аксф1

А как там у старика Фрейда?

Глава 1

Сергей Иванович Хромов ни черта не смыслил в психологии, равно как в других областях медицинских знаний, граничащих с данной хитроумной наукой. Нет, он, как современный человек, снабжённый телевизором и компьютером с интернетом, краем уха слыхал и о чудесах психоанализа, и о суггестивной психотерапии, и даже о старике Фрейде. Ну, да, о том самом, который придумал одну из самых выгодных медицинских отраслей пользования нескольких десятков миллионов платёжеспособных недоумков (1)  И о котором в нынешние времена не знает только какой-нибудь не пойманный в Саянской тайге родственник Агафьи Лыковой (2) . Сергей Иванович также слышал и о некоей экстрасенсорной связи между близнецами. Типа того, когда вдруг одному становится худо, то другому, находящемуся в отдалении от ближайшего родственника, делается аналогично хреново. Но на деле ничего подобного не испытал. Дело в том, что у Сергея Ивановича имелся родной брат близнец. Недавно у него начались крупные неприятности, но Сергей Иванович даже не почесался.
- Вот, блин, не было печали, - пробормотал Сергей Иванович. Вчера ему позвонила невестка, она прорыдала все пять минут телефонного разговора, а под конец сообщила ближайшему родственнику о неприятностях, имевших прямое касательство к родному брату-близнецу Сергея Ивановича Хромова. Потом она ещё раз шмыгнула носом и пообещала рассказать подробности при личной встрече. Сергей Иванович продиктовал невестке свой адрес и приготовился ждать.
- Не было печали, так черти накачали, - продолжил брюзжать Сергей Иванович и стал сыпать пшеницу на утоптанный снег воробьям. Затем он наполнил семечками кормушку для синичек и оглянулся на свой дом. На окне затрепетала занавеска, и Сергей Иванович увидел сожительницу, тридцатилетнюю Анфису. Анфиса помахала рукой и показала на запястье: дескать, обед готов и пора домой. Над домом единственно курился печной дым и, глядя на него, становилось как-то по-деревенскому уютней. Всего в их порядке (3)  насчитывалось десять строений, постоянно жилых было семь, и над ними – за исключением избы Сергея Ивановича – едва заметно курился характерный пар, выдавая наличие газового отопления. Сергей Иванович не стал сторониться сельских инноваций и вместе с остальной деревней перешёл на природный газ. И так же, как остальные деревенские, он снёс старую дровяную печь. Но на месте неё он соорудил камин, о котором мечтал всю свою прошлую жизнь.

Прошлая жизнь Сергея Ивановича Хромова складывалась по-всякому. Родился он в Москве, а когда ему стукнуло четыре года, его родители разбежались. Они не стали судиться, но поделили детей «по-честному» и зажили сами по себе. Мать, то есть, взяла старшего Андрея (он родился на двадцать минут раньше Сергея), отступную «Волгу» двадцать четвёртой модели и укатила к новому мужу в Ступино. А отец, не успели в их квартире выветриться духи матери, привёл молодую аспирантку, которую рекомендовал маленькому Серёже впредь звать мамой.
Ну, да, папик служил в институте имени товарища Плеханова старшим преподавателем (4) . Он не бегал от трудов праведных, брался за дополнительные лекции, семинары и прочие занятия и выходило у него – по деньгам – нехило. Но и их не хватило бы, чтобы в столь короткие сроки – всего семь лет после начала трудовой деятельности преподавателем – накопить на такую замечательную тачку, как ГАЗ-24. То есть, чтобы чисто накопить, то, может, и хватило бы, но надо было ведь и кушать, и старую квартиру, доставшуюся от деда, обставлять новой мебелью, и семью содержать. Другими словами, старший Хромов занимался и несколько незаконным «научным» бизнесом. Он писал дипломы и диссертации для таких студентов и аспирантов, которым или было недосуг заниматься этим самим, или не по мозгам. И у которых, ясное дело, водились деньги. Потому что диплом стоил триста рублей в базарный день, а диссертация – всю штуку.
А ещё папику повезло.
Он «набрёл» на такого аспиранта, который не только был родом из Горького (5) , но имел и связи с ГАЗом (6) . Вот и получилось у папика и деньжат скопить, и волжанку приобрести. За которой, заразой, в советские времена, если ты не космонавт или хоккеист высшей лиги, ещё вот как в очереди стоять приходилось. Но папик очередь миновал, волжанку таки приобрёл, а потом с помощью неё и отмазался. От претензий, то есть, бывшей жены на общую жилплощадь. А бывшая толкнула тележку какому-то закавказскому цеховику(7)  за тридцать тысяч, купила с переплатой трёхкомнатный кооператив (8)  в Солнцево, и от этого её новая любовь стала ещё крепче.
Надо сказать, Сергей с Андреем почти не общались. Так получилось. А в девятом классе Сергей Хромов влюбился. Светка Полонская, предмет обожания ещё дюжины старшеклассников, была девицей донельзя капризной. И ещё она любила фантазировать. Так, когда они с Сергеем Хромовым доучились до четвёртой четверти в десятом классе, юная кокетка заявила своему воздыхателю, что выйдет замуж только за офицера-пограничника. Вот Сергей и поступил в высшее командное училище погранвойск при КГБ СССР. А Светка вышла замуж за какого-то пузатого кооператора. И правильно сделала. Потому что в 94 году на заставу на границе с Афганистаном, которой командовал капитан Хромов, напали моджахеды. Очевидно, их кто-то профессионально курировал. Иначе как они смогли так грамотно разобраться с системой автоматического тревожного оповещения, снять секреты и напасть на саму заставу?
Дело сладилось ночью. И бой тогда не получился. Сначала духи рванули фронтальную сторону с главными воротами. Затем потянулись с флангов. Полуодетые бойцы едва успевали хватать оружие и гибли под плотным огнём бандитов, прошедших хорошую школу во времена ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Замполит и заместитель командира заставы, собрав по группе бойцов, создали ожесточённые очаги сопротивления в складе продовольствия и штабном здании. Но их закидали гранатами, и очаги прекратили существование. Сергей Иванович с четырьмя бойцами держались дольше всех. Они засели на чердаке казармы и, рассредоточившись у слуховых окон и проломов в крыше, долбились до последнего. А потом капитан Хромов оказался в плену.

Очнулся бывший командир заставы в каменном выдолбе. Над головой мерцали холодные весенние звёзды. Сергей Иванович сначала неслышно ощупался, убедился в отсутствии проникающих ран и принялся ощупывать «интерьер» своего нового жилища.
«Это контузия, - прикидывал он, чувствуя тошноту и спазматическое головокружение, - а я, блин, на цепи в яме. А это, кажется, я разбудил сторожа. Пацан какой-то… Вон как голосит и чешет… Наверно, побежал будить бандитов. Ну, тех, которые меня сюда положили…»
Судя по отдельным словам, малолетний сторож вопил по-таджикски. Это язык Сергей Иванович успел выучить. Он продолжил исследования, обнаружил, что прикован на цепь за обычный хомут на лодыжке правой ноги. Хомут крепился нормальным болтовым соединением. Однако открутить гайку вручную не представлялось возможным. Второй конец цепи болтался на штыре с кольцом. А штырь был намертво вцементирован в стенку неглубокого выдолба. Или почти намертво…
Сергей Иванович встал и констатировал, что высота ямы всего метра два с четвертью, не больше. Он хотел поднять руки, чтобы убедиться в своём первоначальном определении, но на него тотчас вызверились местные собаки.
«Хреново», - подумал бывший пограничник и снова сел.
Через десять минут появились местные. То ли сельский староста со своими правоверными односельчанами, но ли главарь банды со своими головорезами.
- Эй, русский, говорить можешь? – спросил по-таджикски один из местных.
Сергей Иванович промолчал.
- Таджикски не понимай? – по-русски поинтересовался другой.
- Дайте попить, - ответил бывший командир заставы.
- Дайте ему попить, - велел некто наверху по-таджикски.
«Значит, я на севере Афганистана, - прикинул Сергей Иванович, - или даже рядом с границей…»
Ему бросили пластиковую бутылку с водой. Сергей Иванович отпил немного воды и встал.
- У тебя в России есть, кто может платить выкуп? – спросили его сверху.
- Сколько надо? – вопросом на вопрос ответил бывший пограничник.
- Двести тысяч долларов, - сообщили ему.
«Всего-то», - усмехнулся Сергей Иванович и соврал: - В России у меня есть богатые родственники.
- Ты скажи: кто, где – мы проверить будем!
Сергей Иванович назвал.
- Москва, врач, профессор! – одобрительно цокали тёмные моджахеды, не ведавшие о временных демократических трудностях в России, где врачи и профессора были надолго изъяты из нормального денежного обращения. В том числе и брат Сергея Ивановича, Андрей Иванович Хромов, к тем злополучным временам сделавшийся врачом-невропатологом. Папик же успел защитить докторскую диссертацию.
- Кроме меня живых не осталось? – задал больной вопрос бывший командир заставы.
- Были, но мы их чик! – словоохотливо ответили сверху. – Бедный семья, зачем зря кормить?
Сергей Иванович реально почувствовал, как его подрал мороз по коже.
«Это хорошо, что Танька с Ленкой и с Катериной Васильевной случились в отъезде», - мимолётно подумал бывший пограничник, имея в виду малолетнюю дочь замполита (или командира по воспитательной части), его жену и жену заместителя командира заставы по боевой подготовке, прапорщика Головченко.
- А меня кормить будете? – поинтересовался он.
- Тебя – будем, - хлебосольно пообещал не то староста, не то главарь банды. Как пообещал, так сверху кинули полиэтиленовый пакет с какими-то объедками.
«Щедрости вашей, - подумал Сергей Иванович, разбирая пакет, - и это за двести тысяч долларов? Чего ж так дорого? Впрочем, мы ихних до хрена людей покрошили. Каждой семье по компенсации. Плюс отдельный бонус главарю. Плюс его помощнику по воспитательной части, какому-нибудь офанатевшему дервишу, повышенные премиальные. Плюс на свечки Аллаху… Надеюсь, мой папаша, который не дурак, догадается развести политес, потому что если он сразу пошлёт моджахедов с их требованием выкупа, то мне тотчас аналогичный чик».
На этом месте размышлений бывшего капитана снова подрал мороз по коже, хотя был он не из чувствительных.

Глава 2

Папаша не подкачал. Сергей Иванович не знал, чего наврал моджахедам московский профессор, однако кормить его стали лучше. И даже скинули стёганое, на овечьей шерсти, одеяло. Бывший пограничник не преминул воспользоваться таким гостеприимством и, не дожидаясь окончания фиктивных сроков, которыми, наверно, ограничил время сбора необходимой суммы отец пленного, решил действовать по-свойски. Первым делом он решил завести более близкое знакомство с местными собаками. Для этого пришлось ущемить свой скудный рацион. Зато собаки были довольны.
Вторым делом Сергей Иванович взялся расшатывать штырь. Четверо суток упорного труда дали положительные результаты, и в шестую ночь своего оригинального пребывания в своеобразном жилище бывший пограничник сумел выдернуть кольцо из стены.
- Не верю! – выдохнул он и встал в полный рост. Затем он выбросил за пределы ямы остатки еды и стал упаковываться: обмотался цепью, подоткнул вокруг себя одеяло, вытянул руки, подпрыгнул и ухватился за края выдолба. Бывший пограничник осторожно высунул голову, огляделся – нет ли рядом соглядатаев – и выполз наружу. Он посмотрел на небо, быстро сориентировался и погнал строго на север.

Тогда ему так и не удалось узнать: как оперативно за ним устроили охоту? К утру бывший капитан достиг того места речки Кафирниган, где она из афганской делалась таджикской. Шёл Сергей Иванович по гребню скалистой возвышенности, являющейся одной из сторон ущелья, внизу которого змеилась горная речушка. На границе гребень резко обрывался. С фронтальной стороны, на сопредельной территории, громоздились непроходимые валуны, частью ссыпавшиеся в Кафирниган и создавшие ещё один бурливый порог. Справа неуступчиво вздымались горы, зато с левого фланга имелся пологий спуск к небольшой полоске горизонтальной поверхности, сравнительно комфортно соединяющей Афганистан с Таджикистаном. И всё бы хорошо, но на спуске, в небольшой удобной выемке, стоял какой-то гадский трейлер, камуфлированный в бурые цвета с добавлением зелени и охры. На трейлере имелись специальная антенна, цистерна с водой, а характерное жужжание указывало на наличие автономной электростанции. Где-то слева, на таджикской территории, должна была находиться бывшая застава. Впереди, километрах в пятидесяти, располагался Шаартуз.
- Нет, это что ещё за хижина дяди Тома? – чуть слышно спросил себя Сергей Иванович. Как спросил, легкомысленно упомянув архитектурную примету романа миссис Бичер-Стоу (9) , так и накаркал. Из трейлера вылез некий шоколадный молодец в характерной одежде вездесущих американских вояк, отвалил на небольшое расстояние и, размахивая у себя перед носом каким-то предметом, похожим на детский валенок, принялся по-свойски голосить на всю округу:
- Two zero one hundred tango seven! Customization of connection with satellite “South breeze”! Garry, what deals?
- What deals?! – высунулся на свет божий Гарри, белый мужик в похожей форме. – Where you hid eggs-cutter? I cannot cook morning salad! (10) 
- Ну, ни хрена себе! – реально позеленел от злости Сергей Иванович. Надо сказать, в своё время он учился в спецшколе с иностранным уклоном. И английский знал на пять с плюсом. Плюс занятия в училище, где к изучению иностранных языков относились не менее серьёзно, чем к топографии и профильным военным наукам. Поэтому бывший пограничник без труда перевёл трёп форменных персонажей, вспомнил, как легко моджахеды «разули» систему и перерезали секреты, и разозлился ещё больше. В принципе, он мог обойти трейлер, но, в дополнение к злости, ему просто очень хотелось кушать. Поэтому Сергей Иванович дождался, когда белый подельник шоколадного вояки уберётся в свой благоустроенный трейлер с раздельным санузлом, и стал неслышно сбегать по склону. И, не успел шоколадный дорегулировать связь со спутником, бывший российский пограничник напал на него со всей своей накопившейся ненавистью на козлов, которые помогают бандюганам всего мира, а потом визжат о врагах, которые угрожают их хвалёной демократии. Ну, и голод своё дело сделал.
Сергей Иванович напал на шоколадного со спины. Он накрыл его подарочным одеялом с головой, потом уронил темнокожего янки ничком на скальную площадку, а затем поднял подходящий булыжник и треснул американского вояку по затылку. Одеяло скрадывало характерные звуки, поэтому падал американец почти беззвучно, а его голова хрястнула совсем негромко. Американец пару раз дёрнулся и замер. Сергей Иванович освободил кобуру вояки от пистолета, проверил его на наличие патронов, один дослал в ствол и погнал к трейлеру. Тем временем белый снова высунулся из своего домика, широко разинул рот, раскрыл глаза и тотчас получил пулю промеж них.
- Пистолетик, однако, пристрелян, - похвалил бывший капитан и стремительно бросился к белому. И, тот ещё не успел полностью прилечь на афганскую землицу, Сергей Иванович поднырнул под него, руки забросил на плечи и, подняв тяжёленького янки лицом к себе, спиной к входу в трейлер, попёр с покойником в гости к тому, кто, быть может, ещё продолжал жить в камуфлированном сооружении.
А жить там продолжал ещё один. Он открыл плотную стрельбу по коллеге почти в упор. Какого хрена он выполз в «предбанник» трейлера, это надо спросить у идиотов, обучающих своих вояк в Вест-Пойнте. Или ещё где-то там. Но Сергею Ивановичу такой манёвр облегчил его задачу. Бывший пограничник, ощутив шкурой убиенного любителя утренних салатов шесть пуль из какого-то оглушительного пистолета, перед седьмым хлопком бросил труп на последнего жителя трейлера. Седьмой выстрел, в общем, ушёл в потолок специализированного жилья. Последний жилец рухнул на спину, суча ногами и руками, совершенно забыв об оставшихся в обойме патронах. А Сергей Иванович кровожадно облизнулся, кинул ненужный пистолет на пол, быстро размотал трофейную цепь и, выбив на всякий случай ствол из руки поверженного грозного вояки, захлестнул цепь на его упитанной шее. Удавив последнего жильца и снимая с него цепь, Сергей Иванович сорвал с вояки личный жетон и решил сохранить его на память. И для этого просто нацепил этот жетон на себя.

Затем бывший российский пограничник плотно перекусил и выпил готового кофе. Потом нашёл подходящие инструменты и освободился от цепи. Закончив с цепью, Сергей Иванович переоделся в американский камуфляж без знаков отличия и собрался домой. Сначала, то есть, в Таджикистан, а потом так далее. Но не случилось. И, если бы он преждевременно не глянул в «дальнобойную» обзорную трубу на сопредельную территорию, могло бы не случиться ещё хуже. В трубу Сергей Иванович засёк группу таджиков. Откуда они взялись, Бог весть, однако таджики имели на себе оружие, а двое ладили к бою СПГД (11) .
«Рядовые Хамиров, Санджаров и старший сержант Тимурбаев», - мелькнуло в голове бывшего командира заставы, и он покинул трейлер. Причём сделал это по возможности быстро. То есть, долбанув ногой дверь, он просто сиганул на склон и покатился вниз. Но не успел он кувыркнуться и трёх раз, как граната, посланная умелой рукой бывшего солдата Советской армии, бухнула по трейлеру, раздался характерный взрыв, а Сергея Ивановича накрыло тем хламом, в который превратился уютный домик для американских шпионов. Он снова потерял сознание и не видел продолжения интересных действий.
Потом на место прибыли таджики, родственники погибших во время недавнего нападения афганских моджахедов пограничников Хамирова, Санджарова и Тимурбаева. Они – родственники – сразу сообразили, где зарыта главная собака и, не прошло и недели после гибели их сыновей и братьев во время очередной акции возмездия, решили наказать истинных её зачинщиков.
Всё правильно.
Большинство американцев свято верили в то, что творимые афганскими моджахедами кровавые безобразия по отношению к советским (а потом – российским) военнослужащим являлись актами справедливого возмездия, которые были направлены на безусловных негодяев, оккупантов и так далее. А те, кто курировал вышеупомянутые акции, почитались в США как национальные герои и борцы за демократию во всём мире. Но таджики-то этого не знали. Вот они и решили отомстить, ориентируясь на объект мести не фуфловой американской пропагандой, а здравым смыслом.
Хотя, если честно, то бывшие жители известного трейлера были не совсем те, которые занимались военным инструктажем и диверсионно-технической подготовкой моджахедов. Скорее всего, убитые капитаном Хромовым америкашки являлись лишь сотрудниками военно-топографической разведки из Пентагона. Но какая на хрен разница, потому что всё равно сволочь…
В общем, родственники погибших таджикских пограничников прибыли на место бывшей стоянки трейлера и стали копаться в руинах, чтобы хоть как-то материально компенсировать свой ущерб. А тут американский вертолёт. То ли из Кундуза, то ли из Баглана (12) . Очевидно, сработала тревожная кнопка в трейлере после того, как им вплотную занялся бывший российский пограничник. Прилетев, экипаж вертолёта не стал геройствовать наподобие Сильвестра Сталоне или Тимоти Далтона (13) , но просто расстрелял весь боекомплект с максимально безопасной высоты и только тогда, когда на почерневшей площадке не осталось ни одного живого таджика, вертолёт бросил свои дюралевые кости на пепелище. Бравые американские хлопцы из спецотдела ЦРУ по боевому обеспечению тактически-разведывательных мероприятий, числом восемь, сошли на землю и, подавая друг другу специальные знаки, а также цепляясь друг за друга навешанным поверх бронежилетов вооружением, средствами связи и прочей специальной амуницией, расползлись по «объекту». И скоро обнаружили ещё живого (или чудом уцелевшего) Сергея Ивановича Хромова. Они – отчаянные бойцы специализированного подразделения США – могли бы найти останки и других своих земляков, но их поиски прервал пилот. Он засёк группу вооружённых моджахедов, двигающихся в сторону интересного места, подал сигнал экстренного взлёта и стал рвать свою машину с места. Американцы оперативно погрузились в вертушку, засунув туда бесчувственное тело якобы своего земляка, и были таковы. И так и не узнали, кто же это пёрся к интересному месту: бандиты, от которых прошлой ночью удрал пленный русский пограничник, или обычные афганские селяне, пожелавшие посмотреть на причину недавнего шума.

Тем же днём не приходящего в сознание Сергея Ивановича отправили на военно-транспортном самолёте в Италию. С целью вылечить в более цивилизованных условиях, нежели афганские. Рейс предусматривал промежуточную оказию в Эфиопию. Однако самолёт попал в магнитную бурю, «съехал» на территорию Сомали и там сделал вынужденную посадку в такой местности, где свирепствовали самые отмороженные представители от киднапского (14)  бизнеса. Они легко, словно куропаток, переловили «персонал» американского транспорта и спрятали свою добычу в надёжное место. До лучших, что называется времён. Сергея Ивановича известные предприниматели хотели просто пришить, но он начал бредить по-русски, и его спас один из сомалийцев, который в своё время оканчивал питерский университет. Этот сомалиец хранил тёплые воспоминания о годах своей учёбы, он похлопотал о том, чтобы Сергей Иванович попал в военный госпиталь в самом Могадишо. А там сдал с рук на руки своему куму, другому бывшему советскому студенту, выпускнику первого московского медицинского института.

За три месяца Сергей Иванович поправился стопроцентно. И пошёл служить инструктором по боевой подготовке в один из элитных батальонов новой власти (15) . Затем Сергея Ивановича закрутило. Тот самый «земляк», который спас его во время разборки с экипажем американского спецрейса, предложил бывшему российскому пограничнику дополнительный приработок. И поехал Сергей Иванович за выкупом за одного взятого в заложники богатого кренделя в Бразилию. Там короткий базар, ещё менее короткие сборы и казённый дом. Побег, Колумбия, разная хорошо оплачиваемая работа на разных тамошних баронов вовсе не знатного происхождения, три новых пулевых ранения, ещё одна контузия и один порез под кадыком, оставшийся после неудавшейся попытки перерезать ему горло во время одной из межкорпоративных разборок. В 2005 году Сергей Иванович решил вернуться на родину. К тому времени он заработал почти триста тысяч евро. Двести тысяч он положил в один из бельгийских банков, остальные раскидал по кредитным картам и поехал в Москву. Первым делом он посетил мачеху. Отец умер в 1998 году, не пережив дефолта. А мачеха вышла замуж. И, до этого бездетная, родила новому мужу двух детей. Увидев пасынка, мачеха насмерть перепугалась, но Сергей Иванович утешил её тем, что вовсе не собирается претендовать на родительскую жилплощадь. Затем Сергей Иванович повидался с братом. Тот только-только женился и был чрезвычайно занят: молодая жена, то да сё, научные дела по психологической части плюс какой-то бизнес. Остановиться, в общем, бывшему российскому пограничнику и бывшему коренному столичному жителю пришлось в гостинице. Сначала его удивила стоимость вполне затрапезного номера, потом Сергей Иванович был поражён ценами на жильё в Москве. Поэтому он решил не увеличивать населения Москвы с её окрестностями ещё на одну персону, но занялся «натурализацией». Он за пять тысяч евро в короткие сроки восстановил российское гражданство, ещё за пять – соорудил себе статус военного пенсионера плюс минимальную офицерскую пенсию. И как только, так тотчас отбыл в одну из губерний, граничащих с московской. Там Сергей Иванович купил очень приличный дом на сорока сотках земли ещё за восемь тысяч евро, обзавёлся молодухой по имени Анфиса и зажил себе, не тужа и печалясь о ценах на бензин, сахар и прочие морепродукты. Работы в деревне хватало, плюс телевизор с компьютером съедали кучу времени, да ещё Анфису следовало ублажать регулярно. В общем, Сергей Иванович, чего греха таить, иногда и забывал, что у него есть родной брат. Что уж говорить о матери с мачехой и невесткой. Да, вот, зараза, сама о себе дала знать…

Глава 3

Невестка прикатила на компактном «фокусе» с сыном и дочкой. Оттепель «умяла» снег на единственной деревенской уличке, в ночь ударил мороз и, если не считать нескольких виртуозных юзов, жена брата припарковалась возле избы деверя удачно. Предварительно она прислала эсэмэску, затем, припарковавшись, посигналила, и Сергей Иванович с пасмурной рожей выкатился на улицу.
- Здорово, - буркнул он. – Твои? Заходите.
Невестка также не стала изображать радостного припадка, но подцепила детей и потащилась за деверем. Их встречала разрумянившаяся Анфиса. Гости разделись в просторной тёплой прихожей и проследовали в столовую, где их дожидался накрытый стол. Невестка помыла руки, потыкала влажным пальцем в лица деток и все уселась за стол.
- Ну, со свиданьицем! – сказал Сергей Иванович и махнул сто пятьдесят домашней водки. Анфиса пить не стала, поскольку блюла пост, а невестка только пригубила. Затем, когда Сергей Иванович предложил ей наливки, она выпила пять рюмок подряд, почти не закусывая, и закурила. Детки, не привыкшие к нормальной еде столичные паразиты, тоже почти не ели. Шестилетний малец по имени Феофан с самым серьёзным видом делал указательным пальцем дырки в холодце, а трёхлетняя дочка брата раскрошила домашний пирожок, пересела на колени к хозяину, посмотрела на него голубыми глазёнками и пропищала:
- Папа.
«Вот, блин!» - только и подумал Сергей Иванович, машинально гладя ребёнка по шёлковой головке. Невестка ударилась в слёзы, Анфиса, глядя на неё, сморщила своё доброе круглое лицо, а Феофан начал сердито сопеть.
- Так, есть, как я погляжу, ты не хочешь, - сказал Сергей Иванович невестке, - тогда пошли в кабинет, потолкуем.
Ну, да, у него в избе имелся и кабинет. Потому что хозяин – барин. Хочет, устраивает в собственной избе солярий, хочет – кабинет.

Невестка рассказала следующее. Андрей закончил практиковать как лечащий врач десять лет назад. И вплотную занялся собственным делом. То есть, открыл кабинет и стал пользовать желающих подлечить свои душевные расстройства плюс мозговые травмы с помощью психоанализа. А так как столичное население, насмотревшись американских фильмов, стало предпочитать симпатичных докторов с модной (для России) профессией откровенно жуликоватым экстрасенсам, аналогичным гадалкам и волосатым попам, от которых не всех хорошо пахло, то дела у Андрея Ивановича пошли. И всё бы ничего, но он не миновал общей для многих начинающих бизнесменов России беды. То есть, хотел тратить денег гораздо больше, чем пока зарабатывал. Одновременно расширяя дело. Так, Андрей за десять лет купил две квартиры в Москве, построил дачу в одном из кооперативов на Селигере и купил охотничий домик в Финляндии, недалеко от местечка с названием Миккели. А вместо кабинета замутил целую поликлинику. И задолжал кучу денег. Сначала Андрей брал взаймы в нормальных банках под нормальные двадцать пять процентов годовых, потом, когда его долг достиг десяти миллионов рублей и нормальные банкиры стали отказывать ему в кредите до тех пор, пока врач-бизнесмен не погасит задолженности, Андрей связался с банкиром из тех, от кого за версту разило криминалом. Криминальный банкир выкупил векселя своего нового клиента под тридцать семь процентов годовых и кредитовал его на сумму ещё двадцать миллионов под те же проценты. Плюс заставил подписать два договора: один – по индексированию инфляции, другой – на компенсацию возможных потерь от возможного дефолта.
Короче говоря.
На сегодняшний день Андрей был должен без малого пятьдесят миллионов рублей. И терпению криминального банкира пришёл конец. А неделю назад Андрей пропал. Три дня назад он позвонил с незнакомого телефона и успел сказать всего шесть слов, включая предлоги и одно местоимение: «Свяжись с Сергеем и сообщи ему…»
- Я сначала не поняла, с кем мне надо связаться, - прохныкала невестка и потянула из пачки новую сигарету, - а потом сообразила: Андрей имел в виду вас. Вот я…
- Да кончай ты хныкать! – разозлился Сергей Иванович. – И курить тоже…
Он забрал у невестки сигарету и сунул её в горшок с фикусом.
- Но что мне делать? – распустила губы невестка.
- На кого записано всё недвижимое? – спросил Сергей Иванович.
- На меня, - призналась невестка.
- А как у тебя с деньгами?
- Да почти никак. Около сорока тысяч рублей на одной карте плюс семь тысяч долларов на другой. И наличных около десяти тысяч…
- Ты работаешь?
- Нет.
- На тебя уже наехали? Ну, типа обналичить недвижимое и рассчитаться с банкиром?
- Нет.
- Очень интересно. Ведь твоё недвижимое тянет на большую сумму, чем задолжал банкиру Андрей?
Говоря так, Сергей Иванович просто хотел успокоить жену брата. Ему приходилось вращаться в сфере криминального банковского бизнеса, и он был знаком с порядками в данной сфере человеческой деятельности. Где принято наказывать должников так, чтоб другим было неповадно. При этом использовались самые беспринципные самые жестокие схемы. Сначала должника «учили», потом, когда приходил крайний срок, его трясли на предмет погашения задолженности за счёт недвижимого имущества плюс возможные займы доброхотов. И если совокупность дебета не превышала сумму совокупного кредита хотя бы в три раза, то должник мог прощаться с жизнью. Его под пытками заставляли переписать всё своё имущество на имя какого-нибудь дальнего родственника банкира, а затем начиналась акция устрашения. Во время которой погибал и должник, и вся его семья. И всё это дело предавалось самой широкой огласке.
В общем, Сергей Иванович знал о данных ужасах по своему опыту работы в латиноамериканской криминальной среде. Однако ему доподлинно было известно, что в российских условиях «делопроизводство» не менее жестоко, чем в Колумбии. Там, где под влажной сенью гилеи выращивают коку предприимчивые люди, предоставив возможность возделывать равнинную часть саванны-льянос (16)  полным придуркам.
Что же касается российского климата, то в нём отечественные воротилы всякого бизнеса вели себя более солидно, нежели их латиноамериканские братья по капиталу, и, отправляя кого-нибудь на тот свет, не драматизировали событий. И не устраивали своеобразных театрализованных представлений. Но обставляли всякое убийство или несчастным случаем, или смертью от естественных причин типа старости или хронического заболевания почек. Потому что, всё-таки, не какая-то развивающаяся страна бывшего третьего мира, а таки уважаемая держава с мощным полицейским аппаратом и жестоко охраняемыми правами всякого человека, будь ты президент нефтеналивной компании или владелец несанкционированной помойки. Хотя, во всём остальном (ну, типа, помимо разницы в темпераментах, мощного полицейского аппарата и прав человека) российские предприниматели крохоборничали ещё хуже вышеупомянутых коллег. И ещё хуже свирепствовали. О чём Сергей Иванович был наслышан, интересуясь криминальной российской темой в интернете. Так, недавно под Москвой во время автомобильной аварии погибла целая семья, муж, жена, тёща и трое детей, не считая собаки. Сергей Иванович, владея специальным чутьём, заинтересовался случаем и стал изучать разные материалы, появившиеся в сети вокруг него. И выяснил следующее.
Первое.
Виновник ДТП не был пойман.
Второе.
В результате судебно-медицинской экспертизы было установлено, что не все обнаруженные на месте ДТП покойники скончались от характерных механических травм.
Третье.
Глава семьи был средней руки бизнесменом.
Четвёртое.
Какой-то наследник погибшего, претендующий на дачу, четырёхкомнатную квартиру и две машины покойного предпринимателя, быстро умылся, когда в суде выяснилось, что всё имущество покойного переходило по его завещанию в некий однодневный благотворительный фонд.
Пятое.
После подачи кассационной жалобы в верхнюю судебную инстанцию родственник покойного оказался в реанимации. Якобы сильно обгорев во время пожара в своей загородной бане.
И шестое.
Самое интересное.
В виде размышлений одного из компетентных блоггеров. Очевидно, какого-нибудь юриста или журналиста, специализирующегося в криминальной хронике. Так вот, блоггер раскопал подробности ДТП и охарактеризовал его как «сакральное» убийство. Или заказное. Ещё блоггер сообщил, что перед гибелью подмосковный бизнесмен имел неосторожность вступить в «деловые» отношения с одной небольшой (и, разумеется, частной) кредитной организацией. И задолжал больше двадцати миллионов рублей. Примерно столько, сколько стоило всё его недвижимое плюс ликвидационная стоимость небольшого предприятия. Однако, не смотря на это, был показательно убит со всей своей семьёй. Минуя при этом всякие судебные тяжбы, сопутствующие разборкам между «честными» банками и юридическими лицами, пытающимися договориться без крови. Ещё блоггер писал, что, изучая материалы следствия (как именно – осталось профессиональной тайной виртуального «журналиста»), ему удалось установить, что результаты первичного дознания впоследствии были подменены. После чего уже ни одна собака не смогла бы документально убедиться в том, что не все жертвы ДТП погибли в результате него. Но были добиты каким-то не очень умелым специалистом после. За то, что должник не смог удовлетворить аппетитам кредитора. Каковой деятель привык оценивать возможные активы дебитора по-своему, а не так, как их оценивали с соблюдением (более или менее) цивилизованных (более или менее) судебно-исполнительных формальностей.
По изучении материала Сергей Иванович «полистал» официальную периодику, начиная с районных изданий и кончая центральными. Тишина.
- Я и сама знаю, - слегка оживилась невестка. – И сама удивляюсь: на фига было пропадать Андрею, когда можно было бы рассчитаться? Да одна наша дача на Селигере стоит…
- Вот я и говорю: очень интересно, - прервал собеседницу Сергей Иванович. – Вашему банкиру пора засылать к вам судебных исполнителей и начинать описывать ваше имущество, а вместо этого он похищает должника и – привет – полный покой…
Он снова не стал озвучивать других жутких подробностей своего интереса. Каковой интерес касался невменяемых действий человека, взявшегося ссужать его родного брата под нехилые проценты. Причём кредитор Андрея действовал невменяемо вдвойне. Во-первых, он не использовал законный ресурс в виде нормального судебного преследования своего должника. Во-вторых, не спешил применять карательные санкции. Нет, Андрей куда-то пропал, но и только. А ведь мог, предварительно отписав всё своё добро криминальному банкиру, уже лежать в морге со всей остальной семьёй. Но ничего подобного не происходит, время идёт, а жена «потерпевшего» только-только приезжает к брату должника и начинает напрягать его своими проблемами.
- Что тебе интересно? – машинально переспросила гостья, также машинально переходя на более личное общение.
- Мне интересно: что от меня-то требуется? – решил уточнить Сергей Иванович. В принципе, он уже понял, что от него хотят. То есть, посильной физической помощи в деле вызволения брата. Ну, да, собрать узелок, подпоясаться ломом и поехать в Москву, чтобы там наехать на нехороших дяденек и отбить у них человека, задолжавшего им пятьдесят миллионов рублей. Всего-то…
- Господи, да мне почём знать!? – снова разнылась невестка и таки закурила. – Ну, он мне позвонил и сказал… А я… И ты единственный, к кому я могу обратиться в такой ситуации…
- Может, я смог бы помочь деньгами? – решил закинуть удочку Сергей Иванович.
- Ты? – сделала большие глаза невестка. – Откуда у тебя такие деньги?
Всё правильно: если человек покупает домик в деревне вместо того, чтобы поселиться в нише для промышленного пылесоса в современной московской высотке, то он или законченный дебил, или нищий. Или что-то вроде этого.
- Да, в общем, и нету, - слукавил Сергей Иванович. Если честно, он и не собирался вкладывать все свои сбережения в дурака, который по собственной глупости попал в такую задницу.
- Но хоть что-то ты сделать сможешь? – искательно спросила невестка.
- Хоть что-то – смогу, - твёрдо пообещал Сергей Иванович. – Я сделаю всё, что от меня зависит. Для того, чтобы вы не попали в ещё большую беду.
- Да уж куда больше, - окончательно раскисла невестка. Только теперь она стала понимать, что зря сюда приехала. И чего ждать от этого явного деревенщины с сытой физиономией и добрым взглядом? Дармового сочувствия? Да нужно оно ей…
- Я действительно сделаю всё, что можно, - твёрдо сказал Сергей Иванович.
- Да, да, конечно. Мы, наверно, уже поедем.
- Куда спешить? – удивился Сергей Иванович. – Ты же выпила. Переночуете, а потом…
- Нет, мы поедем, - заупрямилась невестка, и Сергей Иванович понял, что спорить бесполезно.






 (1) Психоанализ





 (2) Агафья Лыкова, последняя из рода русских отшельников Лыковых. В тридцатые годы прошлого столетия Лыковы покинули мир и поселились в глухой Саянской тайге, где долгое время находились в полной изоляции





 (3) Некоторые деревни Рязанской области деревни делятся на порядки





 (4) Институт народного хозяйства, крупнейший в СССР вуз, выпускавший советских бухгалтеров, финансистов, деятелей кредитно-денежного обращения и даже специалистов по борьбе с хищениями социалистической собственности. Нынче – крупнейшая в России академия





 (5) Теперешний Нижний Новгород (историческое название)





 (6) Горьковский автозавод имени В. М. Молотова





 (7) Категория подпольных предпринимателей в Советском Союзе





 (8) Примерно 10 тысяч долларов США по реальному (чёрному) тогдашнему курсу. Официальный курс доллара в советские времена составлял 67 копеек за один доллар





 (9) Гарриет, в девичестве Бичер, а в замужестве Бичер-Стоу, американская писательница 19 века





 (10) - Два нуля танго семь! Настройка связи со спутником «Южный бриз»! Гарри, какие дела?
- Какие дела?! Куда ты дел яйцерезку? Я не могу приготовить утренний салат!





 (11) Станковый гранатомёт





 (12) Американцы появились в Афганистане уже в 1990-м. И пребывали там (на территории, контролируемой Северным альянсом) вплоть до 2001, когда США начали военные действия против талибов, отказавшихся выдать Усама бен Ладана





 (13) Киноактёры, США и Великобритания. Снимались в таких фильмах, где каждому была отведена роль супермена, который походя валил советских бойцов и советских командиров дюжинами как зайцев





 (14) Kidnapping – похищение по-английски





 (15) В 1991 году, после свержения президента Барре, к власти пришёл Объединённый сомалийский конгресс





 (16) Диалектные названия климатических зон в некоторых странах Латинской Америки


Рецензии
Слава Погранвойскам!!!

Сергей Фоминъ   12.10.2017 02:54     Заявить о нарушении