После имени твоего...

/запой №1/

После имени твоего темнота.
Из темноты с трудом выдавливаю отчество.
Ты давно разучилась говорить со мною на «ты».
Пустота. Звенящая пустота.
Фантомное одиночество.

Молчишь в телефонную трубку.
Молчишь, кусаешь губы, закрываешь глаза.
Кажется, плачешь.
Переходишь на вибрирующий шёпот.
/Твоя детская шепелявость так и осталась./
Твоё дыхание ощущаю кожей.
Каждым сантиметром по позвоночнику вниз.
/Диастола - выдох./ До дрожи...
до паузы в запятых.
Твоё имя шариком от пинг-понга в два касания скачет по миру.
Мимо.
«Мимо Мекки и Рима...».
Непостижима.
Время актрис и кукол уходит.
Уходит под купол по невидимой тонкой леске.
Шансонетка не стала актрисой бурлеска.
Время неуловимо.
И вот тебе два раза за сорок.
Ты испуганно хватаешься за перила
«Хотя и не особо чистые, удерживающие в равновесии»...
Но все твои штампованные истины пахнут нафталином, валидолом и депрессией.
Время неумолимо - мимо.

Выдыхаю твоё имя.
Снова спотыкаюсь на отчестве.
Мне хочется закрыть тебя от мира,
времени, одиночества...
От бессонниц, страхов, режущей острой боли,
от твоих внезапных ночных признаний-прозрений.
Кладу голову тебе на колени...
/Систола миокарда - вдох/

Ты вздрагиваешь и случайно называешь меня Нори...
Я вешаю трубку. Жена Цезаря вне подозрений.

Всё пох.