блестели от жира. Чтобы казаться страшнее, он напялил на шею связку кабаньих клыков, а голову украсил рогами оленя. Противнее всего была его пасть: он не закрывал её даже в воде.

«Так вот из-за кого голодают дети!»

Если бы Таврик был человеком! Бросился бы на него с копьём или камнем. Будь он дельфин, зубами схватил бы мучителя за горло. А что сделает медуза?

Ещё раз он глянул на великана. Задрожали фиолетовые прожилки – это кипела человеческая кровь Таврика.

«У медузы тоже есть оружие, - вспомнил Таврик. – Медуза жжётся».

Он не подумал, что ему грозит. Набрав в себя побольше воды, он всплыл и проскользнул прямо в пасть великану.

И великан заревел от боли. В его животе защипало, зажгло, закололо. Он выскочил из воды, стал тереть брюхо.

Боль не утихла.

Он опять погрузил брюхо в воду – но жгло-то внутри! Он хлебнул воды, но морская вода обожгла лишь глотку.

Великан завыл ещё громче. Проснулась колдунья:

- Перестань орать, полоумный!

Она хотела что-то спросить у мужа. Но тот, обезумев от боли, с такой силой отшвырнул её, что она ударилась головой о камень и убилась насмерть.

А Таврик был ещё жив. Задыхаясь, он из последних сил прижимался к стенкам великаньего желудка. Великан стал кататься по земле. Потом вскочил, огляделся, с разбега запрыгнул на камень, кинулся в воду вниз головой и больше не встал.

Когда охотники принесли дань, увидели только обглоданный скелет, над которым кружили птицы. Да ноги торчали из воды.
 
Люди думали, что пришельцы умерли от заразной болезни, и боялись подходить к ним.

- Да он просто сожрал медузу! – рассмеялся один из мальчишек.

- Она сама залезла ему в пасть, - прибавил другой.

- А я знаю, - сказал младший. – Это был Таврик.

И мальчишки, никого не боясь, забрались на камень и стали нырять в море.
                * * *

1988 год. Севастополь - Ялта - Темников
 
 


Рецензии
Михаил Евгеньевич! Замечательная сказка! И о жизни, и о волшебстве. Об отваге, любви, о ПОДВИГЕ! Спасибо! Я так бы и назвала ваше произведение:

БЫЛЬ ОБ ОТВАГЕ, ЛЮБВИ И ПОДВИГЕ. Или сделать надо именно такой подзаголовок. И поместила бы на первую строку списка ваших произведений. С благодарностью и наилучшими пожеланиями,

Элла Лякишева   27.01.2020 08:55     Заявить о нарушении
Большое спасибо, Элла Евгеньевна! Это, конечно, былью не могло быть. Но там, где мы жили, всё к этому располагало. Севастополь! А в его черте - руины Херсонеса. Тоже и были, и сказки.
Вам не приходилось читать о Гикии из Херсонеса? История, частично напоминающая сказку об Али-Бабе, но в основе - свидетельства древних. Один русскоязычный писатель, родом каракалпак, посвятил ей и её мужу свой роман. Названия и имени автора не помню. Но о Гикии пишут и на "Проза ру".

Михаил Струнников   27.01.2020 09:30   Заявить о нарушении
Миша, а напишите о Гикии миниатюру, хочется ваше восприятие увидеть!

Элла Лякишева   27.01.2020 09:46   Заявить о нарушении
К тому, что здесь поместил Пётр Котельников, мне трудно что-то добавить. Я уж не говорю о Явдате Ильясове. (Только что навёл справки: он, оказывается, полутатарин-полубашкир, выросший в Узбекистане. У меня было в памяти каракалпакское издательство.) В его романе то, чего, видимо, в источниках нет. Гикию, дочь вроде как херсонесского президента, выдали за алкоголика и бомжа царских кровей. Политика! Его отец, девяностотрёхлетний царь крымского Боспора (в нынешней Керчи), решил с помощью сына покончить с "загнивающим Западом" в лице Херсонеса. У Ильясова внебрачный царевич не злодей, просто ему всё "до фени": и папина политика, и новая родина. Правда, жену он любит, но это ему не зачлось: она собственноручно его убила. Помню, мне его было жалко: мужик он во многом неглупый. Хотелось, чтобы он перевоспитался. В романе много "совремятины". Но кто из пишущих о прошлом этим не грешит?

Михаил Струнников   27.01.2020 10:33   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.