Часть 3

«Продавщицы в России, тоже самое, что медведь и балалайка, без них было бы трудно представить нашу родину».

Я пошел в ларек через дорогу. Машин в нашем районе не то что бы было много, но и не мало, в общем, хватало и ДТП и «несчастных» случаев. Перешел дорогу по пешеходному переходу. От ларька меня отделяла только маленькая рощица берез. Пройдя через два столетних дерева, которые под тяжестью лет и листвы склонились друг на друга, обвивая ветвями стволы, образовав арку. По этой рощице любили гулять пары, особенно молодожены. Есть примета, что если перед свадьбой здесь провести день, то свадьба будет удачна и очень весела, а если провести ночь после регистрации, то в семье не будет ни каких ссор и скандалов. Я просто шел по мощеной дорожке и осматривал влюбленном взглядом деревья. Как они были  разнообразны: маленькие деревца, только начинающие свою жизнь, гиганты старцы, уже немного согнувшиеся под немалыми годами жизни своей. Одно деревцо, как новорожденный сын, обнимала веточками широкий ствол «матери». Они только просыпались от зимней спячки, тяжело потягивались, со скрипом и хрустом стараясь выпрямиться, но с каждой наступившей зимой, все больше опускались к матушке земле, как будто под тяжелой ношей.  Я подошел к одной березке и приподнял на ладонях молоденькую веточку. Почки только пробивались, они старались, они хотели показать себя миру, людям, расцвести и блистать, как ясная звезда в ночном небе. Но люди в них не нуждались, были единицы, которые жили бок обок с природой, а сейчас люди не те, их не восхищает восход, он не рождает в них чувства гордости и тихой радости, после которой хочется только жить, и радоваться тому, что ты живешь. Тоненькие, чистые капельки скатывались по ветке. В них можно было увидеть не только, отражение самого себя, но и то, что находиться за этой капелькой: маленькие полянки, из только-только проснувшихся цветов. Восходила осока, блистая росой на тоненьких лепесточках. Были там и группы еще каких – то пока не сильно взрачных цветочков, и одиночные, но уже красивые растения. Я подошел к скамейке, на которой всегда любил сидеть летом, иногда так засиживался, что успевал встретить не только рассвет, но и закат. В этот день лишь утро было солнечным. Сейчас темные как смоль тучи заполонили небо, они были похожи на преступников, вторгнувшихся в светлый и тихий мир, казалось, что тучи начнут переругиваться раскатами грома, и хвастаться кто сильней, пугая мирных жителей. Деревья стали тревожно качаться, боясь, что сильный ветер сломит их жизнь. Природа, только начавшая свое пробуждения заново принялась засыпать и прятаться, чтобы её не достали огромные руки туч. Вдруг раздался грохот, бандиты начали погром, сверкали молнии, как ножи, и звучал громкий, с хрипотцой голос, неба. Я рванул на третье скорости, чтобы не промокнуть, почему именно в этот день,   потребовался дождь, выйдя из не спокойной «Березовой рощи», вблизи дома увидел ларек. Подбежа, я постучал в оконце, когда оно отворилось, моим глазам предстала  совдеповская тетка, старой закалки.
- Можно пачку сигарет «Мир».
- А восемнадцать есть? – не с того не с чего ответила она. Странно на подростка я не походил, благо возраст мой перевалил за 20, еще и четвертый день не брился.
- А Вам? – Сделав знаменитый Лененский прищур, поинтересовалось моё любопытство.
Тетка на миг осеклась, подумала и твердо сказала.
- Есть!
- Вот видите, вы признались, что вам уже 18 лет, хотя мне кажется, что вам за 180. – Последние слова, я сказал чуть ли не шепотом.
- Тем более у вас усы почти как у меня и по логическим выводам можно сказать, что я тоже достиг совершеннолетия.
Наш разговор напоминал беседу больных не только шизофренией, но и болезнями по хуже. Женщина поняла, что её оскорбили самым ужасным образом. Тихо не говоря ни слова, она взяла пачку сигарет, и кинула в меня с такой страшной силой и быстротой. Вы пытались увернуться от метеорита? Нет? Ну тогда я вам завидую. Больно врезавшись мне в лоб, пачка упала на землю, меня пошатнуло. А продавщица сделав локтем и коленом классический американский  «Yes» с удовлетворением закрыла окошечко.