Нос...

Нос надрывно рыдал и плакал кровавыми слезами. Захлёбываясь манной кашей густой красной жижи, нос вопил о несправедливости и ненавидел всё и всех, кто так или иначе был причиной его поломки. Таковых было немало, но знание о том, даже нос не мог донести до своего тупоголового хозяина, бычары Тимоши.

Хамовато-насупленное быдло Тимоха, или просто Тим, совал свой длинный нос во все дела района и близлежащих окрестностей, наставляя на путь истинный сурово и исключительно по-пацански всех, попадавших под его горячий норов. А нрав его, и вправду, был далеко не овечий, не самый смиренный, в отличие от его родной, жалкой старушки-инвалидихи, набожной бабки Нюрки, на шее которой он, разменяв уже третий десяток, всё неустанно ездил и чертыхался на чём свет стоит, дабы не расслаблялась сердешная, а закаляла дух свой трудностями. Ну, блокадницей была трухлявая, оттого и терпела.

Мать Тимошки была ещё той штучкой по-молодости, но к сорока годам поутихла, под чутким давлением и понятийным напором любимого дитяти, который так сильно напоминал ей о порочных страстях институтской молодости, черноглазо-пучеглазом оводе сердца её, премилом Вартанчике или Вазгенчике, сейчас уже вспомнить было трудно. Склероз крепчал не хуже лютых морозов на территории Сибири, где ныне и проживала эта дружная, среднестатистическая, российская семейка.

Тимофеюшка любил хлебать Жучкины щи... Жучкой,  он называл мать свою,  по-особому милосердию и благорасположению хозяйскому, прихрюкивая жирными ноздрями над наваристыми щами. Хряпал от души, и в одно нутро и рыло, всю небольшую, алюминиевую кастрюльку так, что то ли капустка хрустела за смачными Тимохиными щами, то ли Тимкины ща, набитые сочными щами до отказа, начинали лопаться и трескаться от щедрого, мамкиного изобилия любви и заботы о сынулечке наиненагляднейшем. Но и тут Тимошка никому не давал расслабону, воротил носом у тарелки и попрекал то жадностью, то экономией на самом ценном, что у них, старых дур осталось - на златом, красном солнышке Тимошке.

Любил и повыпендриваться, брезгливо сплёвывая, поджимая нос близ бабкиной комнатёнки, демонстративно давая понять, что запахи эти выносить уже нет мочи и пора бы ей, ржавой барже, к дому престарелых отчаливать, а то ж как ему личную жизнь устраивать, надоело, мол, по углам закоулков всяких, гаражей, да разных блатхат с девками зажиматься.

"Вампирище то ещё, комариный нос его! " - взвизгивала порой от обиды, на миг сознательно-протрезвевшая и осерчавшая бабка, но тут же, осаждаемая словесно-пулемётной очередью тяжёловесного, блатного жаргона и душевных экзекуций по фене. Нос при этих пытках бескультурностью играл роль реального устрашителя, он распускал свои мощные крылья и раздувался, как чванливый индюк, от гордости и напыщенности которого нельзя было скрыться ни в одном из окопов бабкиного убежища -  хрущёвки.

Абсолютно не умевшие парировать на подобные выпады, что бабка, что мать ползали вечерами по углам под иконками, покуда сладчайший отпрыск где-то тусил и таскался, моля Иисуса и Матушку Богородицу о вразумлении и смягчении норова раба Божия Тимофея. Высшие Силы, наконец-то, вняли слезливым потокам разливающегося Нила, но вразумляли и смягчали сурово и жёстко, так, каковою мерою человече мерил и ближним, и дальним своим.

Длинющий как шпала, вурдалак Тимоха был грозой всего района и режиссёры " Бандитского Петербурга " позавидовали бы его сюжетным линиям и сценарным постановкам. Свои мастер-классы Тим проводил ежедневно, словно назло всему отделу милиции, мирно расположившемуся напротив его окон, снимая свою хулиганскую сагу современной гоповщины.

Ни один человек, ни одна структура не могла найти управы на эту вечно быкующую дубину. Только Ангелов,  умирающего ребёнка из когда-то блокадного Ленинграда, всё время наблюдающий за своей спасительницей от голодной смерти, бабкой Нюркой, был послан в экстренную командировку на землю.

Тихо сошед со снежных облачков, Ангелок нежно задел своим крылышком дворовые качели, с которых вечно сгонялась малышня и вольготно царствовал Тимоха, пощёлкивая жареные семки, вечно чертыхаясь и оплёвывая двор чёрной шелухой.

 Качелька качнулась тихо, но в обратку Тимофеюшке и мерам его суждений с такой силой, что, вечно морщившийся от харканий, сизый нос вдруг словно взвыл на всю округу и, оглушённый таким дичайше-несправедливым ударом, начал изрыгать кровавое месиво. Носище истерично вопил и оплакивал свои перегородки, толстую, и без того горбатую линию хребтины, и даже мясистые крылья угристо-сальной материи, залитой ныне кровавым коктейлем. Тимоха медленно терял сознание, тихо проклиная всех и вся, но белый свет заливал его глаза, и светлый Ангел, жалостливо наклонившись над ним, пытался объяснить, что на любую силу рано или поздно найдётся противосила, смиряющая и обучающая, беспристрастно-справедливая как Фемида, не всегда успевающая уследить за всем на этой земле. Но Силы Небесные курируют неустанно все наши действия и лимиты терпения Небес небезграничны. Мощь танков земных и невесомыми кончиками пречистых крыл бывает остановлена и сокрушена. Исключительно в обучающих целях, конечно.

P.S. Ночь выдалась лунная и звёздная... Бабка Нюрка отбивала поклоны, отбросив старые костылики и распластавшись на таких же дряхлых, как она сама, половицах разваливающегося муравейника хрущёвки, а преданная Жучка-мать в приёмном покое, близ белой и стерильной люльки казённой больничной койки, ныне молили о здравии и спасении раба Божьего Тимофея. Ангелочки, сидящие на светлых жёрдочках звёздных фонариков, и все Высшие Силы, и даже Бог милосердно внимали, неустанно удивляясь изменчивости человеческих желаний...


Из цикла " Кармические причины в природе заболеваний "


12.11.2015 - 04.11.18


Рецензии
Он не выжил? Умоляю пусть он будет жить. ради бабушки и мамы. Для них же он единственное счастье. Они сами его сделали плохим, аможет теперь он одумается и станет нормальным, хорошим мальчиков. Ему же всего чуть за двадцать.

Даилда Летодиани   07.06.2016 18:56     Заявить о нарушении
О, Даилда, благодарю за ваше внимание и сопереживание, вы гуманны к ближним. Сие дитё, конечно, живо, ничего с таким не станется и дальше вампирить и кровохлёбствовать будет, горбатого только могила исправит. Не совестливо сие создание, думается, многим знаком подобный типаж и вид человечий. Люди, Небеса, обстоятельства, всё... всё бессильно пред оными, там где сам Бог не указ, те хаты телесные бесы да лярвы окуппируют дотоле, покуда сам человече не сподобится одуматься.

Орехова Надежда   10.06.2016 09:41   Заявить о нарушении
Все же согласитесь та же бабушка и мама сделали его таким. Дети рождаются чистыми. Когда я поступала на юрфак думала стать прокурором, на втором курсе-судьей и только по окончании поняла что если и быть юристом, то исключительно адвокатом. Любого можно оправдать. Главное показать ему что он любим и человек оттает.

Даилда Летодиани   10.06.2016 13:29   Заявить о нарушении
Ваш выбор гуманен и благороден, Даилда. Конечно, при желании можно оправдать всё и вся, но главнее ведь, не осудить изначально... И в рассказе нет правых и виноватых, но автор ставит задачу, быть может слишком дерзкую, но в попытках прозаического препарирования причинно-следственных связей происходящего по ходу повествования, произвести некий кармический анализ в "паталогоанатомической экспертизе" событий устанавливая и выявляя корни происхождения сложившихся проблем, без вынесения оценок, вердиктов и приговоров. Автор не претендует на судейство, менторство, постановку диагнозов участникам повествования, не обольщаясь знанием земным и оттого иллюзорным, все ходят под Богом и нет душ кристально чистых и совершенных для суждения, всех рассудят только Свыше, а здесь только экспериментальная лаборатория и смиренные предположения в попытках постижения мудрости и истины, которая, как всегда, где-то рядом...

Орехова Надежда   12.06.2016 20:48   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.