353 - Европеизация Японии

Русская историческая библиотека

353. Европеизация Японии

Япония, государственная жизнь которой, по официально принятой в стране хронологии, началась в середине VII в. до н. э. (согласно легендарной дате основания империи императором Дзимму), усвоила себе приблизительно с III в. н. э. китайскую цивилизацию, каковою и довольствовалась до середины XIX в. Из Китая же проник в Японию (в VI в. н. э.) и буддизм, которому, впрочем, не удалось полностью вытеснить национальную религию японцев — синтоизм (путь богов), сохранившуюся как важная часть национальной культуры и государственной идеологии.

В середине XVI века в Японии началась христианская проповедь благодаря миссионерам из ордена иезуитов (св. Франциск Ксаверий и др.), и христианство достигло значительных успехов. Однако в XVII столетии против христианства было поднято жестокое гонение (после восстания в Симабаре, 1637–1638 гг.), и с этого же времени японское правительство (сёгунат Токугава) вплоть до середины XIX в. всячески препятствовало какому бы то ни было сближению своих подданных с европейцами, проводя политику самоизоляции страны (сакоку). Исключение делалось лишь для голландцев и китайцев, которым было разрешено ограниченное торговое общение в порту Нагасаки.

Положение стало меняться, когда, по примеру Китая, и Япония была вынуждена вступить в деятельные торговые сношения с иностранцами. Раньше всего, в 1853–1854 гг., командор американского флота Мэттью Перри «открыл» Японию для США, заключив с ней торговый договор. Вслед за США аналогичные договоры подписали европейские державы. На первых порах японцы относились к европейцам крайне враждебно. Сам политический переворот, с которого начинается новейшая история Японии (реставрация Мэйдзи), совершился отчасти под влиянием вражды населения к иностранцам и к правительству сёгуна, которое пошло на уступки «заморским варварам».

Дело в том, что еще с XII в. власть императора (микадо) сделалась чисто номинальной, а все реальные права перешли к военному правителю — сёгуну (формально — полководцу, фактически — наследственному диктатору). Сёгун делил управление страной с феодальными князьями — даймё, владевшими уделами и имевшими собственные дружины самураев. Эта система представляла собой форму военного феодализма. В 1867–1868 гг., опираясь на недовольство широких слоев населения (самураев, купцов, крестьян) политикой сёгуната и иностранным вмешательством, император Муцухито (посмертное имя Мэйдзи) восстановил реальную императорскую власть. Сёгунат был упразднен, а феодальные княжества ликвидированы (к 1871 г.), что положило конец феодализму.

Вместо того чтобы снова закрыть доступ в страну для европейцев, новое правительство (эпоха Мэйдзи) немедленно приступило к коренным реформам во всех сферах жизни, сознательно используя европейские образцы. Была объявлена веротерпимость (христианство перестало быть запрещенным), и многие японцы стали заимствовать западные технологии, науку и институты. (Между прочим, Япония в 1873 г. приняла григорианский календарь, отказавшись от традиционного лунного). В течение первых двух десятилетий реформ в обновлявшейся Японии господствовала система просвещенного абсолютизма, направляемая императором и группой реформаторов из бывших самураев. В 1889 г. император даровал подданным Конституцию, составленную по прусскому (германскому) образцу, и в следующем же году она вступила в действие, создав двухпалатный парламент (диету) с ограниченными правами.

Для более успешного хода преобразований правительство стало приглашать на службу из Европы и Америки специалистов по разным отраслям знания и техники (инженеров, военных инструкторов, юристов, учителей), основывать школы по западному типу, создавать университеты и поощрять заграничные поездки японской молодежи с образовательными целями. Одним словом, в Японии во второй половине XIX в. начался стремительный процесс европеизации (вестернизации), напоминающий то, что совершалось в России в эпоху Петра Великого.

Участие японцев, наряду с европейцами, в подавлении «китайских смут» (восстания ихэтуаней, или «боксерского» восстания) 1900–1901 гг. было как бы признанием за молодой нацией равенства со стороны старых культурных держав. Это выразилось и в отмене ими по отношению к Японии принципа экстерриториальности (права консульской юрисдикции), по которому на всем Востоке европейцы подлежали суду своих консулов, а не местных судов (договоры о пересмотре неравноправных соглашений вступили в силу в 1899 г.). Военные успехи Японии (победа над Китаем в 1894–1895 гг., а позже над Россией в 1904–1905 гг.) поставили островную империю Дальнего Востока очень высоко во мнении азиатских народов. Из Китая и даже из Индии стали ездить в Японию за научными и техническими знаниями европейского происхождения. Вместе с этим начала распространяться мысль, что Япония призвана освободить Азию от господства европейцев. В Европе же в связи с этим заговорили о «желтой опасности», разумея под этим враждебное для европейцев объединение «желтокожей расы» под японской гегемонией.