Turkey

В прошлом году на Рождество я решила приготовить turkey (индейка по-нашему). Точнее сказать, я была вынуждена принять такое решение. Такая безумная мысль никогда раньше не возникала в моей голове и не могла спонтанно возникнуть.

Все произошло очень быстро, я не успела опомниться. Я стояла в очереди в кассу в супермаркете. У меня в корзине лежали хлеб, яйца, колбаса и другая мелочь. И вообще никакой дичи. И тут происходит некое оживление, то есть дискуссия у кассы, между кассиршей и покупателем. Я не обращаю внимания, стою себе, ожидаю. А передо мной в очереди двое: женщина китаянка и этот словоохотливый мужчина. У него на конвейере куча продуктов и огромная замороженная индюшка. Вдруг вижу, мужчина, перестав болтать, подталкивает индюшку к китаянке. А та, пробормотав что-то, отпихивает индюшку в мою сторону. И эта глыба, со стуком переворачиваясь с боку на бок, подкатывает ко мне.

Я удивилась и объявила, что это не моя индюшка. Китаянка в ответ доверительно сообщила, что она не ест индюшатину. Я удивилась еще больше, не уловив причинно-следственной связи. Тогда она объяснила, что ее дети тоже не едят индюшатину, и муж ее в рот не берет, так что ей нет смысла готовить turkey. Я согласилась, что в таком случае, пожалуй, нет смысла. Но при чем тут я?! Тут вмешался мужчина, объяснив, что индюшка досталась ему даром, как бонус, т. к. он накупил продуктов на $200. Но она и даром ему не нужна. У него уже есть одна в морозилке, жена убьет, если он принесет вторую, китаянка не ест turkey, значит птица переходит ко мне. Я сперва растерялась, потом, усвоив их логику, обернулась назад, чтобы спихнуть ее другому, но... я была последняя в очереди.

Что делать? Мне страшно не хотелось возиться с turkey, я понятия не имела с какого боку к ней подойти, но я решила, что если сейчас не возьму ее даром, то потом уже вряд ли куплю за деньги, это было бы глупо... Почему-то возникла мысль, что каждой уважающей себя женщине надо хотя бы раз в жизни приготовить turkey. Так же, как мужчине – посадить дерево... Или не надо? Я все еще сомневалась, но уже чувствовала, что сдамся. Сама судьба вручила мне эту птицу из каких-то соображений и не было смысла сопротивляться. Я взяла ее в руки. Она была холодная и тяжелая. Я оставила ее у кассы и отправилась за тележкой, надеясь что больше ее не увижу: мужчина, раздумав, вернется за ней, или кто-то ее утащит. Но она никуда не делась.

Придя домой, я решила упрятать ее в морозилку и надолго забыть о ее существовании. Но она в морозилку не влезла. Я положила ее в холодильник, потом вынула, решив, что она в нем оттает, и вынесла на балкон, чтобы схоронить ее там под снегом, но в те дни, как назло, морозы сменились оттепелью. Дальше отступать было некуда, пришлось принять бой.

Сев за компьютер, я изучила кучу рецептов по приготовлению индейки, потом стала ждать, пока она разморозится. Через два дня она размякла, и я сняла с нее упаковку. Индейка тут же свесила крылья и вытянула ноги. Вид у нее был, как бы это сказать – действующий на психику. Я старалась не смотреть на нее, испытывая то же чувство, какое охватывало меня в студенческие годы на практике в морге. Я сунула ее в ведро с рассолом. Она в нем не помещалась, одно бедро высовывалось наружу, как я на него ни давила. Пришлось время от времени переворачивать тушу, держа ее за подмышки... Так прошли сутки. Дети ходили притихшие, стараясь мне не перечить. Муж сказал, что ему всю ночь снились кошмары.

На следующий день я вынула ее из ведра, натерла со всех сторон солью и перцем, впихнула в брюхо морковь, лук и зелень, ноги связала, крылья загнула за спину и сунула ее в духовку.

Пока она пеклась, я успела приготовить клюквенный соус, начинку с кукурузным хлебом, тушеные овощи и рис с изюмом. Такого со мной никогда еще не было. Я вертелась между кастрюлями, как одержимая...
   
Результат превзошел все ожидания. Вид, вкус и запах были неописуемые. Мы все сфотографировались на фоне индейки вместе с гостями, которых пригласили по этому поводу. Все восхищались моим кулинарным подвигом и выражали надежду, что я его еще не раз повторю.

И надо сказать, напрасно. Второй раз я в это дело не влипну – дудки! Даже если turkey снова достанется даром. Скажу, что не ем индюшатину, и дети мои не едят, и муж ее в рот не берет. И спихну ее кому-нибудь в очереди. Или отдам бомжу на улице. Пусть радуется.