Крепко дал наш фронт!

Белорусская Наступательная операция лета 1944 года
                (по письмам с фронта)

    Прочитав в канун 70летия Великой Победы бережно сохраненные моей мамой письма с фронта , я с удивлением поняла, что почти ничего не знаю о жизни моих родителей во время Великой Отечественной войны.
И это действительно так, нам, девчонкам, он почти ничего не рассказывал о войне, а мы  и не горели желанием узнать подробности, только и знали, что родители познакомились, подружились и полюбили друг друга  по переписке,  и что в конце войны отца тяжело раненого  где-то в Восточной ПРУССИИ, мама забрала из эвакогоспиталя.
Мы с сестрой даже не удосужились узнать, на каком фронте он воевал.

    А  родители, оказывается, строчили ежедневно письма друг другу и ,по обоюдной договоренности, прочитанные письма отец, отправлял назад   в Москву с целью сохранения до Победы.
    Письма были написаны в рамках военной цензуры, без упоминания названий освобожденных городов, наименования воинской части, фронта. Лишь по датам писем, и завуалированным фразам (ориентировкам), можно было догадаться об истинном месте расположения и наименовании дивизии, в которой служил отец.
Так письма написанные крупным размашистым почерком, второпях, на скорую руку, по датам совпадают с наступательными операциями дивизии, из Польши ,часто с польскими пословицами и фразами, а из Пруссии часто на немецких бланках и листках из немецких амбарных книг.
     И так, сложив во едино в своей «мозговой коробке» (слова отца) даты писем, фразы, упоминания о салютах ,наградные листки отца  и прочитав о наступательных операциях Великой Отечественной войны, словно разгадывая ребус, я поняла, что отец воевал  в 102 Дальневосточной Новгород-Северской  Краснознаменной ордена Суворова II степени стрелковой дивизии, которая участвовала в Белорусской Наступательной операции 1944г  в составе  1го Белорусского фронта,  на БОБРУЙСКОМ направлении ,которая за участие  в разгроме вражеской группы армий «ЦЕНТР» и ликвидации так называемого «БОБРУЙСКОГО КОТЛА»  была награждена орденом Суворова II степени.

23 июня 1944г
 Действующая армия.
                Тонюша!
     Вот мы уже перешагнули через порог, на четвертый год Великой Отечественной освободительной войны.
Ровно три года тому назад, как фашистское зверье напало на нашу родную, любимою Родину, многие из нас прервали свой мирный труд и встали на защиту и очистку страны от всей арийской нечисти, накатившейся на нашу страну.
     Мстить врагу есть за что, за то, что угнали лучшую нашу советскую молодежь в кабалу в Германию, за оставшихся сирот, за хаты, сожженные немцами, за испорченные плодородные земли, вырубленные сады и деревья и т.д.
 Теперь настал четвертый год, который станет годом полного разгрома врага. Многие из нас ждут этого и прилагают все силы для того, чтобы быстрее расквитаться с врагом, встретится со знакомыми и родными и снова взяться за мирный труд.
     Тонюша, нет того дня, часа, минуты, в любой обстановке страшного условия войны, что бы я не вспоминал твоего имени. Также хочется встретиться с тобой, дорогая, смотреть прямо на тебя и говорить с тобою.
     Тоня, прошедшую ночь провел в суровых условиях дождя. Тут не только зонт, но и плащ не помог. Пришлось пролезать по-пластунски, прячась от артиллерийских снарядов и мин, в канаве, наполненной водой.
     Тонюша, хочется, посредством этого листка бумаги, о многом с тобой поговорить, но сложившиеся обстоятельства, не позволяют этого.
Несколько раз брался тебе писать ночью, часа в 3 утра 23 VII- 44г, и, сейчас, в 2 часа ночи 24го VII 44г , в блиндаже, где много строевых офицеров. Светло.
      Сегодня у фрицев «ПРАЗДНИК» - наш кукурузник навешал ракет, бомбит и строчит из пулемета.
Вот такие дела, Тоня!
     Конечно, повторяю, обстоятельства не позволяют продолжить письмо.
 Привет тебе от Павла, его я сегодня поздравил с присвоением очередного звания «капитан», за что лишаю его на 10 дней водки, постараемся с Петром употребить его паек.
Сейчас Петр до уморы рассказывает во время паузы анекдоты.
                От меня передай привет Катюше и родным.
А тебя, моя дорогая, « та iще и сiроокая», крепко, крепко целую, Кеша   

 24 июня 1944г
 Москва
                Здравствуй Кеша!
     Сегодня третий раз передают важное сообщение, Москва трижды салютовала.
Наступление наших войск развертывается. Настроение у Тони прекрасное, трудно даже описать. Малым чувствам нужны малые письма, но, когда эти чувства растут с каждым днем, когда они начинают выходить на простор, хочется необъятного.
     Почему рождается любовь – не могу ответит, но она может возникать в любых условиях и при любых обстоятельствах. Я хочу, чтобы все это понял не как набор слов, а как мысли, рожденные сердцем.
     Ты прав, говоря, что прошло мало времени, а вложено в нашу дружбу, как тебе кажется, многое.
     Дружба наша крепнет с каждым нашим письмом. Мы становимся друг другу ближе, роднее, чем я довольна.
Получая твои письма, мне хочется их читать и читать, и думать о нашей встрече.
     Кеша, у меня теперь новая должность – архивариус (благодаря твоей инициативы). Получаю свои письма с твоим анализом; твое желание исполнено- сохраню их до твоего приезда.
     Впереди сейчас серьезные упорные бои. Сейчас передали о 3-ем Белорусском фронте. Молодцы! З00 населенных пунктов освободили.
     Кеша, поскольку мы взаимно переживаем, не получая друг от друга писем, то давай (к тебе никаких претензий в этом отношении не имею, ты прямо молодец), если же будет позволять обстановка писать письма, сообщать несколькими словами о себе. Время тревожное, а поэтому это необходимо. Договорились?
               На этом разреши кончить.  Здоровье мое хорошее.  Привет от родных
                С приветом, Тоня



 25 июня 1944г
 Действующая армия
                Здравствуй Тонечка!
     Вчера у меня целый день прошел в сильно напряженной обстановке. Весь прошедший день занимался «ФРИЦАМИ» и ГАНСАМИ». Слова: «Гут, Инфантерий, их вайс нихт» до сих пор звенят в ушах.
     В прошедшем дне отмечено много боевых славных подвигов наших воинов-богатырей.
Сколько радостных волнующих разговоров! Каждый рассказывает о своих боевых делах и так же делах своих товарищей солдат и офицеров, рассказывает про тех, кто геройски отдали жизнь за любимою свою родину. Многие приводили бледных фрицев, у которых кусками висела на губах и в носу запекшиеся кровь, выступившая от волны разрывов наших артиллерийских снарядов и снарядов катюш.
     Немало приходилось поработать Володьки для того, чтобы привести в сознание фрица и говорить о необходимом с ним. (Володя- ординарец отца. Прим.автора)
     Написал бы о многом тебе, Тонюша, но чувствую себя усталым, к тому же разваливается голова от того, что целый день не снимал с неё стального шлема. Раньше я его уважал мало, а теперь, будучи уверенный в нашей с тобой, дорогая, встрече, стал внимательный и в этом.
     Тоня, сегодня ждал от тебя письма, а его нет. Здоровье у меня в полном порядке, а существующая усталость исчезает.
     Пиши. Передай привет родным и Катюше.
Скажи ей, что её тезка-КАТЮША на фронте работает на отлично, порой от фрицев только клочья летят.
А своего лучшего друга, Тонюшу, ту сероглазую, которою считаю дорогой, крепко целую, Кеша

   26 июня 1944г
   Москва
                Здравствуй, Кеша!   
  Вчера Москва салютовала в честь 1-го и 2-го Белорусских фронтов. Пиши о своих боевых делах. Салюты видела. Очень красивый салют был в 11.30 вечера. Разных цветов (красные, желтые, зеленые и белые), поднимаясь вверх, медленно опускаются вниз. Как бы я хотела, чтобы ты смог своими глазами посмотреть это зрелище!
Здоровье мое хорошее. Все в порядке
       Передавай привет своим боевым друзьям. Привет от родных.
                С приветом, Тоня


               
   27 июня 1944г
   Действующая армия
                Здравствуй Тонюша!
    Вот уже двое суток нахожусь в боевых рядах на танках и самоходных пушках, преследуем врага и уничтожаем. За прошедшие сутки выбили его из ряда опорных пунктов. Много освободили населенных пунктов и т.д.
     И так, сегодня вышел из передовой, поймал почтальона и стал перебирать большую груду писем.  И, что ж ты думаешь, Антонина Ивановна, среди этой груды писем, письма на свое имя не обнаружил.
      Встретилось письмо Павлу, по почерку сразу же определил, от тебя.  Что ж ты, дорогая, перепугала меня так, что пришлось нарушить конспирацию вскрыть письмо, где оказался и мне маленький конвертик. Пришлось, малость успокоится, но прошу тебя, Тонюша, меня не пугать так.
      Тонечка, если выберется свободная минутка, напишу о многом, а сейчас сидит рядом почтальон, который должен вручить письма другим, а я иду в перед.
     В перед, Тонюша, идем на Запад, очищаем родную землю.
Приближается час нашей встречи!
                Привет родным.
     А тебя, проказница, крепко и ещё раз крепко целую, Кеша

   27 июня 1944г
   Действующая армия.
                Добрый день, дорогая Тоня.
     Тоня, твою фотокарточку  я получил, за которую посылаю безграничное количество благодарностей и крепко, крепко целую тебя.
Скоро придет то время, что в самом деле расцелую тебя так, что будут настоящие синяки.
     Тонюша, твою фотокарточку возвращать я не буду, пусть твое фото пройдет вместе со мной тот, впереди стоящий боевой путь. Уже это, Тонюша, осуществляется.
Где бы я не находился, даже в минуту тяжелого боя, всегда помню о тебе, Тонюша, и считаю, что мы вместе, и что ты от меня ни на шагу.
      Тоня, последние дни я пишу тебе ежедневно, а от тебя писем мало поступает, но я уверен в том, что мои письма ты получаешь, и я взаимно получу ответы.
Война, а на войне всякое бывает!   
      Мы движемся на Запад и все делается на ходу. Вот это маленькое письмо, Тонюша, пишу тебе на том месте, где ровно 15 минут назад сидел немец и строчил с пулемета. Теперь его нет, убит он той рукой, которая пишет тебе это письмо.
Сейчас, хорошо видно, как наши соколы штурмуют отступающего немца, утюжат траками наши славные танкисты, гонят врага и уничтожают пехотинцы.
Ну, Тонечка, прости, что мало написал, спешу.
              Передай привет родным.
                А тебя, моя дорогая, крепко, крепко целую, Кеша

  27 июня 1944г.
  г. Москва
                Здравствуй Кеша!
     Вчера опять Москва салютовала в честь освобождения Витебска и Жлобина, и так каждый день мы смотрим салюты, которые будут продолжаться и продолжаться до полного освобождения нашей территории, так как данные наступления носят решающий этап в военных действиях по очищению нашей земли от немцев.
До чего красивы салюты! Описать очень трудно. Тот восторг, который всех охватывает, очень трудно передать на бумаге.
     Сегодня получила твое письмо. Молодец, что часто пишешь и не даешь мне скучать.
Я очень довольна за тебя, за твое здоровье, состояние.
Ходи почаще на пункт сбора донесений, так как я пишу тебе письма почти через день.
     Спасибо, что не забываешь Тонюшу. Придется целоваться при встрече.
   Настроение сейчас у меня хорошее, но вот только сегодня, пока ехала до дому, настроение испортилось. Почему? Тебя заинтересуют причины, почему у Тони быстро меняется настроение?
     Как же не расстраиваться и оставаться спокойной и равнодушной, ко всему сердце не выдерживает! В трамвае я увидела двух молодых фронтовиков, потерявших зрение, сопровождала их благородная девушка. Мне стало так больно, больно, до глубины души, за их молодые жизни.
     Кеша, будь осторожен, прошу тебя. Здоровье это все. Всегда и везде помни совет Тони!     На том кончаю.  Будь здоров. Привет боевым друзьям.
                С приветом, Тоня 

   28 июня 1944г.
  Москва
                Черноглазый!
     Как радостно получать твои письма. «Хочется кричать и обнимать весь мир!»
Вот видишь, что со мной делают твои писульки.
Сегодня исключительный день,приезжаю домой, мне письмо от тебя, черноглазый.
А вечером передают дважды важное сообщение. Салюты из 224 орудий с 20-ю залпами, прелесть которых я тебе уже описывала.
     Сажусь писать ответ, чтобы не оставаться в долгу, я очень хорошо помню свое обещание.
      В 11ч.30м. передают последние известия и опять большие успехи на Белорусских фронтах! Молодцы, что все вы, дорогие воины, так прекрасно воюете, одерживая такие победы! От всего этого настроение у Тонюши прекрасное.
     Кеша, ты пишешь, что послал два письма, из которых я получила только одно, а от 7 июня, вообще не получила. Ругаюсь (только не матом) на работу почтовой связи.
     Дорогой, ты все еще не теряешь надежды, что осенью будет встреча.
Как это хорошо! Мне что-то не вериться, но поживем увидим.
         Погода в Москве стоит приличная, но для лета немного холодновато.
Вот уже сегодня 28 июня. Остается июль и август. Не увидишь, как эти два месяца проскользнут и подкрадется осень.
     На этом кончаю. Передавай привет своим боевым друзьям. От меня передай большой личный привет Владимиру Первому.
                С приветом, Тоня

 30 июня 1944г.
 Действующая армия.
                Тонюша, дорогая, здравствуй!
     Пишу тебе, милая, письмо во время большого пожара войны, пишу на ходу.  Дорогая не обижайся.
Сейчас время 20 часов, день, должно быть солнце, но его нет (оно есть, но его мы не видим). Дым пыль и т.д. Идет жаркий бой. Заканчиваем разгром группировки врага. Третий день идем по трупам врага. Вчера штурмом овладели вторым городом. Сильный укрепленный пункт врага. Захватили все запасы нем. фронта.
Ел шоколад и за тебя, дорогая, награбленный немцами в странах Европы и т.д.
Мешаем врага с землей.
                Встретимся о многом расскажу.
      Привет родным.
                Крепко, крепко целую, дорогая, Кеша


    1 июля 1944г
   Действующая армия
                Привет Тонюша!
       Вчера получил от тебя три письма, если бы ты только знала, какое у меня стало приподнятое настроение, даже в час жаркого боя, после которого прошло только через мои руки 240 пленных солдат противника. Всё поле боя усеяно трупами и техникой врага.
     Тоня, та часть, в которой нахожусь я, со дня формирования (наименование ты поймешь из двух моих писем, посланных во второй или первой половине июня, где написано мною карандашом поперек строчек письма.), никогда не имела поражения. Нас немцы знают и боятся нашего формирования. Она из работников нашего органа. Где появляется наша часть, там трещит и ломается оборона немцев.
      Вот так, сейчас на одном из участков нашего фронта, нашими богатырями прорвана долго оборудованная, много эшелонированная оборона немцев, о прорыве которой им никогда и не снилось. И сейчас мы окружаем и уничтожаем вражескую силу и технику, по трупам врага, без остановки идем вперед на Запад.
      Ввиду этого, Тонечка, времени нет (если за 3е суток спал я часа 4, то – это будет очень хорошо.)
 О любви, Тонечка, дискутировать давай больше не будем. Присоединяюсь к тебе по этому вопросу. Своим словам я всегда хозяин, нам только осталось встретится и взглянуть друг на друга, и мы прекрасно поймем, что наши труды не прошли даром.
      Написал бы тебе много, но пойми по- настоящему устал. Хочу после обеда вздремнуть, хлопцы уже спят, они все любители поспать. Я принял метод будить их – кричу: «Авиация противника, поднимайтесь!» «или «Просочились автоматчики!»; при таком подъеме встают быстро, а если скажешь: «Павел, Петр, Владимиры – кушать!», то проведешь час и не разбудишь.
     Алексей передает привет и спасибо тебе. У него теперь лошадиный трофейный табун, и он кормит Танцора шоколадом. Пришлось запретить.
     За пришедшие дни боев у нас набралась уйма трофейных мотоциклов и лошадей, всех пришлось сдать, остались с Танцором.  Вот, уже второй год, как этот конь с нами, подружились.
Тонюша, писать кончаю, времени нет!
     Пока писал это письмо, пришлось немного вздремнуть, но уснуть, как следует не дали; хлопцы наловили в лесу немецких солдат и офицеров.
     Последнее время уже и конвоировать их не стали. Назначаю старшего из немцев и этот старший конвоирует их в тыл. А мы вперед на запад.
 Тоня прошу передать привет родным.
                Тебя, моя дорогая, крепко, крепко целую, Кеша.

 1 июля 1944г
 Москва
                Привет черноглазый!
     Сегодня Москва салютовала в честь войск 3го Белорусского фронта освободивших гор. Борисов. Салют был прекрасный.
После получения данного письма, пронумеруй обратное за № 1,2 или 3. Думаю, ты меня поймешь? Вчера получила от тебя заблудившиеся письмо от 21.6.44гс небольшими помарками с боку, в двух местах (карандашом). Не пойму, чье это искусство – твое или цензуры?
 Сегодня уже 1 июля. Лето в полном разгаре. Не пугайся, но лето проскочит очень быстро..
     Довольна, что моя фотокарточка попала по назначению. Пусть мой образ будет сопровождать тебя на твоем славном, боевом пути.
Помни, что ты не один, везде и всегда с тобой Тоня, тебя везде будут сопровождать успехи.
     Твой привет родным передала (чего я не всегда делала). Спасибо говорят. И тебе передают также привет. А мама говорит: «Пусть воюет лучше, скорей кончает с врагом, а уж, так и быть, литр «Московской приготовлю». 
     Кеша, выпьем обязательно. Не правда ли?     Преданность при настоящей дружбе необходима. Итак, ты остаешься до конца преданным только мне, можешь рассчитывать на полную взаимность Тони.
     Чудаков в Москве хватает, вот вчера один тип решил со мной познакомиться, но получил полную осечку. Я, помня, что у меня есть преданный друг, лице Кеши, не удостоили того чудака ни малейшим вниманием.
Верь! Это только так. Тоня только такая, в дальнейшем ты убедишься.
                Привет боевым друзьям.
                С приветом, Тоня

 2 июля 1944г
 Действующая армия.
                Здравствуй дорогая Тонечка!
     Сегодня представилась возможным малость отдохнуть на привале. Спал целых шесть часов, спал как убитый.
     Здоровье отличное. Движемся беспрерывно вперед.  Беспрерывно выходят на дорогу, из разбитой группировки противника, засевшие в кустах и ямах и оставшиеся в живых фрицы с поднятыми руками. После обыска назначаешь из них старшего и отправляешь в тыл.
     По дороге всё время вереницей стоит разбитая техника противника. Дорога увалена трупами врага. Освободившееся население радостно встречает воинов Красной Армии. Выходят на дорогу с цветами, молоком, а то и самогоном.
     А мы все вперед, только вперед, на Запад.
                Ну, пока, Тонюша, спешу.
                Привет родным.
                А тебя, моя дорогая, крепко, крепко целую, Кеша

2 июля 1944г
Москва
                Кеша!
     Сегодня получила два твои письма.
 Помогают мои советы тебе черноокий, как только стал дружить со мной, хотя и в письменной форме, стал осторожным и требователен к себе. Так и продолжай, помни мои советы, береги себя.
     Вот сейчас пишу тебе письмо, а по радио передают важное сообщение Войска 1го и 2го Белорусских фронтов одержали новые победы. В результате стремительного маневра наши войска перерезали пути отступления из Минска и Вильнюса! Освободили города Вилейка и Красное и др. Иду смотреть салют. Красота неописуемая. Канонада очень сильная.
      Сердце радуется всем этим приятным новостям.  Каждый день Москва салютует.
Наши войска стремительным темпом ведут наступление, приближая желанный день.
Говоришь, что хочешь быстрее встретиться со мною, посмотреть прямо в мои глаза и говорить о многом и интересном. Все это зависит от вас, дорогих воинов, воюйте лучше, чтобы быстрее приблизить час победы.
А там все будет, и осуществятся все наши мечты!
Говорить мы с тобой будем о многом, общий язык между нами найден, чему я рада.
Спасибо за привет от Павла.
Поздравь его от моего имени с присвоением воинского звания «капитан».
Только ты зря хочешь освободить его на 10 дней от водки, я бы на твоем с Петром месте отдала бы свой пай, в честь такого радостного дня, а ты хочешь и его пай приурочить к своему.
Ну и пьяница же ты! (шучу)                Привет боевым друзьям
                С приветим, Тоня

  3 июля 1944г.
  Действующая армия.
                Тонечка, здравствуй, дорогая!
     Живу по-прежнему. Движемся вперед на Запад. Здоровье на отлично
Тонюша, прости, что мало написал. Пишу на ходу, будет времечко, напишу больше.
               Привет родителям, а тебя, моя дорогая, крепко, крепко целую,  Кеша

     3 июля 1944г
     Москва
                Здравствуй Кеша!
     Шлю тебе искренний, сердечный привет, от всей души желаю много, много боевых успехов и только отличного здоровья.
         Твои письма получаю регулярно, на которые пишу ответ, если не в тот же час, то в этот же день. Ну вот, почему ты редко получаешь мои письма, я не могу понять.
Пишу ответ на каждое твое письмо, на два сразу пишу в редких случаях, как исключение.
Так что ты должен получать часто, как и я от тебя.
Может быть, это наладится. Будем надеяться на лучшее.
      Вечером в 9 часов поехала в кино (зашла за подругой), смотреть «Серенаду солнечной долины».  Впечатление от кинокартины осталось очень хорошее, вещичка очень музыкальная. Содержание заграничных фильмов ты знаешь.
      И вот демонстрируется фильм и вдруг картина прерывается, включают освещение и сообщают радостную весть, да ещё какую! Освобожден Минск. Минск снова наш. Лица всех сияют, из всех глаз льется радость. Аплодисменты бурные, долго не смолкают.
Потом всё затихает и снова продолжается картина.
      Спасибо за хорошие боевые дела. Вот сейчас я тебя также крепко поцеловала за все твои упорные боевые труды.
Дорогой, ты устаешь, это я прекрасно понимаю. Рада бы тебе облегчить это состояние, но что я могу сделать, ведь я совершенно бессильна.
     Береги себя, Кеша, прошу как дорогого друга. Помни, что твоя «сероглазая» Тонька, ждет тебя. Если ты сообщаешь, что у тебя все в порядке и хорошо, то и мне хорошо. И я чувствую себя превосходно и наоборот. Дома все в порядке. Все здоровы
                Тебе привет от наших.
                До скорой встречи. С приветом, Тоня

   4 июля 1944г
   Действующая армия.
                Тонюша!
     Сегодня получил от тебя письмо.
     Дела, Тонюша, идут хорошо. Сегодня через руки пропустил большую партию гитлеровцев, сдавшихся в плен. Их сегодня собирают по лесу бойцы.
     Вчера Петру и Павлу вручил, через командование, по роте бойцов и поставил задачу прочесать лес. К месту сосредоточения пришел Петр с группой пленных гитлеровцев и доложил, что в районе, где действует Павел, идет сильная перестрелка с большими очередями.  Павла всю ночь не было, связь потеряна. Он со своей группой пришел на место только в 14 часов дня. Если бы ты только знала, как я переживал за Павла, теперь Павел здесь, отдыхает.  А воины в этом районе ликвидируют оставшуюся группировку противника.
                Ну, пока, Тонечка. пиши.
    Сегодня поймали Бургомистра и нач. полиции и т.д.
               Тебя крепко, крепко целую, Кеша
   7 июля 1044г
   Действующая армия.
                Тонюша!
     Вчера вечером получил от тебя письмо, дорогая, и как было обидно, что все время
был в движении, лунный свет не позволял полностью прочесть твое письмо, фонарика при мне в это время не было.
     Сегодня утром на привале немного уснул, после установил радиоприемник, с московской радиостанции передают письма на фронт от родных и знакомых.
Вот, слушая радио, я в большом бору разостлал шинель и спешу написать письмо Тонюне, т.к.  через несколько минут будет команда «вперед на Запад!». Вперед до полной очистки от гитлеровских мерзавцев нашей родной земли, вперед добивать фашистского зверя в его собственной берлоге.
     Мы, поставленною перед нами задачу, выполнили с честью. Об этом свидетельствует, то, что часть рядового и командного состава, во главе с командиром нашей части, представлены к правительственной награде «Героя Советского Союза».
     За прошедшее дни много прошло и через мои руки гитлеровских бандитов, во главе с их лопоухими помощниками и генералами.
Вот только сейчас привели мистера Эйфлера, родом из Берлина, обермастера пуль Вендер Гофман Мюллер Ганса. Эти жалкие волки вступили на нашу землю 23 июля 1941г, были под Москвой и в других районах нашей страны. Больше трех лет своими паршивыми ногами топтали нашу родную землю, расстреливали молодежь и детей. Теперь мы их спросим за все, заставим понести ответственность.
     Рядом с фашистским отродьем сидит Бургомистр и начальник полиции крупного населенного пункта. Они помогали немцам угонять в Германию молодежь, детей и расстрелять семьи партизан.
    Характерно, Тоня, что вышеперечисленных гадов привел к нам и сдал под расписку 82х летний старик, патриот родной белорусской земли.
И несмотря на то, что ему 82 года, крепко держит в руках винтовку, а пришедшие вместе с ним два внука крепко держат в руках автоматы, хотя им нет и 16ти лет.
Старик рассказал, что его два сына ушли в начале войны в Красную   Армию, а старший, то есть первый, в партизанский отряд. Таких фактов не мало на нашем пути.
     Население встречает нас всем, чем может, у некоторых наклевываются слезы на глазах.
Тоня, хочется тебе о многом, многом написать, но время уже вышло.
Тонюша, при нашей встречи сделаем вывод в отношении нашей пигментации глаз, при соприкосновении серых с черными.
               Ну, пока, дорогая. Привет родным.
                Тебя, моя сероглазая, крепко, крепко целую. Кеша

 8 июля 1944г
 Действующая армия.
                Сероглазая!
     Сегодня четырехчасовой привал был у нас в огородах населенного пункта. Успел с Павлом хорошо вымыться. После, придя в расположение, Павел стал писать ответ Катюше, на полученное от нее ещё позавчера письмо, а я, в ущерб своему отдыху, установил радиоприемник, слушал Москву.  Ко мне прибежала уйма дошкольной детворы, среди которых 5ти летний Тима.
     Отца, мать, сестру и брата Тимы сожгли немцы. Он живет у двоюродного дяди. Славный парень- Тима, культурный парень, развитой. И так он мне понравился, что хотел было взять его со собою, но время не то.
     Тонюша, вот только сейчас получил от тебя письмо. Вчера, Тонечка, я написал тебе письмо, а завтра постараюсь ответить подробно на твои письма, а теперь спешу, уже выдвигаемся вперед.
     Тонечка, прошу передать от меня мамаше мой боевой привет.
«Московскую» разопьем! Теперь я пью только «Московскую» и коньяк.
Также передай привет Кате. Тебе передает привет Павел.
    Кончаю, моя дорогая.
         Крепко, крепко тебя, моя сероглазая, целую, Кеша

     8 июля 1944г
     Действующая армия
                Кеша!
     Приветствую и поздравляю с большими боевыми успехами. Два часа назад передали по радио важное сообщение - войска 1го Белорусского фронта одержали ещё одну крупную победу. Освобожден областной город Барановичи.
Был салют. Канонада очень сильная (впервые таковую слышу). По-видимому, и ты принимал в этом успехе активное участие. Сообщи обязательно.
      Большая радость, сегодня получила два твоих письма от 30-6-44г и 3-7-44г, благодаря которым я спокойна за тебя.
      Я знаю, что условия не позволяют писать большие письма, но мне сейчас, как никогда, нужны твои частые, хотя бы маленькие писульки.     Кеша, ты пишешь, чтобы я не обижалась, что ты мало сейчас пишешь. Какое я имею право быть обиженной! Если бы я обижалась, то это было бы очень глупо, так как условия ваши не позволяют писать больше. Спасибо и за то, что ты даешь о себе знать небольшими писульками. Я и так благодарна тебе за всё то внимание, которое ты уделяешь мне. Слов благодарности тут мало, тут надо что-то большее.
     Как я радуюсь боевым успехам! Немцы в страхе бросают всё, а наши молодцы используют трофеи полностью.
                Пока, все.   Привет боевым друзьям.   От наших привет.
                С приветом Тоня - твоя.


это письмо  отец  отправил назад в Москву ( для сохранения),подписав синим карандашом: «ПРИНИМАЮ ПОЗДРАВЛЕНИЯ» , и подчеркнув фразу: «и ты принимал в этом успехе – активное участие»  , написал слово «ДА».

  9 июля 1944г
  Действующая армия.
                Здравствуй моя дорогая Тонюша!
     Вечером вчера, моя дорогая, написал тебе маленькое письмецо.
Тонечка, ты, наверное, так же, как и я слушаешь салюты войскам 1-го Белорусского фронта в честь Победы в овладении городами Жлобин, Бобруйск, Барановичи.
     Тоня, помарки, с боку карандашом, на двух листках в прошлом письме - это мое искусство. Я тебе объяснял, что это значит. В этом письме ты поймешь меня, что первый, а не второй и третий.
     Живу я хорошо, здоровье отлично, самочувствие прекрасное. Все время в движении в перед. Уже далеко на Западе.
Тонюша, не ругайся на мое маленькое и нескладное письмо. Все учусь делать на ходу. Нет времени собраться с мыслями.
     Тоня, как обидно, что лето в полном разгаре, солнце парит и парит. Хорошо бы в это время, где-нибудь около водного бассейна загорать на пляже.
Дождей мы не видали давно. Пыль и пыль, воздух становится тяжелым.
 Хочется тебе о многом, многом написать, но нет времени, у нас страда.
Хочется стоять с тобой, смотреть своими черными глазами в твои серые глаза, крепко обнять тебя и поцеловать.  Встретимся держись!
                До свидания.  Привет родным
             Крепко, крепко целую тебя, моя дорогая, только твой Кеша
 P.S.  Тоня напиши, как был красив салют в честь взятия г. Барановичи (понимаешь?)

   10 июля 1944г
   Действующая армия.
                Привет дорогая Тонечка!
     Вечером вчера получил от тебя, моя дорогая. С получением твоих писем, поддерживающих мой моральный дух, я чувствую себя здоровым и физически бодрым.
Все напрягаю для быстрейшего разгрома врага, все остальное отвергаю.
      Помню только об одном, что у меня есть близкий друг Тонюша, о которой я помню все время. Уверен в нашей встречи. Встреча, Тонечка скоро у нас будет. Также надеюсь, что любовь будет с нами. Это, пожалуй, самое основное. 


1.                Привет Кеша!
     Как только я произношу в кругу своих друзей (девушек), что я получила вчера письмо, то следует возглас: «, наверное, от твоего Кеши?»
С одной стороны, приятно и радостно слышать такие слова, с другой стороны – рановато.
     Я все отшучиваюсь: «Не рановато ли, девушки говорить, что он мой».
Но опять следует изречение: «Все и так ясно и понятно, и разговоров на эту тему быть не может».
     Ведь ты, действительно, как настоящий, искренний друг, все время сообщаешь о себе, тем самым не даешь мне волноваться за тебя. Благодаря такому отношению и вниманию ко мне - эти суждения у моих друзей.       Спасибо дорогой друг. В лице Тонюши ты имеешь искреннего друга, так что будь спокоен. Ты только подумай, у нас во всем полнейшая договоренность, искренность, чуткость, а мы ведь ещё не видели друг друга.
Ты прав, нам осталось только встретится, ибо через переписку у нас уже заложена исключительно хорошая дружба. Взгляды у нас пока одинаковые.     Только у нас немножко расходятся вкусы в отношении винца, -ты любишь белое, а я изредка употребляю красное. Думаю, что договоримся.
При встрече об всех интересующих вопросах договоримся.
     Черноглазый, ты не вешай носа, когда нет от меня писем. Я хочу, чтобы у тебя всегда было приподнятое настроение, а не только при получении писем от Тонюши.
Знай, я всегда аккуратно отвечаю на твои письма, на каждое, несмотря на то, что частенько получаю по два сразу.
В одном из писем строчки, написанные карандашом, были вычеркнуты (о чем я тебе сообщала). При чтении письма, я почему-то подумала, что здесь дело связано с ориентировкой. Получив последнее письмо, где ты это подтверждаешь, я не ошиблась, что у меня были такие мысли.
     то ж ты, оперативник, а написал на самом виду, то, что невольно бросается в глаза?
Я больше, чем уверена, если бы ты написал в середине текста и такими же чернилами, что и весь текст, то понятно и проскочило бы.
Прошу тебя только одно, поставь в правом углу письма № 1,2 или 3, думаю, что ты поймешь меня.
Для меня этого будет достаточно, и никто придраться не сможет.     А сейчас уделяй побольше внимания себе. Почему, когда все твои хлопцы отдыхают, ты колобродничаешь? Устаешь изрядно, я чувствую. Ведь, когда есть возможность отдыхать, то надо отдыхать! Понял, дорогой, -это докторский совет.
        У меня все в порядке. Привет от наших Заканчиваю писать.  От меня привет боевым друзьям.
                С приветом, Тонька

№1 –это 1й Бел. фронт и т.д.



 12 июля 1944г.
 Действующая армия.
                Добрый вечер, Тонюша!
      Сейчас у нас вот уже вторые сутки как идет дождь. В полевых условиях трудновато.
Твое письмо также пострадало в эту невзгодную пору, кое как смог прочесть.
Чернильные буквы сливаются в одну сплошную лужу.
Пришлось обвинить почтальона, но ничего не вышло. Он стал оправдываться, говорит: «Я, тов. капитан, когда получал письма на полевой почте, то Ваше письмо положил сверху, чтобы быстрее вручить Вам, но попал под ливень»
Павел также получил письмо от Катюши.
И вот сейчас, укрывшись от дождя плащ-палаткой, оба приступили отвечать на письма
     Беда с Павлом. Когда присвоили ему звание «капитан» литра до сих пор не поставил. Два дня тому назад получил правительственную награду «Орден боевого Красного Знамени» и тоже не ставил пол-литра.  Лишить его водки на 10 дней не удалось.
    Пьет сукин кот! Может ты, Тонюша, сумеешь там за Павла выцыганить литровку у Катюши и выпить за мое здоровье и здоровье Павла.
А если ничего не выйдет, прошу сообщить об этом.
При встрече, после разгрома врага как- нибудь облапошим их на литр чистой русской «Московской»
     Живу, Тонечка, хорошо, Здоровье на отлично. Все время по радиоприемнику слушаю Москву и вспоминаю о Тонечке.
     Вот вчера у нас был небольшой отдых, пришлось командира части уговорить на ловлю рыбы. Поймали немного в реке Шара. Хорошая была закуска.
     Вечером пошел дождь, опасаясь которого я оставил Петра и Павла и пошел в палатку командира части.
И вот, Тонечка в такую несносную погоду все спали в палатке: командир, начштаба, нач. артиллерии, адъютант, а я не мог спать, взвешивал обстановку войны, мечтал, как выбраться после разгрома врага в Москву. Первым делом планировал сходить в баню, а потом, много раз пропускал через свою мозговую коробку (фильтра не было): «Что делать дальше, в первую очередь?
     Если будет телефон Тони, позвонить, а если не будет номера телефона, то найти номер в какой-либо гостинице и после сходить на квартиру к Тонюши, поговорить с её мамашей и дождаться прихода Тони.  Что покажет беседа, это потом увидим.
Может быть, читая эти строки, ты, Тоня, скажешь: «Вот какую допускает глупость этот пройдоха!»
Но я считаю, это тоже важным. Планировать заранее нужно. Вот поэтому и допускаю это.
      Тонечка для ориентировки: читай приказ Главнокомандующего от 10 июля 44г.
На этом, моя дорогая, Тонечка, разреши закончить. Спешу.
     Про боевые дела напишу в следующем письме.
        Привет родным и Катюше. Жми из Катюши за Павла!
                Тебя моя дорогая, крепко, крепко целую, Кеша.

14 июля 1944г
Действующая армия
                Тонюша!
     Сегодня с утра день выглядит хорошо. А какая вокруг прекрасная, живописная природа. После дождей воздух стал свежим и приятным от садов, в которых доспевают яблоки и груши. Скоро дождемся того времени, когда в освобожденных селах старики и дети будут угощать воинов зрелыми яблоками.
     В большинстве освобожденных районах молодежи и подростков нет; угнал немец на каторгу в Германию. Много пришлось освободить по дороге 12-летних мальчиков, одетых уже в немецкую форму.
Любитель я, Тоня, беседовать со стариками и подростками; они во многом помогают в нашей работе.
     Только что, полчаса назад, закончил разговор с бабушкой. 89 летняя старуха охотно рассказывала, как жила в панской Польше и работала на пана, как её внуки платили по 5 злотых за одно выговоренное русское слово.
     Старуха рассказывала, как освободила их в 1939 году Красная Армия, как тяжело было при немецкой оккупации, как вчера, с приходом частей Красной Армии, она организовала встречу воинов Красной Армии, выбивших немецкое зверье из её родного села.
Писать, Тонечка, есть, о чем, но нужно двигаться дальше.
        Пока, моя дорогая.  Передай привет родным.
                Тебя, моя дорогая, крепко, крепко тебя целую, твой Кеша
 
17 июля 1944г
Действующая армия.

                Здравствуй, Сероглазая!
     Тонюша, сегодня я чувствую себя так, как кажется ещё не приходилось чувствовать за все время Отечественной войны. Сложилось это в следующем.
     Утром, выбив немцем из населенного пункта, где пришлось увидеть зверски замученных немцами мирных жителей, среди которых молодежь и дети. Немецкое зверье выхватывало из рук матерей младенцев и бросало в пламя горящих хат.
В другом населенном пункте увидел труп летчика-героя, также зверски растерзанного немцами.
     Кроме того, у меня несчастье: Петр ехал на любимом коне, которого по выносливости не найдешь во всем соединении, и нанес этому славному коню два пулевых ранения.
Все это привело к тому, что предложил Петру взять вещевой мешок и идти в отдел.
     Остановившись на небольшой отдых в большом лесу, сделал кой какую работу, даже успел выстирать обмундирование. Сейчас собирается дождик, Алексей утюжит обмундирование, а я расстегнул плащ-палатку от дождя, достал твою, моя дорогая, фотокарточку и долго смотрел.
     Вот она и сейчас лежит передо мной, а я думаю: «Неужели не встречусь с тобой, дорогая?  Нет, не может быть, должны встретится и встретимся!»
 И так, Тонечка кончаю. Здоровье отлично, настроение вполне нормально.
                Тебя, моя дорогая, крепко, крепко тебя целую, твой Кеша

 17 июля 1944г
 Москва
                Привет дорогой Кеша!
         Сегодня поучила четыре письма от7,8,9,10 июля, на которые буду отвечать постепенно. Из твоих писем видно, что ты мои письма получаешь регулярно, да и как не получать регулярно, когда я пишу тебе почти через день, два.
     Читая строчки, в которых ты пишешь, что славный мальчик по имени Тима остался без родных, то сердце обливается кровью. Гадов, сделавших это надо уничтожать всех до единого.
     Сегодня у нас по Москве была проконвоирована часть немецких военнопленных рядового и офицерского состава в количестве 57.600 человек, захваченных за последнее время войсками Красной армии Белорусских фронтов. Извещение от начальника милиции г.Москвы гласило: чтобы граждане соблюдали установленной милицией порядок и не допускали выходок по отношению к военнопленным.
Шли эти гады, грязные, выражения лиц - звериное. Вообще на эти рожи без отвращения нельзя смотреть. Увидели они Москву, которую считали разбитой, целой, прекрасной и величавой.
     Красивые салюты были войскам 1го Белорусского фронта в честь городов Бобруйск, Барановичи и.д. Тяжелую, большую задачу выполнили вы. Честь и слава таким богатырям, и чем только вас благодарить, прямо ума не приложу, дорогой!
Наверно, тебя  надо благодарить «Московской», до которой ты большой охотник, черноглазый. Рада за тебя, что здоровье твое отличное, так и должно быть до конца этого трудного, но славного пути.

                Кончаю. До скорого свидания. Привет от наших.
                С приветом только твоя, Тоня

19 июля 1944г
Действующая армия
                Привет Тонюша!
     За время наступательных боев я научился употреблять красное вино, коньяк ,шампанское и другое, награбленное немцами в европейских странах.
Вот так, дорогая моя, пусть будет и в этом у нас полный контакт. Теперь храню в своем вещевом мешке две бутылки. Хотели тут, было, некоторые военные выцыганить, но ничего не вышло!
     Уведомляю тебя, Тонюша, что за боевые дела командование меня представило к правительственной награде «Орден Отечественной войны I степени».
     Тонечка, любовно благодарю тебя и крепко целую за твои письма. По письмам мы установили,
что оба являемся вполне самостоятельными, нашли общий язык и вполне сможем друг друга уважать и быть преданными друг другу.
     В данное время — это редкость, давай же, Тоня, сохраним эту редкость.
Кончаю, приказ: «Подъем», команда: «Вперед на Запад!».
      Тонечка, после войны будет ещё лучше погода; от природы возьмем все, в спокойное тихое время, где не будут пищать и рваться мины и снаряды, не слышно будет свиста пуль, автоматно-пулеметного трескота, не будет минных полей и опасностей с воздуха. Такое время скоро придет, и мы его дождемся!
    А как хорошо и приятно будет встретится с тобой, моя дорогая! Это время встречи тоже на за горами! Будет времечко, напишу.
                Тебя, моя сероглазая. крепко целую, Кеша.

  21 июля 1944г.
  Действующая армия
                Добрый вечер дорогая.
      Тонечка, направляю тебе твои письма от 25.мая, 25,26 июня и 7 июля 44г.
Право, не хочется возвращать тебе письма, хочется читать и читать их. Ничего не сделаешь, сохранить трудно. Война!
     Для ориентировки рекомендую тебе прочесть газету «ПРАВДА» за 19 июля 44г. Заявление Гофмейстера , во втором столбце,  указано, где фельдмаршал Буш слушал доклад. Вот в этом лесу будучи в землянке я получил от тебя первое письмо, моя дорогая.
     Этот подлец всегда стоял перед нами, и попал к нам, как видишь, потрепали его немало.
     Тонюша, подчеркнутые слова PS. выкинешь и прочтешь то, что было написано, за что ты назвала меня паршивым оперативником.
               Сейчас уже вечер, по своей красоте прекрасный. Я только, что проводил начальство, Павлу поручил выполнить задание, с Петром оформляю кой какие документы. Справа от нас стоит радиоприемник, диктор с московской радиостанции читает текст письма на фронт.
А природа такая, Тонюша! Я могу с уверенностью сказать, что ты такой вокруг Москвы не видела. Сижу как на острове, кругом зелень, вьется маленький, шириной в два метра, быстрый и светлый ручеек, вода в котором, как стекло, и стоят зеленые высокие ели и ольха, достигающие примерно 20ти метров высоты.
В метрах 20 играют «Катюши» и бьет артиллерия по врагу. На просторах воздуха летят и штурмуют славные «Илы». Позволив себе минутку взглянуть на природу, вспомнил о Тонюши, решил написать пару слов, дорогая.
     Тоня, когда получит твоя мамаша за оборону Москвы медаль, то не забудь от моего имени поздравить, как мою будущую тещу, и обязательно поставь вина, такое, какое она употребляет, по её вкусу - белого или красного. Если бы представилась возможным, то я бы выслал, но вот беда, в том, что полевая почта не принимает.
       Ну, пока, дорогая. Уйма дел.   Передай привет родным.
           А тебя, моя дорогая, крепко, крепко целую, твой Кеша

Р.S.  Тоня, та дивизия, ветераном которой являюсь я, - Краснознаменная, ордена Суворова IIстепени.               
 
23 июля 1944 г.
Действующая армия.
                Здравствуй дорогая Тонюша!
 В связи с подготовкой к выходу на исходное положение, к тому же застала ночь, я не смог, дорогая Тонюша, дать тебе полностью ответ на твое письмо.
     Сейчас хочется тебе, дорогая, Тонечка, рассказать о случившимся вчера чрезвычайном происшествии.
     Вчера перед отъездом на высокой ели, у которой стояла наша повозка, хлопцы заметили рой пчел. Суждений было много, некоторые из военных оспаривали, что это не пчелы, а осы. А другие настаивали на своем, говорили, что именно пчелы, и должен быть мед. Решение было принято одно - ДОСТАТЬ!  Для выполнения данной операции поручили инженеру полка (о котором я тебе писал) применить свои технические средства, т.к. химиков под руками в это время не было.
     И если бы ты только знала, какого нам дали перца эти пчелы, когда доставали этот рой!  Я рассчитывал кушать свежий мёд за себя и за свою москвичку, Тонюшку, а когда стал подносить ко рту соты с медом, вылетела из ячейки пчела и ужалила меня за верхнюю губу. Не находил места целую ночь, был с распухшей губой.
     Прихожу к выводу, Тонюша, что ты, наверно, не любишь мед, как и свежую рыбу. Помнишь, писала ты об этом?
                И так, Тонечка кончаю.
                Тебя, милая, крепко-крепко целую. Кеша.

P.S. Тоскую, дорогая, по радиоприемнику. Вчера Владимир Первый пережег лампы, и он не работает. Скучно! А то бывало устанешь, придешь к месту, поймаешь в эфире хорошую музыку, послушаешь, отдохнешь и всю усталость как корова языком слизнет.

25 июля 1944г
Действующая армия
                Здравствуй сероглазая!   
      Сегодня третий день не получаю писем от тебя, моя дорогая. Эти три дня показались, чёрт знает, какими длинными. Мне кажется, что должны быть письма от тебя, Тонюша.
Но все зависит от полевой почты, которая всегда тянется в хвосте и неспособна продвигаться наравне с нами.
     Получил сегодня на руки благодарность Верховного Главнокомандующего, маршала Советского Союза, товарища Сталина, отмеченную им в приказе от 25 июня 1944г
за отличные боевые действия. Приказ этот ты, Тонечка читала. Это седьмая благодарность по счету.
     Сегодня от тебя, моя дорогая, получил письмо. Нет счету любовной благодарности за твои письма!     Тонюша, как я доволен, что ты видела фрицев, которые проходили и через мои руки!
     Тонюша на освобожденной нами территории в наступательных боях видели мы много следов гитлеровского зверья. Видели расстрелянных зверски детей, стариков, матерей и молодежь.
     Мстить им есть за что. Наши богатыри всё увидели своими глазами и теперь заявляют: «пленных гитлеровцев жены от нас не получат, мы им будем мстить за нашего летчика Героя (как он был зверски замучен, я тебе писал), за детей и др.
     Тонечка, не ругайся, писать много есть, о чем, но больше время не позволяет и в большинстве случаев пишу на ходу.
И так, Тонечка, вот за какой-то месяц мы прошли несколько сот километров, отвоевывая с боями каждый метр советской земли.
Тоня, ты читала Сов информбюро, итоги месячных боев? А, крепко дал наш фронт!
                Привет родным.
                Тебя, моя сероглазая, крепко, крепко целую, твой Кеша

 26 июля 1944г
 Москва
                Приветствую дорогой друг!
     Кеша, вспомни, ты не икал 25го июля, а то мы тебя дома вспоминали. Я в кругу своих близких зачитала твое письмо, в котором ты мечтаешь о приезде в Москву и нашей встрече. Вопрос решен в твою пользу. Принят ты, дорогой, будешь хорошо. Устроим хорошо. Мамаша была польщена тем вниманием, которое ты хочешь ей уделить (беседуя с ней). Я понемногу знакомлю её с тобой. Она довольна, говорит: «Приедет, увидим.»
Теперь дело только за твоим приездом. Очень хотят тебя увидеть Лида с Левой.
     Дорогой, ты меня закружил ориентировкой. На днях в твоем письме были слова «только первый, а не второй и третий». Кроме того, упоминались города Бобруйск, Барановичи и др. Все это подтверждало мою мысль, что только первый. Видимо, надо руководствоваться тем, что «нынче здесь, а завтра там». Я следила за первым больше всего. Как бы уточнить, но только в рамках военной цензуры.
     Я понимаю с полуслова, так, что подробного описания не надо. Для меня достаточно написать о салюте тому или иному городу, без слова «понимаешь».
    О себе писать нечего. Жива, здорова. Привет от наших. От меня привет Павлу и Петру.
                До скорой встречи, Тоня

  28 июля 1944 
  Действующая армия 
                Привет, Тонечка!               
     Как ни день, так десятки новых населенных пунктов, отбитых нами у врага, переходят
в наши руки.
      Как ни день, так новые вскрываются зверства врага. Вот, в отбитом нами одном из населенных пунктов, увидели 140 сожженных трупов мужчин этого села.
     Как ни день, так все ближе подходим к берлоге врага. Немецкий зверь полезет в свою берлогу!
     Как ни день, то становится все ближе минута нашей встречи, моя дорогая.
Тонюша, сегодня чувствую себя даже чересчур усталым. Пишу тебе при лунном свете.
Написать о многом никак не представляется возможным.
Здоровье только на отлично. Самочувствие не плохое.
             Привет родным, а тебя, Тонюша, крепко, крепко целую, моя дорогая, твой Кеша.

 5 августа 1944г
 Москва
                Здравствуй Кеша!
     Не получая от меня писем в течении трех дней, тебе эти дни кажутся такими длинными, а когда я не получаю от тебя письма день, то уже начинаю волноваться. Ну и набаловали мы друг друга, и что нам делать, если реже будем получать письма?
     Вот видишь, как нам взаимно нужны строчки дорогих писем, вселяющих в душу спокойствие, уверенность ….  Дальше только точки, догадайся сам. 
     В письме от 25 июля ты пишешь, что сегодня получил на руки благодарность Верховного Главнокомандующего, отмеченного им в приказе от 25 июня или июля (трудно понять). Приказы я все читаю и слушаю по радио, но в газете за 25 июня - 1ый отсутствует, а за 25 июля газета не сохранилась, но я обязательно узнаю.
Как я радуюсь, дорогой, за ваши отличные успехи (седьмая благодарность)!
Я всегда вместе с тобой переживаю за все, все, волнующие тебя.
     Никак сейчас не могу найти слов благодарности за всё хорошее, за боевые успехи, за исключительное отношение и внимание к Тонюше.  Благодарить, так же, как и ты, буду при встрече, только чем, не знаю.
Один вопрос, какую бы ты хотел от меня благодарность? Напиши обязательно!
Ума не прилажу, какой гостинец тебе приготовить?
     Ты доволен, что я видела фрицев, которые прошли и через твои руки, я же тогда испытывала чертовское настроение.
     Солидарна с воинами-богатырями, которые заявляют: «Пленных гитлеровцев ты от нас не получишь!».  Их надо уничтожать и уничтожать, как бешеных собак. А вот - «волки в овечьей шкуре» - это сравнение для фрицев слишком мягкое.
     В «Правде» от 3 августа – сообщение Чрезвычайной Государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний в «Гросс-лазарете» Славута Каменец-Подольской области. Внизу в газете снимки двух замученных людей. А сколько их погибло! На кого же похожи эти советские военнопленные. Дикий ужас! После всего этого увиденного, в «мозговой коробке» одни слова- уничтожать как собак, бить как можно больше этих гадов!  До полного уничтожения.
     Зачем ты предупреждаешь меня, чтобы я не ругалась за твои маленькие письма? Но разве можно говорить об этом в такие ответственные дни! Тебе сейчас не до писем, а я через твои небольшие письма спокойна за тебя
     Пора закругляться. Привет от родных. Дома всё в порядке.
                С приветом, Тоня.
 9 августа 1944г
 Действующая армия.
                Тонюша!
     Живу, Тонечка хорошо, Здоровье отличное, жду дня нашей встречи. Новостей особых нет. Вчера встретился с друзьями танкистами, с которыми громили немцев в июне 1944г. Как приятно слышать такие слова: «А …Вас мы знаем, с Вами хорошо воевать, все садитесь на наши танки и в перед, только вперед. Бензин в баках кончается, а Вы «Вперед и вперед,», мы разворачиваем танки на заправку, а Вы – «Вперед, а то гранату брошу в люк», бензин исчезал, заправлялись трофейным, но громили врага. Сегодня с этими же танкистами обратно в бой на врага.
      Разве можно, Тонечка, уходить от таких людей, нет, с ними хочется быть до конца, до полного разгрома врага.
     Меня дважды вызывали, чтобы идти на повышение, не пошел, хочется закончить войну с теми, с кем начал, как это будет хорошо!
Ну, Тонечка, пока. Сейчас получил от тебя 2 письма, буду читать, если будет свободное время, напишу сегодня.  Привет родным.
                Тебя, крепко, крепко целую моя дорогая, Кеша.

10 августа 1944г
 Действующая армия
                Здравствуй моя любимая, дорогая Тонюша!
     Как хотелось вчера ответить, Тонечка на полученные от тебя письма, но времени выкроить для этого мне никак не удалось. Вчера был у нас особенно жаркий день. Дней восемь тому назад противник был нами отброшен до рубежа, на котором он укрепился на ранее подготовленных им позициях. В основном почти целый день вчера прошел у нас в жарком бою, делов было много, отбита уйма контратак противника. Поработали вчера наши богатыри!
 Как враг не пытался удержать рубеж, сколько он не бросал своих штурмовых полков, а все же пополз в свою берлогу.
     Тонюша, ты, наверное, забыла за меня помыться в бане, в ней я крепко нуждаюсь, вот уже на 5й месяц повернуло, а речная вода такого эффекта не дает.
Тонюша, только сейчас получил неприятную весть о нашем наш начальнике отдела.
Ранило его в километрах 6, в тылу от фронта.
      Я был вчера с Володей в боевых порядках, гранатами отбивали контратаку бешеных фрицев. Это не впервые. И хвороба не взяла и не возьмет, встречу гарантирую, дорогая. Тонюша, когда мамаша получит медаль за оборону Москвы, поставь ей от меня целый литр какой-нибудь хорошей настойки, только той, какую она уважает.
Когда встретимся, а встреча уже не далеко, тогда обмоем и мои ордена.
      Теперь, Тонечка не то что было полтора года вражескому логову. Наши славные «ПЕТЛЯКОВЫ» ежедневно уже дают в Пруссии прикурить. Пусть узнают   их «ФРАУ БЕРТЫ», что такое война. Ну, пока, спешу увидеть начальника.
                Привет родным, тебя крепко, крепко целую моя дорогая, твой Кеша.

17 августа 1944г
Действующая армия.
                Привет любимая!
     Тонюша, зачастую в твоих письмах сквозит «я начинаю за тебя побаиваться, волноваться и т.д.». Зачем это? Ведь я тебе когда-то писал, что на войне о смерти никогда не говорят, зачем напоминать о ней. Давай, Тонюша, писать только о многолетней здоровой жизни и скорой встречи. Так оно должно получиться, так оно и будет.
         Живу, Тонечка, хорошо. Владимир 2-ой хорошо овладел кулинарией, кормит неплохо, «Злотых моим». Здоровье отлично.
     Тонюша, я начал курить, а так как у хозяйственников шоколадные конфеты исчезли, отучи меня курить, дорогая.
               Привет родным.  Тебя крепко, крепко целую, твой Кеша

19 августа 1944г
Действующая армия.
                Тонюша!
     Сегодня передвижка была в нашем расположении, и я второй раз посмотрел кинокартину «Актриса». Только что пришел. Сейчас 2й час ночи. Зажег свечу, натянул палатку для маскировки от авиации и решил написать тебе, моя любимая, письмо.
     Дорогая, интересуюсь, в каком виде ты меня изображаешь во сне?  Не забудь написать мне об этом.
     Хорошо, что мой друг, Тонечка, владеет русским языкам, может разобраться с немецким и английским. Рекомендую изучать и польский. Учти, дорогая, что во Львове 40% поляков, придется размовлять и по польском.

     Приятно, Тонечка смотреть салюты в Москве, да в честь первого! По этому вопросу рекомендую прочесть речь тои. Михаила Ивановича Калинина на комсомольском активе в г.Куйбышеве.
     Ну, пока, дорогая. Привет родным.
А тебя, любимая, крепко, крепко целую ,  твой Кеша.

25 августа 1944г
                Кеша!
     Каждый день приносит все новое и интересное. На фронтах Отечественной войны дела идут превосходно. Вчера был салют в честь освобождения города Кишинева. Чудесно!
     На международной арене происходят интереснейшие события. События в Румынии- бегство Антонеску. Создано новое румынское правительство, которое решило прекратить войну и пресечь все попытки помешать осуществлению этого решения.
Вся страна желает положить конец разрушительной войне. Вся страна жаждет мира.
     Прекрасные успехи союзных войск. Войска союзников каждый день освобождают города Франции, продвигаясь к Парижу.
Я, кажется, превращаюсь в лектора о международном положении. Хватит на эту тему, а то, пожалуй, газеты тебя мало будут интересовать.

26 августа 1944г.
Действующая армия
                Привет дорогая!
     Дела идут своим чередом. Последние дни все время в напряженных боях, каждый день продвигаемся в перед и в перед, все ближе и ближе к вражеской берлоге.
Как видно и у союзников дела не плохие. Настроение наших воинов приподнятое, все стремимся дошагать ко дню полного разгрома врага.
     Танюша,  «ЩО ЦЕ ВОНО ТАКЕ?»  Вот уже 9 дней не получаю от тебя писем, причина этого чрезвычайного происшествия никак не может уложится в моей, как это принято уже нами называть, в моей мозговой коробке. Эти 9 дней, Тонечка, показались мне, как 9 месяцев, а то, пожалуй, и больше. Я все время жду, а как приходит почтальон, то писем нет, теряются всякие расчеты.
     В общем, дела идут хорошо, Здоровье отлично.
На днях получил ещё одну благодарность от тов. Сталина за город Бобруйск и правительственную награду орден Отечественной войны II степени.
                И так, пока, дорогая.
                Крепко тебя целую, Кеша

5 сентября 1944г
Действующая армия.
                Здравствуй дорогая Тонюша!
      О сегодняшнем дне разговаривать сейчас не буду, потому что начал писать это письмо в хорошем доме одного помещика и только успел написать «Здравствуй дорогая Тонюша!», как мгновенно очутился в другом месте.  Для разъяснения, это не от «МЕССЕРА» и «ЮНКЕРСА», а от своего «ИЛЬЮШИ»!
На войне и так бывает! Правда обидно, ну ничего не поделаешь, двигаемся вперед и вперед, все ближе к нашей встречи.
     Тонюша, прошу не обижаться, что пишу плохо по содержанию, не позволяет время для этого. Мне, кажется, что ты, моя дорогая, не обидишься.
     И так, сероглазая, говоришь: четвертый день не получаешь моих писем, начинаешь злиться. Охотно верю, дорогая. За десятидневку, в которой не было от тебя писем, я не только злился, с ума чуть не сошел. Вот оно как бывает!
Злиться друг на друга мы не будем, незачем делать это.
Когда будет больше времени, напишу побольше.
     Тонюша, за время нашего письменного знакомства, в каких только условиях я тебе не писал - писал в землянках, в траншеях, в воронке под дубом и грушей, на самоходных орудиях и танках и т.д.  и тп.
      Вчера, Тонечка крепко промок, был дождь, стало холодновато ночью под шинелью на сырой земле. Ну ничего, не привыкать! Пока зима подкрадывается, а осень уже наступила.
 Скорей бы закончить эту музыку, да желанные встречи!
                Ну, пока, дорогая, посылаю для альбома три открытки.
                Привет родным.
                Крепко, крепко тебя, моя родная, целую, твой Кеша

9 сентября 1944 г.
 Действующая армия
                Привет родная!
    Сегодня сломили сильное сопротивление тех, у кого на касках и рукавах нарисованы череп и две кости. ( войска CC примечание авт.) Вечером получил от тебя, моя дорогая такие ценные для меня два твоих письма, в связи, с чем мгновенно перестали болеть зубы и настроение сверхотличное.
    Плохо только тем, что ввиду занятости работой, международной обстановкой не ориентирован. С радиоприемником возиться перестал.
    Сегодня, Тонечка, встретил взрослых людей, ниже 14 летнего возраста. Все земляки из города Орша, среди них девушка 14 лет и два брата близнеца по 9-ти году от роду, отец их сражается за Родину, а мать в 1941 году расстреляна немцами. Месяцев 6 тому назад предателями были увезены на каторгу в Германию, были в Берлине, в мастерских, откуда были этапированы в Кенигсберг, оттуда бежали и перешли линию фронта.
    Ребятишки, малыши, о многом рассказали, говорили о зверствах немок и немцев над русскими людьми, о бомбежке союзной авиации Берлина. Они довольны, что немцам становится не сладко.    Мстить врагу нам есть за что.
    Скоро, Тонечка, оседлаем коня нашего счастья. Итак, дорогая, договорились о искренности и преданности нашей дружбы.   
                Крепко, крепко целую, твой Кеша.


Рецензии
Потрясающие письма, Таня!
Огромное спасибо вам за них.
Светлая память всему героическому фронтовому поколению!
С уважением,

Сергей Дроздов   30.10.2017 11:50     Заявить о нарушении
Спасибо,Сергей, за визит и отклик.
Личные письма родителей решила опубликовать в форме небольших эпистолярных рассказов, для своих внуков, в надежде, что когда повзрослеют прочтут.
Ведь дух того времени, подробности быта можно почувствовать только читая такие документальные истории.
Всего Вам доброго,

Таня Киселёва   24.11.2017 16:01   Заявить о нарушении
полностью согласен
с Сергеем!
да.
трогательные строчки.

с уважением,

Игорь Влади Кузнецов   04.09.2018 11:57   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.