Орлеанское чудо

Страсть к тебе порвала одеяние роз, 
В аромате твоём есть дыхание роз. 
Ты нежна, блёстки пота на шёлковой коже, 
Как роса в чудный миг раскрывания роз!

Омар Хайям


Глава первая 
Легенды

Известно ли Вам, мои уважаемые читатели, что дивному цветку, красотой и ароматом коего мы не устаём восторгаться, а именно розе, — 35 миллионов лет?! Однако нужно бы заметить, что более пяти тысяч лет не только природа, но и человек совершенствует этот и без того чудесный цветок.

Существует немало легенд о происхождении Божественного цветка. Известно, что ещё древние греки почитали и восхищались розами. Например, Анакреонт, древнегреческий лирический поэт, писал в своих одах:

Белая роза родилась из белоснежной, чистейшей пены, покрывавшей тело Богини любви Афродиты, в то самое время, когда она вышла после купания из морских вод. Явившуюся в девственной чистоте и прелести розу заботливые жрицы Афродиты снесли в храм Богини, украсив алтарь и сад вокруг него. Там Божественная роза оставалась белой, пока сердце Афродиты не было поражено страшной вестью о том, что её возлюбленный Адонис лежит в роще Пифона, раненый насмерть вепрем. В ужасном горе бедная Афродита устремилась к возлюбленному. Она бежала, не обращая внимания на покрывавшие розы шипы, и изранила ноги в кровь. Несколько капель попало на лепестки роз, и цветы из белых превратились в красные.

Однако существует ещё одна легенда, гласящая, что Богиня царства растений Флора долгое время не любила и избегала греческого Бога любви Эроса. Но вот только хитрый Эрос всё же ухитрился пустить стрелу в сердце прекрасной девы, и она воспылала к нему нежной страстью. Но теперь коварный Эрос стал избегать встреч с Флорой. Сжигаемая неразделённой любовью, несчастная Богиня создала волшебный цветок, который умел смеяться и плакать, грустить и радоваться. Когда цветок расцвёл, восхищённая собственным творением Флора хотела воскликнуть: «Эрос!», но отчего-то запнулась на первом слоге и только вымолвила: «Рос». Вот с тех-то пор цветок и стали называть розой.

А вот в древней Персии полагали, что Роза была подарена не кем иным, как самим Всевышним. Однажды в прелестную Розу горячо влюбился Соловей и в порыве страсти прижал её к груди. Но шипы гордой Розы пронзили беднягу, и её белоснежные лепестки обагрились алой кровью. Так роза и стала красной.

По преданиям, именно от персов любовь к розам перешла ко всем магометанам, которые приписывают цветку очистительную силу. Легенда гласит, что белая роза выросла из капель пота Магомета при его ночном восхождении на небо, потому-то ни один магометанин не наступит ногой на цветок. Существует поверье, что розовая вода имеет очистительную силу. После взятия Константинополя Магомет II повелел омыть Храм Святой Софии сверху донизу розовой водой, прежде чем превратить его в мечеть.

Не могу удержаться и не упомянуть, что, согласно писаниям в Талмуде, красная роза выросла из крови Авеля, невинно убитого своим братом Каином. У христиан же считается, что белые розы выросли на кусте с шипами, куда Дева Мария повесила сушить Христовы пелёнки. А также белые розы называли «розами раскаявшейся Магдалины» — они потеряли цвет от пролитых ею слёз.

В Англии под знаменем двух мирных роз — красной и белой — разгорелась братоубийственная война, длившаяся целых тридцать лет. Кусты, с которых были сорваны две исторические розы, находились в парке Тампль в Лондоне и погибли около десятка лет тому назад. Впоследствии английские садоводы вырастили особый сорт розы, знаменитый тем, что на одном и том же кусте растут алые и белые цветки.


Глава вторая 
История

Надо бы сказать, что в Древней Греции розы играли немаловажную роль в быту. Венками из роз украшали невесту, их посылали друг другу влюблённые. Лепестками роз греки усыпали путь победителя, возвращавшегося домой. Но, с другой стороны, розами убирали урны с прахом покойного. В круглом бутоне розы древние греки видели символ бесконечности, да и вообще прекрасному цветку приписывали множество чудодейственных свойств. Хочу также заметить, что греки высоко почитали вязальщиц венков из роз.

В своё время колонистами роза была перенесена из Греции в Рим, и именно в Древнем Риме впервые начали целенаправленно выращивать розы. Несмотря на то, что основное назначение садов в те времена заключалось исключительно в выращивании культурных растений — плодовых, овощных, пряных, а также лекарственных, — роза постепенно заняла в них особое место.

Однако в произведениях древнеримских писателей встречаются описания приблизительно десяти сортов роз. В V веке до н. э. великий Геродот в своей «Истории» описывает сады царя Мидаса в Македонии и упоминает о махровой розе. А в 300 году до н. э. знаменитый философ Теофраст, описывая сады Греции, даёт подробное описание цветов с количеством лепестков от пятнадцати до ста.

Если Вы когда-нибудь были в Неаполитанском музее, то должны были видеть великолепную мозаику из Помпей, где изображена дамасская роза, родиной которой, несомненно, является Восток.

(Поговаривают, что в Китае розами увлекался сам Конфуций, воспевавший чудное творение как царицу всех цветов. Но и это ещё не всё: говорят, что в китайской императорской библиотеке хранится более 500 томов книг, повествующих только о розе. А в императорских садах она растёт в немереных количествах.)

Во времена Республики в Риме розы считали символом строгой нравственности, и они служили наградами за выдающиеся деяния. Воины же украшали себя венками из роз для того, чтобы вселить в себя мужество. Веточку розы, как символ Гиппократа, вешали над столом в знатных домах, отсюда и выражение: *Sub rosa dictum*.

Однако с распадом Римской империи значение розы приобрело иной характер. Она стала цветком забав во время пьяных оргий, выразительницей самых низменных и развратных чувств. Императоры и патриции набивали благоуханными лепестками свои матрасы и подушки, осыпали толстым слоем нежных лепестков полы своих дворцов. В обеденной зале императора Нерона стены и потолок вращались, как бы изображая смену времён года, и вместо дождя на ошеломлённых гостей сыпались тысячи и тысячи свежих лепестков роз. Доходило до того, что, желая как можно больше упиться ароматом прекрасных цветов, императоры приказывали осыпать лепестками роз поверхность моря во время прогулок.

Обширные розарии в предместьях Рима расширялись в ущерб хлебным угодьям. Улицы же были так пропитаны запахом цветов, что непривычному человеку попросту становилось дурно. Тем не менее со временем садоводство и выращивание роз перешли в монастыри, и вот именно римские монастыри послужили прототипами садов по ту сторону Альп.


Глава третья 
Орлеанские розы

Дивная роза пленила своей красотой и ароматом и средневековую Францию. Однако выращивать розы французы начали в XI веке. В хрониках аббатства Мён-сюр-Луар есть запись, что среди набора как лекарственных, так и пряных растений монастырского сада было множество розовых кустов. А уже в XII веке розы появились в садах знатных орлеанских семей. К XVII столетию садоводство стало одним из основных видов деятельности в Орлеане. К тому же разведению цветов способствовали благоприятный климат и состав почвы. Многочисленные, по-королевски богато украшенные сады вдоль берегов Луары, а также близость к столице привели к тому, что в начале XIX века в Орлеане стали возникать довольно крупные розарии.

Да только разводить прекрасные цветы позволялось не каждому. Тем не менее подарить розовый венец «Шапель» считал своим долгом даже самый бедный родитель. С примесью розовой воды проводились крещения.

Однажды Людовик XVI подарил Марии-Антуанетте красные розы. Этот день совпал с Днём святого Валентина — вот с тех-то пор алая роза и стала символом этого праздника.

Но распространению моды на розы благоприятствовала никто иная, как сама Жозефина Богарне. Да-да, та самая Жозефина, супруга Наполеона Бонапарта. Надо заметить, что не только в Орлеане, но и во всех регионах Франции в первые годы XIX века стали стремительно, как грибы после дождя, появляться питомники, в коих садоводы занимались исключительно разведением новых сортов роз. История сохранила имена первых селекционеров, которые и ныне составляют гордость и славу французского розоводства.

Одним из первых селекционеров, а также владельцем достаточно большого питомника в Орлеане, специализировавшегося на выращивании роз, был легендарный Може. Он в течение тридцати лет (1819–1849 гг.) вывел и распространил по всей Франции более шестидесяти новых сортов роз.

Неоценимый вклад в выращивание и селекционирование роз внесла династия Винерон. Отец Жак Винерон, а впоследствии и его сын Алсид, были ведущими в провинции производителями прекрасных цветов в течение целых шестидесяти лет. Не один десяток коммерсантов продвигали на рынок не только орлеанские розы, но также все выведенные новые сорта. К 1905 году в каталоге питомников дома «Венерон и Сын» насчитывалось до одной тысячи сортов великолепных роз.

К великому сожалению, с начала семидесятых годов прошлого века в Орлеане (впрочем, как и везде) наступил экономический кризис, что пагубно сказалось на отрасли розоводства. Множество питомников, не выдержав кризиса, попросту закрылись, те же, что остались на плаву, переместились в провинции Орлеана. «Колыбель роз» осталась опустевшей. Молодое поколение стало наотрез отказываться продолжать дело отцов и дедов. Таким довольно печальным образом преемственность семейного разведения роз дала глубокую трещину.

Но в начале девяностых в экономике Франции наметился некоторый подъём (слава Богу!), а вместе с ним и оживление садоводства Орлеана. Вот тогда-то и возникла замечательная идея — воссоздание былой славы Орлеана как «Столицы роз». Надо сказать, что идея заключалась в том, чтобы собрать в одном месте все розы, выведенные селекционерами за всю многовековую историю садоводства Орлеана.

За дело взялся Эжен Тюрба, всю жизнь мечтавший о подобной коллекции. Прежде всего он, конечно же, составил список орлеанских роз, сохранившихся в коллекционных розариях по всей Европе, в том числе и в Зангерхаузене (Германия).

28 августа 1998 года официально было открыто новое детище Орлеана — одно из чудес света, розарий-музей. Дивный сад имеет форму трапеции, основанием которой служит задняя стена церкви Сен-Марсо. В центре питомника — кустовые розы, для каждой из которых выделен квадрат земли с таким расчётом, чтобы экспозиция выглядела как музейное собрание редких экспонатов. По периметру возвышаются оригинальные металлические конструкции, по которым плетутся розы из селекции Барбье. Опоры стилизованы под цветочные вазы, сплетённые из лозы. В саду собраны только те розы, которые точно участвовали в конкурсах в разные годы.

Хочу подчеркнуть, мои уважаемые читатели, что «вазы-опоры» весьма кстати создают необходимое для музея ощущение безвозвратно ушедшей эпохи — в данном случае славной эпохи Орлеанских роз. В целом вся композиция подчинена духу истории. Древние стены церкви служат нейтральным фоном для роз, внешняя ограда оплетена вьющимися розами так, как это было модно в деревенских домах XIX века.

Ну а завершить свой рассказ хочу так же, как его и начала, но стихами замечательного французского поэта Жана Фруассара:


Забьётся сердце, зной вдыхая роз, 
Замрёт моё при виде дамы, 
В плену надежд и сладких грёз 
Забьётся сердце, зной вдыхая роз.

Их запах свеж, но пышных лоз 
Милей любви рубцы и шрамы, 
Забьётся сердце, зной вдыхая роз, 
Замрёт моё при виде дамы.               


© Copyright: Энжела Полянски, 2015
Свидетельство о публикации №115010401294