Зимняя рыбалка

Зимняя рыбалка

Кардан — из тех людей, кто никогда не теряет веры и никогда не отступает. Его жизнь полна волнующих событий и приключений. Снова и снова ему кажется, что он поймал удачу и крепко держит её в руках. Желанная цель достигнута, и, казалось бы, больше не к чему стремиться. Но неизменное утреннее похмелье напоминает о том, что столь заветная цель вечно остается недостижимой. Он понимает тщетность попыток решить эту проблему раз и навсегда. Возникает вопрос: ради чего всё это? Как бы он жил, если бы в его жизни не осталось цели, к которой нужно стремиться и ради которой приходится постоянно крутиться? Так один день сменяет другой, и год за годом жизнь угасает. Какой серой и скучной она была бы, если бы не приключения, сопутствующие им упорство, страстное желание, вера в собственные силы, хитрость и находчивость. Некоторые полагают, что приятно чувствовать свое превосходство в уме над другими — при условии, конечно, что удается скрывать высокомерие, а внешне всегда оставаться дружелюбным, отзывчивым и доброжелательным. Однако такая манера поведения требует огромной внутренней сосредоточенности, силы воли и неиссякаемой энергии. Это непросто даже для Кардана, не говоря уже об остальных.

Наступила зима. Жизнь в селе замедлилась. На улицах почти никого нет: все сидят по домам. Трудно встретить кого-нибудь, чтобы поговорить и узнать последние сельские новости. Приходится идти в магазин — только там можно на кого-то наткнуться.

Зима — самое тяжелое время года. И не только из-за холодов, но и из-за недостатка общения. Да и что бы делали люди в селе без телевидения — единственного развлечения в жизни? Они знают подноготную многих государственных политиков. Им известно у кого дорогая машина, роскошный дом, огромная квартира, красивая жена — и всё прочее в том же духе. Их интересует, что делают политики, какие позитивные перемены они обещают, что пойдет стране на пользу, а что во вред, за кого из кандидатов стоит голосовать, а за кого — нет... Порой слушаешь такого сельского «политолога» и диву даешься, каким объемом информации о наших политиках он владеет. Разумеется, тут стоит отдать должное телевидению: это поистине окно в мир. Для множества людей это единственный способ сохранить душевное равновесие. Однажды меня пристыдил простой сельский житель: оказалось, что он гораздо лучше осведомлен о последних политических событиях в стране, чем я — столичный житель.

Зимой дни короткие. Едва стемнеет, как вся семья спешит к телевизору. Каждый занимает место перед «голубым экраном» и замирает, переживая за героев любимых мыльных опер.
«Переключи на пятый канал, — кричит кто-то из домашних, любитель политики, — там уже новости идут».
«Верни обратно на сериал», — требует нетерпеливый поклонник мелодрам, как только новости заканчиваются.
Человек устроен так, что в нем заложено врожденное чувство сопереживания. Он просто не может жить, не тревожась о сломанных судьбах несчастных людей. При этом ему вовсе не обязательно кому-то помогать или раздавать деньги нуждающимся — сопереживание ничего не стоит. Поэтому такого неравнодушного человека невозможно оградить от чужого горя. Ведь так приятно мысленно сопереживать другим, не имея при этом никаких реальных обязательств.
«Переключи обратно, там политические дебаты», — настаивает доморощенный политик.
Любительница мелодрам хочет продолжить просмотр фильма и упрекает диванных политических экспертов в бессердечии. «У нас есть сердце. Мы переживаем за всю Украину», — восклицают они.

В конце концов, большинство берет верх, и телевизор переключают на другой канал, чтобы посмотреть дебаты. Оказывается, что здесь развитие событий не менее напряженное, чем в мыльной опере, и даже поклонница любовных историй вовлекается в политическую дискуссию. Обещания политиков льются на обездоленных, словно молоко и мед с небес. Они сулят сдерживание цен, повышение пенсий и зарплат, восстановление заводов и возрождение сельского хозяйства. Зрители, разинув рты, впитывают эти сладкие речи. Для них это становится своего рода религиозным поиском. Их умы наполняются несбыточными ожиданиями. Постепенно они становятся сторонниками той или иной партии. Теперь вся семья расколота на два лагеря: одни поддерживают левых, другие — правых. Головы зрителей раскаляются от споров, что в итоге приводит к противостоянию. Шум, крики, семейная перебранка. Наконец, выплеснув эмоции и обиженно надув губы, они отправляются спать с революционными мыслями. Ночью самому ярому «диванному политику» снится, как он выступает с трибуны, размахивая руками и ведя за собой мятежную толпу ради восстановления справедливости. Вдохновленные речью молодого многообещающего оратора, люди строят свой новый мир, разрушая старый до основания.

Кардан бродил вокруг, пытаясь хоть чем-то поживиться. Воротник его куртки был поднят, защищая от пронизывающего ветра. Ноги затекли, веки покрылись инеем, а тело начало дрожать, словно от дикого страха. Он топал ногами, пытаясь согреться. «Да, неплохо было бы сейчас немного покруться как карданный вал и согреться», — думал он, наблюдая из-за забора за тем, как суетиться во дворе семья фермера.

Работа шла полным ходом. Кардан уловил обрывки разговора о нехватке корма. Он замахал рукой и крикнул: «Послушайте! Меня к вам прислал мельник. Он сейчас рыбачит на местном пруду — должно быть, сам чёрт дёрнул его отправиться на ловлю в такую ;;жуткую погоду; не хотел бы я оказаться на его месте. Он очень просил меня зайти к вам и попросить бутылку водки. До меня дошли слухи, что вам нужен корм для скота. Взамен он смелет вам мешок пшеницы в муку. Можете обращаться к нему в любое время — он будет рад вас видеть и поможет», — сказал Кардан, дрожа от холода.

«Значит, он смелет зерно в муку... Да, вы правы! Такое предложение может очень пригодиться. В хозяйстве вечно всего не хватает, а нынче всё это достать нелегко».

Вполне естественно, что фермер не мог отказать мельнику в столь бедственном положении, когда на улице такой мороз; к тому же было бы глупо упускать возможность воспользоваться его услугами. Но, по правде говоря, это было сугубо практичное решение, разумный хозяйственный ход. Ведь равных ему по мелочности души и жадности во всей деревне не сыскалось бы. Кардан знал об этой его слабости и умело ею воспользовался.
Мужчина влетел в дом, сияя от радости. Мгновение спустя он выбежал к Кардану с бутылкой водки. В его облике было что-то определенно странное. Сама мысль о том, что он мог упустить такую ;;выгодную сделку, казалась нелепой.
— Держи. В сумке еще и закуска. И передай ему, что завтра я заскочу на мельницу с мешком зерна.
Он одарил Кардана благодарной, но в то же время снисходительной улыбкой.

Кардан подхватил сумку и незаметно удалился. Ощутив приятное жжение алкоголя в желудке, он произнес свои знаменитые слова, словно бросая вызов самому морозу: «Главное — не останавливаться. Карданный вал вращается — машина едет».

На следующий день фермер погрузил мешок зерна на велосипед и отправился на мельницу. Важной походкой и с благодушным выражением лица он подошел к мельнику. «Принес тебе Кардан вчера водку и закуску? Как договаривались, я привез зерно на помол». Он самодовольно улыбнулся.
Мельник был настолько ошарашен, что даже стал заикаться, пытаясь ответить.
— О-о-о чем это вы? К-какая еще водка, какое зерно? При чем тут Кардан?
— Вы, что, забыли, что вчара на рыбалку ходили и попросили Кардана одолжить у меня бутылку водки? — напомнил фермер.
Мельник был поражен. «Я отродясь зимой на рыбалку не ходил», — это было последнее, что он смог выдавить из себя, и больше ничего добавить не смог.
Мужчина был готов огрызнуться, но сдержался. Он чувствовал себя словно обаженный человек перед безумным художником.
«Боже мой, он меня обвел вокруг пальца! А я-то думал, что знаю его как облупленного», — до него запоздало дошло, какую непростительную ошибку он совершил.

Никогда прежде его так глубоко не унижали, и он даже не подозревал, что может быть столь уязвим. Он был глубоко сконфужен своей ошибкой, ведь привык к уважению. Люди всегда прислушивались к его политической мудрости. Он всегда был в центре событий и давал мудрые советы, за кого голосовать. Он всегда был на коне: величественный и гордый. Он был совершенно раздавлен. Больше всего его пугала мысль, что после такого чудовищного промаха никто не станет воспринимать его всерьез и прислушиваться к его политическим советам. Ему хотелось бросить всё и бежать с мельницы, спасаясь от несмываемого позора, который подкрался так незаметно.

В ярости фермер погрузил мешок с зерном обратно на велосипед и поехал домой, стиснув зубы от холода и злости. Он был в отчаянии. В голове у него неотступно звучали одни и те же слова: «Ах, мошенник! Ах, мерзавец! Ах, пройдоха! Разве можно после этого кому-то доверять? Стоит лишь пожалеть человека и выручить его, как тут же наживаешь себе неприятности. Я этого так не оставлю. Когда-нибудь я отомщу. Кардан должен понести наказание. Бывало, людей убивали и за меньшее. Если спускать им такое с рук, этому не будет конца. В следующий раз я буду осторожнее», — утешал он себя, налегая на педали и прибавляя ходу.
Холодный ветер ударил ему в лицо, приятно охлаждая разгоряченную и перегруженную думами голову наивного фермера. Почему именно сейчас, в этот заснеженный день, когда всех переполняло рождественское настроение? Его задело и пристыдило то, что его — такого знатока политики — провели, как несмышленого ребенка. И кто? Безмозглый Кардан!

Снег ритмично хрустел под колесами велосипеда, то и дело отвлекая от грустных мыслей. Наконец фермеру удалось найти утешение и успокоить себя: «Все происходит не просто так». На его лице появилась высокомерная усмешка. «Ничего, в следующий раз я буду умнее. Когда-нибудь я возьму верх. Опыт — лучший учитель».