Ветеран

Старый Билл сидел возле костра и грел руку. На лице изборожденном морщинами и шрамами играла улыбка. "Скоро," -думал он - "придут дети, и будут просить историю" . Так и вышло. То тут, то там, начали появляться чумазые мордашки, постепенно окружая костер и Билла. Через минуту возле Билла сидели 12 ребят. Старший из них сел напротив старика, сверля его глазом. "Мы пришли слушать историю" - хриплым голосом сказал парнишка не отводя взгляда.
Билл прочистил горло.
"Историю? " - переспросил он - "И что вы хотите услышать?"
"Расскажи как ты потерял руку" - неожиданно подала голос девочка, сидевшая слева от Билла. Такой просьбы старик не ожидал.
"Как я потерял руку..." - промолвил он - "Я хотел рассказать эту историю последней, ведь она была в конце войны. Ну ладно. Присаживайтесь поближе к костру и слушайте.
То была самая страшная битва за всю войну. Правда, ее и битвой то сложно назвать. Бойня, бойня при Рейнсбурге, так впоследствии назовут ее историки.
Силы союзников расположились на возвышенности, так что Солнце было у них за спиной и било нам в глаза. На их стороне было около 10000 человек и 300 дредноутов. У нас было тысяч семь, да и то с калеками. Нам бы хватило одних дредноутов, но союзники решили задавить нас наверняка и бросили в бой против нас большую часть техники. Наши же семь тысяч были едва ли не последними нашими силами, на этой стороне Хребта. Еще столько же ждало нас на другой стороне, но если бы мы проиграли, то Сопротивление было бы растоптано.
Всю ночь Союзники занимались развертыванием войск, в то время как наши отдыхали. Лишь за час до рассвета наши силы встали напротив войск врага. А на рассвете, с первыми лучами Солнца огромные махины ринулись вперед. Конечно же, ночью никто не сидел сложа руки. Инженеры Сопротивления установили мины реагирующие на сталь из которой был сделан корпус дредноутов. Первые машины двигавшиеся в авангарде были подорваны. Многие взорвались целиком, а некоторым оторвало ноги. Всего было выведено из строя около 20 машин. Это было встречено радостным гулом из нашего стана, но оставшиеся роботы начали обстреливать нас ракетами. Крики радости сменились воплями боли. Взрывы распускались вокруг меня огненными бутонами роз. Это напугало меня до ус... эм, очень сильно. От страха я закричал, перехватил импульсную винтовку покрепче и побежал вперед. За мной побежали остальные, крича что-то неразборчивое. Пробежав метров 20 вперед, я начал бегать зигзагами, и вовремя. Там где я бежал секунду назад разорвался снаряд. Подбежав на расстояние выстрела я снял одного союзника, затем ранил другого. Сделал кувырок и лег за холмиком. Тут же перед моим лицом плюхнулась граната. Извернувшись, я отбросил ее как можно дальше, в сторону ближайшего стреляющего дредноута. Граната упала ему под правую ногу и тут же взорвалась. Взрыв оторвал машине ступню и она упала на бок, дрыгая ногами и пытаясь встать. Стрелять она перестала и ближайшие союзники попрятались за ней. Этот дредноут стоял в первой линии всего которых было 10. Мне нужно было добраться до 5-ой. Осмотревшись и, на всякий случай постреляв по упавшему дредноуту чтобы никто не высовывался, я вскочил на ноги и побежал вперед.
Сколько себя помню я всегда хорошо бегал. Когда я проходил Курс Бойца Сопротивления, я плохо стрелял и дрался, но в беге мне не было равных. Может быть поэтому на меня и возложили столь ответственную миссию.
Подбежав поближе к павшей машине, я бросил за нее гранату. Оттуда сразу же в разные стороны побежали солдаты противника. Сам я присел и подождал взрыва. Вопль боли повисший в воздухе после взрыва сообщил мне что не все Союзники успели разбежаться. Те кто отбежали, начали стрелять по мне. Одного из них я ранил так что он не смог больше стрелять, в сторону остальных бросил гранату, вскочил на ноги и побежал вперед. Буквально в 30 метрах стоял следующий дредноут, и вокруг него солдаты. Я оглянулся. Мои люди постепенно подтягивались, наступая сплошной стеной. Возле поверженного дредноута осталась команда зачистки, вооруженная плазменными резаками и огнеметами. По-хорошему, мне стоило бы дождаться основных сил, но я продолжил двигаться вперед. Дредноут переключился на меня, как и солдаты которых он прикрывал. Я упал на землю и прикрыл голову руками. Плотный огонь не давал подняться а бойцы Сопротивления шедшие за мной затормозили из-за восточного дредноута который начал их обстреливать.
"Ну всё. " - подумал я. -"Придется здесь. Дальше мне никак не пройти. "
Я достал из кармана детонатор и нажал на кнопку. Взрывы и выстрелы ,до того гремевшие со всех сторон, внезапно стихли. На поле боя стали слышны только крики раненых и движение выключающихся дредноутов. Союзники в недоумении смотрели на обесточенные машины и пытались наладить импульсные винтовки, но тщетно. Наши инженеры сработали отличную ЭМИ-бомбу и когда она сдетонировала, все что работало на электричестве отключилось. Пока Союзники были в замешательстве, я вытащил из-за спины копье и дротик и, издав ликующий вопль, побежал вперед.
В тот день Сопротивление уничтожило около 5000 Союзников и захватило более 200 дредноутов и около тысячи пленными. Остальные разбежались . Союзники многое поставили на ту битву и после поражения не смогли оправиться. Благодаря победе в битве, мы выиграли войну. Правда, в итоге, внутренние противоречия разорвали Сопротивление на несколько лагерей, но это будет уже после. А в день победы при Рейнсбурге было такое празднество какого я больше не видел. В ту ночь я встретил свою будущую жену. Эх, славная была ночка..."
Старый Билл замолчал и мечтательно улыбнулся.
"А как ты руку потерял-то? " - недоуменно спросил вожак детей.
Старик посмотрел на него затуманенным взором, затем воскликнул:
"Ах, рука! Руку я потерял после празднования. Пьяный улегся на нее неудачно, проснулся, а она не двигается! Пьяный хирург сказал что "все, пи...", хм, "все очень плохо" и в тот же день мне руку ампутировали. Только потом я узнал что руку можно было спасти, но я уже ходил с протезом. Кстати, он ведь уже зарядился! "
Билл вскочил с места и подошел к переносному генератору от которого заряжался протез, отсоединил и приладил к плечу. По сгибал в локте, по сжимал несколько раз кулак. Движения сопровождались характерным механическим звуком.
"Да, у меня протез. Да, он старенький и его давно пора менять. Но зато он в разы крепче нынешних дешевок и в легкую может делать так!"
Старик подбежал к ближайшему дереву и ударил несколько раз по стволу протезом. Дерево начало клониться вперед и медленно рухнуло. Дети восторженно закричали и захлопали в ладоши. Билл улыбнулся, и снова сел к костру, доставая трубку.
"Насколько историй меня еще хватит? " - думал он. Дети поблагодарили старика, оставили ему гостинцы за историю и растворились в ночи. Старый Билл смотрел им вслед и улыбался.