Пройти под радугой

 Она давно догадалась обо всём, но точку должно поставить признание из первых уст.   
 Погода была хуже некуда – ветер завывал, бросая колючий снег на окна.  Редкие прохожие старались поскорее укрыться. И всё-таки она решила пойти.
Накормила Сашеньку, уложила спать. К счастью, мальчик был спокойный.  Рассказала мужу, что делать, когда он проснётся, и стала собираться. Врать она не умела и не хотела, к тому же они всегда говорили друг другу куда идут – мобильников тогда ещё не было:
–  К Зине съезжу, говорят, плохая она.
– Одевайся теплее, видишь, что творится, –  сказал муж.

 По пути зашла в магазин, купила бутылку водки, колбасу, хлеб.
На трамвае ехать было далеко, а на метро с пересадками. Решила ехать на метро –  потеплее.
Зина открыла сразу, не спросив, кто.  Вид её поразил – неопрятная, страшная старуха. Седые волосы торчат во все стороны, к тому же приняла хорошо.
– А я ждала тебя, не умирала, пока  не расскажу всё. На всякий случай в тетрадку   записала, всё, как было. Вот, написано: для Нины Сергеевны. Облегчила душу. Ты принесла? Налей немного.
– После. Сначала расскажи всё.
– Что ж, слушай. Мне терять нечего, а Иван Иваныч в могиле.
Тебе надо было рожать в другом роддоме. Знаешь, как у своих трудно принимать? Мы все думали – только бы не в мою смену! Ответственность - то  какая!  И возраст, и как ты ждала этого ребенка. Страшно было.
– Делали бы всё, как положено, по правилам, и бояться нечего.
– А, брось, какие правила у судьбы!  Привезли тебя в нашу смену, ночью. Иван пьяный в доску. Я скорей его в чувство приводить.
Вызвала анестезиолога - все знали, что кесарево будет. А врача другого побоялась вызывать – не хотела Ивана подставлять, думала оклемается, не впервой.  А он и говорит, пусть сама рожает, баба здоровая, родит.
 Мы его давай уговаривать, а он всё тянет. Когда начали делать, ребенок уже мёртвый был, мальчик. Что делать?
Иван Иваныч заплакал, руки трясутся, говорит: –  Она меня убьёт, я убегу, спрячусь.
 Я ему говорю: – Ты что, совсем с ума съехал? Успокойся, есть выход. В шестой палате девчонка родила, гулящая, хочет отказываться. Но у неё девочка.
Подделала я все документы. Девчонке сказали, что умер ребенок, а тебе, что девочка родилась.
– Говорили, что она плакала… а её дочь жива! А что с моим сыном?
– Иван  сделал гробик и похоронил его в могилу к жене, а теперь и сам там лежит.
– Сволочи вы оба! У меня мог быть сын. А вы! – Нина Сергеевна заплакала.
– Не плачь, у тебя внук растет, а я одна, как перст.
– Мне тебя не жалко. Давай тетрадь.
Нина Сергеевна оставила водку, закуску, ушла. Около дома, на мусорке, сожгла тетрадь. Никто не должен знать.

2.

После родов Нина долго болела, температура держалась.
Девочку приносили кормить. Нина радовалась – ангелочек просто.
В палате самая красивая. Так и росла красавицей – в садике всегда на первых ролях, на утренниках пела и танцевала. Все говорили – артисткой будет.
 То, что не похожа ни на отца, ни на мать, сомнений не вызывало – бабушка Нины была голубоглазой и светловолосой. Сомнения начались, когда  Аллочка пошла в школу.
Читать и писать кое-как научилась, а с математикой была полная катастрофа. Наняли специальных репетиторов, которые занимались с труднообучаемыми  детьми. Тут и возник вопрос – в кого она такая тупая?  Кое-как, с деньгами и подарками дотянули до девятого  класса. На время экзаменов в девятом классе взяли справку о болезни, чтобы не позорилась. Что дальше?  Мальчики кружились роями. Одну никуда не отпускали.
 Аллочка мечтала стать артисткой, ни о чём другом и думать не хотела.
Как-то просочилась на Мосфильм – её заметили, сняли в эпизоде, молодой режиссёр снял в дипломном проекте. Домой прилетела, как на крыльях: – Я актриса, меня сняли в кино!
Нина Сергеевна уговаривала пойти в вечернюю школу или в училище, без среднего образования не примут в театральный, но она и слушать не хотела: –  Меня и так будут снимать.
Девчонка стала неуправляемой, а строгие меры применять не хотели – очень любили.

В их дворе, в доме напротив, жила еврейская семья. Единственный сын  Марик увидел Аллу и влюбился – красота сразила его наповал. Парень был уже взрослый – учился на четвертом курсе Бауманского. Стали встречаться, и вскоре Алла забеременела.
Пришлось жениться – ей было всего семнадцать. Семья жениха была в шоке, но делать нечего. Зато невеста красавица и из хорошей семьи – родители врачи.

 Но семьи у них никакой не получилось, Алла злилась на свою беременность, хотела сниматься в кино. Марика возненавидела.
Когда родился Сашенька, отказалась кормить – форму груди берегла. 
 Бабушка взяла всё на себя – вставала  ночью, кормила смесями. А через месяц, Аллочка ушла из дома, оставив записку, что такая жизнь не для неё, вы хотели ребёнка, вот и растите его сами. Появлялась изредка, взять денег.
Нина узнала, что она живет с каким-то начинающим режиссёром. Уговаривать было бесполезно, а потом и вовсе исчезла.

 Искали, подали заявление в милицию, но так и не нашли.
Нина ушла на пенсию, полностью посвятила себя внуку.
 
Надо сказать, что другие бабушка и дедушка интересовались внуком.
Приходили в гости, дарили подарки, приносили деньги.
А когда он пошёл в школу, неожиданно предъявили права на внука.
Заявили, что тоже хотят воспитывать мальчика.

 Марик уже жил со второй женой в Израиле, а родители решили остаться в России.
После долгих споров и выяснений отношений, чуть до суда дело не дошло, решили: пусть Сашенька живёт полгода в одной семье, полгода в другой.
По всем правилам педагогики, этого делать нельзя. К тому же баловали его друг перед другом, кто больше.
Но вопреки всем правилам, Сашенька рос спокойным, хорошим мальчиком. Играл в шахматы и в теннис, ходил в бассейн. Любил  бабушек и дедушек. Еврейская бабушка ещё и на рояле научила играть. Окончил школу с золотой медалью, поступил в Бауманское.
Там тоже проблем с учёбой не было, но начались потери – первым ушёл еврейский дедушка, вскоре, не вынесла такого горя, умерла бабушка. Остался с одной бабушкой и одним дедушкой. Отец звал в Израиль, Саша и  слушать не хотел – как он их оставит?
Заботился, приходил каждый день, приносил продукты,  фрукты, давление измерял. Жил один, хорошо, что близко, через двор перейти.

 На последнем курсе женился. Ирочка была красавица и умница, родился сын. А через три года почти непрерывной войны, развелись. Причина была – кто в доме хозяин. Ира выросла в семье с твёрдым непререкаемым матриархатом, для Саши, с его еврейскими корнями, это было неприемлемо.

 С сыном разрешалось видеться и гулять сколько угодно – мальчик был ещё тот озорник. Ира была рада сплавить чадо на несколько часов. Саша нашёл к нему подход – ходили в бассейн, потом в кафе, потом в кино. Там не забалуешь.  Тем не менее, приходил домой, как выжатый лимон. Неужели все дети такие? Решил больше никогда не жениться.
Но неожиданно познакомился с молоденькой еврейкой – скромной и послушной девочкой. Стали жить вместе. Но всё познаётся в сравнении. Ира была энергична, деятельна, умна. Сонечка ленива до самого крайнего предела. Ей не понравилось замужем – муж всё время что-то требовал: то завтрак приготовь, то постирай. А дома мама всё делала.
 Саша быстренько собрал её вещи и отвёз Сонечку к маме. Благо  детей ещё не успели сделать. Хотел вернуться к Ире, но место было уже занято, причём, его однокурсником Славкой. Тот посмеялся: – Дурак ты, Саня, ну и пусть бы считала себя главной – тебе же проще.
 Саша с ним был не согласен, но делать нечего, стал жить один. Женщины, конечно, были, но сразу обговаривалось, что жениться он не собирается.

3.


 Люська сама сказала, что замуж больше не хочет – одного раза хватило. У неё рос сын, ровесник  Сашиному. А характер совсем другой – тихий, скромный, умненький мальчик. Рос, как трава в степи. Люська была врач уролог, зав. отделением – очень занята.
Как-то Саша заехал за ней в больницу, и поразился, с каким уважением все к ней относятся. Там она была Людмила Максимовна, царь и Бог.
Бабушка, к тому времени, тоже осталась одна, и очень хотела женить Сашу, Люся ей  казалась подходящей партией.
Саша ничего не говорил. Однажды, он был у неё дома,  и пришёл в ужас от беспорядка в её квартире. Представил, во что она превратит его жильё, где был культ чистоты и порядка. Тем не менее, Люська ему нравилась. Она была умна, остроумна, всё высмеивала и вышучивала, а в серьёзных делах могла сразу собраться и принять дельное решение. С ней он был на равных, не стыдно было сходить с друзьями на пикничок или в ресторан. И одевалась она всегда стильно и со вкусом.

 Люся как-то спросила: – А ты не пробовал искать свою мать?
Историю её исчезновения она знала от бабушки.
– Бабуля много раз пыталась – бесполезно.
– У меня есть знакомый частный детектив, учились вместе в школе. Берёт дорого, но дело своё знает.
Детектив действительно запросил дорого, но через несколько дней позвонил и сказал, что нашёл  Маркову Аллу Михайловну, и назначил встречу в кафе.
– Правда, обрадовать я вас не могу – она находится в заключении, колония общего режима в Мордовии. Покушение на убийство сожителя – отсидела четыре года, ещё два осталось. УДО трудно будет сделать – вторая судимость,  первая за наркотики. Я могу рекомендовать вам хорошего адвоката.
Саша был потрясён. Он ожидал чего угодно, только не этого. Постарался взять себя в руки. Взял все данные, что нашёл детектив, расплатился и поехал к Люське. Ему нужен был её совет, говорить бабушке или нет? Решили рассказать.
 Она вздохнула: – Я так и думала, знала, что она жива, чувствовала. Езжай к ней, Саша, скажи, что ждём её. Дом у неё есть, пусть возвращается, когда освободится.
 У Люси была пациентка, бывшая заключенная, она написала подробный список, что привезти.

 Когда в комнату для свиданий  вошла женщина, Саша решил, что это ошибка.  Так не похожа была эта  старуха на те  фотографии, что показывала бабушка. Вскочил, хотел позвать надзирательницу.
– Я это, я. Что не ожидал такую маму увидеть? А я тебя сразу узнала – ты копия Марик, будь он неладен! Ну, здравствуй сынок! Как ты меня нашёл, да и зачем? Какая я тебе мать, бросила тебя маленького совсем. А ты вот приехал, привёз всего, – она жадно посмотрела на сумки.
– Да, всё по списку. Всё проверили, разрешили. Тут и продукты, чай, сигареты и парфюмерия всякая, одежда, спортивный костюм…
Саша заторопился, разволновался.
– За это спасибо, всё по делу. Ко мне ведь никто не приезжал. Да у нас существует как бы  общак такой – если к кому не приезжают, выделяют необходимое. Ты больше не приезжай, зачем я тебе? Мне ещё два года сидеть. А потом куда?  Не знаю ещё. Зовёт подруга к себе в село. Тоже мужа ножичком полоснула, да он того стоил…
– Бабушка сказала, чтобы ты домой возвращалась, у тебя есть дом.
– Да что ты! Стыдно мне. Жизнь вся пошла наперекосяк. Хотела актрисой стать, а стала зечкой, – она засмеялась.
Саша не знал, как себя вести – как мать он эту женщину не воспринимал, и в то же время было нестерпимо жалко её.

 Вошла надзиратель: – Разрешили вам по посёлку погулять до ужина. Ступайте.
 Мать обрадовалась: – Пойдём, Саша, ведь это редко выпадает такой случай. Я тебе расскажу, как на конкурсе выступала, мне грамоту дали!
Спортивный костюм оказался великоват, но ничего, годился. Она даже  помолодела, стали проступать узнаваемые черты.
– Ты расскажи про себя, мне интересно. Внуки есть у меня?
Марик, небось, в Израиль удрал?
Саша коротко рассказал про свою жизнь, про бабушек и дедушек, про отца.
– Из- за него у меня так всё получилось! Ненавижу. Меня снимать начали, а тут он со своей любовью. Забеременела я, время  упустила. А потом меня один режиссёришка в Америку взял, я ж красивая была – ты не поверишь! А там я не нужна никому, сказали – таланта нет. Предложили в порнухе сниматься, а он купил мне билет и в Москву отправил. А сам остался. Ну и понеслось – наркота, мужики, вспомнить нечего.
– А как сейчас насчет наркотиков? – осторожно спросил Саша.
– Откуда деньги? Давно я отошла от этого и не тянет уже. Да здесь привыкла я. Относятся ко мне хорошо, досижу, немного осталось. В кафе сходим? Тут недалеко.
Она повеселела и даже помолодела.
А ведь ей всего сорок пять – подумал Саша. В Москве в её возрасте выглядят девушками.
– Говоришь, мать зовёт? Не смогу я с ней ужиться, чужими мы стали. Но спасибо скажи. А там видно будет.
Посидели в кафе. Мать ела мало, без аппетита. Не больна ли?
– Как здоровье? Я лекарств разных привёз, отдали в больничку.
– Я здорова. У нас этим строго, проверяют каждые полгода.
Подошло время возвращаться. Пока сидели в кафе, прошёл дождь, на небе сияла всеми цветами радуга.
– Как красиво! Давно я ничего такого не видела, и на небо то не смотрю. Спасибо тебе, я как будто в другой жизни сейчас.
– Я буду приезжать. Постараюсь тебе УДО сделать.
– Не надо, не трать деньги. Лучше женись, ещё внуков нарожаете,  может, и я пригожусь, только не доверят…
 На прощанье обнялись. Неожиданно оба расплакались – вот уж чего не ожидал он, так то, что заплачет.

 Дома рассказал всё, как было.
Бабушка сразу села письмо писать. Люся сказала, что у неё есть знакомый адвокат, поможет с УДО.

4.

 Недели через две, подошёл к Саше незнакомый мужчина. По виду и одежде сразу видно – человек солидный.
– Вы Александр? Я Николай, тот самый, что ваша матушка ножичком приложила. Я вчера был у неё, она мне рассказала, что нашли её, хотите помочь.
– Она прислала мне сообщение, что не хочет, будет отбывать весь срок.
– Её заставили так написать. Она причёски делает местному начальству и авторитетным зечкам. Талант у неё.  А мне сказала, что очень хочет выбраться. Я кое-какие меры предпринял – должны освободить по болезни. Сердце у неё больное.
К вам просьба – встретить её и отвезти к матери. С дочерью она не уживется, и пытаться не стоит.
– У неё есть дочь?
– Да, это моя дочь. Алла, правда,  отрицает, но это точно.
Я делал  ДНК- экспертизу, когда  хотел удочерить её, но Алла не разрешила.  Она была беременна, когда я отправил её из Америки, но начала наркоманить, и не сразу поняла, а потом решила родить.
Как девочка выжила, просто чудо какое-то. Когда я узнал, купил им однокомнатную квартиру и няню оплачивал. Ребенком она не интересовалась, не до того было. А когда её посадили в первый раз, моя мать взяла девочку. А сейчас дочь одна живёт, закончила  ВГИК, режиссёрский факультет. Девочка хорошая.
– Почему вы вдруг решили принять участие? Через четыре года?
– Совесть замучила. Я жив, здоров и успешен. А она там…  да и за дело она меня приложила тогда, если по совести. А я в Германии после больницы фильм снимал, не до неё было. Хочу предупредить вас: все деньги, ценности, дома не храните – сразу утащит, наркоманка она неисправимая.
– А мне сказала, что давно завязала.
– Не верьте ни одному слову. За причёски ей наркоту дают, так что всё по-прежнему. Если хочешь с сестрой познакомиться, вот её телефон. А вот моя визитка. Если какие-то трудности, звони.
Николай уехал, а Саша задумался: у него есть сестра! Но захочет ли она познакомиться, вдруг характер мамин?  Решил пока не звонить.


     5.

 Когда  Аллу освободили, Саша  поехал за ней с Людмилой.
Она умела находить общий язык со всеми. Так и получилось, болтали всю дорогу. Аллу привезли к бабушке. Ту подготовили, лекарство дали заранее от волнения. Плакали обе, прощения просили друг у друга. Но Люся в людях хорошо разбиралась, сказала, что такая встреча ничего не значит – заключенные часто бывают внешне сентиментальны, а что дальше будет – неизвестно.

 Мать держалась, пока не пошла работать. Устроилась в парикмахерскую. Когда-то она закончила курсы стилистов при Мосфильме. У неё был несомненный талант, хороший вкус и чувство моды. Прически делала превосходно. Вскоре, к ней  была запись на месяц вперед.
Пошли хорошие деньги, а с ними и белые дорожки.
Бабушка переживала, таяла на глазах.  Саша хотел забрать бабушку к себе, она отказалась: – Не пойду из своего дома. Она  притон устроит без меня, погибнет.  Это и её дом, пусть живёт здесь.
Выхода не было никакого.

 Саша решил,  наконец, позвонить сестре. Алла  назвала дочь Ниной, в честь матери. Нина обрадовалась, договорились о встрече:
– Я давно ждала, что ты позвонишь. Ваши проблемы я знаю. Давай вместе думать.
Нина оказалась так хороша, что Саша  вначале растерялся. Высокая, стройная женщина,  прекрасно, со вкусом одета – просто и дорого. Наверно, отец привозит из Германии.
– Ну, здравствуй, братишка! Вот ты какой. Расскажи о себе.
Саша коротко рассказал. У неё жизнь была куда интересней. Снималась в кино, пробовала себя в режиссуре, писала сценарии.
Замуж не хочет, но мужчина имеется. Особой любви нет, поэтому и не спешит.
– Что с мамой будем делать? С её сердцем ещё наркотики. Она так долго не протянет. Да и бабуля очень переживает, –  сказал Саша.
– А что мы можем сделать? Она всю жизнь на коксе  сидит. Лечиться не будет, об этом уже сто раз говорили, даже слышать не хочет. А знаешь, что? Давай ей мужа найдем, чтобы держал её в ежовых рукавицах.
Саша удивился. Такой вариант ему в голову не приходил. Бедный мужик, подумал он, она и за нож может схватиться.
– У меня есть такой на примете – у него не забалуешь. Это наш оператор, как раз развёлся. Мужчина интересный.
– Неужели ты думаешь, что он захочет свести свою жизнь с наркоманкой?
– Надо её привести в порядок и познакомить их.  Говорить ей про это не надо.  У меня скоро день рождения, устроим шашлык на природе.  Есть дача, у моего парня. Там и устроим им встречу.
Гитара и всё такое. Кстати, она  раньше хорошо пела.
Нина ушла довольная, а он с тоской побрёл домой – в этот проект он не верил.

6.


 Нина целый день делала  Алле  маски, причёску, макияж.
Саша поразился, как современные средства могут  преобразить женщину – мать выглядела лет на пятнадцать моложе.
И всё-таки не нравилась ему эта затея.  Узнает мужчина правду, и что?  Опять  матери  душевная травма.
Мужчина, его звали Артём, оказался спокойным, приветливым. Крючок  заглотил  сразу, и не отходил от  Аллы.
Даже вместе спели под гитару. Всем было весело, только Саша, скрывая своё тоскливое состояние, не отходил от шашлыка. Зато шашлык удался.
На ночь все разбрелись по комнатам, дачка оказалась вместительной. Утром Артём сам подошёл к нему.
– Ты вчера какой-то смурной был, да и сегодня настроение у тебя не ахти.  В чём дело? Считаешь, я недостаточно хорош для твоей матери?  Она, кстати, гордится тобой.
– Скорее наоборот, – не выдержал Саша. Он не выносил вранья, так был воспитан. – Вы не всё знаете про неё.
– Я знаю больше, чем ты. Мы вчера полночи разговаривали. Ведь я её помню ещё совсем молоденькой, когда она к нам на  Мосфильм пробралась. Красавица была, глаз не оторвать. Николай сразу запал на неё. Он тогда дипломный фильм ставил, снял её в эпизоде.
Как режиссёр, он должен был понять, что таланта у неё нет. Красота – это не главное, для этого гримёры есть, нарисуют всё, что надо. Главное – талант.
 А потом его в Америку пригласили, вторым режиссёром, он и её с собой взял. А там продюсер посмотрел, как он работает, и предложил свой фильм снимать. От этого не отказываются. А Аллочку решил домой отправить, за ней не уследишь – больно хороша.  А снимать её и речи не было. Она уехала, обиду на него затаила и пустилась во все тяжкие – наркота и всё такое. Когда узнала, что  беременна, уже пять месяцев было.
Нина, слава  Богу, хорошая девушка выросла.  А по первой судимости – подставили её. Но следователь во всём разобрался, дали ей полтора года и принудительное лечение.
Так что я всё знаю, сынок. Попробуем мы с ней жить, я сейчас один. А у вас бабушка хоть отдохнёт от неё. Я её не обижу, насчет этого не беспокойся, не получится –  разойдемся по-хорошему.
  Саша успокоился.  Усмехнулся: – Как бы она вас не обидела!   
 Они посмеялись и разошлись. Пока всё складывалось.      


Рецензии
Спасибо, Эмма. Очень жизненная история и, как всегда, "проглотила вмиг" - настолько хорошо написано. Сколько таких историй знаю, когда гены родных родителей такое вытворяли, что проклинали тот день, когда брали ребёнка. Как говорится, что от осинки не родятся мандаринки. И воспитание бывает бессильным.
"Пока всё складывалось" и пусть всё будет хорошо.
Понравилось!
С уважением, Людмила

Людмила Колбасова   07.07.2019 19:57     Заявить о нарушении
Спасибо,что прочли такой большой рассказ! Его редко читают. И за отзыв тоже.
С теплом,

Эмма Татарская   07.07.2019 20:14   Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.