В новую жизнь!

Кажется, еще только вчера все начиналось, а теперь наступил конец. Неожиданно и совеем не такой, какого я бы хотела. Мне кажется, что настоящий конец на самом деле именно такой – неожиданный и неприятный. Когда все хорошо, значит, все только начинается. Хотя всегда есть какое-то сомнительное чувство, что-то гложет изнутри, и ты никак не можешь сообразить что именно. Просто предчувствие беды, которое накатывает все медленнее и медленнее. А ближе к вечеру появляется просто страх. Панический, липкий от пота, бегущего по спине, душащий и бесконечно тоскливый. Я не могу взять в толк, почему я не прислушалась к своим ощущениям сразу. Почему не стала обращать внимание на тревогу?
С работы вышла почти в полночь – кафе будет работать всю ночь, но моя смена закончилась. Настроение было приподнятое – в сумочке лежала неплохая сумма чаевых (больше, чем обычно) и новый парфюм – подарок на день рождения от хозяина кафе. Милый мужичок с пивным пузом – он был давно женат и слыл примерным семьянином. Никогда и никому он не выказывал особых знаков внимания, и не было слышно ни от кого из девочек о том, чтобы он приставал. Но сделать подарок или сказать доброе слово – это было его любимое занятие. Мне, определенно, повезло с начальством.
Дорога домой лежала через небольшой сквер. На самом деле сквером его можно было назвать дать относительно – просто полоска деревьев, шириной в пять березок и блинной в улицу – вот и все. Никогда бы не подумала, что от этого приятного места можно ожидать беды… Мой дом был сразу за этим сквером, первый, после выхода на дорогу. Мне нравилось, что я живу в частном секторе. Высокие заборы, ограждения – вот уж действительно как за каменной стеной! Я снимала целый этаж, и мне хватало личного пространства настолько, что я уже подумала переоборудовать одну из комнат под мастерскую. Всегда мечтала о собственной студии. Тем более, что заказов становилось все больше и больше, и я уже откровенно мечтала, как брошу основною работу и займусь действтельно любимым делом.
На улице было достаточно душно, не спасал даже легкий ветерок, который колыхал деревья. Я привыкла выключать плеер как раз на подходе к этому скверу. Мне нравится слушать шум деревьев по вечерам, это своего рода успокоительное на ночь.
Шагов сзади я не услышала, также, как и не почувствовала удара. Что-то внутри резко дернулось, прокрутилось и меня словно сбросило с огромной высоты. Я не успела даже испугаться. Я просто смотрела на себя и не понимала, что со мной не так. Что-то явно изменилось, но до меня не сразу дошло, что именно. Я лежала на земле. Человек, удавивший меня, пристально разглядывал мое лицо. Он не решался потрогать пульс, и при этом боялся, что я умерла. Он боялся не зря. Через несколько томительных секунд он изменился в лице. Глаза опустели, на губах появилась бессмысленная и страшная улыбка. Он задрал мне юбку и раздвинул ноги.
Меня захлестнула волна отвращения и ненависти, ярость закипела во мне подобно лаве, но это было лишь на мгновение. Я видела все, что он со мной делал, но физически ничего не ощутила. Я больше не могла чувствовать боль. Он встал и пошел прочь. Даже не обернулся проверить, жива ли я? Меня разрывало, я не знала, что мне делать дальше. Идти за ним и потом отомстить? Или остаться рядом с собой и смотреть, не тронет ли меня кто-то еще? Потом я вдруг поняла, что все равно узнаю, даже если ко мне кто-то приблизится. Я не почувствую ничего, чтобы со мной не делали, но все равно узнаю. Я пошла за своим убийцей.
Его шатающаяся походка выдавала огромное количество адреналина в его крови. Я была не первая, но теперь я сделаю все, чтобы я была последней. Он много курил и напевал себе под нос. Я не могла расслышать его, но это было не особо важно. Жил он совсем недалеко от меня, как оказалось. Интересно, а он вынашивал этот план или это спонтанное решение? Пожалуй, все-таки он это планировал.
Я прошла в его дом вместе с ним. Когда-то давно я слышала, что без разрешения хозяина дома, никто из умерших туда войти не может. Если только, человек не умер в этом доме. Но я не ощутила ничего, что меня бы останавливало. Я прошла в его комнату и осмотрелась. Тут явно давно не убирали, хотя еще чувствовалось, что женщина тут бывала раньше. На столе фотография в рамке – он, девушка моего возраста и новорожденный ребенок. Оказывается, у него есть семья. А вот у меня, благодаря нему, уже ее никогда не будет. Ярость снова закипела во мне, но я старалась ее сдержать. Я хотела знать, что будет дальше. Что бывает дольше со всеми маньяками, убийцами, насильниками? Что они делают, приходя к себе, домой, после того, как лишили еще одного человека будущего, настоящего и прошлого? О чем они думают? Что они чувствуют?
Он сел на кровать, я села на пол прямо напротив него. Я смотрела не мигая, пыталась уловить на его лице хоть какие-то чувства. Может быть страх, или раскаяние. Может, грусть, боль, тоску? Но я ничего не видела. Его лицо, словно восковая маска, застыла с пустым и безучастным выражением. Он просто сидел и смотрел сквозь меня. Сколько времени прошло, я не знаю. Он повалился на кровать и моментально заснул. Его лицо все также ничего не выражало. Я прикоснулась к его голове. Мне просто хотелось узнать, о чем он думает. Он дернулся и затрясся , видимо, к нему пришел сон.
- Он снова тебя убивает. Он будет видеть это всегда, когда ты к нему прикоснешься. – Голос заставил меня вздрогнуть и отдернуть руку от спящего. Сзади меня стоял мальчик лет пятнадцати и смотрел на меня без интереса. – Он не раскается, не жди даже. Иди туда, откуда пришла. За тобой сейчас спустятся.
- Кто спустится? Ты вообще кто такой?
- Это не твое дело. Ты пришла в мой дом, и я пропустил тебя, но теперь тебе пора уходить. Он мой.
Я, молча пошла по направлению к двери. Что-то странное было в этом подростке. Он был мертв, это я поняла сразу, но мне было интересно, как это случилось. Уже на пороге я обернулась, чтобы спросить и увидела, что он стоит над моим убийцей. Рука мальчика лежала на голове человека, сам он стоял, откинув голову назад и открыв рот. Что-то темное струилось через призрачную кожу из тела человека. Я не стала спрашивать, что происходит.
Дорога обратно заняла намного меньше времени. Возможно, это потому, что я двигаюсь быстрее людей. Я пришла вовремя – кто-то меня нашел и вызвал скорую. Мое тело как раз забирали в морг. Странно, но в этом момент я вдруг поняла, что не хочу следовать в холодильник за этим куском мяса, которое еще недавно было мною. Я отвернулась – мне было неинтересно смотреть на останки себя.
«За тобой сейчас спустятся» - интересно, что это значит?
- Это значит, что нечего тут шляться, если время закончилось! – Передо мной возник человек в костюме и резко показал на часы. – Идем скорее, как будто живой ты тут не нагулялась!
- Куда мы идем?
- В новую жизнь.
Я успела увидеть только яркую вспышку света, которая резко ударила по глазам. Я попыталась закрыть лицо руками, но не смогла. Руки меня не слушались. Я почувствовала себя слабой и беспомощной. Кто-то меня подхватил и резко ударил по попе, я попыталась позвать на помощь, но вместо осмысленного крика я услышала детский плач. От удивления я закричала еще сильнее. Человек в костюме стоял рядом со мной. Он больше не говорил ничего вслух, но я ясно поняла, что снова мы с ним встретимся через 53 года. Он придет за мной не один и больше я не вернусь в этот мир. Это мое последнее перерождение.

- Спокойно, мамаша, у вас девочка! Смотрите, какая здоровая и крепкая!
- А орет-то как! Оперной певицей будет – не иначе!