Памяти Виталия Федоровича Вайшнав Тхакур

Это история о простом и чудесном человеке. О прекрасном друге и доброй душе, каким мне довелось его знать в мой не самый простой период жизни.
 В 2002 году я вернулась из своей первой поездки на Украину в родной мамин город, достославный сибирский Барнеаполь, а проще - Барнаул. К тому времени на нашу нама-хатту у горячо любимой мной Лалиты-Кишори деви даси уже ходил Виталий Федорович. Вообще, атмосфера того периода в нама-хатте у Лалиты-Кишори была, пожалуй, самой теплой и замечательной. Это был не просто еженедельный сбор вайшнавов по четвергам для обсуждения философии, это была добрая и душевная семья. В первый свой четверг после годового отсутствия, помню мне предоставили возможность рассказать о своих впечатлениях от поездки, и ,в частности, от общения с вайшнавами днепропетровской ятры, от храма в Днепре и от фестивалей-харинам в разных районах города. А мне ух-как было чем поделиться! Было много смешных и удивительных истоий, и грустных моментов, но, в целом, это были очень хорошие воспоминания... Нама-хатты как прежде, так и сейчас, развивали систему наставничества. В тот день, помню, лидер нашей группы - Манджу-Вардана предложила новым гостям выбрать наставника, в том числе и Виталию Федоровичу. И, к немалому удивлению всех "старожилов", Виталий Федорович спросил, могу ли я быть его наставником. По возрасту я вполне годилась ему во внучки, и это была довольно необычная ситуация - быть наставником в философских вопросах довольно большая ответственность. Пришлось обратиться за окончательным решением к президенту барнаульской ятры на тот период - Вишну-таттве прабху. На вопрос лидера - "почему??!", было сказано - за умение рассказчика вдохновлять историями. Эта нехитрая способность, в общем-то и определила наше дальнейшее общение. Моей основной задачей было пересказывать услышанное и прочитанное, что я и делала с удовольствием. Книги Шрилы Прабхупады, лекции разных проповедников ИСККОН, лекции приезжих гостей... Более всего я любила пересказывать лекции Атма-таттвы прабху, слушанные мной по многу раз, по "Махабхарате" и "Рамаяне". Рассказы эти шли фоном практически всегда к какому-либо практическому служению, чаще связанному с кухней. Моей без меры деятельной натуре было доверено отличное служение - приготовление сладостей на воскресный пир, в котором почти всегда принимал участие и Виталий Федорович, наш Вайшнав Тхакур. Помощь его всегда была важной и необходимой, но при этом сам Вайшнав Тхакур ни разу не упоминал и не думал, скорее всего, об этом, как о чем-то особенном. И вправду, скромность была его настоящим и уникальным качеством. Не смотря на довольно почтенный возраст, Виталий Федорович проводил на ногах по нескольку часов подряд, в процессе приготовления порой и весьма мудреных сладких блюд. Буйная моя фантазия и молодость с глупостью не щадили никого - ни меня, ни Вайшнава Тхакура, чего только стоила вкусная, но очень трудоемкая ореховая помадка по классическому индийскому рецепту). Для ее приготовления на воскресный пир требовалось перекрутить на мясорубке (одну мыли с навозом, другую, новую, удалось выпросить у моей матушки) два с половиной кило ядер абрикосовых косточек (сибирская альтернатива миндалю). Поверьте мне, для этого нужна недюжинная мускулатура и большое терпение. Помню, мы крутили посменно с Вайшнавом Тхакуром и матаджи Светой, но, конечно, его труд был наибольшим. Варка молотого ореха в молоке с сахаром была дополнительной аскезой - в какой-то момент раскаленная масса начинала "выстреливать" по рукам и кухне. Так Вайшнав Тхакур выстрогал длинную деревянную ложку для перемешивания. Когда мы столкнулись с проблемой мятых сладостей в процессе транспортировки, наш дорогой Вайшнав изобрел простое, но эффективное приспособление - ящички с бортами и крепежами по бокам для равномерного распределения веса сладостей. Время от времени он также помогал с закупкой продуктов для наших кулинарных изысков, если же он не мог помочь в этом вопросе, значит появилась необходимая работа. Вайшнав Тхакур, хоть и в возрасте, часто брал подработки строительного или плотницкого характера. И работал всегда старательно и филигранно. Однажды, к примеру, он изготовил алтарь для моих прекрасных Божеств - Шри Шри Гаура Нитайчандры.
  Случилось это неожиданно для меня. Начну с предыстроии. В конце лета вайшнавы барнаульской ятры имели традицию ездить на фестиваль садху-санги на ферму возле Алма-Аты. Поездка эта всегда сама по себе была диким приключением, но еще большей проблемой было вернуться из поездки). Первый раз Вайшнав Тхакур рискнул поехать с нами. Поездка была первой и для меня. Это был, кажется, 2003 год. Вайшнав Тхакур тогда еще помог мне частично с дорожными расходами, при этом жесточайшим образом экономил на своем собственном комфорте. Я не могу вспоминать эти моменты без слез - он действительно заботился обо мне как родной папа и больше, чем моя родная мама... На тот момент мой заработок в отделе сувениров у матаджи Наташи в основном уходил на оплату коммунальных и расходы связанные с матушкой (в тот год я еще жила у нее). Мне оставалось не так уж много на личные расходы, и выгадать с них на поездку было непростым делом. В общем, мне хватило на дорогу и проживание и, благодаря помощи Вайшнава Тхакура, на посещение лекций. При том, что отчасти мои расходы компенсировались служением на большой кухне фестиваля. Вайшнав Тхакур сэконмил на том, что не брал себе постель, например. И категорически отказывался принять помощь в плане улучшения его комфорта. Впрочем, выспаться никому особо не давли пограничники, таможня и буйные попутчики. Вайшнаву Тхакуру "повезло" разделить соседство в плацкарте с владельцами собаки довольно крупной породы, меня чуть не сняли с поезда погранцы за какую-то нелепую опечатку в формуляре моего нового паспорта... Вы скажете - "Собака в плацкарте? Не может быть!"; еще как может!На казахских железнодорожных маршрутах может быть ВСЕ! Поверьте бывалому).
 Фестиваль, конечно, был выше всяких похвал, и произвел на нас огромное впечатление. Он вполне компенсировал весь наш дорожный кошмар, который, кстати, усугубился на обратной дороге. Билеты в кассах достать было невозможно. Во-первых, конец лета и расцвет сезона челночников. Во-вторых, львиную долю билетов придерживала администрация казахстанской жд. То есть, купить можно, но очень задорого и через "своих". Вайшнавы с каким-то запасом денег, смогли воспользоваться этой возможностью уехать. Такие бедолаги, как мы, вынуждены были ехать зайцем. Да, поездом в Россию из Казахстана зайцем). Вайшнав Тхакур остался с нами - безбашенной и безденежной молодежью. Мы заплатили наличными, сколько смогли, проводнику, и поехали. Представьте себе, для всех нас это был колоссальный стресс! Каково же было Вайшнаву Тхакуру, человеку приличного уже возраста, крайне редко покидавшему родные края, в подобной невероятной ситуации? Но он держался очень спокойно и мужественно, и в общем-то, был примером для нас всех. Приключения наши, однако не закончились. Перед станцией "Аул" (пограничной) нас предупредил бледный и испуганный проводник, что в Рубцовске будет какая-то страшная комиссия, и в Ауле всем зайцам таки придется за двадцать минут стоянки выбежать и купить билеты на злополучный поезд. Ибо за безбилетников будет "секир-башка".Часть денег на покупку билетов нам вернули.  Что вам сказать и как описать увиденное на станции? Безбилетников было едва не треть поезда. Вайшнав Тхакур терпеливо сопровождал нас до касс и обратно, где мы еле продрались к заветному окошку с паспортами, чтобы купить билеты.
 Потом мы с нашими барнаульскими вайшнавами собрались в одном вагоне и с огромным облегчением и радостью делились впечатлениями и от фестиваля, и от чудес нашего путешествия.
 Следующая поездка, через год, состоялась уже без Вайшнава Тхакура - он был занят на долговременной строительной подработке. В то время я жила у матаджи Светы, она любезно предоставила мне временное пристанище, поскольку матушка моя решила, что ей комфортней пожить одной. Я по-прежнему отдавала маме почти половину своего заработка, здоровье ее улучшилось и мой уход уже не был нужен. Так сложилось, что именно домой к Свете и прибыли прекрасные Божества Шри Шри Гаура Нитайчандра. Алтарь у них был импровизированный - украшенное место на тумбочке. Мы со Светой собирались на фестиваль в Казахстане, и Света как-то спросила Вайшнава Тхакура - смог бы он присмотреть за ее квартирой в этот период, если он все-таки не поедет. На что добрый наш Вайшнав Тхакур ответил, что более того - готов ухаживать и за Божествами, если ему доверят. Перед отъездом Вайшнав Тхакур вновь пожертвовал мне часть денег на дорогу, с тем условием, чтобы я пересказала все услышанные лекции). Шраванам , слушание священных писаний - было его вкусом к духовной жизни, Вайшнав Тхакур был поистине искренним и благодарным слушателем. Чем помогал и мне, больше изучать, слушать, читать. Его скромная и удивительная жизнь была вдохновением для моей духовной жизни. Я была счастливым рассказчиком, это было очень здорово!
 В ту поездку мы натерпелись еще больше). Но также было и много нового из приятных впечатлений на фестивале. Главным образом - особенные киртаны в сопровождении саксофона и флейты. Эти мелодии и сейчас одни из самых любимых для пения маха-мантры. Мелодии киртанов стали одной из драгоценностей, привезенных нами в Барнаул. Мы пели их на нама-хатте по возвращении, я плачу сейчас, поскольку пела эти самые мелодии тихонько, когда уже Вайшнав Тхакур был тяжело болен, сидя возле него, в последние визиты... Но пока не об этом. За время нашего отсутствия, Вайшнав Тхакур смастерил очень красивый, большой и удобный алтарь для Божеств! Вот так, понемногу после работы, он приходил, и делал этот подарок Божествам.
  Потом, после тяжелой простуды с воспалением легких, я перешла на работу в новое благотворительное предприятие "Пища жизни" на Потоке (промышленный район Барнаула). Предыдущая работа была хорошей, но, увы, на сильном сквозняке. Кроме того, испугавшись моей болезни, матушка, к которой было пару месяцев как разрешено вернуться, в очередной раз выпроводила меня в двухнедельный срок на новое место жительство. Удача и доброта друзей вновь улыбнулись мне, и переезд благополучно состоялся.
 Работа в "Пища жизни" стала для меня во всех отношениях новым опытом. Здесь нужно было готовить сытные вегетарианские обеды для благотворительной раздачи малоимущим и инвалидам в районе местного собеса. Мы должны были также делать периодические походы за бесплатным хлебом на местный хлебозавод, и за кефиром и маслом на молокозавод на выезде из города. Остальное привозили поставщики. Физически, эта работа, это служение, было не из легких. Но постепенно мы вошли в режим. Вайшнав Тхакур помогал нам часто и бескорыстно принести мешки с хлебом, или десять литров кефира с завода, бывало, что и с большим куском сливочного масла. Мы как-то ездили вместе, он очень удивлялся, как одна матаджи могла бы принести такой вес. Сейчас я вешу меньше, но мускулатура у меня достаточно крепкая. Тогда я была более рыхлой, и для меня это была серьезная нагрузка. Тем не менее, благодаря Вайшнаву Тхакуру, я держалась бодряком, и успешно выполняла свою любимую роль рассказчика лекций и историй из книг Прабхупады. Кроме того, раз в неделю я ходила в библиотеку в центре слушать дополнительные философские лекции Вишну-Таттвы прабху, и мне тем более было что рассказывать).
 Вайшнав Тхакур мало говорил о своей семье. Но я знала, что он регулярно общается с детьми, хотя имеет сложности иной раз во взаимопонимании с супругой. Мне это было вполне понятно, учитывая опыт отношений с беспокойной матушкой. Но той последней осенью Вайшнав Тхакур с особенным воодушевлением поделился, как он навещал близких, как они хорошо общались, и вроде бы атмосфера в семье посветлела. Я была очень рада за него. Но появился нюанс. Неожиданно и для себя, и для всех окружающих, Вайшнав Тхакур начал испытывать проблемы с речью. Он стал не только хуже артикулировать, но и забывать названия простых предметов. Ему становилось сложнее сосредоточиться. Я еще помню, как Вайшнав Тхакур со смехом рассказывал, что забыл название овоща в гостях у родни - огурец! Ну надо же, и слово-то простое, и вот же он на тарелке лежит... Меня это немного насторожило, но я сама не могла понять, к чему ведут эти изменения. Ни разу в жизни до этого мне не доводилось близко общаться с людьми, больными раком. Откуда мне было знать?... А ведь Вайшнав Тхакур никогда и ни на что не жаловался, ни на усталость, ни на боли, вообще ни на что... Он продолжал повторять маха-мантру, одной из черт Вайшнава Тхакура была повышенная ответственность, если он брал какие-то обеты или обязательства, то следовал неукоснительно.
 Состояние его ухудшалось на глазах. Вайшнав Тхакур начал стремительно худеть, ему было тяжело разговаривать и долго находиться в одном положении. Но он по-прежнему старательно слушал...
  Мы узнали в день праздника. Это была Говардхана-пуджа. Вайшнав Тхакур не смог помочь в приготовлении прасада, поскольку неважно себя чувствовал. Но обещал прийти на сам праздник. Мы с Манджу-Варданой ждали его. Когда уже поняли, что Вайшнава Тхакура не будет, решили взять прасад и отвезти ему домой, тем более, что беспокойство за него возрастало. Мы приехали вечером, было темно. Дверь открыла его грустная супруга. "Вы разве не знаете? - спросила она - В больнице Виталий Федорович...". Что-то действительно плохое произошло с его здоровьем, как мы поняли по короткому общению с женой Вайшнава Тхакура. По-моему, тогда она уже сказала про огромную опухоль в голове. Предполагалось, что Вайшнав Тхакур проведет в стационаре не меньше двух недель.
  Мы шли домой. Помню я почему-то крупные куски мерзлой черной земли под ногами. Мы шли и даже не знали, что говорить. О чем? Что же это за зверь такой страшный и диковинный - рак ?...
 Вайшнав Тхакур сбежал из больницы через четыре дня. Ему там не нравилось - не с кем поговорить, да и кормят не тем, чем надо... Он был очень рад этому обстоятельству, и что мог продолжать общаться с привычным кругом людей. Доктора, видимо, и не особо возражали. Поскольку размеры и качество опухоли не оставляли шансов на жизнь. У Вайшнава Тхакура оставалось всего пару месяцев.
 Вишну-Таттва прабху и Манджу-Вардана озаботились вопросом скорейшей инициации Вайшнава Тхакура. Ему нужно было успеть получить прибежище духовного учителя и духовное имя. По крайней мере, это было бы правильно. Ведь сам Вайшнав Тхакур был настолько скромен, что все время считал себя недостаточно достойным инициации, и вопрос этот никак не поднимал. Предстояло подготовить обращение, но кому? Когда-то на Вайшнава Тхакура произвел очень позитивное впечатление Джаяпатака Свами. Также он с удовольствием слушал Бхактивайбхаву Свами махараджа. Джаяпатаке Свами было напралено письмо. А Бхактивайбхава Свами как-раз приехал с лекциями в наш ледяной сибирский город.
 Вайшнав Тхакур уже почти не вставал с постели. Жена круглосуточно ухаживала за ним, вайшнавы регулярно навещали, поливали две красивых туласи у алтаря с Панча-таттвой, общались, приносили прасад... К сожалению, Вайшнав Тхакур уже почти ничего не ел. Он понемногу пил воду и таял на глазах. Говорить он почти не мог, и часто плакал от сильной боли... Он не говорил, но видно было по глазам. Во время приезда Бхактивайбхавы Свами, мне достался кусочек махапрасадного торта, и я отнесла его Вайшнаву Тхакуру без особой надежды. На следующий день его супруга с радостью мне рассказала, что сначала было Вайшнав Тхакур не стал кушать, а жестом показал положить на тумбу рядом. Однако ночью встал и жадно скушал весь тортик. Она была так рада, как-будто могло случиться чудо, и болезнь отступит вдруг. Увы, в случае с Вайшнавом Тхакуром, опухоль была слишком большой...
 Потом пришло письмо с разрешением о заочной инициации в качестве исключения, и барнаульские вайшнавы небольшой толпой пришли в гости к Вайшнаву Тхакуру поздравить и вручить живую гирлянду. Вайшнав Тхакур даже немного улыбался, преданные пели киртан...
 Во время недолгих визитов, я пела тихонько маха-мантру и другие бхаджаны Вайшнаву Тхакуру, читала главы из десятой песни Бхагаватам. Потом мы обычно немного общались с его замечательной женой. К сожалению, я не помню ее имя, но у меня вообще плохая память на имена. Так что прошу меня простить за жту вынужденную невнимательность. Супруга его была добра и благодарна тем, кто часто общался с Вайшнавом Тхакуром. Она также после разрешила провести похороны по традициям ведической культуры, и присутствовать Вишну-Таттве прабху в самый последний момент.
 Последний день наступил довольно скоро. Вайшнав Тхакур уже уходил, и жена это поняла. Она позвонила Вишну-Таттве прабху, он прибыл ночью, принес святую воду из Ганги с собой в бутылочке, положил листик туласи с последним вздохом под язык Вайшнаву Тхакуру, пел бхаджаны и держал перед собой изображение Радхи-Шьямасундары, которого и коснулся в последний момент наш добрый Вайшнав. Он ушел с улыбкой. На следующий день мы пришли прощаться с телом улыбающегося Вайшнава Тхакура, чья душа, надеюсь, благословляла нас уже из духовного мира.
 Для меня лично его уход стал непростым испытанием. Но я счастлива, что Вайшнав Тхакур ушел так безупречно! Как жил - светло и по-настоящему. И я очень благодарна Вайшнаву Тхакуру, и его прекрасной супруге, это было удивительное время...
 Вся слава Вайшнаву Тхакуру, всем вайшнавам, Шриле Прабхупаде, Шри Шри Гаура Нитайчандре!