Закон парных случаев?

реальная история (имена изменены)


Она поставила колено на подоконник и  взглянула в небо. Оно висела так близко и было так заманчиво, что захотелось дотронуться до него рукой. А внизу уныло скукожился газон, и вся ее жизнь скукожилась.
- Лечу! – наполняя легкие радостью, закричала она и полетела. Вниз. С девятого этажа семейного общежития, стоящего неподалеку.


*****


Нина Ивановна и Сергей Михайлович Климовы приехали в наш дом много лет назад, когда я находилась в отпуске по уходу за ребенком. Подтянутая, широкой кости, с недовольно поджатыми губами, новая соседка озадачила, приветливый худенький, невысокий  муж ее понравился с первого взгляда.

- Здравствуйте, сударыни, - раскланивался он перед подъездной общественностью в лице дам разных возрастов.
Сударыни прыскали в кулачки и подмигивали друг другу:
 – Экий джентльмен у нас появился.

Нина Ивановна, с достоинством неся свое грузное тело, проходила молча, и мы долгое время не знали ее имени-отчества.

- И чего она все-время дуется? – недоуменно пожимали плечами соседи, - Муж замечательный, двое детей – семнадцатилетняя Алена и двенадцатилетний Юрик. Девчонка умница, красавица, сыночек не шляется где попало. Чего ей еще надо?
Друзей у них нет, но это дело наживное.

- А вы слышали, как Нинка на ребят орет? – как-то поинтересовалась пенсионерка Мария Яковлевна, живущая с  Климовыми на одной лестничной площадке. –  Вчерась Аленку до слез довела.

- А муж что? – удивилась пожилая Надежда Михайловна. – Неужели разрешает мальцов обижать?

- Молчит муж, - покачала седой головой Яковлевна.

На следующий день Алена пробежала мимо меня, пряча заплаканные глаза.

«Настоящая русская красавица, - вздохнула я, провожая ее взглядом. – В отца. А с мамашей не повезло».

- Ты чаво дочку обижаешь? – как-то поймав в подъезде Нину Ивановну, спросила у нее Надежда Михайловна.

Та вскинула на нее холодные голубые глаза и, не ответив, потопала вниз.
- Тьфу, - сплюнула ей вслед старая женщина. – Потеряешь девку то!

А через месяц Алены не стало. Она пошла к подруге в семейное общежитие и выбросилась из окна.

После смерти дочери Сергей Михайлович постарел лет на десять. Он сгорбился, еще более похудел, но по-прежнему прилежно здоровался с нами. Нина Ивановна не изменилась. Ее властное лицо с опущенными уголками губ походило на маску.

В маленьком сквере, рядом с подъездом, частенько стал появляться Юра Климов. Он читал книжки и молча улыбался, когда к нему подходили, чтобы поговорить. А однажды разговорился.

- Что читаешь? – спросила я, покачивая коляску с пятимесячной дочкой.

- Жюль Верна, - оторвался от книги мальчик. В глазах его мелькнул огонек, такой я видела у заядлых путешественников.

- Любишь фантастику? – улыбнулась я. – А кем в будущем хочешь быть?

- Писателем, - доложил Юрик. – Я обязательно буду писателем. Буду много странствовать и много писать.

Потом он еще что-то рассказывал, его как прорвало, но я забыла нашу беседу.
Больше нам поговорить не пришлось. А через пять лет мы уехали на север.


Первый год на чужбине прошел тяжело, и мы с нетерпением ждали отпуска. А когда наступил долгожданный июнь, запрыгнули в машину и покатили домой, в Уфу.
Малая родина встретила нас ярким солнцем и насыщенной зеленью. В Ханты-Мансийском Округе, откуда мы прибыли, местами еще лежал снег.

Насладившись теплом и общением с родными, я выглянула в окошко. На лавочке сидели мои любимые бабули и что-то обсуждали. В сквере, как в прежние времена, качали коляски молодые мамы. Казалось, время повернулось вспять. 

- Скоро вернусь, - кинула я домашним и выпорхнула во двор.

- Приехала, - обрадовались бабули и подвинулись, освобождая место на скамейке.
– Как ты там?

Я вкратце поведала им про свое житье-бытье.

- Знаешь, что стало с Юркой Климовым? – неожиданно спросила меня Надежда Михайловна.

- Откуда? – подозревая неладное, откликнулась я.

- Тебе не писали? – округлила глаза Мария Яковлевна.

- Нет, - растерялась я и ощутила, как по спине пробежал холодок.

- Выкинулся из окна он, - дуэтом изрекли бабушки. – Из того же общежития, что и Алена. 

Юрику тоже было семнадцать...


Прошло много лет. Мы вернулись в Уфу, вышла замуж моя доченька. Умерли Надежда Михайловна и Мария Яковлевна, только Нина Ивановна не изменилась. Она по-прежнему молча проходит мимо соседей, и ее непроницаемое лицо вызывает во мне ужас. Муж Климовой по-прежнему здоровается с женщинами на скамейке и нарекает их сударынями.
 

Вчера я вновь столкнулась на лестнице с Сергеем Михайловичем. Он поклонился и вежливо поприветствовал меня. Почувствовав на себе постороннее воздействие, я подняла голову. Над мужем царственно высилась Нина Ивановна. Ее беспросветный взгляд источал ледяное спокойствие.

*****


В природе существует закон парных случаев, с ним особенно знакомы медицинские работники. Неужели он вмешался в спокойную размеренную жизнь нашего подъезда? Или причиной ухода Алены и Юрика стали эти голубые непроницаемые глаза, от которых хочется убежать?