Центростремительность

               
"...движение  вперёд  есть  возвращение  назад…"
               
                Гегель.


Я  обычный  бухгалтер,  а  не  философ.  И  мысли  мои  простые,  скучные,  приземлённые.  Крепче  привязанные  к  цифрам  и  бытовым  пустякам,  чем  к  отвлечённым  идеям  и  абстрактным  высотам,  которые  подобно  перевёрнутому  биноклю  удаляют  реальность  и  страшат  своей  запредельностью...  Однако  гораздо  больше  всех  этих  непреодолимых  расстояний  и  непредсказуемых  метаний  мирового  духа…  меня  всегда  пугал  несданный  вовремя  отчёт  в  налоговую,  злая  воля  начальника,  лишающая  денежной  премии  и  вечная  перспектива  роста  цен…  А  также…

Тем  не  менее…

К  выводу,  услышанному  от  моего  начитанного,  не  по  годам  мудрого  племянника,  и  вынесенному  в  эпиграф,  я  пришёл  самостоятельно  и  уже  давно.

Только  звучит  он  немного  по-другому:

-  Уход  от  себя  есть  в  то  же  время  возвращение  к  себе.

Должен  сказать,  что  к  нему  я  пришёл  не  вдруг,  не  в  результате  внезапного  озарения,  а  после  долгого  наблюдения  за  многочисленными  денежными  потоками,  отслеживать  и  контролировать  капризные  перемещения  которых  входило  в  мои  прямые  обязанности.

При  этом  вовсе  не  обязательно  быть  глубоким  мыслителем,  чтобы  заметить  одну  весьма  характерную  особенность  финансовых  средств…  Их  упорное  и  неуклонное  движение  в  тихую  заводь,  в  надёжную  бухту,  в  укромное  место,  в  тугой  кошелёк,  в  большой  карман,  под  матрас,  в  тайник…  В  банк,  наконец…  Одним  словом,  их  центростремительность.

Они  непрерывно  шли  ко  мне,  чтобы  после  произведённых  мною  операций  уйти  от  меня…  и  чтобы  спустя  какое-то  время  вновь  прийти  ко  мне…  Грустный  процесс  встречи-прощания,  где  я  выступал  лишь  в  качестве  безликого  посредника,  постороннего  наблюдателя,  получавшего  за  свой  неблагодарный  труд  жалкие  гроши.  Я  бы  даже  сказал,  тяжелейший  труд…  А  что,  думаете  легко  ежедневно  видеть,  как  мимо  тебя  заманчивыми  пушистыми  облаками  проплывают  огромные  суммы?  На  фоне  которых  ненасытное  воображение  безжалостно  воспроизводило  ускользавшие  возможности  в  виде  шикарных  особняков  с  мраморными  бассейнами,  белоснежных  остроносых  яхт,  плывущих  по  лазурным  морям  в  сторону  сказочных  островов,  личных  самолётов,  лихо  пронзающих  те  самые  пушистые  облака…

Вот  и  я  говорю,  нелегко…  Мучительно.

После  работы  домой  возвращаться  не  хотелось…  В  старенькую  «хрущёвку»…  К  озабоченной  жене…  К  ненасытным  птенцам…  К  облысевшему  махровому  халату  и  стоптанным  тапочкам.

А  тут  ещё  племянник  –  грамотей  проклятый,  поганый  книжный  червь,  ботаник  неугомонный  –  так  и  светился  своей  начитанностью…  Как  мешавший  спать  фонарь  под  моим  окном…  И  всё    цитатами  великих  донимал…  Особенно  того  непопулярного  писателя  (не  помню  его  фамилию),  что  про  нимфетку  сочинил,  про  Аэлиту,  кажется…  Но  не  это  важно,  а  то,  что  один  из  его  афоризмов  попал  прямо  в  десятку…  То  есть  в  меня.

А  говорится  в  нём  о  человеке,  осуждённом  жить  «сбоку  от  жизни»…,  и  о  том,  как  его  мысли  с  каждой  точки  окружности  по  радиусу  неизменно  возвращаются  к  тёмному  центру,  к  предчувствию  близкой  смерти…

Ну  точно  обо  мне!

Только  вместо  предчувствия  смерти  в  моём  центре  обитали  другие  тёмные  сущности,  не  менее  опасные  и  коварные.

Они-то  и  подтолкнули  меня,  вывели,  так  сказать,  из  депрессивного  бездействия…  Заставили  думать…  Но,  как  уже  говорилось,  не  о  возвышенном…

Задумался  я  том,  как  можно  подкорректировать  вышеупомянутые  потоки,  как  слегка  подправить  их  так,  чтобы  от  них  побежали  тоненькие,  незаметные  ручейки  не  в  бронированные  сейфы  владельцев  дворцов,  яхт,  самолётов…,  а  в  мой  вечно  пустой,  продуваемый  насмешливыми  сквозняками  карман…

И  я  придумал!

Не  стану  описывать  мою  схему  по  двум  причинам.  Во-первых,  это  непонятно  и  скучно  для  большинства  читателей.  Во-вторых,  не  хочу,  чтобы  у  кого-то  возник  соблазн  повторения  моего  опыта…

В  результате  которого  жизнь  моя  изменилась  в  лучшую  сторону…
 
Из  «хрущёвки»  мы  переехали  в  прекрасную  квартиру  на  тридцатом  этаже,  с  огромной  террасой,  откуда  можно  часами  смотреть  на  покрытый  сизым  туманом  мегаполис;  купили  серьёзный  автомобиль;  перевели  детей  в  престижную  гимназию…  Кроме  того,  меня  больше  не  пугала  перспектива  роста  цен.

Зато  появился  липкий  страх  разоблачения…

Который  тревожил  мой  сон  гораздо  сильнее,  чем  фонарь  из  прошлой  жизни…

Который  отдых  на  островах  превращал  в  беспокойное  ожидание  чего-то  нехорошего…

И  оно  пришло.  Разоблачение  моего  скверного  опыта.

В  настоящий  момент  я  сижу  под  домашним  арестом  на  тридцатом  этаже  арестованной  квартиры  и  пишу  эти  записки…  Чтобы  лучше  разобраться  в  ситуации,  в  себе  и  в  этом  забавном  принципе  центростремительности…  Согласно  которому  я  снова  вернулся  к  себе,  к  своему  разбитому  корыту…

А  ещё,  вспоминая  тот,  однажды  попавший  в  десятку  афоризм,  и  прикидывая  возможную  цифру  предстоящей  отсидки,  я  кисло  усмехаюсь  совпадению…            


 

               


Рецензии