Зато мы делаем ракеты 2

                Будни в пустыне


  Не успел я зарыть бутыль с айраном обратно в ямку – сзади появляется Миша Буданов, или просто Майкл - и останавливает меня с бутылью. Берёт её, нашу спасительницу, и отхлёбывает из неё радикально. Ставит её, смотрим молча друг на друга – от усталости говорить не очень хотелось. Тут уж я снова приложился – бутыль облегчалась на глазах. Ничего не поделаешь – молодой организм требует компенсации за тяжёлую работу на сорокоградусной жаре от зари до зари. Щит Родины куётся явно не в простых условиях.
   На «точке», километрах в десяти от нашего временного пристанища, мы монтировали оборудования для запуска движков и их испытания в полевых условиях. На сотни километров кроме нас и чабанов никого не было.
   Вечером все собрались в нашем временном пристанище – бывшем медпункте поселка овцеводов. Здание представляло собой глинобитную хижину, крытую камышом, состоящую из двух довольно больших комнат, разделенных коридором. В одной комнате направо от входа устроили нашу спальню (раскладушки, матрасы, одеяла и прочие спальные предметы мы везли с собой), а в другой комнате, слева от входа сделали столовую. Коридор стал нашим складом, где лежали инструменты, всякие канаты, тросы и прочие вещи, необходимые для работы в «поле», как говорят геологи и изыскатели. В этом смысле инженеры – испытатели, разработчики новой техники с ними схожи, особенно в ситуации, когда идет обкатка техники в условиях, близких к условиям применения. С этим складом был забавный случай. Однажды утром собирались на точку, где развернули оборудование для испытаний, и сидя уже в машинах, вспомнили, что забыли взять набор инструментов. Майкл, как самый энергичный и молодой, выскочил из кабины и помчался на наш импровизированный склад. Через несколько секунд слышим шум и крики Майкла, я срываюсь и пулей к нему. Картина, представшая передо мной, вызвала недоумение - Майкл с лопатой в руках мечется по коридорчику, разбрасывает ящики и тросы, и с громкими криками тычет лопатой. Потом он остановился и что-то прижал лопатой и, обращаясь ко мне пояснил - в наших вещах спряталась здоровая змея и он держал её. Я стал соображать, чем её перехватить, но не успел - Майкл с огорчением сообщил, что змейка выскользнула и исчезла в дебрях чулана. Змеи, конечно, стали для нас обычным делом - они жили в камышовой крыше нашего сарайчика, и ночью часто слышалось шуршание сверху, но чаще мы просыпались от жужжанья фонарика-жучка, с которым между нашими раскладушками метался Евген и пытался рассмотреть на потолке змеек. Мне потом надоела вся эта ночная суета, и я на ночь вытаскивал свою постель на улицу и располагался в кузове грузовика. Получилось даже романтично - ложился спать, а надо мной простирался купол черного азиатского неба с огромными сияющими звездами! Созвездия на небе отличались от наших московских - и было трудно ориентироваться. Но Млечный Путь был на месте - только светился из глубин космоса гораздо ярче. 
   Посёлок, в котором мы теперь временно обитали, тихо исчез несколько лет тому назад. Молодёжь перебралась в город. Осталось в бывшем овцеводческом совхозе, как я упоминал, три домика. Два, тоже глинобитных, стояли в километре от нас. А рядом в небольшом домике с хозяйственной пристройкой и стоящей неподалеку цистерной с теплой и противной водой, которой мы пользовались, жил дед с двумя жёнами. Одна, лет семидесяти, вела хозяйство, мы покупали у неё яйца, лук и что – то ещё по мелочам. Вторая была моложе, лет тридцати – тридцати пяти, с сыном лет шести. У жён было разделение обязанностей – старшая забирала деньги и прятала куда - то далеко в одежду ниже пояса, а младшая выдавала продукты. Всё строго и под контролем! С возрастом женщин могу ошибаться – степь сглаживает внешний вид людей, и все выглядят примерно одинаково, но старше своего реального возраста. Дедушка, например, выглядел лет на восемьдесят с гаком, но при этом каждое утро мы видели его гарцующим мимо нас на ослике в неведомом направлении, и возвращался он ближе к вечеру. А позже заглядывал к нам на беседу и при этом выглядел весьма бодро. Я с трудом мог себя представить и тогда, и теперь разъезжающим на ишаке целый день, а потом распивающим чай с соседями на даче. А если представить ещё вторую жену, да детей…Дальше моя фантазия отказывает в моделировании возможных событий.
    Как – то по наводке наших проводников (а у нас на самом деле была полновесная экспедиция, включающая несколько машин и человек 15 -20  персонала с нами и двумя проводниками вместе) мы прикупили у дедовых жён домашний сыр курт – это такие соленые шарики размером поменьше грецкого ореха. Местные парни, которые были у нас на вспомогательных работах, упоительно рассказали нам, что лучшей закуски к пиву в принципе не существует. Нам в условиях жары, постоянной жажды и скрипящего на зубах песка было – бы достаточно просто сказать «пиво», а дальше мы готовы были купить все что угодно в качестве приложения к прохладному, пенному напитку в убедительном количестве. Ну а солёный сыр сразу рисовал в воображении баню, накрытый стол, уставленный пенящимися кружками, воблой и так далее. И в центре тарелочка с аппетитными шариками…Не буду развивать в подробностях эту тему, открою суть – местные таки дождались момента, когда мы вернулись в цивилизацию, напомнили о шариках и удалились до следующего дня. Меня выручило провидение. Такое бывало со мной иногда, я отвлёкся по каким – то делам, и ребята наказали меня, употребив с вожделенным пивом мою долю пресловутых шариков. На следующий день после совместной встречи нашей бригады для подведения итогов работ, местные невзначай поинтересовались, как прошёл пивной релакс. Услышав удовлетворённое бурчание с намёком на продолжение, местные парни, наконец, поинтересовались - как глубоко мы знакомы с методом домашнего приготовления этой разновидности сыра? Увидев немой вопрос, коротко объяснили. Наступившее замешательство и продолжительный эмоциональный последующий всплеск полностью отвечал ожиданиям гостеприимных хозяев. Итак, состав сыра не имеет значения, вся красота технологи состоит в том, что мастерицы, не мудрствуя особо, сидят на полу на кошме и  раскатывают шарики на том месте женского тела, которое обычно не показывают любопытным, уточню, что это несколько выше колена. И надо сказать, что в условия пустыни и отсутствия воды - её привозят и используют в основном для приготовления еды, банные дни бывают исключительно редко. 


Рецензии