Дети осеннего неба. Глава 9

    Ночной поезд медленно ехал, усыпляя немногочисленных пассажиров. Вид за окном был как картина, а окно служило ему скромной рамкой. В пути, уже где-то в середине ночи, Лиза почти всё время молчала, смотря то на необыкновенный вид из окна, то на мистера Гринхарта. Да, в основном она называла его так, боясь даже в мыслях произнести: «дедушка». А вслух она к нему ни разу не обратилась, только тихонько отвечала «Да, сэр» или «Нет, сэр». Разом обрушившиеся на неё перемены сделали её более робкой, чем обычно.

    Лиза сидела у окна, так распорядился мистер Гринхарт. Он ей то и дело говорил:

    - А вот там, Лиза, сосны и ели. Если бы ты видела эти ели днём, то заметила бы, что они не просто зелёные, а с голубым оттенком. Поразительные деревья.

    Лиза с любопытством взглянула на мистера Гринхарта и подумала, удивительно, он рад всего лишь деревьям. Она же испытывала другого рода счастье. Ненавистный ей человек становился от неё всё дальше и дальше... Да и мама тоже, хотя это её, если честно, расстраивало, хоть она и боялась себе в этом признаться.

    И сейчас, в этом усталом поезде, она ощутила ещё одну радость. Это было необычное чувство, возможно, даже похожее на её идеал счастья, которое она когда-то изгнала из своих мыслей вместе с книгами в угол комнаты. Да, похоже, она счастлива... Она ощутила это именно в тот момент, когда услышала, как дедушка произнёс её имя. Так просто сказал: «Лиза». Но так её имя ещё никто не называл. Ласково, необычно. Так сказал её дедушка.


    Небо уже стало сиреневым, рождался новый день. По утрамбованной дороге из песка и камня, ехал старый дилижанс. Графство, к которому подъезжал этот дилижанс, чтобы довезти до дома пожилого мужчину и маленькую девочку, выглядел так же, как и его собратья, ездившие здесь сто и двести лет назад.

    Довольно небольшой, но всё же – городок, из которого уехала Лиза, был обычным современным городком, с одинаковыми домами в два этажа, с простыми людьми, разъезжающими по асфальтированным дорогам на простых, но удобных автомобилях. Графство, к которому в утренние объятия ехала Лиза, ещё только претендовало на современность. Подъезжая к этим местам, трудно было бы найти асфальтированную дорогу или по-деловому сигналящий автомобиль. В начале, там, где начиналось графство, можно было увидеть неровный ряд разных домов, так были и трехэтажные важные коттеджи и дома старой постройки, скромные, так и наталкивающие на мысль, что именно в таком доме и могла жить Джейн Эйр, именующая себя на тот период жизни мисс Эллиот, потому что и у неё тоже были свои душевные тайны, как и у каждого несчастного человека.

    Разумеется, у жителей красивых высоких домов были машины, были и дела. Но вот что странно – все, кто жили в этом отдалённом краю, были людьми немного скрытными, а порой даже необщительными. Каждый живущий там, редко видел кого-либо из соседей. Машины здесь почти не шумели, потому что живущие здесь не любили привлекать внимания, может быть, поэтому и казалось, что их нет. Каждый здесь жил сам по себе, такие уж сюда селились люди.

    Но был тот, кто дважды в день и единожды в ночь нарушал, хоть и почти не слышно, тишину этого графства. Старый, но надёжный гость из прошлого, ставший настоящим для местных жителей – чёрный дилижанс. Сквозь сон, сморивший Лизу после поезда, она с наслаждением и любопытством вслушивалась в такие необычные для неё звуки лошадиного фырканья и едва слышного скрипа старых, но верных колёс дилижанса.

    И только услышав слова:

    - Лиза, мы приехали. Просыпайся, - она открыла глаза, удивлённо подумав: «Вырвавшись из одного сна, разве можно попасть в другой?» От волнения она невольно сжала пальчиками рукав пиджака мистера Гринхарта.

    Дилижанс остановился, и лошадь теперь уже сонно зафыркала, казалось, она тоже говорила Лизе: «Приехали. Просыпайся. А мне пора спать».

    Невдалеке, начинаясь дорогой из плоских камней, продолжаясь красивым кованным зигзагообразным забором, белел дом, закутавшийся, словно в зелёное одеяло, пушистыми деревьями, чуть покачивающимися на ветру.