Наш голубой шарик Из диалогов с Оппом

- Отзовись, явись!..  Нет, не слыхать, не видать моего виртуального ОППонента-спорщика. И всё же попробую его вызвать... Ты знаешь, наверно, странный я человек. Ну, к примеру: вот сейчас перелистываю в компьютере прекрасные пейзажи Алтая… Смотри: долина с голубейшей рекой в окаймлении гор, над ней бирюза неба с тайнописью белых облаков… а вот под полосою розового предзакатного неба - заснеженные дальние вершины гор, ниже – зелень леса по берегам извилистой реки и валуном на первом плане, и снова - горы, горы, у подножия - озеро с отражением таких же энигматичных облаков, справа – несколько желтых, незнакомых мне цветков…

Так вот, любуюсь этими пейзажами и думаю: дивные, чудные картины Земли, но…
- Картины, как картины. А собственно в чём твоя странность?
- Ой, явился. Привет, Опп! И сразу ворчать: «Картины, как картины…» Конечно, шастая во Вселенной и не такое увидешь, а я…
- А ты смотри на свои земные картинки и радуйся, а то сразу: «странный я человек»…
- Да пойми ты, я странная потому, что… Как-то видела документальный фильм, в котором наш земной шарик не голубой, а цвета тлен, вот и до сих пор... 
- Уязвимая ты, однако. Да таких тленных шариков во Вселенной столько, что не сосчитать, так что любуйся, пока…
- Вот-вот, «пока». Ведь ученые пророчат, что через миллиарды лет расширяющееся солнце выжжет нашу Землю, и она станет такой же, как в кино, которое я… А, может, и раньше, если столкнётся с астероидом.

Мой собеседник помолчал, усмехнулся:
- А, может и еще раньше, если… - не договорил и снова хмыкнул.
- А чего ты хмыкнул-то? Может, за твоим «если» скрывается то, о чем думаю?
Грустно взглянул на меня и, выделяя каждую букву, спросил:
- И-о-чё-м-ду-ма-ешь?
- А вот о чем. Не бережем мы нашу дивную планету, вырубаем леса, роемся под её корой земной, задымляем атмосферу…
- Ну, пошла-поехала! Скучно с тобой.
И Опп растаял, растворился. Но я, напрягая голос, всё же бросила ему вослед:
- Ну и улетучивайся! Ускользай в свою неоглядную Беспредельность! Что тебе до нас, маленьких, земных! Я тут одна как-нибудь, без тебя…
И всё же повела с ним диалог, а, вернее, монолог в надежде, что слышит. 

Конечно, пролетая над Землей, ты видишь много прекрасного, созданного человечеством, - замки, строения, парки, сады, заповедники, - но всё это лишь малая толика, едва заметная на облике планеты. И когда я тоже пытаюсь мысленно взлететь и взглянуть на панорамы моего родного голубого шарика, то вижу его, бедненького, вдоль и поперёк исхлёстанного просеками электролиний, дорог и трасс, изуродованного карьерами со шмыгающими мощными машинами, вывозящими породу, из которой будут вымывать золото, или дельты Амозонки с огромными плешинами вырубленных лесов, безобразные выпиленные делянки Сибири, Карелии... А расползшиеся мегаполисы, струпьями покрывшие землю и тонущие в смоге, огромные площади и улицы закатанной асфальтом земли, на которой могла бы расти трава, красоваться цветы…

И вдруг услышала его скрипучий голос:
- А под землёй?
Я не удивилась его появлению, ибо он часто вот так… и продолжила:
- А под землей… Только представить себе могу те сотни тысяч штольней и километры тоннелей, прорытых в поисках соли, угля, ископаемых!.. еще и для канализаций, водопроводных и прочих труб. А сколько выкачано из-под земли нефти, газа!
- А над землей? – хмыкнул прямо в ухо.
- А над землей… Сколько ж носится в прекрасном голубом небе отработанных ракет! Да и не только в небе, но и в морях, океанах разного хватает.

И взглянула на него в надежде не только услышать, но и увидеть сочувствие в его бездонных темно-синих глазах.
- Представляешь, Опп, каждую минуту!.. в прекрасные земные океаны сбрасывают мусоровоз пластиковых отходов, из которых потом сбиваются целые острова. Да и на берега волны столько всего выносят… Защитники природы подсчитали, что если так дело пойдёт и дальше, то к пятидесятым годам в водах рек, морей и океанов рыбы будет меньше, чем мусора.   
- И что это ты разворчалась на Человека, венца творения? – хохотнул Опп. 
- На венца, - подхватила: - по вине которого с нашей родной планеты за час исчезает три вида животных и растений?
Опп громко хлопнул в ладоши и почти весело рассмеялся:
- Какой мизер для Вселенной!
Я ахнула:
- Для Вселенной мизер, но не для нас, смертных.
И, помолчала с минуту, чтобы этим как-бы привлечь его внимание к тому, что хотела сказать: 
- За несколько десятилетий человечество умудрилось уничтожить большую часть видов животных, создаваемых природой миллионы лет! А за последние десятилетия это исчезновение возрастает в геометрической прогрессии. За какой-то час с нашего голубого шарика исчезает около трех видов флоры и фауны!

И тут Опп явился весь. И вспыхнули передо мной темно-синие глаза, но не было в них ни сочувствия, ни удивления, а только бездонная грусть, которая тут же переметнулась ко мне и я вспомнила как-то прочитанное:
- Знаешь, около четырехсот лет назад в лесах жили необычайно стройные, с лирообразно изогнутыми рогами черные быки-туры. И были они настолько сильными, что врагов среди животных у них не было, а вот человек… Люди истребили их. 
 Нет, не увидела я удивления на лице Оппа и подумалось: «Наверно, знает». И вернулась в настоящее:
- Да что теперь вспоминать о турах, если уже в двадцатом веке на нашей дивной планеты люди истребили более ста видов животных! В Австралии – сумчатых волков, на Яве – тигров, в Африке – коровьих антилоп, занзибарских леопардов, а всего лишь несколько лет назад исчез черный носорог...
Опп почему-то разозлился и его темные глаза стали почти черными:
- Ну ладно, хватит плакать. Земляне не оригинальны. Везде так... где такие же, как вы…
- И как после этого живут там, «везде»? - встрепенулась я.
Но Опп вдруг опять исчез, и я услышала лишь непонятный, приглушенный шорох, словно взлетела огромная стая птиц, а следом - раскат смеха, в который вплетались звуки, больше похожие на скрежет металла.

Жаль, конечно, жаль, что улетел мой спорщик. Чем спугнула? И, чтобы умиротворить свои грустные мысли, мышкой отыскала альбом с любимой музыкой и под неё стала опять перелистывать пейзажи Алтая. Потом открыла панорамы Средней полосы России с её равнинами, лесами-перелесками, а насмотревшись, перемахнула через океан и попала в каньоны Америки: отвесные скалы в тающей дымке, меж ними – улыбающаяся река под радостно парящими облаками, красно-охристые, в оранжевых лучах заходящего солнца зубчатые утёсы с пятнами редкой зелени… Замысловатая, вычурная красота! И зловещая.

И тут же вспомнилось прочитанное о предполагаемой судьбе острова Пасхи*, Рапа-Нуи, который когда-то был покрыт густыми лесами. Но люди вырубали их, сжигая в печах, строя жилища, каноэ и через столетия началась эрозия почвы с   обеднёнными урожаями, голод, войны между пленами за лучшие земли, каннибализм. И остров опустел, оставив нам, как свидетельство об ушедших рапануйцах лишь огромных истуканов. Страшное предупреждение!

Нет, лучше опять, - к пейзажам! И снова передо мной - прекрасные картины моего дивного голубого шарика под названием Земля, тихо летящего во Вселенной.
Но как же хрупка его судьба, зависящая от самого умного вида её фауны - человека.

*Остров Пасхи (Рапануи, Рапа-Нуи) - остров в юго-восточной части Тихого океана, территория Чили.