Открыла проспекты трамваям заря

     Я был призван на два года, но в силу сложившихся обстоятельств решил продолжить службу. Пробовал поступать по инерции своих побуждений в адъюнктуру. Не поступил. Меня обещали взять в следующем году, но этой перспективе я не поверил и решил заняться практической хирургией, то есть тем, к чему себя готовил и чем любил заниматься. В институте я посещал несколько хирургических кружков, писал студенческие научные работы. Бывая на кафедрах,  четко уловил, что талант и знания там были не всегда на первом месте. Нужно было еще обладать способностью к интриганству и подхалимству. Этих задатков у меня не было, значит, не было и перспективы. Осознание этого стало одной из причин, что я не стал оформлять документы в адъюнктуру повторно с шансами попасть на кафедру эндокринологии при Военно-медицинской академии.

     Однажды в период службы в Восточном Казахстане я решил послать в несколько центральных периодических изданий свои литературные пробы. Вскоре начали приходить уклончивые ответы о невозможности напечатать стихи, но с пожеланием творческих удач. Отклик из «Красной звезды» меня обрадовал и удивил. Автор письма сообщал, что в моих стихах есть нечто от высокой поэзии, но текст нуждается в доработке. Дальше шел подробный разбор стихотворных строк. Однажды я решил поучаствовать и в журнальном конкурсе фантастических рассказов. Придумал, как мне сейчас кажется, довольно примитивный сюжет и отправил по указанному адресу. Пришел поощрительный ответ, но не подошел размер рассказа. Я слишком размахнулся своим воображением. Для своей второй книги «Пять лепестков года» мне удалось изыскать лишь несколько душевно-лирических всплесков, воплотившихся в рифму, связанных с тем временем.

     Оригинальный текст этого стихотворения затерялся. Пришлось восстанавливать по памяти и вносить изменения при подборе некоторых слов.

 

Открыла проспекты трамваям заря;

И город, опутанный рельсами,

Потоки людские  заботой вихря,

Помчался привычными рейсами.

 

Деревья у дома – подобье ресниц;

Балконы - оправы очковые,-

Казалось, прикрыли проемы глазниц;

Залязгали двери засовами.

 

Блеснули лучей золотые клинки,

Помчалась небесная конница.

И с белым туманом над гладью реки,

Ушла сторожиха бессонница.

 

Пусть где-то таился еще полумрак,

Укромное выбрав пристанище,

Но солнце уже свой возвысило флаг

И заняло мира ристалище.

1973(1977)