Тихий Дон 2015. Простые истины

    Посмотрела сериал, четвёртую по счёту экранизацию романа Шолохова, Сергея Урсуляка.

    Интересно было бы фильм Сергея Герасимова с сериалом Сергея Урсуляка сравнить: сколько долей в общей продолжительности фильма приходиться на действие и на пейзажи с музыкой...

    Но я слабо фильм Герасимова помню, смотрела в последний раз, когда дочка школу заканчивала и попросила меня за неё сочинение по "Тихому Дону" написать. Мне не привыкать было "писать сочинения", я подрабатывала репетиторством, а дочка заканчивала школу экстерном, два последние класса за год, собиралась в архитектурный, где все экзамены по специальности, никакой русской литературы...

    Всё-таки я добилась компромисса: написала за неё сочинение только при условии, что она посмотрела фильм Герасимова. О том, чтобы подлинник читать, речь не шла, я не настаивала. Евгений Ткачук, сыгравший в новой экранизации Григория Мелехова, и фильм Герасимова не смотрел, и не читал, пока не взяли на роль.

   Что уж про 15-летнюю девушку говорить, не читала - и ладно. Но зафиксируем тот факт, что экранизацию Герасимова ничтоже сумняшеся я ей навязала, всё-таки в советском кино строго было насчёт натурализма.

   А вот когда новую экранизацию на диске я покупала, продавщица сказала:

 -  Старая лучше, тут крови много...

   Снят фильм оператором Михаилом Сусловым прекрасно и музыка Юрия Красавина понравилась, не говоря уже про антураж: казаки, Дон, казачьи песни, табуны лошадей...

   Все эти красоты в сумме дали странный эффект - сюжет после первого просмотра я не уловила, во второй половине то ли сценаристы намудрили, то ли Шолохов, но безконечные метания Григория излишними мне показались, примерно с десятой серии я думала: а про что ж ещё четыре?

   Пришлось второй раз смотреть, чтобы разобраться. Евгений Ткачук  - актёр прекрасный, органичный, пластичный, лучше него в этом фильме только лошади, степные птицы, Дон, степи и небо над ними. Об этом и фильм: что природного казака затянули в свои жернова мировые война и революция, перемололи всё и всех, кто был ему дорог, и остался "голый человек на голой земле".

   В финальных кадрах, переплыв свою Лету, зимний Дон, повидав где-то там, за рекой, всех своих близких,  Григорий Ткачука ложится у родного порога на землю в знакомой всем православным по монашескому постригу позе, крестом раскинув руки. Камера подымается, словно отлетает душа...

   Пишут, что декорации (усадьбу Мелеховых) местные рестораторы перевезли куда-то. Жалко. Место для домов Мелеховых и Астаховых создатели фильма выбрали на диво, и эти два дома на холме над излучиной Дона - какие-то архетипические получились.

   Додумалась, пока смотрела, что и у нас была своя "осень средневековья" - вот именно во время Первой мировой и гражданской войны. Хёйзингу давно читала, но помню, о чём его книга: контрасты увядания христианской культуры на материале позднего европейского средневековья.

   Ну вот и в экранизации Урсуляка Дом, Семья, Община и Отечество, всё с большой буквы - серия за серией разрушаются, приходят в упадок, правда, не педалируется, что это не просто архаическое, традиционное общество, а христианское. Хотя в кадре как часть пейзажа присутствует церковь, перед ней происходят некоторые сцены, и один раз мы даже попадём внутрь: на венчание Дуняши с Кошевым, на котором забывшемуся священнику новый хозяин жизни, Мишка Кошевой, укажет на его место: венчать венчай, раз жена просит, но учить меня не смей!

   Если сравнить жизнь какого-нибудь шумерского земледельческого семейства многотысячелетней давности, казачью начала века и современную городскую, то окажется, что казачья ближе к шумерской, чем к нашей.  Почему-то именно такие исторические дистанции приходят на ум.

   В экранизации крестьянский труд показан поэтично, особенно в финальном мелеховском видении: перековались уже все мечи на орала и стройно, как в песне, косят луг казаки в белом исподнем...

   Сергей Урсуляк если не читал про Беловодье, то значит, угадал, сто лет - достаточный срок для того, чтобы "большое виделось на расстоянии".

   Кто-то из критиков назвал стиль фильма лубочным. Да, это такой современный лубок, состоящий из мириадов пикселей, а не вырезали на деревянной доске и шлёпают, раскрасив вручную. Были во время Первой мировой такие плакаты и открытки: бравый казак с пикой, а вокруг полчища врагов. Но!

   Казак-то этот отнюдь не святой Георгий, побеждающий змия и спасающий царевну - Русь! Похож он скорее на того беднягу, которого, помню, в Печорах видела я на западной стене храма  на Страшном суде между адом и раем с подписью на славянском: милостыню творил, а от грехов не отставал.

   И начинается сия история, как и положено, с грехопадения Григория в довоенно-дореволюционном раю,  а потом всё  катится и катится "красное колесо".

   Нужно сказать и о других характерах (артистах): все хорошо сыграли, и дебютанты, и матёрые профессионалы, - но всё же второй по яркости образ Сергей Маковецкий создал. Потому что и Аксинью с Натальей, и Петра с Дарьей, и Ильиничну с Дуняшкой, и Степана, и Митьку Коршунова с Мишкой Кошевым и прочих героев артисты всё-таки в такой реалистично-психологической манере сыграли, а у Сергея Маковецкого в чистом виде лубок.

   Он даже смерть своего героя сыграл во вполне лубочном духе - и всё сошлось и получилось, у него даже быстрей, чем у Гришки его, взлетает ввысь камера-душа,  это главный принцип лубка и народного театра: кто таков есть герой - мы узнаём из его собственных уст, - и если говорит о себе Пантелей Мелехов, что он ещё ого-го, смолоду был героем и нынче мог бы, если б не хромая нога, то так оно и есть!

   И Пётр в него, правда, усомнился перед расстрелом, как же так, вместе дитё крестили, а сейчас расстреляет его кум, так в сказках не бывает, но сказки закончились... Именно это кульминация фильма: расстрел Петра Кошевым. Были и до того лютые казни, и позже будут, но тут - поворотная точка, с которой сюжет уже под горку, к финалу катится, уходят на тот свет Мелеховы один за другим.

   Предыдущий сериал, который я целиком посмотрела, был "Раскол". От "Раскола" до "Тихого Дона" примерно 250 лет прошло. В событиях раскола казаки не главную роль играли, разве что в отдельные моменты, без них не высидели бы столько в осаде Соловки.  Так ведь и в мировой войне и революции не главную.

   Сцена, когда поют и сплетничают за рукодельем казацкия жёнки напомнила мне похожую из "Раскола", только там в покоях царицы рукодельничают и сплетничают её ближния боярыни, эти-то, конечно, за 250 лет научились и газеты читать, и в синематограф ходить. А у казачек ничего не изменилось.

   Пока не раскололись пополам небо и земля и не поскакали навстречу друг другу, как в повторяющемся сне Григория, две дружины всадников, одна с алым знаменем, а другая с трёхцветным. "В белом венчике из роз впереди Иисус Христос". Господи помилуй!

   Два родных брата на мосту, Григорий с Петром, могут понять друг друга, обняться и заплакать, но одного их них убьют, а другому без него некому станет  плакаться, чтобы облегчить душу, останется только или воевать против всего мира: "я чувствую, закрывая глаза, весь мир идёт на меня войной", - или отвоевавшись досыта, лечь на мать сыру землю и закрыть свои буйные очи.

   Вот такие архаика с метафизикой. Аксинья с Натальей в этом архаическом мире всего лишь женщины, с ними так, как с братом, не поговоришь о "мущинских делах", их бабье дело смотреть за домом и за детишками. Аксинья погибнет, как только окончательно решит разделить со своим Гришей его нелегкую долю, а Наталья раньше, против своей бабьей доли рожать и растить детишек взбунтовавшись. И остаётся гадать, по чьим стопам Дуняша пойдёт, претерпит всё до конца, как мать, или взбунтуется и погибнет.

 
    Одно время я покупала на православных ярмарках экранизации ветхозаветных историй. "Тихий Дон" Урсуляка не хуже этих экранизаций, понятно, что работу сценаристы проделывали прямо противоположную: там присочиняли подробности к лаконическому тексту, тут вычёркивали, но в результате получилось похоже.

   Своё ощущение от этого "похоже" я могу передать только цитатой из "Цыган" Пушкина:

   И всюду страсти роковые
   И от судеб защиты нет...

   Хотя Григорий Мелехов не Алеко, Евгений Ткачук играет цельный, непосредственный, народный характер, а не рефлексирующего героя вроде доктора Живаго. Уж такой красавец его Григорий, такой удалой молодец - только раз в жизни и выпадает такая роль...

    Пишут, нынешним казакам фильм понравился, кричали "любо", хотя по ходу съёмок и на демонстрации делали массу замечаний. И ещё, что Евгений Ткачук ко дню рождения Шолохова поставил в Вешенской спектакль с настоящими лошадьми, я посмотрела в Ютубе, красивый спектакль, про верную дружбу казака и его коня.

   У Шолохова роман, понятно, совсем про другое, про распад казавшимися вековечными устоев патриархальной жизни. Но и про красоту тоже, только у него почему-то она не спасает мир, а гибнет вместе с ним...


Рецензии
Можно ещё раз десять снять "Тихий Дон", но с фильмом Сергея Герасимова ни один из них рядом никогда не встанет. Фильм снимался при живом писателе и живых свидетелях тех трагических событий, описанных в романе Михаила Шолохова. Давно назрело принятие Закона о запрете ремейков фильмов. Снимайте что-то своё и не трогайте то, что до вас создано.

Петр Панасейко   02.08.2016 12:55     Заявить о нарушении
Это неизбежный процесс: время идёт, живые свидетели уходят.

А насильно мил не будешь, заставить молодёжь смотреть то, что Вам (нам) когда-то нравилось - невозможно.

Возможно, что новую экранизацию посмотрят и что-то поймут. Запрещать тут - всё равно что запрещать любить, дескать, раньше правильно любили, а теперь неправильно.

Я сама не без греха, но когда порой бурчу по-стариковски, всё-таки пока ещё вижу себя со стороны. "Давно назрел Закон о запрете ремейков", - это же уморительно читать, неужели не чувствуете?

Наталья Чернавская   02.08.2016 13:09   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.