Время безветрия

Осень - неизбежный кошмар, который снится несколько месяцев. Ирландия - кошмар, который снится мне  много лет. Что ж, в любом сне много прекрасного, и оба моих кошмара не исключение. Осень действительно вдохновляет, обостряет чувства и запускает цепную реакцию поэзии в голове. Так бы и писала  с утра до вечера, если б не главное стихотворение жизни - дочь, для которой второй кошмар реальность и нужно ежеминутно следить, чтобы зеленое чудовище не сожрало ее и не искалечило окончательно душу.
На ныняшнюю осень грех жаловаться. Она совпала с временем безветрия и дала возможность долго и подробно разглядывать детали ее подиумного гардероба с постепенным переходом от тяжелых королевских нарядов до условностей стриптизерши.  Листья кленов, тополей, дубов меняют свой цвет словно костер в замедленной съемке. Ветер не срывает с деревьев румяные листья - они падают каждый по своей прихоти и сроку, не в толпе листопада, и украшают зеленую траву нарядными конфетти, которое постепенно превращается в золото - драгоценный шафран в рецепте самой изысканной для вкуса, обоняния и даже слуха осени...Птицы поют в сезон октябрьского безветрия будто в марте. Скворцы летают дружными компаниями  с песнями от рябинки к рябинке и прерывают песню, чтобы набить клюв оранжевыми ягодами. И не объяснишь им, веселым птицам, что осень уныла, а сидеть в переливчатом оперении на ветке с ягодами в клювах - это кич.
Было в тишине сегодняшнего утра что-то зловещее. Густые тучи не пустили первые лучи восходящего солнца на землю, а свечи  деревьев со все еще густыми шевелюрами ярко горели на фоне фиолетового неба сами по себе,  будто летние, окрашенные  рассветом. Красивые, зарвавшиеся от безветрия и сухой погоды дыревья. Защемило сердце от этого противоречия. Так говорят про умирающего нестарого человека: у него совсем молодое тело и лицо. Сезон тишины скоро закончится. Ветер растреплет прически и наряды деревьев, дождь смоет остатки лохмотьев со стволов и земли. Нет, не люблю я осень за тревожное ожидание конца и склонность к написанию того, что называют верлибрами. Слово похожее на "канделябр"(у поэта Г. неплохие канделябры). То есть расфуфыренная подставка для свечи без свечи.
Но в любом тревожном сне есть много прекрасного, и если смотреть в зеркало заднего вида, грустное не кажется слишком грустным, а осень просто медленно сгорает в пламени дикого винограда, искры которого - а первые листочки дикого винограда красные - зажгут через несколько месяцев весну.