Почему у ласточки хвост рожками по мотивам древней

Давным-давно землею нашей
Жестокий правил Айдахар.
Вкус крови сладостной познавший,
Из пасти изрыгавший жар.
Был вечным голодом томимый,
Многоголовый алчный змей.
Живую кровь ненасытимо
Пил подданных ему зверей.
Ее, бурлящей и горячей
И плоть алкала, и душа.
На троне от нее, бодрящей,
Свернувшись в кольца, возлежал.
Но сытый сон недолго длился,
И голод в жилах вновь бурлил.
Глаза сверкали, змей ярился,
Живое взглядом леденил.
Вонзаясь в зверя тяжким взором,
Три головы со всех сторон,
Терзаемы свирепым жором,
Впивались под страдальца стон.
Высасывал кровь с жадным хлюпом,
Вмиг в теле жизнь опустошив,
Останки бренные ощупав,
В покой впадал, зло совершив.

Несутся годы чередою,
Прожорливый стареет змей.
Покрылся изжелта-седою
Коростой грубых волдырей.
Он жертв своих не жаждет крови,
Тоской неведомой томим.
В привычном счастья нет улове,
Им больше он не насытим.
Ее, бурлящей и горячей
Не алчет более душа.
На троне от нее, горчащей,
Теряя силы, возлежал.
Дыханье реже, истощенный
День ото дня дряхлеет змей.
Невнятной жаждою смущенный,
Его терзающих страстей.
Он помнил хорошо, что прежде
Была столь сладостною кровь.
Так отчего ж теперь все реже
Блаженством полнится нутро?
Течет по жилам может радость,
Того, неведом кто ему?
И чью, испив однажды сладость,
Познает жизни новизну?
Готов дать комару веленье,
Что на посылках у него.
Кто знает тайну вожделенья,
Имел с кем в этом он родство.
С трудом набухшие змей веки,
Подняв, с одышкой комару
Сказал:
              - Я немощи вовеки
Такой не знал, боюсь умру.
И сердце стало биться глуше,
День ото дня вздох тяжелей.
Чья кровь, испробуй, будет лучше,
Слуга мой верный, поскорей.
Все, что разведал мне расскажешь,
Знай, раб, что лжи не потерплю!
Коль цель неверную укажешь,
Тебя, ничтожный, удавлю!
Хочу услышать, в ком на свете
Течет бессмертие моё?
Ответ ждать буду на рассвете, -
Приказ змей комару дает.

С жужжанием неутомимым
Всю землю облетел комар.
Крови испил неисчислимо.
Где сокровенный тот нектар?
Где прячется глоток заветный,
Что жизнь способен возродить?
Нет, к сожалению, ответа,
Страшится змея рассердить.
Ослабли крылья от натуги,
Вот-вот на землю упадет.
Отчаялся гонец летучий,
Что нужной жертвы не найдет.
Вдруг видит на лугу зеленом
В тени у юрты на траве,
Малыш в бесике* несмышленый,
С улыбкой нежной на лице.
Сон безмятежный, охраняя,
Летает ласточка вокруг.
То ввысь в полете воспаряет,
К младенцу то слетает вдруг.

Огнем зловещим загорелся
От счастья взор у комара.
Метнулся вниз и завертелся,
Вонзившись жалом в малыша.
Невинной крови не напиться.
Возможно ль жажду утолить?
Нет устали и жизнь искрится,
Младенец в страхе голосит.
Услышав крик, полна тревоги,
Из юрты выбегает мать.
Ввысь воспарил комар жестокий,
Дитя никак ей не унять.
Поймать пытаясь его птица,
Крылами воздух очертя,
Вослед метнулась кровопийце,
Молниеносно, как стрела:
- Я знаю замысел твой злобный,
Дряхлеет плотью Айдахар.
На подлость дикую способный,
Ты возродить в нем хочешь жар.
Живительна кровь человека,
Сегодня правду ты прознал.
Но змею не узнать вовеки,
Кого он втайне возжелал.
Ему сказать ты не посмеешь,
Всех слаще кровь, чья на земле.
И даже если уцелеешь,
Меж нами, знай, впредь быть войне!
Змей на веку своем немало
Испил живительной крови.
Твоя услуга запоздала,
Не смей сказать ему, молчи!
Ответа ждет он на рассвете,
Спешишь к нему ты неспроста.
Мгновенно зло на этом свете,
Но неизбывна доброта.
Нет, лиху не бывать вовеки,
Я людям буду первый друг.
Отведать крови человека,
Чтоб змея излечить недуг,
Позволить ласточка не может,
Мой долг спасать людей в беде.
Тебе зло в мире не умножить,
Пока живу я на земле!

Спеша, влетел комар в покои,
Изнемогает Айдахар.
Лежит на троне змей и стонет.   

- Прими, владыка дивный дар!
Твое исполнил повеленье,
Кругом всю землю облетел.
Я знаю, в ком твое спасенье, -
Комар без устали зудел.

- Так поспеши же, раб мой верный,
Чья кровь всех слаще на земле? –
Змей зашипел высокомерно,
Пот утирая на челе.

Комар поближе подлетает,
Но вьется ласточка над ним.
Жужжа под ухом сообщает:
- О, этот вкус неизъясним!
Знай, мой владыка, всех на свете
Кровь слаще у… - но не успел.
Тут птица, клювом в него метя,
Язык щипнула, что зудел.
Комар, лишившись дара речи,
- З-з-, -
             Змей гаркнул:
                - Назови!
Тут ласточка:
                - Я рассекречу!
Всех слаще будет кровь змеи! -
Разинув пасть, и свирепея,
Взвился до неба Айдахар.
Когтями, в ярости чернея,
Нанес чудовищный удар.
Проворней птицы нет на свете,
Метнулась в сторону она.
Мелькнула между лап в просвете,
Опали перья из хвоста.
Огонь из пасти изрыгая,
На камни рухнул Айдахар,
Дух злобный с воем испуская.
Таким был ласточки нам дар.
И у нее, скажу вам, дети,
Вот почему с тех давних пор
Хвост рожками, и той примете
Дивятся люди до сих пор.

*бесик - детская колыбель.

27-28.04 2015г.   Г. Алматы.


Рецензии