Краденая шапка. Подслушано в селе N

      Пришёл раз мужик в гости к куму. Глядь, а в сенях - чья-то шапка заячья, треух. Как попало шапка брошена, лежит себе на соломе, мужику аж улыбается. Белая, пушистая. А дело было в аккурат на Крещение.

   Запала шапка в душу мужику. Дай, думает, себе сопру. Как веселье коромыслом пойдёт, так и стибрю. А то моя-то шапчонка уже старая да потёрханная. Сносилась, как лапти у ходока. Ни вида, ни тёпла. А в новой шапке, глядишь, и подженюсь. Покрашу бабкиной хной, чтоб свои не узнали. А может, в кино приглОсят сниматься, денег на мопед дадут."

   Сидит мужик, задумчивый да зашуганный, думу думает, деньги на мопед в уме  считает. А девки да бабы над ним потешаются. Вдовый он, да холостой, скучный, мол, да неласковый. И не дурак вроде, а глупый. Одиноких баб вон сколько, а не женится.

   - Чего гогочете, бабы, злыдни? Ничо я вам не должон. Праздник великий нонча, грех невинных забижать.

   Девки-бабы пуще прежнего шалят, щекотать мужика лезут. За разные места энтимные норовят. Вскочил мужик, как ошпаренный, да бегом - в сенцы. Себе охолонуться да шапку проверить, не спёр ли кто.

   Глядь! А шапка-то - не то шевелится, не то пищит, скачет по сеням, как бешеный кот.

   "Тю.  Закусить надобно бы. Да вродь закусывал. Пойду-кось, догонюся холодцом", - думает мужик.      
   Заходит назад в хату и молвит:

  - Эй, Кум. Чегось не то у тебя в сенцах!
  - Чегой-то? - удивился кум.
  - А тогой-то. Домовой, кажися, скачет. Эхма.
  - Врёшь ты всё, Семён!
  - Ей богу! А ты? В Бога-то не веруешь. Пьёшь, как  сивый мерин. Вона черти к тебе и ведутся, - молвит мужик.

   - Да ни в жисть! - отвечает кум. - Да и непьющий я, Сень. То детвора шалит.
   Девки да бабы перемигиваются, над Семёном подтрунивают:
   - Может, то не домовой, а кикимора болотная, а Сень?  То и бегает за тобой, удаль твою проверяет?

   - А вы, бабы, забижать станете, уйду я от вас. Злые вы. Ржёте как кони, пьёте как кобылы и того пуще.
  - Дык ить праздник великий нонча, Сёма!
  - А, ну пейте, пейте, да закусывайте. А я домой, спать, да и бабку надо тулупом  прикрыть, морозит уж больно.

    А сам себе на уме думает: "Пора шапку в охапку".

    Сказано - сделано. Как все гости, считай, полегли на полати да на дорожки домотканые, мужик - опять - шасть в сени.  Шапка-то заячья вроде как и смирно лежит. Закемарила, поди. Ну, мужик - чо? - хвать шапку облюбованную. Хрясть её о земь, чтобы силу нечистую вытурить. Не выгоняется. Пищит. Дай, думает, потопчу её, как петух на хозяйстве. Потоптал. Вродь молчит.  Поднял, отряхнул, за пазуху сунул - и тикать...Вродь ничо, присмирела шапчонка, как шёлкова стала. Затаилась за пазухой, тихонько сидит.

   Свою-то шапку Семён у кума оставил, вроде как в залог, - а, перепутал, мол. А сам на уме имеет - забрать и свою, но опосля.
   Идёт он по деревне, вроде уже и темень на дворе.

   "Эх! Мороз нонче, - думает мужик, - ухи мёрзнут, ан шапку надевать боязно. А ну, кто последние ухи оторвёт?".

    Только подумал, а шапка-то опять брык!  - что бесноватая, - за пазухой и елозит, - и щекочет, и скачет, и ушами машет, и лопочет,  и копытами, как коняшка, топочет.

    Эх, хорошо русский народ гулять умеет.

    Бежит по деревне мужик, уши горят, а шапку краденую надеть - ужасть берёт. Чертяка же, а не шапка. А тут и луна полная из-за туч выплыла. Светло.

    А дело-то на Крещенье было,  народ по всей деревне весь уже хороший, добрый. И службу отстояли, и  в проруби окунулись, и первачом согрелись, и отметили как положено.

    Вдруг шапка - прыг-скок - у мужика - из-за пазухи, да и в лес поскакала. Только её и видели.

   - Это что ж за чертовщина? - думает мужик, глаза трёт, - где шапка? - а шапки уж и след простыл.
   Что ж делать-то? Пошёл мужик назад, до кума. Забыл, мол, шапку в сенях.
  Где шапка? Нету шапки.
   - Какая шапка? - удивляются.
   -Простая шапка, ну, облезла малёк, а так-то целая.
  - Да не было на тебе шапки, Семён, ты простоволосый пришёл.

   А девки-бабы румяные, окружили мужика и давай хоровод вокруг него водить...Пляшут "барыню" да страдают под гармошку:

- Ах вы, сени,  мои сени,
Не бери чужого, Сеня,
Сеня, шапку не кради,
С чёртом дружбу не води,
Не жри самогона жбан,
Не то будешь в стельку пьян.
Отморозишь ухи,
Станут оба глухи
Не по сеньке шапка,
В чужой шапке зябко.
Шапка, Сеня, да не та,
Заяц - прыг из-за куста!
Деткам - зайца принесли,
От когтей лисы спасли.
Много снега в январе,
С зайцем весело в игре,
Детям веселуха,
Заяц-сам, два уха.
В сени привязали,
Тебе не сказали,
Привязали лапку,
Хозяйке на шапку.
Сидел заяц во сенцах,
Кум сердился, во сердцах:
Детворе -  игрушка,
Опосля - пирушка,
Будут с зайцем пироги,
Кумовьям на лбу - роги.
Шапок, Сеня, не кради,
С нами хоровод води,
В жёны девку выбирай,
Да бегом с ней за сарай...
Ухи пусть согреет,
Не то хрен сопреет.
Шапку по себе носи,
Да прощенья попроси.
Впредь чужого не кради,
На чужое не гляди.
Иди, Сеня, не ленись,
Да скорее повинись.
Попроси прощенье,
Веселись в Крещенье.

- А уж наутро пришла Любаша, принесла Санину шапку. Смеётся: ты, мол, Сеня,  по пьяни чуть кота не затоптал.
- А где ж белая пушистая делась?
- А то не шапка была, Сеня, то бабы будильник в старый кроличий воротник завели да зашили. Ну, ты нас потешил, Сеня! Ить как знали, что ты на белое да пушистое позаришься.
- А как оно по сеням скакало?
- Да то Снежок, кот хозяйский, в воротнике запутался.

   Ну что?
Сладили дело Сеня с Любашей, свадьбу какую-никакую сыграли, а на октябрьскую уже себе и Ванюшку родили.