Бесконечный мир. Часть 1 - Квинт

Цикл рассказов «Бесконечный мир.»

Пролог.
В эпоху алхимии величайшим умам своего времени удалось создать легендарный философский камень. Его возможности превзошли все ожидания. Короли и алхимики всего мира возжелали заполучить его, что привело к ужасной мировой войне. Камень переходил из рук в руки. Бесконечные эксперименты над ним привели к тому, что его сила стала неконтролируемой. В итоге камень, подобно Ящику Пандоры, обрушил на человечество весь свой гнев, стерев его с лица земли и создав абсолютно новый мир, полный мистический аномалий, в котором выжили лишь гомункулы алхимиков. Сам философский камень возвысился над миром на верхушке гигантской золотой горы, изливая свой хаотичный свет в небеса, убивая и сводя с ума всех, кто пытается до него добраться, и тех, до кого может добраться он – самый слабых из гомункулов. Мутировавшие, одинокие, частично или полностью потерявшие память гомункулы начали новую жизнь. Одни стали кровожадными чудовищами, вторые объединились в кланы с целью вернуть старый мир или создать совершенно новый, а третьи просто хотят понять, ради чего им теперь вообще жить.

Часть 1 – Квинт.
- «Глаза стеклянные, а выглядят как исцарапанные пробки от бутылки. Голова как сборище живых магнитов. Тело - смятый сбоку спичечный коробок. Одна рука как ожившая серебряная вилка, а вторая словно маленький паровой станок с жуткой медвежьей лапой. И всё это держится на ногах, тонких как спицы со ступнями в форме башмаков. Ох… наверное, сильно же меня ненавидел мой создатель, когда создавал…» - угрюмо размышляло причудливое создание, рассматривая своё неказистое тело в луже кислоты.
- «Не… такому, как я, нет места в этом мире. Если уж создатель от меня отказался, то и другим я точно не нужен. Ну, кислотная лужа, давай! Расплавь меня!» – крикнуло существо и плюхнулось в лужу.
-«Камешки, значит, ты плавишь, а мою морду нет!?» – яростно вскрикнул гомункул, после того как полежал в луже с минуту и понял, что всё ещё жив.
- «Нет, ну… Всё… Всё! Всё, что я в тебя забросил, ты уничтожила! Это что получается, что меня даже лужа принимать не хочет?! Ах-х-х-х! Ну и фиг с тобой!» - прорычал гомункул, резко вскочил и походкой обиженного ребёнка отошёл от лужи. Вдоволь шумно проскрежетав заострёнными зубами-пластинами, он всё-таки успокоился и вернулся к суицидальным рассуждениям.
- «Ладно, ладно. Есть и другие способы. Слышишь меня, лужа?! Я всё равно себя убью! Ты мне тоже не нужна!» – подытожило существо и отправилось на поиски иного способа самоубиения. Оно шло по пустыне из золотого песка. Иронично, но в новом мире много что состояло из драгоценных материалов, ради которых люди убивало друг друга на протяжении почти всего своего существования. Философский камень действительно исполнил мечту человечества – породил мир, полный богатств, ну а платой тому стало всего-лишь людское существование. Не такая уж и большая цена при такой-то непомерной жадности. Гомункул продолжал идти по пустыне, на пути ему встречались остатки былого мира: причудливо искажённые философским камнем здания, боевым машинам, которые не претерпел внешних изменений из-за того, что были созданы при помощи камня. За существом постоянно кто-то следил, это были другие гомункулы. Точнее сказать — твари, сведённые с ума философским камнем на расстоянии. Мелкие и слабые, им просто не хватало духу напасть на двухметровое создание с гигантской, периодически плюющейся паром жуткой рукой. Спустя полдня гомункул решил передохнуть, не потому что устал физически, ему просто надоело идти. К тому же его вниманием завладело странное строение, похожее на взбитые сливки, из которых торчат красные пульсирующие дьявольской силой кристаллы. В здании не было окон и дверей, но была грубо сформированная дыра. Словно сверлом орудовал гигантский ребёнок. Ещё из дыры исходил сладкий манящий запах, перед которым было просто невозможно устоять. Гомункул подался соблазну и приостановил свой суицидальный поход. Он вошёл внутрь и полетел вниз.
- «А-а-а-а! А-ха-ха-ха-ха! Да! Смерть от падения – вполне себе смерть!» – прокричал гомункул, ожидая долгожданного финала своей жизни, но был разочарован, ибо упал на что-то мягкое, тянучее и липкое. Вокруг была лишь темнота и он не мог понять, что на этот раз помешало его встрече со смертью.
- «Нет, ну как так жить?! Даже умереть нельзя, когда хочется!»
- «Нет, нет, дорогой, ты умрёшь тогда, когда я тебе это позволю, не раньше! А теперь подожди, я зажгу свет, дабы ты лицезрел мою красоту!» – сказал приятный женский голос, после чего в воздухе разгорелось пурпурное пламя, озарившее тело собеседницы. Это была жирная, гигантская гусеница с множеством кривых лапок с прозрачным телом как у медузы и белой маской улыбающейся женщины на морде. Из её тела в области, что ближе к маске, торчали две изящные женские руки, одна держала огонь, а другая нить паутины, на которую приземлился гомункул.
- «Ой! А ты кто!?»
- «Аверина! Самое прекрасное создание нового мира! Владычица всех живых душ!»
- «Красивая, говоришь? А чего же ты такая красивая во тьме живёшь?» - издевательски бросил гомункул, едко усмехнувшись.
- «Молчать, ничтожный! Жалкие твари вроде тебя не достойны лицезреть мою красоту! Вы лишь пища, созданная для моего пропитания!»
- «Как скажешь, принцесса. Вообще, я думаю, ты бы и не смогла вылезти отсюда с такой-то тушкой. Но это не важно. Мне жизнь не нужна, так что можешь меня слопать. Но перед смертью мне любопытно узнать, что так вкусно пахнет в твоей берлоге?»
- «Грубишь, позволяешь мне тебя съесть и ещё осмеливаешься задавать вопросы?! Тварь! Жалкая тварь! Я сожру тебя прямо сейчас! – прорычала Аверина и яростно накинулась на гомункула, вонзив в него выдвинувшиеся клыки, подождала пару секунд и отскочила назад.
- «Всё! В течении пяти минут ты будешь звать меня своей госпожой и восхвалять мою красоту, параллельно превращаясь в кашу, которую я потом выпью!»
- «Не врёшь?! Спасибо, Аверина! Надеюсь, что хоть в этот раз у меня всё получится! Как же я рад, что встретил тебя!»
- «Ты… больной что ли?»
- «Не, просто мой создатель сделал меня по-ошибке, поэтому я такой уродливый. Мне нет смысла жить, вот я и радуюсь тому, что это скоро закончится.»
- «Ха-ха! Точно, точно! Ты отвратителен! Лишь я прекрасна!»
- «Ох, ну тебя как заело, всё красота, да красота. Пустая ты какая-то, Аверина. А вообще вылезла бы разок из своего логова, сбросила пару тонн и стала прекрасной бабочкой, которую бы любили и без опьяняющего яда.»
- «Заткнись! Какого чёрта ты себе позволяешь?! Ты уже должен меня любить, а не хамить! Не понимаю, что не так. Возможно, яду нужно больше времени. В общем, заткнись и разлагайся молча!»
- «Ладно, ладно, чего так грубо-то сразу? Буду молчать, только скажи всё-таки, чем так вкусно пахнет.»
- «Заткнись!» – прорычала Аверина и резким движением руки погасила огонь. Гомункул не стал вредничать и тоже затих. Спустя пять минут пламя снова осветило паутину, однако каши на ней не оказалось.
- «По-моему пять минут уже прошли. А я до сих пор не жидкий, а плотный, ну прям как ты. Ха!»
- «А-а-а-а-а! Да как ты смеешь так долго жить, мерзкое создание?! Сейчас я волью в тебя столько яда, что от тебя вообще ничего не останется!»
- «И ты уж постарайся в этот раз! Кстати, а твой друг тоже будет меня есть?»
- «Какой  ещё друг?!»
- «Ну этот, позади тебя.»
- «Чт…» - не успела договорить гусеница, как по её лицу прошлось лезвие шпаги. Тело Аверины дрогнуло, а после медленно обмякло. Пламя из её руки перекинулось на паутину, осветив нежданного гостя. Это был четырёхметровый, тощий как спица мушкетёр с белой маской смеющегося мужчины. Из спины у него торчали большие крылья насекомого, а вместо носа было длинное камаринное жало.
- «Не-е-ет! Аверина! Кто ты такой?! Зачем ты убил её?! Ты чудовище! Чудовище! – прокричал гомункул, осматривая существо. Комар ухмыльнулся и вытер кровь шпаги о тело убитой гусеницы.»
- «Меня зовут Шарль Ожье де Бац де Кастельмор, можете меня называть просто… а, нет, не можете. Краткую форму своего имени я называю только друзьям, а вы для меня, уж извините за прямоту, просто пища. Как и эта прелестная тушка.»
- «Это не тушка, а Аверина! Она была самым прекрасным созданием в этом мире! Ну, по крайней мере она так считала… И ты помешал ей меня убить! Хотя у неё всё равно не получилось. Но... может у тебя получится! Давай, вперёд, коли!»
- «Подождите, подождите, юноша. Хах! Впервые вижу, что бы кто-то так сильно желал смерти. Неужели вам незачем жить?»
- «Незачем! Мой создатель сделал меня уродцем и я никому не нужен!»
- «Ну, право, ваша подруга тоже далеко не самая симпатичная особа, но, как вы сказали, она считала себя прекрасной и была рада жить.»
- «Хмм.. и правда. Но я всё равно один, создатель выбросил меня как хлам - это факт.»
- «Все мы одиноки изначально, но это не значит, что наши жизни не имеют смысла, просто нужно его отыскать. Я вот, например, нашёл смысл в искусстве фехтования и мне нет равных в новом мире! Каждое сражения для меня бесценно, ведь независимо от того, побеждаю я или проигрываю, я получаю драгоценный опыт и с каждым разом становлюсь всё лучше и лучше! Самосовершенствование – это и есть суть всей жизни!»
- «Звучит как-то скучно, пафосно и… это бесконечно.»
- «Может быть для вас оно и так, но такова моя жизнь.»
- «Вы меня не убедили, жизнь всё равно бессмысленна и я всё ещё не хочу жить.»
- «Ха-хах! Я и не настаиваю, юноша. К тому же я всё равно собираюсь вас съесть.»
- «А зачем тогда разговаривали со мной?»
- «Хорошие манеры, это тоже часть моей жизни. А теперь, простите, но пришло время вам умереть.»
- «Ты уж постарайся! А то, смотри, меня даже пламя Аверины не берёт. И уж бей посильнее, а то Аверину ты как-то слабо приложил.»
- «Что вы имеете в виду?»
- «Ну посмотри, она же живая до сих пор и дёргается!»
- «Чт…» - не успел договорить Шарль, как на него резко набросилась пылающая гусеница и глубоко впилась клыками в его грудь. Оба монстра душераздирающе вскрикнули и грохнулись на горящую паутину, от чего она разорвалась и все три существа полетели вниз. Падение было недолгим, а упали горящие тела тела в мягкую кучу мерзости пурпурного цвета. Огонь частично потух. Гомункул скинул с себя остатки догорающей паутины, встал и осмотрелся.
- «Третий раз за день! Да что не так с этим миром!? Ох… а это что ещё за мерзость? Хотя пахнет приятно. Аверина ведь одна в этом месте жила, ела приходящих на заманчивый запах созданий, никуда не выходила. Наверное, это её… Фу! Надо немедленно выбираться отсюда!» – воскликнул гомункул, поражённый неприятным открытием. Затем неторопливо огляделся, сморщившись от вида пылающих трупов Аверины и Шарля, а после заметил проход в стене.
- «О! Выход!» – крикнуло существо и шустро направилось к выходу. После чего остановилось и ещё раз посмотрело на тела недавних собеседников.
- «Ну, ребята, надеюсь, что скоро увидимся. Эх… завидую я вам! Лежите тут, ничего вам больше не надо, а мне ещё фиг знает сколько за смертью гоняться. Но я уж постараюсь, можете в этом не сомневаться!» – подытожил гомункул и продолжил своё путешествие. Он брёл по бесконечному тёмному тоннелю. Спустя пару часов, ему стало скучно и он начал рассуждать вслух.
- «Интересно, куда я иду? Вокруг сплошная тьма и рядом никого нет. Ни Аверины, ни Шарля... Они были довольны своими жизнями и лишились их, а я вот не знаю, что мне делать, но живой и я один. А вдруг этот тоннель никогда не кончится? Возможно, мне стоит просто остановиться и перестать думать. Это будет почти как смерть.» – грустным голосом изрёк гомункул и перестал идти. Он стоял неподвижно очень долго – целых тринадцать минут. Но чувство скуки сделало своё дело.
- «Это просто кошмар какой-то! Нет, смерть должна быть настоящей, а не выдуманной! Я должен выбраться отсюда и найти её! Слышишь, смерть?! Я найду тебя! Обязательно найду!» – мужественно прокричал гомункул, уверенно подняв гигантскую правую руку вверх и так сильно сжав кулак, что из руки вылетели струйки пара. Постояв в такой позе десять секунд, он вдруг почувствовал что-то странное.
- «Что-то жарко стало. И, кажется, я что-то слышу.» – проговорило существо, повернувшись к одному из множества проходов, из которого чувствовался жар и слышался шум. Они нарастали с каждой секундой, а спустя мгновения из прохода полился красно-оранжевый свет, сменившийся пылающей жидкой массой.
- «Ого.» – последнее, что успел сказать гомункул, после чего лава смыла его и стремительно пронесла по подземному лабиринту на поверхность, пробила землю и выплюнула высоко в небо. Во время падения гомункула подхватил окованный готической бронёй сфинкс, стреляющий из глаз лазером куда-то вниз. В небе было спокойно, а на земле творилось кровавое безумие - множество разнообразных созданий яростно сражались друг с другом.
- «Что тут происходит?!»ы – с криком обратился гомункул к сфинксу, на что тот , к удивлению, спокойно откликнулся.
- «Проклятый шаман призывает силы природы и уничтожает наши войска. Надо срочно его убрать. Похоже, тебя не так-то просто убить. Сейчас я тебя в него кину и ты его прикончишь.»
- «Не буду я его убивать! Я сам умереть хочу!»
- «Не смей так говорить! Мы стилвары! Наша плоть из стали, а души из огня! Выполни приказ достойно, солдат!» – воодушевляющие сказал сфинкс и швырнул гомункула вниз, прямо в шамана. Падая, он начал кричать и махать руками.
- «Эй! Эй! Шаман! Я лечу тебя убивать! Быстрее, останови меня! Взорви меня чем-нибудь!» – предупредил шамана гомункул. Зеленокожий мудрец среагировал незамедлительно. Он резко взметнул посох над головой и прокричал заклинание, которое в буквальном смысле вырвалось в виде пылающих символов из его рта, закрутившись в огненном вихре. Поток принял облик дракона и устремился верх. В полёте он поглотил гомункула и пролетел ещё несколько секунд. Затем снова обернулся вихрем и разорвался на части, перед этим издав оглушительный рёв, вселяющий парализующий ужас в слабые души. Гомункула разнесло на мелкие кусочки, сознание растворилось в пламени огненного чудовища. И он, наконец, уснул вечным сном. Однако, спустя некоторое время, почему-то проснулся. Открыв глаза, он обнаружил себя посреди множества мёртвых тел невероятных созданий, часть из которых была клыкастыми зеленокожими громилами в одежде из фантастических животных, а другие  как зверообразные существа, закованные в чёрные доспехи. Где-то в дали были слышны слабые звуки битвы.
- «Ох… это было сильно. Но почему я всё ешё жив? Меня же разорвало на части! Снова трупы вокруг. И, похоже, сражение почти закончено. Я проспал всю войну! Нужно скорее нарваться на кого-нибудь сильного, пока все не померли!» – вслух подытожил гомункул и шустро побежал на звуки борьбы. Обежав горы трупов, он, наконец, достиг цели. Зеленокожие громилы яростно сражались с закованные в металл зверообразными существами. Гомункул радостно влетел в толпу и начал подставятся под их атаки. Но ему, к сожалению, не везло, в отличии от тех, кому он подставлялся. Первым был безносый, трёхметровый, зеленокожий толстяк с гигантским лезвием вместо правой руки. Он приметил самоубийцу, когда гомункул только подходил к толпе, и лично пошёл его встречать, однако подскользнулся на луже крови и полетел вперёд. Во время падения кто-то подстрелил его стрелой в бок, от чего рука с лезвием дёрнулась и к отрезанному носу добавилась ещё и голова. Гомункул несколько секунд с сожалением смотрел на рыло несостоявшегося убийцы, прижав свои ладони к щекам. Но потом собрал волю в кулак и повторил попытку с другим существом. Это был серебряный павлин, хвост которого состоял из спиц с бегающими по ним чёрными молниями, которые слетали с них, поражая его врагов. Гомункул провокационно выскочил перед ним, широко расставив ноги и раскинув руки, при этом улыбаясь как идиот. Павлин удивился, но быстро принял угрожающую позу. По спицам шустро забегали молнии, вокруг мага сформировался электрический барьер, который расширялся каждую секунду. Гомункул не стал ждать, пока он достигнет своего максимального размера, и прыгнул вперёд. Он подскочил к павлину вплотную и крепко его обнял, глядя в глаза и улыбаясь во весь свой странный рот, чем явно шокировал мага. Молнии будто бы заметили слабость хозяина и взбунтовались. Они вылетали из его тела и яростно влетали обратно. Гомункул испугался, глядя на то как павлин дёргается и вскрикивает каждый раз, когда очередная молния впивается в его тело. Вскоре несчастных маг задымился, перестал создавать молнии и обмяк в объятиях вновь расстроившегося гомункула. Гомункул медленно положил мученика на землю, вытер слёзы, сделал яростную мину и побежал к следующему возможному убийце. Сначала он обрадовался внушительным габаритам странного зелёного осьминога и тому как от его ударов существа падают, а после с шипением превращаются в кашу буквально на глазах. Однако потом он понял, что весь осьминог был просто ожившим кислотным желе.
- «Кислота? Нет, ну это я уже проходил. Ты меня не убьёшь!» – выпалил гомункул, чем привлёк внимание осьминога. Кракен поднял своё правое щупальце на всю длину прихлопнул гомункула, что, конечно же, не причинило ему абсолютно никакого вреда. Осьминог был удивлён и сильно недоволен. Нахмурившись, монстр начал яростно лупить щупальцами по распластавшемуся на земле гомункулу. Ну а он в свою очередь просто лежал, смотрел в небо и размышлял.
«Да уж, повезло с убийцей. И сколько ещё это будет продолжаться? Когда же я найду того, кто мне поможет? Наверное, лучше всё-таки перестать искать смерть. Буду просто лежать здесь, пока она сама ко мн не придёт.» - мысленно подытожил гомункул с хмурой миной.
«А это что такое?» - заметил неудачливый самоубийца, заметив высоко в небе мистическую фигуру. Присмотревшись, он узнал в ней шамана. Мудрец был сильно потрёпан и истекал кровью. Он завис в воздухе, подняв руки, и что-то бормотал. Спустя мгновения он закончил, яростно вскрикнул и взорвался. Из его тела вылетело пламя в форме головы сокола и взмыло в небеса. Затем на небе появилась точка. Она стремительно разрасталась, приобретая всё более осязаемые черты. Это был гигантский огненный шар, неумолимо падающий на землю словно карающий ангел. Выжившие существа кричали, пытались бежать, но скрыться от миниатюрной планеты из огня было невозможно. Гомункул неторопливо осмотрел царящий вокруг хаос, затем на небо, его лицо блаженно расплылось в улыбке.
«О, смерть. Наконец-то наша долгожданная встреча состоялась. Вы заставили меня очень долго ждать, мадам.» - подумал гомункул, медленно закрывая глаза. А потом все существа прекратили своё существование. Все, кроме одного самоубийцы-неудачника. Он медленно раскрыл глаза, встал на ноги и вновь неторопливо осмотрелся. Гомункул был в центре выжженного кратора. Был только он и опалённая земля.
- «С ума сойти! Совсем недавно здесь было поле и множество воюющих друг с другом могущественных существ. Их накрыло огненным небом, теперь они мертвы, а я нет. Интересно, из чего же я такого сделан? Пусть моё тело кривое и странное, но материалы, потраченные на его создание, несокрушимы. Мой создатель, наверное, был криворуким, но он точно создавал меня с какой-то целью. Для этого он сотворил меня из чего-то невероятного. Я неуязвим и, как знать, на что ещё способно моё странное тело. Я определённо должен это узнать! А также то, кем был мой создатель! И поскольку я решил жить, пора мне взять себе имя! Хотя нет, лучше я вспомню имя, данное мне создателем. Та-а-ак… кажется это было к… кви… ква.. квинтэсессия… эсенция… Эм-м, ладно. Пусть будет Квинт. Отныне я Квинт и я буду жить во имя себя и трудов своего создателя! Я найду, ради чего жить! Слышишь, жизнь?! Прибереги мне местечко, я уже иду!» - уверенно заявил гомункул и с выставленной вперёд грудью твёрдым шагом отправился на новую встречу, но в этот раз не со смертью, а с жизнью.