Капуляция

    Я хотел помочь дочери стать сильной в жизни. Не знал как, но самоуверенности был полон. В куклы она, разумеется, играла, но иногда мы боксировали с ней.  Перчатки, удары – всё по-настоящему. Я подогревал её страсти, нет-нет да пристукну по голове. Она удивлялась такому варварству, щерила зубы и с визгом летела в атаку.  Вот озлобленность эта и насторожила, а потом и вовсе остановила меня, девочка всё-таки.
    Но бойцовские качества уже заложены были… Вечерами, когда на диване читали сказки, она, нет-нет, срывалась на «померяться силой». Пыхтела, крутила мне руки и всё спрашивала: – Ну чо, капуляция?!
    Капитуляцию я признавал. Полина вновь обнимала меня, затихала, ждала продолжения сказки.
    Я понимал, что характер закладывается через игру, добрую волю, и случай для этого был рядом. На улице давно стоял барак готовый на слом. Зрелище с дырами окон в разрушенный мир было зловещим. Вечером люди обходили его стороной, а мы подошли. Дочку спрашиваю: – Не боишься? – Смятение видел, но она хорохорилась и лезла в дыру. Я шёл по улице параллельно, и Полина в любой миг могла прекратить жуткое путешествие. Однако капуляция претила ей, и вылезала только на другом конце барака. Это была наша общая победа!
    Только драчуньей быть ей не суждено, не заложено в характер… В седьмом классе пришла из школы растерянной, поссорилась с девочкой. Мало того, та прилюдно ударила её по лицу… Конечно же, Полина ждала помощь в первом жизненном антагонизме, тут не отмолчишься, но совет был коротким:
   – Тебя перестанут уважать, если не ответишь тем же. И себя уважать тоже не будешь. Думай, как быть.
   Полина бродила по квартире, бубнила под нос заклинание «авада кедавра, авада кедавра».  Утром собралась в школу и пообещала: – Я её ударю! – Ушла, а мне осталось переживать, как она там.
   Действие оказался резонансным. Возбудилась дирекция, учебная часть, на собрание пригласили родителей… Оказывается, дочка увлекла обидчицу в туалет, и уже без свидетелей навесила ей оплеуху за вчерашний инцидент. Та пожаловалась учителям, и все оказались перед фактом. 
    Собрание было шумным. Ребята обсуждали происшествие наперебой и встали на сторону Полины, конечно и мнение родителей спрашивали. Я ответил без кучерявости: – Надо учиться жить без кулаков, и помнить всегда, что на всякое действие может быть противодействие. Это залог взаимного уважения.
    Истина очевидна, но не каждому. Если отец потерпевшей хмуро смотрел на меня, то классная дама с улыбкой Джоконды. Я понял – нам капуляция не будет.
   А когда назрели выборы в ученический совет, то председателем выбрали не кого-нибудь, а Полину. И на лето педсовет наградил её путёвкой в Артек… Признание было выстрадано, мы гордились нашей победой.
    Но со временем я становился всё менее нужным. Дочь взрослела, в жизни всего добивалась сама. По характеру лидер и не удивительно, что потянула друзей на парашют. Не удивительно и то, что согласных с нею дураков не нашлось. Тогда записалась на парашютные курсы одна, и скоро сиганула с высоты в страшенскую бездну…  Жуть!  Ай да Полинка!.. Откуда всё это началось?! С боксёрской перчатки?
    Жизнь до обиды скоротечная. Вот уже пенсия и… одиночество. Семидесятилетний юбилей. Праздник невесёлый и правильно, что Полина не вспомнила о нём, хотя обида была, если честно.  Мы становились чужими. Не приветлив её дом, где подрастал уже внук, не часто мы виделись с Данилой.
    Одиночество претило, и я находил удовольствие в парке. Асфальтовые аллеи, лавочки, лужайки, озеро. Днями гуляют мамочки с детьми, старики с внучатами, и мне нравилось наблюдать за ними, встречаться глазами. И если старики оценивали с ног до головы и снисходительно жевали губами, то мамочки улыбались, приветливо кивали головой… У всех заботы! Дети! Внуки!.. А я?
    Болтался под окнами Полины, маялся, хоть бы глазом их увидеть! Увы, я персона нон грата, зятю не угодил. Знать бы ещё чем?!.. Жизнь подсказывала – не быть занудой, не мешать, отстраниться. Я так и делал, только по форс-мажорным событиям нарушал вето, что прощалось милостиво мне.
   Данилка отравляется в первый класс. С цветами, с почётным эскортом в машине. Ура школьнику!.. В эскорте место мне не нашлось и я рысью вдогон… Не сразу нашёл школу, не сразу нашёл своих… Ау!
   Вдруг. Незнакомая мадам обнимать меня стала, чуть не рыдает от счастья. Оказалась, сватьей. В ответ я вежливо улыбался, но пристыдил:
   – Внук в школу пошёл, а мы только знакомимся. Как могло такое стать?!
   Мадам смущённо: – Это всё дети! – Во искуплении предложил обменяться телефоном, но услышанным не был… Прошёл учебный год, закончил Данила первый класс. И опять затаилась бабушка, не захотела с дедушкой порадоваться вместе. Ох уж эти дети! Узурпировали бабкину честь и свободу.
     Настало лето. Узнал окольными путями, что внук днюет в школьном оздоровительном лагере… Вот тут-то я его и заловлю, потискаю! Конечно же интервью возьму на камеру, и припас гонорарный шоколад… Пришёл... Дети оказались в театре. Давно. Мне оставалось ждать (не помять бы в кармане гонорар).
     Приехали. Ребятня выдавливалась из автобуса, визжала, смеялась. Внук приметный ушами,  я его сразу узнал, и он, конечно же, пошёл не через калитку со всеми, а полез в заборную дыру. Зацепился рубашкой за сетку, повис и тут возник я. Поднял сорванца на руки: – Привет! Где был? Что видел? –  Он замялся: – М-м-м, забыл. – Я успокоил: – Всё верно! И я не помню, если что не интересно.
    Только опустил его на землю, как он, паршивец… убежал. Убежал к стайке друзей и про меня напрочь забыл.  Хватило ума не хватать его за руки. Что выросло – то выросло, но обидно было до чёртиков! Нервы давно не канатные, пошёл своей дорогой и решил, что пусть она будет через магазин.
   Но продолжение следовало. Полинин голос по телефону был взволнованным:
   – Звонил Данила. К нему приходил какой-то дядька с белой бородой… Ты хотел внука забрать?
   – Я приходил поздороваться с ним, а он убежал!
   – Он тебя не узнал.
   – Вот те раз! И что я должен делать теперь?
   – Тебе ни-че-го не надо делать!
   – Вообще?! – в ответ было молчание, ответ подразумевался.
   Это было мордой об асфальт, недостойным отцом я оказался для дочери. Капуляция по всем статьям.
               

   


Рецензии