Забытый друг... Из сборника Собачья жизнь

Толян проснулся от снега... Наглые холодные снежинки методично бомбардировали нос, умудрялись залезть за воротник и в торчащие из-под колпака Деда Мороза уши. Правая рука мёртвой хваткой сжимала плоскую бутылочку коньяка, левая — недоеденный банан. Он поднёс бутылку к глазам и разочарованно вздохнул. Гадкая вещь это счастье. Любит богатых и красивых и таскается всюду с ними, а от таких, как Толян, бегает стороной за три квартала, как от чумы. Разве ж это правильно?
Он ещё раз с сожалением взглянул на пустую бутылку и принялся доедать основательно подмёрзший банан, походивший консистенцией на застывшее сливочное масло. Сидящий внутри продрогший эстет капнул на банан несколько капель оставшегося на дне бутылки коньяка и удовлетворённо вздохнул: икебана, твою ж мать!..
Возвращение в мир было беспокойно-тяжёлым и каким-то волнительным. Головной мозг натужно сипел и пытался вспомнить что-то очень важное, мысль судорожно хваталась за что-то и обессиленно откатывала назад... Где-то далеко во дворах послышался собачий лай и стих... Вот! Он же собрался пойти погулять с собакой в шесть утра после Нового года! Все были уже сломлены тазиками оливье и холодца, залиты по самое не хочу шампанским, коньяком, водкой и далее по алфавиту, а его условный рефлекс и скулёж верного Отелло, по собачьему паспорту — Джек-рассел-терьера восьми месяцев отроду, бесцеремонно выгнали его на улицу. Отелло с удивлением смотрел на колпак Деда Мороза на голове хозяина, но дипломатично молчал, чтобы тот не передумал насчёт прогулки. Так как все снегурки уже мощно храпели, а одиночество — вещь тоскливая, он вернулся и захватил с собою початую плоскую бутыль Martel и афродизиаки — пару мандаринов с бананом на закусь. «А в зеркало уходя забыл посмотреть, хоть и вернулся», — услужливо наябедничала память. Забыл!..
Потом они пошли в парк. Стояла тишина, снег сгладил все острые углы и линии, окутав всё вокруг несколькими слоями белоснежной невесомой ваты. Было так хорошо и красиво, что он сел на лавку и выпил... за природу. Ну как не выпить за такую-то красоту! Так.. И что тут не так? Бутылка, хоть и пустая, здесь, мандарины съедены — вон очистки, банан — в процессе... Отелло! Вот в чём дело! Где Отелло?!..
От нехорошего предчувствия Толян вспотел. Отелло не было!.. Застывшая тишина была самым бесцеремонным образом разбужена криками очнувшегося Толяна... Но эффект был нулевым. Отелло не отозвался и не прибежал, заставляя понять, что произошло самое худшее: Отелло потерялся!
Толян нервным шагом вприпрыжку побежал к домам, где они обычно ходили. Как ни странно, но его крики вызывали живейшее сочувствие окружающих — и в это-то время! Периодически окно очередного дома открывалось, и показавшаяся, как кукушка, очередная нетрезвая рожа после совестливой укоризны, что нельзя же быть такой сволочью, ведь люди после Нового года мирно спят, обещала сделать с ним то, что сделали с Дездемоной...
После полуторачасовых метаний между домов Толян выдохся. На извечный вопрос русских «кто виноват» он и так знал ответ, а вот насчёт «что делать» мозги работали плохо. Так что же делают, когда кто-нибудь теряется? В милицию! Нет, самого в обезьянник запрут, а то и в психушку отправят. Дед Мороз заявление принёс, что Отелло пропал!.. Так, надо объявление развесить! И чем раньше, тем лучше. Так говорят, шансов больше! И все дома обклеить там, где ходили, и перед входом в парк тоже! Ручка, бумага, но ведь их много написать надо!.. У себя принтер давно гавкнул, картридж никак не купит, а вот у Жорика есть! Его, правда, невменяемого жена пару часов назад домой отволокла, спит уж поди!
Жорик упорно не поднимал трубку, но на пятый звонок всё же откликнулся, а вот что Отелло пропал и что это не новогодняя пьяная шутка, понял только раза с третьего, да и то после напоминания, что он всё же десантник и, если не мы, то кто, и, икнув в трубку, буркнул: «Заходи, спасать, так спасать!»
И вот они уже сидят на жориной кухне. Жора молча достал две рюмки и вытащил из холодильника початую бутылку водки.
— Помянем!
— Это не правильно! — неуверенно пробормотал Толян. — Мы же его искать будем!
— Да, это я поспешил! — мгновенно согласился Жора. — Сейчас и найдём! За успешные поиски!
Дверь на кухню открылась, и на кухне стало тесно и жарко. Появилась Жорина жена Валя...
— Вы что, голубки, не допили! Два часа как расстались!
— Да ты не нервничай! — испуганно заёрзал Жорик. — Тут не то, что ты думаешь, тут Толькин Отелло пропал!..
Валька гораздо быстрее въехала в произошедшее, и через минуту к кухонному столу был придвинут ещё один стул, поставлена ещё одна рюмка, ещё одна бутылка с красным вином и тарелка любимого Валькиного холодца. После двух выпитых рюмок всех отпустило...
Валька была дизайнером, посему объявление стало походить на предвыборный плакат. Из телефона было извлечено фото обнимашки Отелло с Толяном. В Adobe Толян был безжалостно ликвидирован, и Отелло в гордом одиночестве занял центральное место на объявлении о пропаже собаки. Принтер тоскливо стонал по поводу работы в первый день года, но исправно размножал листочки с призывом о помощи. Ничто так не сближает людей, как общий недуг, телевизор и общая любимая работа. Через час все довольные и счастливые уже пили чай с остатками новогоднего торта. Были разбужены недовольные дети и, несмотря на все стоны, как голуби мира, отправлены спозаранку расклеивать объявления...
Внезапно Валька всполошилась:
— Толя, а чего ты сидишь?! Быстро одевайся и домой! Мы же там твой домашний телефон указали!..
Ещё двадцать минут они с Жориком и Валей прощались. Толян даже слезу пустил! «Никто кроме Вас...»
И через пять минут он уже поднимался по ступенькам своего парадного... Где-то внутри крепла уверенность, что Отелло они обязательно найдут! Должны найти!.. На лестничной площадке блестела приличная лужа. Ну вот, не донёс какой-то бедолага свою мочу... Толян повернул за угол и опешил...
Возле двери, на коврике, мирно спал на поводке привязанный к крючку для сумок Отелло. Он радостно вскочил и бросился к хозяину... В Толькиной голове вдруг всплыла картина, как он привязывает пса и возвращается в квартиру за Мартелем и фруктами... И забыл...
Он почему-то вспомнил себя маленького, когда его чуть не оставили на вокзале, когда папаня справлял отъезд сынули в пионерский лагерь... И вот он... Как он мог... Он ведь до сих пор, оказывается, помнит это... Прости!!! Как просто и сложно сказать это!.. И эти глаза, преданные глаза, прощающие тебе всё. Они бывают только у двоих — у матери и у тебя... любимого Джек-рассела по кличке Отелло...

Москва,2016г.