Глубокие мысли

Уже более четырёх часов Том рассказывал сестре о своём продвижении в изучении чёрных дыр. Более года, как он бился над какой-то задачей, которая не давала ему покоя ни днём ни ночью, из-за которой он не мог ни есть, ни пить. В результате чего похудел на целых 10 фунтов, осунулся, а под глазами были вечные чёрные круги.
Жаклин, пожалуй, была единственной, кто мог слушать его часами, не задавая вопросов, ничего не переспрашивая, лишь утвердительно время от времени махая головой. Она была единственной, с кем он делился своими невероятными теориями.
Наконец, когда Том умолк, он посмотрел сестре в глаза, как бы спрашивая:
— Ну и что ты думаешь?
— По-моему, Том, твоя версия имеет под собой почву. Даже Стивен Хокинг теперь пришёл к мнению, что не всё, находящееся в пределах чёрной дыры, навсегда теряется для остальной Вселенной. В соответствии с законами квантовой физики информация не может быть потеряна полностью. Ранее он полагал, что крайне высокая гравитация чёрной дыры каким-то образом позволяет нарушить квантовые законы. Он также полагает, что новая теория может навсегда лишить человечество надежды на то, что чёрные дыры могут послужить «машинами времени» или «воротами в другие вселенные».
— Словом, ты у меня умница! Глубоко мыслишь!

Жаклин, обняв, поцеловала брата в лоб. Но тот вдруг внезапно побледнел, на лбу проступила испарина, руки затряслись.
— Прошу тебя, — дрожащим, еле слышным голосом взмолился Том, — никогда больше не говори мне «Глубокие мысли».
— Что с тобой? Что случилось? — Жаклин не на шутку встревожилась.
— Никогда не говори мне «Глубокие мысли». У меня сразу перед глазами появляется человечек, величиной с блоху, и с огромной лопатой, который роет яму у меня в мозгу. Это невыносимо жуткая картина, от которой мне самому хочется взяться за лопату.
— Том, тебе нужно обратиться к психиатру. Если хочешь, я сама поищу тебе хорошего доктора.
— Нет, не нужно, я уже был у врача.
— И…?
— С тех пор у меня никого, кроме тебя, не осталось. Ты — единственное, что у меня есть. Ты и мои невероятные теории.

На глазах Тома появились жгучие слёзы, и Жаклин стала медленно испаряться, словно дымка.
— Жаклин! Жаклин! Не уходи, не бросай меня!

Тому очень хотелось остановить сестру, он бы побежал за ней, встал бы на колени и молил бы остаться, но был привязан к кровати смирительной рубашкой. Он был один в белой комнате. А может быть, это была одна из чёрных дыр?


© Copyright: Энжела Полянски, 2014
Свидетельство о публикации №114081701352