Бабочка с опалёнными крыльями

                Она пела. Или ей только казалось, что она поёт. А может быть пели люди?.. которые шли рядом… и те, что шли навстречу... по тротуару. Пели дома, деревья пели, качая своими кронами в такт мелодии. А она, среди этого великолепия, порхала как бабочка, с цветка на цветок, совершенно не думая, что может подуть ветер или пойти дождь, и можно намочить свои крылья...

                А вся радость оттого, что она поступила в институт – или, как он теперь назывался – Пермский педагогический университет. Причём, сразу, с первого раза - и на факультет английского языка. Вряд ли, в дальнейшем, она станет педагогом… да это было сейчас и не столь важным. Главное, что она поступила!.. В сторону - книги, шпаргалки... Закончились постоянные переживания, изнурительные зубрежки, работа с репетиторами. Сколько на них денег ушло, одна мать только и знала. Отец копейки не вложил в её победу. Но теперь всё позади. До первого сентября есть время. Теперь самое время - отдохнуть.
    
                Стояло ужасное пекло, и днём, когда солнце светило почти вертикально, асфальт нагревался так, что на некоторых участках становился мягким и плавился. И каблуки предательски увязали в него, оставляя свои отпечатки... Такого жаркого августа, в этом городе, трудно было припомнить. Но на то и лето, чтобы греть, на то и молодость, чтобы фонтанировать. Наташке было всего восемнадцать. Белокурая, всегда с широко раскрытыми голубыми глазами, она больше напоминала девочку-подростка - из фильмов 60-х годов, прошлого века, а не серьезную девушку начала нового столетия.
    
                - Ма-а, я поступила! - Не успев войти в квартиру, выпалила радостная девушка.

                Мать бросилась обнимать свою единственную дочь. Всю свою жизнь она вложила в неё. И вот первые плоды - она студентка. Да, это не МГУ, но для их города Педагогический университет был весьма сильным аргументом.

                *
    
                Незаметно пролетели последние дни августа. Вот и долгожданное начало занятий! Проскакал дождями сентябрь, а затем дни покатились один за другим, как рассыпанные бусины по асфальту. Не успела Наташа моргнуть, как первый курс оказался позади. Зачёты и экзамены были сданы, сессия закончилась, всё прошло на оценку «отлично». Ей всё давалось легко, многие подруги говорили: «Ты, Наташка, всё вприпрыжку делаешь. Не успеваешь одно закончить, как другое начинаешь, - и всё у тебя получается!»

                Некоторые, конечно, завидовали, только вида не подавали... Да и на личном фронте у Наташи всё было в порядке, - потому как не нужен ей был никто… Парни - только обуза, привяжутся, хуже горькой редьки, потом и не знаешь, как отвязаться. Учёбе мешают, погуляют, погуляют, а там всё одно - в постель тянут. Наташа хорошо знала, чем это всё заканчивается, а вот, чтобы кто серьезно - замуж позвал, такого не дождёшься.

                Да она и не ждала особо. Жила себе и жила, не обращая внимания на происходящее вокруг. А вокруг неё: сходились, расходились, любили, страдали, заламывали руки от отчаяния... Это происходило и со многими её подругами, но только не с ней. Её как будто это всё не касалось. Вот так она и жила до той поры, пока время не подошло...
    
                Годы учёбы проскочили быстро, буквально на одном дыхании. Стояло очередное лето её жизни. Она игриво вышагивала по бордюру фонтана в центре городского парка. Она не шла, а «плыла» по воздуху, практически не касаясь земли, - так была счастлива! Что и говорить - она защитила диплом! Теперь всё, Наташа Белова стала дипломированным специалистом и добилась того, о чём мечтала. Её, со всех сторон, засыпали выгодными предложениями!.. Правда… многие предложения пришли из средних школ: работа учителем… но были более перспективные - работать переводчиком в частных фирмах! Вакансий было много, и нужно было всё хорошенечко взвесить...
    
                Она даже не почувствовала, как подломился каблук и только, когда её качнуло в сторону и она начала падать - осознала это. Вот тут-то её и подхватили уверенные мужские руки. Буквально, через мгновение - она оказалась на соседней лавочке, а молодой человек, который так вовремя подоспел к ней, держал в руках её сломанный каблук.
    
                - Он, как я понимаю, Ваш? - галантно произнёс молодой человек, протягивая каблук владелице.
    
                - Да, мой!.. Спасибо Вам большое! Вы меня просто спасли! Я могла бы так грохнуться...

                Наташа смущенно стала оправлять платье.
    
                - Нет, это Вы меня простите. Я так бесцеремонно поднял Вас на руки, но спрашивать разрешения - у меня не было времени: ещё секунда, и Вы бы оказались в воде, ещё чего хуже - на мостовой. Я очень рад, что в это время оказался рядом…
    
                Наташа отметила, что ей было приятно находиться в обществе этого человека. На вид ему было лет тридцать… ну может чуть больше. Но сейчас это не имело никакого значения. Она глупо вертела в руках каблук, не зная, куда его девать.
    
                - Может быть, Вас подвести? Я на машине. Должен был встретиться с одним человеком, но встреча не состоялась. И вот теперь появилась уйма свободного времени. Да, что Вы всё вертите каблук. Давайте выбросим его. Да ещё вдобавок оторвём второй и попробуем так дойти до машины. Она тут за углом...
      
                Наташа почувствовала неловкость. Чрезмерное участие молодого человека, в её проблемах, настораживало, но в тоже время льстило её самолюбию. Ей было очень приятно. С каждой минутой её всё больше и больше охватывало чувство симпатии к Сергею, - он успел представиться, когда отрывал каблук от второй Наташиной туфельки.
    
                Сидя в машине, они продолжили разговор, как давно знающие друг друга люди…
   
                - Куда прикажете?
   
                - Прямо!..

                Наташа была на седьмом небе. Она сама не понимала, как неприступная недотрога, которая всем давала отворот поворот, сейчас расклеилась и так легко угодила в ловко расставленные сети этого парня. В общем, и сетей-то никаких не было, а только его обаяние, под магию которого она так легко попала.
   
                Уже у подъезда, прощаясь, Сергей смог вырвать у Наташи первый поцелуй, но не более. Девушка уверенно дала понять, что для первого раза этого вполне достаточно. Они обменялись телефонами, и та упорхнула к себе наверх, оставив молодого человека безмолвно стоять у подъезда и переминаться с ноги на ногу… Он не знал, что делать теперь. Всё произошло так быстро, что было трудно определить: а что это, в сущности?.. Зачем ему это нужно?.. И что теперь с этим делать? Внести её в длинный список «избранных» женщин… или встреча с Наташей нечто другое, на много больше, чем мимолетное увлечение?.. На этот вопрос он ответить пока не мог...
    
                Шло время. Они несколько раз созванивались, да и только. Встретиться никак не получалось: то Сергей не мог, то Наташа была занята. Контора, в которой она работала, требовала от своих сотрудников строгой дисциплины. Сергей и вовсе погряз в делах. Бизнес, который он вёл, заставлял трудиться с полной отдачей. Но их постоянно влекло друг к другу, они оба чувствовали, что это надолго…

                Сергей не успел заметить, как влюбился. Он уже и раньше испытывал это чувство, и кроме, как «болезнью», его никак не называл. Слишком много душевных сил было отдано, в своё время… а в сущности - всё впустую. В ответ он получил ложь и предательство… Вот почему он так тщательно оберегал себя от малейших проявлений любви. Вот почему вначале он избегал встреч с новой знакомой, боясь полностью увлечься ею… В Наташе было что-то притягательное, чего не было в других, - скорее всего, подкупала её простота, наивность и необыкновенная душевность – качества, совершенно не присущие многим современным женщинам.
    
                Наташа просто порхала в облаке счастья. Ей очень нравились ухаживания Сергея, а может быть, время подошло и она почувствовала, что пора?!.. Всё одно к одному, а чего в девках-то засиживаться. Мало ли ребят хороших она уже отвергла, по своей глупости, …как бы локоточек не пришлось кусать, если упустить такого парня...
    
                - Ты пойми, я люблю тебя! – признавался Сергей, сидя на кожаном диване, рядом с Наташей. – Давай выпьем, вот шоколад, конфеты. Я не понимаю: ты, что, не веришь мне? Я полюбил тебя сразу, как только увидел, тогда у фонтана… Прошу, будь моей и только моей!.. Поверь, мне больше никто не нужен… – его свободная рука скользнула по Наташиной коленке и поползла вверх… – Ну, всё, пьём…

                Они выпили... У Наташи всё поплыло перед глазами… - и не то, чтобы она никогда не брала спиртного в рот, нет - это от общего её состояния, в котором находилась душа, да, пожалуй, и тело… Сергей нежно ласкал Наташу... Да, да, у них всё получилось тогда. Тогда всё было хорошо. Они лежали на широкой кровати Сергея, расслабленные, слегка уставшие от любовной страсти, глядя в потолок и молчали, - им обоим было просто хорошо!..
    
                - Слушай, Наташ, переезжай ко мне!.. У меня пустая трёхкомнатная квартира, в центре города. Предкам я купил «двушку», в новом районе, они мешать не будут. И тебе отсюда - до работы ближе. Считай, это моё предложение!?.. - Сергей замолчал, испытующе глядя в глаза девушки.
    
                - Хорошо, поживём, увидим. Сергей, ты хочешь всё и сразу, а что на это моя мама скажет?.. Я хорошо знаю: ей это не понравится! - Наташа повернулась к Сергею. - Скажи, ты любишь меня!?..
 
                Через неделю Наташа переехала к Сергею. Как не уговаривала её мать не делать этого, - что надо расписаться вначале, а потом уже в кровать лезть, - дочь осталась при своём мнении. Наташа долго доказывала, что сейчас все так живут, и в этом нет ничего предосудительного. Сказано - сделано. Стали они с Сергеем жить вместе. Мать поплакала немного и успокоилась, кто его знает, может это и к лучшему. Поживут, поживут, - а там, смотришь, и распишутся!..
      
                Да, жизнь девушки полностью изменилась... Теперь, приходя с работы, она готовила на двоих - и это ей нравилось. Сергей постоянно дарил ей подарки, иногда совсем крохотные, но Наташе всегда были приятны его знаки внимания. Он в ней души не чаял. Часто носил на руках, не зная, как ещё можно выразить свою любовь. Брался сам за готовку пищи, но больше, чем на яичницу с помидорами, его не хватало.
   
                Дни - то взбирались на холм, то катились под гору... Недели бежали вдогонку... Но их любовь не утихала, а только возрастала с каждым днём, хотя казалось, что должно было быть наоборот. Она по-настоящему полюбила Сергея, полностью оценив его отношение к себе.
    
                - Ты знаешь, мы скоро уедем отсюда. Меня переводят в Москву. Ты рада? – Сергей сделал особое ударение на слове в «Москву», заранее готовясь к восхищенной реакции Наташи. Но восторга не получилось.
    
                - А как же – мама..? Она же совсем одна останется… Пускай, я - хоть редко, но бываю у неё, а так, живя в Москве, я вообще, с ней видеться не буду…
    
                - Всё не так страшно, как тебе кажется, - перебил Сергей – Не обещаю, что каждую неделю, но раз в три, а то и в две недели, мы будем прилетать сюда. Ты пойми, там же Москва!.. Ну, сколько можно в этой дыре сидеть? Неужели тебе не надоело!
    
                Переехав в столицу, Сергей купил дом на Можайке, рядом с Одинцово. Удобно: до офиса - полчаса езды, и Наташе воздух свежий полезен. Тут и до Барвихи рукой подать. Зажили столичной жизнью. Вроде бы и загородом, но и до Москвы пять минут езды. Удобно. Сергей всё продумал до мелочей. На первых порах, решили в театры походить, музеи и клубы ночные тоже посещали. Москва - без конца и края, тут жить будешь и то не всё увидишь, а что уж говорить о тех первых двух неделях, в которые они решили вставить всю свою культурную программу!..
    
                Проектная компания, где Сергей занимал лидирующее положение, была востребована. Заказы валились, как из рога изобилия. Только успевали с одним разделаться, как другой подходил. Работы на всех хватало. Денег тоже было предостаточно.
      
                Встал вопрос, стоит ли Наташе работать?.. Сергей решил твёрдо, как отрезал – совершенно не обязательно!.. Лучше посидеть дома и заняться хозяйством, а чтобы ей быть более коммуникабельной, решили купить автомобиль. Решили - сделали. Вот незадача, у девушки не оказалось водительских прав. Водить-то она училась, и даже экзамены сдавала, но прав не получила, завалила «вождение». Сергей легко решил эту проблему - просто купил их, а потом неделю «гонял» Наташу по подмосковным дорогам. И она недурно преуспела в этом занятии. Постаралась вспомнить, чему её учили в школе. Для начала стала заезжать в «Ашан», - тот, что на МКАДе, а потом постепенно стала Москву осваивать. У неё была прекрасная память и реакция хорошая, она всегда знала, что и когда делать. Дважды повторять ей не приходилось. Так и жили они, душа в душу: дом, работа, магазины, - дом...
    
                Однажды, придя домой с работы, Сергей спросил:
      
                - Наташка, ты хочешь куда-нибудь вместе смотаться?..
   
                - Да-а-а…, - моментально отреагировала она.
    
                - Собирайся. Летим в Италию. Поездка свалилась, как снег на голову. Горячий тур!..
    
                Флоренция, со своими дворцами, базиликами и вездесущей скульптурой. Потом Рим с Колизеем и Ватиканом. Впечатлений было столько, что не вместить всё в голову. Они объедались пиццей и пастой, запивая всё это красным вином. Душа рвалась наружу от счастья. Неужели такое может быть? Получается, что может... Но рано или поздно всё заканчивается. Подошло к концу и их путешествие, пора было возвращаться домой.
      
                Аэропорт в Римини... Ласковое солнце Италии прощалось с Наташей и Сергеем. Ребята заняли принадлежавшие им два места в «бизнес классе». Огромный Боинг постепенно заполнялся пассажирами. Скоро взлёт...
    
                - Ты что, плохо себя чувствуешь? - спросил Сергей.

                Он обратил внимание на то, что Наташа вся съёжилась, побледнела и держалась руками за живот.

                – Натусь, что-нибудь болит? Ответь, не молчи. Я сейчас вызываю врачей, потерпи...
      
                Рейс задержали. Приехавшие врачи не могли сказать ничего вразумительного. Но дали понять, что Наташа никуда не полетит. Её сняли с рейса и отвезли в больницу. Сергей, сколько мог, был рядом с ней, только когда она прямиком угодила в реанимацию, для него путь был закрыт. Он всю ночь просидел в кафе напротив, тягостно размышляя над тем, что же всё-таки произошло? Как это могло случиться? Он осунулся, под глазами появились круги. Наутро, как только открылись двери, он проник в клинику. Его ждала страшная новость, к которой он был совсем не готов. Врачи констатировали у Наташи рак желудка. Что же теперь делать? Жизнь сделала крутой вираж, разделив время на «до» и «после». Что было «до», с этим как-то всё понятно, а что же делать с «после»? Как принять это всё и не сорваться. И что вообще можно и нужно делать!?.. Этот вопрос так и повис в воздухе, в поисках хоть какого-то ответа…
    
                Спустя неделю, их встретила дождливая, неприветливая Москва. Наташу сразу положили на «Каширку». Других предложений не было. Начался курс химиотерапии. Это всё, что смогла на тот момент предложить медицина, другого варианта не было. У Сергея опускались руки. Ну, что ещё можно было сделать? Это всё равно не то, что в Перми, там давно бы уже похоронили… Наташа, хоть и была в подавленном состоянии, но старалась держаться и вела себя мужественно.
    
                За окном медленно ползли серые дни. Улучшения не было, хотя и хуже тоже не становилось. Но начали выпадать волосы, при этом она стала сильно полнеть. Скоро Наташа стала походить на пионерку середины двадцатого века. При своём небольшом росте, да ещё располнев, она точно подходила для рекламы какой-нибудь пирожковой. При появлении в палате визитёров, она натужно улыбалась и старалась казаться весёлой. Боли не было, а это очень важно, никто не знал, что дальше будет, но главное - сейчас не болит.

                Через месяц её отпустили домой, сказав, что болезнь приобрела затяжной «стабильный» характер. Жизнь в их доме изменилась. В воздухе повис вопрос - что делать? Как жить дальше?.. Об этом больше всего думал Сергей. Да, он любил Наташу, любил всегда, любил и сейчас. Но, что дальше!?.. Он - молодой крепкий парень, в расцвете сил. Сможет ли он посвятить свои лучшие годы ухаживанию за больным человеком. Да и сколько она ещё протянет… а вдруг… долго?.. Всё перемешалось в его голове: жалость к Наташе и непримиримость к создавшейся ситуации. Его душа переживала и всячески рвалась на помощь, а сознание диктовало своё, - звало его на волю?!.. Прочь, из надоевшего и противного дома, где находилась Наташа. Она с палочкой ходила по комнатам и тихо улыбалась. Теперь она делала это постоянно, особенно, когда кто-нибудь приходил к ним. Улыбка, хоть немного, но скрашивала, её быстро стареющее лицо.
    
                Чтобы хоть как-то отвлечь Наташу от мрачных мыслей, Сергей устроил её учиться в школу дизайна. Она не стала осваивать основы дизайна, это было, явно, не её. Живопись - вот, что могло сейчас помочь ей. И она ушла в изучение предмета с головой. Мастерская находилась совсем близко с офисом Сергея. Он мог спокойно довозить Наташу, а потом забирать её после занятий. Ему это было нетрудно. Сергей временно мог вздохнуть. Увлечение жены приносило положительный эффект - она стала чаще улыбаться, иногда смеялась по пустякам и бесконечно говорила о живописи. Призналась, что только сейчас осознала, что видит цвет. Мир, окружающий её, оказывается цветной и такой прекрасный, о чём она раньше и не догадывалась. Больная совсем превратилась в ребёнка, со своим новым увлечением. Для неё стало огромной радостью - ездить по художественным салонам, закупать там краски, холсты и другие принадлежности, необходимые для работы.
    
                Но другое настроение было у Сергея. Любовь ушла, это он понимал, а то, что осталось, можно с натяжкой назвать выполнением долга. Но он же не врач, и не давал клятву Гиппократа. Он никому ничем не обязан. Вот если только своей матери, за то, что она родила его, и то - он с ней квартирой расплатился… Ему, как никогда, хотелось жить. Дышать полной грудью, свободно действовать. Как раз этого он был лишён сейчас. Он был связан по рукам и ногам Наташиной болезнью.

                И, когда Сергей задержался на работе больше положенного: скоротать время за бумагами, - ему предложила свою помощь его секретарша. А может это она умело расставляла свои хитро-сладкие ловушки: чрезмерно короткие юбки, вычурные колготки, манящее декольте, новые причёски каждые три дня, макияж и много чего другого, на что он раньше не обращал внимания... Но не в этот вечер...

                Сегодня ему особенно не хотелось ехать домой. Он понял, что больше не может быть «сестрой милосердия». И поэтому, он делал всё, чтобы как можно дольше задержаться на работе. Его нервы были напряжены до придела. Он разрывался между нежеланием ехать домой и чувством долга перед больной Наташей. Но, когда секретарша принесла ему кофе, а потом, удобно развернувшись, положила почти обнаженную ногу ему на колени, - он сдался. Всё произошло молниеносно, как зачастую бывает в таких ситуациях, - на его рабочем столе... Обольстительница была довольна, она добилась того, чего хотела все эти последние месяцы… Он стоял у окна, неуклюже застёгивая рубашку и заправляя её в брюки, при этом пристально вглядываясь в окно, как будто хотел там кого-то увидеть, а на самом деле ему было стыдно и прежде всего, за себя, что он не выдержал, хотя так долго не поддавался соблазну.
    
                Но дело было сделано, джин был выпущен из бутылки, вернуть его назад не представлялось никакой возможности. Сергей стал систематически задерживаться на работе, встречаясь с Катей, тем самым давая себе разрядку. Он совсем не догадывался о том, что Наташа всё чувствует и знает, лишь делая вид, что ничего не происходит.
    
                Однажды он пришёл и чуть ли не с порога объявил, что больше не любит её... и что у него есть другая. Наташа была уже готова к этому и восприняла слова Сергея со стоическим хладнокровием. Одному Богу известно, сколько сил ей понадобилось, чтобы выслушать его, не проронив ни слова.
    
                - Ты слышишь, что я тебе говорю. Я не люблю тебя больше. Между нами всё кончено. Хочешь, живи в этом доме. Можешь оставить у себя машину. Не нравится, поезжай в Пермь к матери. Я тебя не держу, но я так больше не могу. У меня есть другая женщина, которая любит меня и ждёт… - Сергей запнулся, он понимал, что лукавит...

                Для Кати это было лишь корпоративное увлечение, а ещё хуже - попытка, таким образом, вытянуть у него деньги или просто женить на себе, не более того… Любовью там и не пахло, и это он хорошо понимал. Но секретарша была хорошим предлогом - уйти из дома, чего он и добивался.
   
                Наташа давно чувствовала это охлаждение, с его стороны, и что их отношения висят на волоске, она хорошо понимала. Сергей - молодой человек, здоровый, сильный, красивый - он не должен был превращаться в сиделку для беспомощной больной. Это противоестественно природе. Нужно быть святым, чтобы идти на такие жертвы, а требовать этого от него она не вправе. Подспудно Наташа ждала, что он её бросит: не сегодня, так завтра, когда-то это должно было произойти...

                Теперь она осталась совсем одна. У неё даже знакомых в Москве не было. Чтобы не умереть, сейчас уже - от тоски, начала усиленно заниматься живописью. Это помогало, но насколько могло, а мысли Наташи постоянно возвращались к одному и тому же, - к предательству Сергея, и это не давало ей полностью сосредоточиться на любимой работе...
    
                ...Прошёл год. Наташа жила у мамы в Перми. Это было то место, где можно было спрятаться от любых невзгод. Борьба с болезнью проходила с переменным успехом. Что говорили врачи? Они ничего не говорили, всё больше отворачивались от прямого Наташиного взгляда и философски почёсывая затылок, смотрели в окно.

                - Вы знаете, Наташа, в этом подлунном Мире, иногда, бывает место чуду. В это надо только верить - и на Вашей улице будет праздник. Вы бы занялись чем-нибудь. Вам обязательно нужно постоянное занятие, которое уводило бы Вас от горьких раздумий.

                И Наташа вспомнила про живопись, - ведь недаром она год проходила на курсы, которые очень помогли ей вырваться из депрессии и уйти от череды бессмысленных серых дней.
    
                Девушка оборудовала свою комнату под мастерскую. Мольберт стоял тут же, у кровати, краски и палитра располагались на небольшом журнальном столике, на котором, по-прежнему стояла фотография Сергея. Она не обижалась на него, скорее понимала его, чем осуждала. Не каждый человек решиться на такую жертву – быть прикованным к больному, а он сделал свой выбор, тот единственный, на который был способен.
   
                Теперь она была свободна. Никто не мешал ей творить. Она обрела новую жизнь, которая была наполнена радостью творчества. Наташа включала свою любимую «Лунную сонату» Бетховена и писала. Её картины больше напоминали философские притчи, чем привычные для взгляда обывателя пейзажи и натюрморты. Она стремилась вложить в работу всю себя, и это ей удавалось. Закончив очередную картину, Наташа тщательно её фотографировала, а затем по электронной почте отправляла снимки Сергею. Зачем? Она не знала, но чувствовала, что это каким-то образом связывает их вместе, пусть иллюзорно, но всё-таки. На её послания он отвечал всегда сухо и одинаково – «Спасибо», как будто боялся, что дополнительные слова обяжут его изменить отношение к больной Наташе.
    
                А для девушки и этого одного слова было достаточно, чтобы потом весь день ходить в приподнятом настроении и творить. Она хорошо понимала, что длиться вечно это не может, поэтому старалась использовать каждую минуту для творчества. Девушка перешла на жидкую пищу и сильно похудела… но это не мешало её увлечению. Наташа никогда в жизни не ощущала такого душевного подъёма. За мольбертом она сидела в мягком удобном кресле, - долго стоять она уже не могла....

                Сегодня она писала бабочку, большую красивую бабочку, летящую по диагонали холста куда-то ввысь. Небо было безоблачным, ярко голубым, наполненным вечным солнечным светом, но внизу крылья бабочки были обожжены огнём, поднимавшимся откуда-то снизу. Горела трава или просто болела душа Наташи, но она продолжала стремиться в небо. Ну, вот и всё. Наташа написала то, что так давно хотела изобразить – слияния души и вечности….

                *
   
                …Сергей и Катя сидели в небольшом кафе, на набережной Неаполя. Вдали хорошо просматривался силуэт Везувия. Прошло три дня, как они прилетели в Италию. Нужно было немного отвлечься от суетной Москвы, от навалившейся работы. Им здесь очень нравилось. Да и Италия для Сергея стала, как дом родной. Сколько он раз бывал здесь?.. со счёта можно сбиться. Он достал из кармана телефон, открыл почту. На экране порхала бабочка, она была одинока, а снизу её деформированные крылья, придавали картине особо печальный вид...

                Но отчего то вдруг - у него защемило сердце… и стало так грустно. Он быстро, как всегда, написал – «Спасибо». Потом, подумав немного, дописал: «Прости меня, если сможешь»… Сергей прислушался, что это? - До него доносились отдалённые звуки фортепиано, кто-то потихоньку перебирал клавиши… Звуки приближались, и Сергей отчётливо услышал мелодию: это была «Лунная соната», которую он очень любил!.. Солнце садилось за море, окрашивая его и город своими багровыми лучами...
    
                Посланий от Наташи больше не приходило...

               2015 г.*


Рецензии
Грустно! Хорошо, что Наташа нашла занятие по душе, это скрасило её жизнь. А Сергей предал её в самый тяжёлый момент. Вряд ли он будет счастлив.
С теплом,

Эмма Татарская   04.12.2018 19:01     Заявить о нарушении
Конечно, жизнь - бумеранг. Всё плохое возвращается. С теплом и уважением! Спасибо!

Сергей Вельяминов   05.12.2018 15:56   Заявить о нарушении
На это произведение написано 47 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.