Убийцы

  Фиджик сам не знал как он дошел до ручки. Вроде, лет до двадцати пяти все как-то медленно куда-то текло. Школа, два курса медицинского, отъезд родителей, пара девушек, которых он бросил, одна, которая бросила его. Возможно, с нее все и началось. Родители уехали жить за границу, раз в пару месяцев справляясь об успехах сына по телефону. Не зная, что сын стал выпивать,  бросил ВУЗ, нигде не работал и потихоньку продавал вещи из квартиры. На что и жил, точнее, пил. Попал в компанию бухарей своего возраста, к которым раньше относился с презрением.

 Такая компания есть в любом микрорайоне. Это молодые парняги, подсевшие на пробку и не слезавшие с нее по нескольку лет, находя все новые и новые причины для разгула. Вот и Фиджик, однажды в подпитии вышел на улицу покурить и разоткровенничался с добрыми молодцами в засаленных джинсах на тему "какие бабы суки". Парняги поддерживали его, и он купил им выпить. У них тоже не сложилось с "телками", но им даже в голову не приходило, что они сами могут быть виноваты. Во всем виноваты бабы-дуры! И больше никто. А раз так, то у них и у Фиджика теперь есть веские причины прожигать жизнь, пытаясь унять серьезную душевную боль и залечить моральную травму, которую нанесли эти теперь уже "мымры".

    Через некоторое время к веселой компании причалили две разухабистые девахи неопределенного возраста и такой же внешности. Однажды Фиджику, который к тому времени уже забыл, что у него есть простое человечье имя - Федор, по пьянке даже показалось, что он влюбился в одну из телок - Клюшку. Внешности Клюшки он с утра не помнил, но помнил, что прошлым вечером она ему очень нравилась. А тут еще и Сыч стал подкалывать, предлагая купить Клюшке свадебный подарок от жениха. Но купить на что? Все имущество заложено и продано по пузырю за шкаф. Косяк, продрав глаза на одном из грязных матрасов, валяющихся на полу фиджиковской квартиры, смеясь, предложил заложить что осталось. И Фиджик понял - квартира. Он возьмет кредит под хату, бросит бухать, пойдет вкалывать и через месяц отдаст. На том и порешили.

 И с этого дня на пару месяцев в памяти Фиджика нарисовался провал. В себя он стал приходить уже когда его выселяли приставы, выкидывая матрасы в коридор. Наутро он проснулся в хате у Косяка. На остатках дивана. Пружины из дивана Косяк вытащил и отнес  барыгам, которые в гаражах за копье скупали металл. Хватило на пузырь. Лишь потому что Косяк еще за пять баксов загнал барыгам сенсорный мобильник Фиджика.
 Родители, которые три недели не могли дозвониться сыну, срочно вернулись из-за границы. Но семеня в подземном переходе мимо бородатого мужичка-нищего, сидящего на полу со спящей рядом собакой и открытой консервной банкой для денег, не узнали родную кровь и гремя колесами чемоданов, прошли мимо.

  Собаку Федор поймал на пустыре. Взял на куриную кость. Сычу на базаре под вечер дарили кости, из них получался навар, в котором плавали пара картошин и рис. Клюшка сказала, что дворняга слишком прилично выглядит для бездомной. Но никто ее слушать не стал.  Когда кончился форс, и Фиджик отказался тырить на дачах металл, ему пару раз двинули в дыню, позже под выпивку извинившись и сказав, что это "не по-пацански". Стакан за стаканом, кореша узнали, что их новый кореш учился на медика и знает как сделать из той фигни, что можно купить без рецептов, легкую наркоту. Отсюда родился план с дворнягой. Подавали милостыню хорошо. Никто же из тупарей-пешедралов не знал, что собака не уходит потому что она обколотая и некоторое время сидит на дозняке. Приходилось отстегивать смотрящему, который платил ментам. Но на бухло и продолжение эйфории хватало.

 Но вот настал день, когда псина стала хило двигаться, и Клюшка предложила отвезти ее в заброшенный дом. Пару раз по дороге Фиджика высаживали контролеры, но никому из них не пришло в голову проверить что в сумке. Федор был слегка ужратый и почти не помнил куда именно отвез дворнягу. По иронии судьбы он просто забыл сумку с ней на остановке недалеко от одного полицейского отделения. Пес был уже холодным, когда за ним приехала полиция. Коллеги одного из инспекторов удивились, когда он забрал сумку и отвез в морг. Они не были в курсе, что эту собаку разыскивает хозяин, деловар и бизнесмен с иностранной фамилией Бегли. Мать Бегли вышла за англичанина, но сын захотел проживать на родине. Навороченные породы собак, которыми хвастались соседи по элитному поселку, не нравились Бегли. Сквозило в них что-то высокомерное, барское.  А у Мэтти были человеческие глаза, смотревшие с жалостью. Когда он подобрал ее на шоссе, Мэтти было около пяти лет. А через год она пропала. Потерялась, отвязавшись с поводка. Газеты, интернет, вознаграждение - ничто не дало результатов. А этот молодой инспектор ее нашел. Но уже не дышащей, с такими же открытыми человеческими, грустными глазами.

  Фиджика нашли довольно быстро. Неделю Бегли не трогал его, проходя мимо этого опустившегося парня, который теперь сидел на ступеньках в другом переходе, выставив на всеобщее обозрение якобы окровавленную руку. На самом деле на руке была дешевая томатная паста вместе с водой.  На восьмой день решил: "я дам ему шанс". Фокус с мусорным ящиком на автобусной остановке, недалеко от которой обитал Косяк, не прошел. Фиджик вышел из "гармошки", но не обратил внимание на три, опущенные в мусорный ящик пустые бутылки из-под пива. Именно на них Бегли собирался поймать Федора. Тогда пришлось работать план "Б". Он подошел к Фиджику на следующий день в переходе и спросил - не хочет ли тот заработать. Надо с гнилыми базарами наехать на хорошенькую девушку, оплата - два фолера. "И закусон" - настоял Фиджик. На том и порешили.

   Телка визжала и кричала, но  вдруг откуда ни возьмись появился Бегли. Наглый, датый бомж в страхе чесал обратно, в переход. Через час бомж получил свое бухло и слинял. Бегли выждал несколько дней. Пусть теперь попьет дешевого пива из пластмассовых бутылок. Дни пролетели, как саранча над Северным Полюсом, деловар нарисовался в переходе и поздоровался с Фиджиком. Фиджик сразу постарался казаться трезвым и спросил, не нужна ли еще услуга.

- Послушай,- отвечал Бегли, - ты ведь еще не такой старый, хотя лицо пропитое. Зачем пьешь?
- Вы ничего не понимаете.
- Чего я не понимаю?
- Забить! Вечно молодой, вечно пьяный...Это стиль жизни.
- Ты хочешь все время бухать?
- А что еще делать?
- Я дам тебе то, что ты хочешь.
- Э-э..Я не такой. Чего вам нужно?
- Дурак. Я дам тебе деньги на бухло и квартиру на месяц. Ты очень выручил меня. Я добивался той девушки целый год. А теперь, увидев, какой я храбрец, она готова выскочить за меня.
- Вы серьезно?
- Да, я даю тебе тысячу евро. Считай, что тебе повезло. Подумай, ты должен выбрать - продолжить квасить или попытаться наладить свою жизнь.

  Три дня Фиджик держался. Побрил лицо, купил недорогую новую одежду, телефон. Хотел позвонить отцу или маме, но не смог вспомнить номер. Хотел встретиться с девушкой, которая его бросила, но с ужасом понял, что забыл где она живет. Злость на весь мир вновь вихрем завертелась в голове. Все вокруг вновь стали виноватыми. Надо было снять напряжение. Он взял мелкий пузырь коня. Бестолковка, вроде, прояснилась. Настроение улучшилось. Но недостаточно. Он вышел из двухкомнатной квартиры в прилично выглядевшем доме, прошел двести метров и купил ноль-пять какого-то шнапса....

  Когда Фиджика через восемь дней выносили в закрытом на молнию мешке, Бегли безразлично смотрел вслед санитарам, курил и шепотом повторял:
- А я давал тебе шанс...