Джек

   Джек нашёлся сам: с ошейником, ухоженный, независимый, несколько потерянный, но несломленный. Почему нашёлся? Потому что его никто и не искал, наоборот, всюду были развешены объявления, что нашлась собака, немецкая овчарка, тоскующая по хозяину; вознаграждения за её возврат не требуется. Но за ним так никто и не пришёл. И так мы стали ему новыми хозяевами более чем на десять лет его оставшейся жизни. Джек быстро освоился, грусть-тоска в его глазах ушла, и они наполнились бегом девяностых: размашистых и сумасбродных…
   Смена обстановки, судя по лоснящейся шерсти дорогого загородного дома, на семейное студенческое общежитие компенсировалась всеобщей любовью к Джеку всех трёхсот живущих хозяев. Бравая выправка, естественность и умение служить совсем быстро перекочевали с ним из загородного интерьера в общежитское жильё, чем приятно возвысили авторитет жильцов, его приютивших. Заступив на охрану дома, он непонятно как узнал распорядок дня студенческой общаги и стал на его стражу, требуя неукоснительного соблюдения. Всех удивляло, что с утра до вечера с Джеком можно было делать всё что угодно, он и мухи не обидит. Дети бесцеремонно таскали его по полу и за хвост, и за гриву, и за другие части тела, разъезжали на нём верхом, ходили и ползали по нему. Все знали, что он их не покусает, что он даже не оскалится и не зарычит тогда, когда ненароком ему сделают больно, он всё стерпит и всё вынесет. Но как только наступало время «че», когда по распорядку дня вход в общежитие был запрещён, Джек перевоплощался в бескомпромиссного караульного. Его не то что нельзя было потрогать, к нему нельзя было подходить. Да и какое он мог оказать тебе уважение, если ты прёшься после двадцати трёх часов? «Почему ты мешаешь другим проживающим отдыхать, а даже если и не так, распорядок дня – это закон, а закон есть закон!» – «отчитывал» он тебя, и, не взирая на лица и личную занятость, проводил беседу-политинформацию, тщательно подбирая собачьи слова-рычания.
   Ночную вахту он нёс рядом с входной дверью, перекрывая вход своим огромным телом. Попробуй обойти или переступить его, не задев. А раз этого сделать было невозможно, приходилось с ним договариваться, а мзду, естественно, он не брал, так как находился при исполнении. Короче, настоящий мужик, с честью выполняющий порученное дело. Договориться с ним можно было только после глубокого раскаяния, когда он заканчивал «политинформацию». Услышав, что «это больше не повторится», он успокаивался и верил, что это действительно будет в последний раз, хотя своим собачьим чутьём понимал, что завтра снова всё повторится. Джек верил в людей и понимал, что своим примером и «беседой» он делает мир добрее и совершеннее. Что рано или поздно его «собачьи слова» отзовутся в людях, и они, люди, станут дружелюбнее и терпимее с близкими и с окружающими.
   Но настоящей дружбой и любовью он проникся к Наталье – коменданту общежития. Он, как галантный кавалер, всегда следовал рядом с ней, провожая её до автобуса вечером после работы, и каждое утро встречал на остановке и сопровождал до работы. Даже тогда, когда стал плохо ходить, Джек выползал на передних лапах на крыльцо и ждал свою даму сердца в любую погоду и зимой, и летом; и в снег, и в дождь и не брал еду ни у кого – первый гостинец должен быть от неё.

22.12.2015. 1545


Рецензии