Дорогая моя столица!

ДОРОГАЯ МОЯ СТОЛИЦА!

АСТАНА, КОТОРУЮ МЫ СТРОИЛИ: ЛЮДИ, СУДЬБЫ, ВРЕМЯ
Личные воспоминания о первых годах новой столицы
Летопись первого десятилетия столицы

Казахстан — страна великих возможностей. Астана — город великих возможностей. Казахстанцы — народ с большими возможностями.
Ноябрь–декабрь 1997 года были одними из самых холодных месяцев в столице страны. В Алматы, в Министерстве финансов, где я работал, объявили день отъезда в Акмолу. Люди начали готовиться. В основном все поехали поездом. Несколько человек решили добираться на собственном транспорте. Мы присоединились к автоколонне министерства, гружённой компьютерами, документами и другим техническим оборудованием. По мере приближения к Караганде усиливались ветер и мороз. Дорога полностью обледенела. Разогнаться больше чем до 40–50 километров в час было невозможно, а на некоторых участках приходилось ехать со скоростью 10–20 километров в час. Одно неосторожное движение — и можно было оказаться в глубоком кювете.
Так, на своём стареньком «Жигулёнке», загруженном скромным домашним скарбом, я въехал в город Акмолу. Скромным — потому что в Алматы у нас не было собственной квартиры. До переезда в Акмолу мы прожили там около трёх лет, но обзавестись своим углом так и не успели. Не было возможности приобрести жильё. Как сейчас вспоминаю, мне, наверное, легче перечислить районы Алматы, где я с семьёй не жил, чем те, где жил.
Аналогичная жизнь началась и в Астане. В министерстве я проработал с декабря 1997 года по июль 1998-го. Очень многие мои коллеги получили квартиры. В том числе и одинокие сотрудники, молодые девушки. По понятным только мне и руководству того времени причинам выдача квартиры мне затягивалась, несмотря на то, что я уже полгода жил в Акмоле с семьёй, с двумя малолетними детьми — семи и четырёх лет. За эти полгода нам пришлось пожить в трёх разных местах Акмолы. Сыну столько же раз приходилось менять школы, дочке — детский сад.
В декабре 1997-го и первые месяцы 1998 года мы жили в общежитии финансового техникума на улице Монина, которая ныне называется Акжаик. Вспомнили свои студенческие годы. В общежитии жили дружно и весело. Молодёжь устраивала дискотеки, а мы, кто постарше, ходили друг к другу в соседние комнаты в гости.
По улицам Акмолы в тот год гуляла настоящая акмолинская метель, а зима была крепкой. Честно сказать, она мне сразу понравилась. У меня появилось странное ощущение, будто я уже когда-то здесь жил. Я очень быстро познакомился с местными акмолинцами. Спасибо им. По многим житейским вопросам они всегда давали нам советы. Это были люди прямолинейного склада, не умевшие быть хитромудрыми. Спокойные, основательные, открытые.
Особенно приятно было видеть, как горожане и жители близлежащих сёл активно включились в строительство и переустройство города. На первых порах основной силой преобразования Акмолы было именно местное население. Честь им и хвала, особенно рабочим людям. В сильные морозы именно они подавали пример стойкости и умения работать в любых экстремальных условиях тем, кто прибывал в новую столицу из других регионов страны.
В Астане наша семья познакомилась и приобрела новых замечательных знакомых и друзей. Да и вообще — много порядочных и хороших людей, общение с которыми всегда приносило приятное ощущение новизны, словно появлялось второе дыхание, как у спортсменов. Это были люди, работавшие в самых разных сферах жизни нашей родной столицы — Астаны, города великих возможностей.
Например, Алтай Шарбаков, Абай Жайжуманов и Корлан Темирбеккызы, Саргул Мустафаев и Тажигуль Садубаева, Баян Шуашева, Гульшат Серикбаева, Болат Нурмуханов и Укутай Абилкасимова, Айнур Махажанова, Серик Исаев, Еркен Рахметов, Габидулла Темирбулатов, Куляш и Асылбек Калмырзаевы, Ибрагим и Хадиша Махмудовы, Найман Байтасович и Флора Ганиевна Ауририны из города Степногорска, Нуржигит и Гульмира Ахметовы, Виктория Ауририна, Болат Жусупов, Ерлан Енсебаев, Серик Джандаев, Темиргали Кудасов, Айжан и Мадина Исмаилова, Серик Амиров, Ыклас Куттыбеков и Акмарал Аппасова, Марат Нурбаев и Феруза Гафурова, Данияр и Шолпан Ускенбаевы.
Среди названных мной людей были учёные, чиновники, врачи, военные, предприниматели, строители и другие представители города. Некоторые из них уже отошли в мир иной. Пусть земля им будет пухом.
Город строится — жизнь продолжается.
Сегодня, по прошествии многих лет, я вспоминаю всё это и могу дать более трезвую и взвешенную оценку тому, насколько нелегко жилось всем — и местным жителям, и вновь прибывшим людям. Но, объединившись, мы делали общее дело — строили город и создавали условия для развития новой столицы.
Когда мы приехали, город ещё назывался Акмолой. Помню, как той зимой на рынке покупал мясо лошади по сто тенге за килограмм.
Прошедшее время высвечивает впечатляющие масштабы великой стройки и позволяет мне быть предельно объективным перед собственной совестью и перед той судьбоносной эпохой, в которой нам довелось безоглядно работать и жить.
Сначала местные акмолинцы, затем люди, приезжавшие со всех концов страны, активно включились в строительство новой столицы. Город строят умные теоретики и крепкие рабочие руки. Все они достойны похвалы и благодарности от сегодняшних соотечественников и будущих поколений. И тем, и другим — славным строителям новой столицы — можно уже сегодня поставить один общий памятник.
Особую признательность заслуживают наши инвесторы, в том числе зарубежные. Руководство страны сумело в кратчайшие, в историческом измерении, сроки мобилизовать население Казахстана на новый, уникальный путь развития, сочетавший, на мой взгляд, многие позитивные качества прежней и новой экономических систем.
Да мало ли было тогда коллег и просто людей, которые рядом с нами беззаветно и бескорыстно работали во благо страны и столицы Астаны! Большинство из них достойно несли звание государственного работника и вместе с руководством страны решали вопросы, от которых зависели и наша судьба, и судьба государства.
В июле 1998 года меня пригласили на должность советника министра в одно из министерств. В те годы ещё действовал старый закон «О государственной службе». Государственные служащие тогда не подразделялись на политических и административных. Министр имел право формировать собственную команду — от заместителя до технических работников.
Новый министр предложил мне работу в одном из дальних регионов страны либо увольнение. Пришлось выбрать второе.
В те трудные для меня и моей семьи месяцы мне вспомнилась песня на стихи Касыма Аманжолова, в которой есть такие слова:
Бермесе;, бермей-а; ;ой баспананды,
Б;рібір тастамаймын Астанамды!
Внезапная отставка с должности советника министра и последовавшая за ней безработица ещё сильнее ударили по и без того небогатому семейному бюджету. Попытки трудоустроиться на государственную службу были тщетными. Здоровье пошатнулось. Но отступать было некуда. В Алматы у нас тоже не было жилья.
Пришлось заняться частным извозом, чтобы прокормить семью. Бывали дни и даже месяцы, когда мне приходилось работать на стройках простым рабочим, особенно когда мой старенький «Жигулёнок» вставал на ремонт в СТО на несколько недель из-за дефицита запчастей или нехватки рук мастеров. Но об этой стороне моей жизни не знали даже близкие люди. Да и не к чему было им об этом знать. Каждый день требовал от хозяина семьи денег: нужно было платить за аренду квартиры, покупать детям всё необходимое для школы и нести другие расходы, без которых невозможно было поддерживать жизнь хотя бы на минимальном уровне. Конечно, это были месяцы и годы, когда нашей семье приходилось от многого отказываться.
Бывали и такие дни, когда из-за тяжёлого положения в семье я не смог поехать в другой город на свадьбы родной сестрёнки и младшего брата. Просто не нашёл для этого возможности. Для казаха не присутствовать на свадьбе близкого человека — тяжёлое переживание. Для меня это тоже стало одним из тех событий, которые до сих пор вспоминаются с болью.
За несвоевременную оплату жилья нас выгоняли из очередной арендованной квартиры. К маю 2000 года, с момента приезда в столицу, мы успели сменить уже семь арендованных квартир. Сын, пятиклассник, поменял пять школ. Дочь, второклассница, — две школы.
Вся моя надежда и надежда моей семьи на достойную жизнь начала трещать по швам. Я предстал перед супругой мужем-неудачником. Все мои коллеги, прибывшие в столицу, давно получили квартиры, а некоторые уже успели продать их и уехать обратно в Алматы.
У великого русского народа есть поговорка: «Пришла беда — отворяй ворота».
Находясь без постоянной работы и без собственной крыши над головой, кое-как перебиваясь в арендованных квартирах, мы получили временный участок для небольшого бутика. Бутик неоднократно обворовывала местная шпана.
И вот ранним утром 22 мая 2000 года произошло разбойное нападение на мой старенький «Жигулёнок». На нём я и младший брат жены Зейнулла, временно заменявший меня за рулём, подвозили продукты для бутика.
Для меня это было уже второе разбойное нападение. Первое произошло в лихие 90-е, в 1992 году, в Кызылорде. Тогда я получил ножевое ранение в область сердца. Так что определённый опыт борьбы с хулиганами у меня уже был.
Позже, на суде, преступник признался, что хотел меня убить. По его словам, они с сообщником не хотели оставлять свидетеля своего преступления.
Во второй раз я понял: в одиночку мне не одолеть большую группу преступников.
Мы и другие представители малого бизнеса слышали, что в городе орудует некая группа хулиганов. О них рассказывали страшные истории. Но мы, как и все, надеялись, что нас это не коснётся.
А оно коснулось — и очень сильно.
Мой родственник, который в тот день водил машину, был жестоко избит. Через него преступники потребовали от меня полторы тысячи долларов и, кроме того, потребовали, чтобы я каждый вечер отдавал им свою машину на ночь. Водитель, родственник моей жены, соглашался на всё, лишь бы уйти от них живым.
Когда он рассказал мне требования преступников и передал их угрозы мне и моей семье, жена сказала:
— Давайте уедем из города, пока живы и здоровы.
Я ответил:
— Никуда мы не уедем. Я их должен остановить.
Я лично зашёл к начальнику Сарыаркинского РОВД города Астаны Жакупову Мураткали Аппасулы и рассказал ему об угрозах, предупредив, что преступники вооружены до зубов. Начальник мне не поверил. Но всё же дал мне оперативников.
Вместе с опергруппой мы поехали к моей машине, где сидели двое членов преступной группы. Они ждали, что я, хозяин бутика, принесу им полторы тысячи долларов. Они думали, что я, как и другие их жертвы, буду безропотно выполнять их требования.
Раз они ждали меня — я к ним пришёл.
Открыл заднюю дверь своего «Жигулёнка». Задние боковые стёкла были затонированы. Внутри сидели двое мужчин и распивали водку, закусывая продуктами из моего бутика. По их требованию продукты им принёс водитель-родственник, который в тот день заменил меня из-за моей болезни. Он безропотно выполнял все их требования.
Опергруппа, спрятавшись неподалёку, ждала сигнала.
Я был очень зол. Эти люди хотели обложить данью человека, у которого не было ни собственной крыши над головой, ни постоянной работы. На моём иждивении находились шесть человек. И с бранными словами открыл дверцу машины, схватил одного за шкирку, вытащил его наружу, затем второго — и поочерёдно передал их оперативникам. Вся операция по захвату опасных преступников, насколько я помню, снималась одним из оперативников на видео.
Дело было ещё и в том, что до их задержания я уже знал: они причастны к убийству человека. Переодеваясь в полицейскую форму, они совершали преступления и в отношении девушек города. Позже это подтвердилось в суде.
Десять членов ОПГ были осуждены. Город вздохнул спокойно.
Однако до сегодняшнего дня многие пострадавшие от этой преступной группы не знают, благодаря кому они избавились от дани, которую платили преступникам, и благодаря кому девушки, оказавшиеся запертыми в квартире и вынужденные безропотно выполнять требования преступников, были освобождены. Те, кто были на суде, видели, как у некоторых пострадавших девушек на глазах стояли слёзы. Они не верили, что наконец-то избавились от своих извергов.
Друзья мне говорили:
— Бахыт, ты же журналист, расскажи в газетах, как ты задерживал преступников в Кызылорде, а затем в Астане.
На что я им отвечал:
— Главное, я выполнил свой гражданский долг перед людьми и обществом. Остальное — не моё дело.
У меня было немало таких встреч с правонарушителями. И если обо всём рассказывать, получится солидная книга.
В 1999 году, заняв деньги у родственников, мы с разрешения районного акимата возвели небольшой временный торговый павильон, чтобы хоть как-то выживать во всё дорожавшей Астане. В те годы однокомнатная квартира в городе стоила 3000 долларов. Это были большие деньги для меня, всю жизнь жившего только на заработную плату рядового государственного служащего.
В 2000 году к нам в гости приехала мама. Увидев наше трудное положение, она пошла в городской акимат и написала заявление на строительство торговой точки на месте, где уже действовал наш торговый павильон.
Мама пообещала найти деньги на строительство, взяв их в долг у других своих детей. Мы должны были вернуть деньги в течение двух-трёх лет.
В те годы земельные участки на установку бутиков выдавались без особых проблем. После того как нам был предоставлен земельный участок, мама начала собирать необходимые документы для строительства.
Но тут началось совсем другое.
Новый руководитель городской архитектуры, не уведомляя маму, решением горакимата передал оформленный на неё участок другому человеку. Так чиновник от архитектуры создал настоящий конфликт: второй человек начал угрожать первому, требуя освободить земельный участок.
Вся семья была в шоке и депрессии. Земля и торговая точка на ней являлись единственным источником нашего существования в столице.
Я в то время возил товары с рынка на своём стареньком «Жигулёнке», а в оставшееся время таксовал. Нужно было ещё вовремя платить большую арендную плату за квартиру.
Мама обратилась в прокуратуру. Прокуратура своим протестом отменила незаконно вынесенное второе решение в отношении одного и того же участка.
Тогда выяснилось, что действия мамы задели самолюбие чиновника от архитектуры. За её спиной он сказал:
— Откуда у этой старушки деньги на строительство торговой точки?
Одновременно он предложил непомерно дорогой эскиз здания, хотя раньше маме собирались сделать эскиз в два раза дешевле.
Уважаемый в городе чиновник, живший гораздо благополучнее нас, принимает решение: любыми методами забрать земельный участок.
Главный архитектор города организовывает подачу в суд на пожилую женщину. Районный суд выносит решение в пользу городской архитектуры. Городской суд отменяет решение районного суда.
Судебная тяжба длится несколько лет.
Сколько было переживаний — словами не передать. Сколько судебных заседаний, переписки, отписок. Это несколько томов документов.
В конечном итоге представители городской архитектуры — истцы — сами перестали являться в суд.
Однако и сегодня, уже чужими руками, предпринимаются попытки отдать этот земельный участок другим людям. Только теперь это уже будет не бесплатно, как семь лет назад.
Мама не хочет сдаваться.
Насколько хватит её здоровья — известно только Всевышнему и, наверное, тем людям, которым приглянулся небольшой кусок земли размером три на пять метров.
Этот небольшой участок с работающим на нём торговым павильоном с 1999 года и по сей день является единственным источником существования моей семьи.
В семье четверо несовершеннолетних детей. Старший сын, школьник, вынужден был устраиваться на различные работы в строительные организации, чтобы помогать мне и маме пополнять семейный бюджет и не залезать в новые долги.
Все знают: в столице всё дорого, и жить здесь нелегко.
Благо, сын оказался у меня трудолюбивым. Он работает после уроков, хотя мне это очень не нравится. Но он видит, что и я по сей день в свободное от основной работы время работаю таксистом.
Имеющаяся старенькая иномарка часто ломается. Запчасти дорогие.
Мама сорок лет преподавала в школах. Была учительницей немецкого языка, отличником народного образования, матерью-героиней, обладательницей знака «Алтын Ал;а». Она родила и воспитала двенадцать детей. Двое из них были круглыми сиротами, оставшимися в раннем детстве без родителей.
Мама обращалась в различные инстанции, прося поддержки и защиты от несправедливости, но услышана не была.
Впоследствии организатор этой борьбы за кусок земли — чиновник — уволился.
Понимает ли он, сколько горя принёс нашей семье?
«За что? Что мы плохого сделали этому главному архитектору? Неужели у него нет других, более важных дел, чем судиться со мной?» — временами причитала седоголовая мама.
Потерянное здоровье не восстановишь. Отец и мать от переживаний, да и я сам, неоднократно попадали в больницу.
Из-за организованных этим чиновником многочисленных проверок и судебных тяжб магазинчик оказался на грани разорения. Торговля упала, долги росли. Мы брали деньги в долг под проценты у родственников и знакомых.
Такую жизнь я не пожелаю даже заклятому врагу.
Но и в те трудные годы мы не теряли надежды на лучшую жизнь. Хотя и сегодня похвастаться особенно нечем.
Мы решили на семейном собрании превратить нынешнюю квартиру в магазин. Как говорится в народе: «Маленькие дети — маленькие проблемы, большие дети — большие проблемы». Дети растут, а значит, увеличиваются и расходы на них. Трое учатся в школах. Расходы, которые ложатся на родителей, продолжаются. В последние годы из-за малолетних детей супруга не работает: детей не с кем оставить.
И всё же, несмотря ни на что, с появлением новой столицы не только у нашей семьи, но и у большинства казахстанцев появилось второе дыхание.
Мне вспоминаются годы великих строек прошедшей эпохи. И в той, сегодня нами критикуемой системе было немало положительных примеров. Самое главное — человечность, умение понимать коллегу и соседа, ценить и поддерживать старших товарищей, отдавших своё здоровье развитию и благополучию страны, какой бы политическая система ни была.
Кто сомневается в том, что сегодняшняя жизнь во многом строилась на фундаменте предшествующей эпохи?
В основном самые трудные годы становления независимого Казахстана выпали на плечи трудолюбивых, добросовестных и закалённых людей из бывшего советского Казахстана — тех, кому сегодня за пятьдесят.
Сегодняшние возмужавшие олигархи и молодые государственные деятели тогда только учились зарабатывать свой хлеб и пытались встать на ноги. Им судьба подарила новую страну и новую политическую систему под названием независимый Казахстан.
Они не выросли в голой, безжизненной степи. Они выросли среди нас, среди кипучей новой жизни. Их взрастило старшее поколение.
Их долг сегодня — быть благодарными судьбе и тому обществу, которое позволило им стать известными не только в своей стране, но и далеко за её пределами. Теперь приходит их время защищать интересы своего народа, честно служить Казахстану, работать на его процветание как внутри страны, так и за её пределами, активно участвовать в строительстве нового независимого государства.
Люди, вышедшие из советской эпохи, и сегодня придерживаются тех ценностей человеческого бытия, которые вечны в этой бренной жизни. Взаимопонимание и терпимость необходимы нашему обществу как никогда.
Ведь в народе говорят:
«Всех денег не соберёшь, всех женщин не перелюбишь».
К сожалению, иногда богатство и высокие должности заставляют некоторых людей забывать о простых человеческих ценностях. Но это уже тема для другого раза.
Вот так жили замечательные люди — местные и приехавшие со всех концов страны, чтобы вместе поднимать, строить и обустраивать новую столицу нашей прекрасной страны в первое десятилетие её становления.