Время звенящей меди

 Дело было вечером, делать было нечего…
Летняя страда постепенно опускалась на южный город душными ленивыми вечерами, стрекотом цикад, шелестом легких платьиц и коротких юбочек Разноцветные ситцы фланировали туда-сюда по  аллее улицы Августовской  под оценивающими взглядами классических  брюк с лавсаном  и единичных джинсов.  В компаниях молодых шалопаев,  что собирались здесь вечерами  на скамейках, не брезговали слегка пригубить  грузинского Саэро или местных  Ркацители и Рислинга  под битлов и прочих роллингов на портативных катушечных магнитофонах с батарейками.  Отдыхали и развлекались не сказать чтобы по комсомольски, а скорее традиционно, без большой помпы  и дерзкого огонька, который зажегся на западе, на баррикадах сексуальной революции.  Здесь же ветер перемен лишь коснулся  алых парусов, с дальним прицелом надуть их отнюдь не кондовой романтикой. Старомодная чопорность нравов еще не трещала по швам. Впрочем, и домострой с шариатом   не подкарауливали юную поросль за каждым углом, что позволяло придерживаться легковесной  непринужденности в отношениях.
 Митя Блатной щеголял футболкой с роллингами, поверх которой висел стеклянный крест с живым  тараканом внутри и крошками  сухаря  в качестве корма. У этих понтов уши торчали из статейки в журнале «Вокруг света» и вполне тянули на плагиат. Там один чудик –хиппарь повесил на шею пробирку с мухой, заткнув её пробкой. На вопрос сердобольной старушки,- Не задохнется ли животное?- хиппарь ответил.- Дырка в пробке, мэм!  Позывной Блатной не имел отношение к фамилии, а просто характеризовал Митяя, как человека тёртого и бывалого.  Надо заметить - Митяй  не просто собезьянничал,  а привнес в эпатаж антиклерикальную ноту. Разговор о хиппи  и их колоритных   выходках, удивлявших непуганое население, приобрел сюрреальную конкретику:
-А слабо ли нам, душевным пацанам,  похипповать недельку-другую в живописных окрестностях Кавказских минеральных вод?-  как бы невзначай бросил камешек в стоячее
болото Блатной.
-Митрий, изложи вкратце весь план Барбаросса, почему именно кавказских минеральных?- поинтересовался Вова, позывной Тит.
-Через хребет переться в лом. Не люблю  я эти  Военно-Грузинские серпантины. Чуть дождь, уже дорогу размыло, Наверху обвал -внизу завал, секи в оба, как бы самому не забуриться.  А эти их понты насчет боржома с нарзаном ваще не догоняю.
-У меня братан в Кисловодске  барменом работает в ресторане Замок,- сообщил Вова.-  У них там стиральный порошок в пиво не добавляют, само пенится будь здоров – чехословацкое, Праздрой
-Зашибись, хоть пивка чехского попить. Предлагаю сверить хронометры. На моих золотых сейчас восемь с копейками. В час ночи идет поезд  Махачкала-Москва. Утром в Минводах, а там на электричке до Кисловодска... Ништяк барбароса,парни?
Однако Митин энтузиазм однозначной  поддержки в ширнармассах не нашел. Времени для принятия решения всего ничего. Сессия на носу. Опять же паханы,в смысле, родители, с которыми по кавказским понятиям считаться  приходилось. Естественно-форма одежда в  хипповом  загуле должна соответствовать, а что до тугриков, то их договорились не брать, последовательно придерживаясь идеологии движухи. К отходу поезда прибыли трое. Сам отец - основатель,  Митрий Блатной,  Юра Спицын, позывной Спица- человек без определенных занятий, с уклоном в журналистику. И эксстудент Валера,  свежеотчисленный из Нефтяного института и пребывающий  в глубоких раздумьях Рахметовского накала - что делать? Уклониться от Красной Армии и восстановиться  осенью?  Метнуться вновь грызть гранит  на набережных в одну из столиц? Или все же «Не плачь девчонка?»  Девчонки, надо заметить, не было. Была одна из военного городка, но она не в счет. Пока Валера разводил клей, чтобы смазать ей пятки, она закрутила с  донжуанствующим на досуге соседом из подъезда напротив.
-Митрий, а нас без  билетов  не ссодят? - запоздало обеспокоился Спицын.
-Команды бздеть не было, курсант Спица! Вот фляжка со спиртяжкой. Идем к проводнику,  выпиваем,  знакомимся, и в очко…
-Не понял?- не понял Спицын.
-В очко!  Игра такая в карты. А ты о чем размечтался, курсантик?
-А карты есть?
-Не ссы,  Варелик, не впервой на паровозе. Да чтобы у проводника карт не завалялось, такого  на Кэвэжэдэ не бывает.
-Не говори загадками, что за Кэвэжэдэ?,- настырничал Спицын.
-Кожно-венерологический женский диспансер. А значит, юношам, Спица, особенно девственным туда низя.
-Сам ты девственник. Из Митька  Блатного хреновый Казанова.
-Да хорош вам мериться, у кого в крынку не лезет, надо с проводником уже решать,- положил конец прениям Валера.


Дагестанский проводник спиртяжку не уважал. Может быть от того, что его купе под завязку было забито канистрами с кизлярским коньяком и банками с черной икрой из Крайновки. И резаться в очко наотрез отказался. Проблема проезда  решалась просто  - бабки на бочку  и ехай хоть от рассвета до Баба-юрта. Не сразу, но постепенно проводник допёр, что ему пудрят мозг и разозлился.
-Иди в тамбури, там  курити, здес мине глаз ни мазол.
-Да ты че, земляк, в натуре? До Минвод еще пилить и пилить, мы же укуримся в тамбуре  вусмерть,- заблажил  Блатной
-Ничего. У вас задниц вместа  башка крепкий, ничего ему не случится. Чем эта маладой бараны думает, кагда в поезд налегка садится? Чумадан нэт, билет нэт, дэнги нэт, а?  Иди в тамбур, русский язык гаварю,  пака праверки  идот. Кагда уйдот, я  пазаву.
В тамбуре прокантовались  до станции Минеральные воды.
-Ни хрена себе хиппанули, я на ногах  чуть  стою - заныл Спицын, выйдя из вагона
-А ты на цырлах  по перрону тудой-сюдой пошвицай. И кто ж тебя, падлу знал, что ты такой бздэлык хлипкий,- открылся фонтан у Блатного.
-Сам ты бзделик!- фонетически не умело скопировал смачную кубаноидную дразнилку  Спицын и моментально надулся.
-Через час первая электричка, а пока можно вздремнуть в зале ожидания,-сделал попытку погасить пикировку Валера
-Не проспим без будильника?-  чуток сдув губы, осторожно согласился не глубоко зарыть топор войны Спица.
-Не дрожи диван, ты проснешь папу! Тут же весь движняк на тот куян... Пятигорск, Кисловодск, Есентуки. Не колобродь, Спица, иди пописай и спать ложись,- зевнув, подписался под мирным договором и Митяй, впрочем, всегда готовый вероломно нарушить зыбкое перемирие.
Кисловодска, однако, достигнуть не случилось - садюги контролеры высадили в Пятигорске.
-Шаг вперёд, два назад. Мы так никогда не доедем, надо было бабки взять,-  по-новой затянул Спицын
-Че ты ноешь всю дорогу, нытик.  Сядем на следующую или через одну. А пока рекомендую перейти к водным процедурам. Чую,дух пошел от некоторых,- блатной повел носом в сторону Спицина,- Кое-кому не мешало бы освежиться, где-то же должна быть водичка? Хрен с ним, пусть даже водопой минерального разлива.
Водохранилище действительно нарисовалось поблизости, однако воды не сохранило. Ну, если только на самом дондышке оставалась илистая жижа.
-Вот бляха, верблюды выжрали,- подитожил нулевой водный баланс Митрий
-Откуда верблюды?- не поверил Спицын
-От верблюда, в натуре!  В смысле, от верблюдицы.  Пока ты дрых  в электричке, навстречу  целый караван проканал.
-Ага, караван, он везет анашу из страны Пакистан.
-Пакистан, не Пакистан, но здешняя песочница мне слегка Каракумскую пляжную местность напоминает. 
-И воду так же забыли налить. Оазисы хоть в Каракумских песочницах встречаются?- поинтересовался Валера.
-А как же, с девчонками в бикини поверх  шаровар с начесом.
-В шароварах не интересно, хрен найдешь в складках.
-А зачем тебе хрен в складках, Спица?- заржал блатной. Ох и любопытные у некоторых сексуальные фантазии.
-Еще вопрос, кто из нас фантазёр? Фантаст, бляха муха. Верблюды, говоришь, выжрали? Кхе,-хмыкнул Спицын.
-Эх,я бы сам щас фонтан  алжирского Сарди ларуби выжрал. Лежу на оттоманке, финиковые пальмы замыкают периметр, и гурия в прозрачных шароварах мне пятку чешет,-пеной красных вин сладко загрезил Блатной
-А евнух опахалом машет, и тишина... Этим летом без билета размечтался Митяй запузириться в рай,-Валере иногда удавались рифмованные экспромты.
-Ну янычар-то с ятаганом шустрей прописку в царство небесное оформит, тока рановато пока в угодники записываться, у нас еще на земле грешных мероприятий поля не паханные. Как насчет налета на колхозный огород - огурчиков с помидорчиками пошамать?
-Давай, налетай, а сторож с берданкой  посолит. Прилетит заряд кило соли в зад. Как тебе такая солянка? И ботвой этой хрен наешься. Вот бы  пирожок с требухой-это кайф,- Валера сглотнул слюну.
-Да уж, не отказался бы. Они такие горячие в ларьке около второй школы,-Спицын побренчал мелочью в кармане,- У меня тут чуток завалялось.
-Договаривались же тугрики не брать,- ненатурально возмутился Блатной.
-И че теперь, если сорок копеек нашлись?- вывернув карманы, подсчитал улов Спицын.
-Штраф десять процентов,- вынес вердикт Митяй.
-Если здесь пирожки стоят, как у нас, можно десяток взять. Десять на три не делится, один на ум пошел. Хрен с тобой, жри лишний пирожок, проглот,- согласился Спицын с приговором.
-Прежде, чем делить, надо еще найти по четыре копья, с ливером,-Валера не любил ритуальных охотничьих танцев вокруг шкуры не убитого медведя,-По любому  к центру грести нужно. Я здесь последний раз в пять лет был с предками,и окромя Провала ничего не помню.
-Папа, мама и Валерик были тут. Заодно поглядим,не сильно ли провалилось с времени твоего последнего визита,-дежурно-привычно подтырил остроту у классиков Спица. 
 Если верить табличкам на стенах зданий, то  ноги, в которых, по пословице, и вовсе правды нет, привели на шикарный бульвар , называвшийся проспект  Кирова. Прохожие не обходили вниманием  живописную троицу. Некоторые даже оглядывались. Ветераны осуждающе качали головами,  а юная поросль проявляла  присущее возрасту любопытство. Две девушки на скамейке ели мороженое. Шапкой волос одна из них смахивала на американскую диссидентку Анжелу Дэвис. Но тонко очерченное лицо, тронутое легким загаром, или, скорее, смуглое от природы, ничуть не тянуло на негритоску,а больше смахивало  на средиземноморский тип.     За горящим огнем, текущей водой,  девичьим щебетом с поеданием мороженого можно наблюдать бесконечно, однако и сами девушки секли фишку так, что не заметить  хиппи просто не могли.
-Дашь укусить?- нахально пристал к «Анжеле» Митяй.
-Кажется, в зоопарке клетку с крокодилами забыли закрыть, на людей бросаются.
-Да не тебя,  мороженое.
-А зубы с утра чистил?
-Я их дома  на рояле в штакане жабыл.
-Слышь, Ира, трое вышли из леса. В кустах рояль, на рояле стакан, в стакане зубы нечищеные щелкают, чего бы им укусить?-обе прыснули задорным смехом.
«Отшили»,- обреченно решил Спицын.
«Есть контакт»,- укрепился  Митрий.
"Если Блатной заклеит «Анжелу Дэвис, то Иру лучше оставить Спицыну",- как-то не глянулась вторая девушка Валере.
-Подругу  зовут Ира, а тебя как?  Анжела?- запустил кадриль за плетень Блатной.
-Какие они все не оригинальные с этой Анжелой, скажи, Ир?
Смешливая Ира опять прыснула,-Её Аллой зовут, а Анжела – её сестра.
-Родная!?- на выдохе, не до конца поверил Митяй.
-Нет, двоюродная.
-Ни фига себе, живая кузина Анжелы Дэвис! Автограф дашь?- продолжал натиск Блатной.
-Юноша, Вы уж определитесь, Вам укусить или автограф ?
-А можно еще ключ от квартиры?
-От дверцы в каморке Папы Карло не подойдет?
-Парни, а девчонки, кажись,  свои в полено - они Буратино читали.
-Ну вот, опять смешливые попались Будем знакомиться,Ир? Я пас.
-Алла, да они просто приколоть нас пытаются.
-Это я поняла, но приколы тупые и сами зануды, не находишь?
-Не руби с плеча, красивая, дай слово молвить,- Митя явно нацелился на мировую
-Давай уже, только не гони муть, говори что-нибудь разумное,-  если не на мир, то хотя бы на перемирие соглашалась Алла.
-Ладно, вот вам доброе, вечное -девчонки, дайте закурить, а то так жрать охота, что переночевать негде,-Блатной опускал планку пикировки, памятуя о мудрости быть проще, чтобы народ к тебе потянулся.
-Мы не курящие, а ночевать в гостиницу идите, если приезжие,-  трубку мира курить было рано, о чем недвусмысленно  намекала Алла.
-А что, разве не видно, что мы не местные?
-И даже без очков - у нас такие немытые на дороге не валяются.
-Ну вот, Алла, опять мочало сначала. Завела мойдодыр в натуре. Мы же с дороги, с поезда, помыться, побриться, зубы и все такое просто не успели. Какой-то хачик засел с утра в сортире…
-Эй, ты, как там тебя, ты осторожней на поворотах с хачиками, я сама слегка армянка,- загадка средиземноморского типа разрешилась просто.
-Дмитрий, можно  Митя. Я не нацию имел в виду. У нас в Питере такой сленг.  Обиделась, да? Ну, прости засранца.
-Вот еще - обижаться на засранскую феньку... Так вы из Ленинграда!?
 Валера и Юра  молча недоумевали, как в одно мгновенье  Митька  Блатной обернулся Дмитрием Питерским?
-Да вот же-приспичило  мамане  разродиться  на брегах Невы...
-Где может быть родились Вы или блистали, мой...
-Приятель,- закончил за Аллу Митрий.
-Приятель? Разве? У Пушкина читатель!?- возмутилась Ира.
-Так  то у Пушкина, чуть не опередил сукин сын. А у меня приятель, мне может приятель  по кайфу.
-Ты посмотри, на них, Ира, ну какие они читатели?
-Разрешите спросить, как пройти в библиотеку?- невозмутимо поинтересовался Валера.
-Вот, вот, таких пусти переночевать, а потом…,- Алла, а за ней Ира захихикали какой-то своей девичьей смешинке.
-Трусы с веревки пропадают?- догадался и обрадовался догадке Митрий.
-Если бы с верёвки, - обострила  Алла, и они с Ирой расхохотались.
-Уже ближе к телу, как говорил Ги де Мопассан,- внезапно оживленно подключился  к флирту Спицын.
-А вы читали Мопассана?- закатив глаза,томно поинтересовалась Алла.
-Да, я очень люблю его стихи.
-Вот не знала, что Мопассан еще и стихи писал,- наивно удивилась Ира.
-Век живи - век учись. Так-то, подружка.
-Кстати, девчонки, а где вы учитесь?- резко перешел от склизко-сладкого Мопассана к твёрдой почве наук Спицын.
-Здесь только одно место, все там учатся. Ин-яз, мальчики.
-Училки, что ли?
-Сами вы  училки! Переводчики мы, Институт иностранных языков. Ну а вы, чьих будете?
-А мы скульпторы. В Академии  ваяем,- вдохновенно продолжал врать Блатной.
«Остапа понесло»,- подумал Валера, но вслух сказал,- Они скульпторы, а я эскулап.
-В Медицинском,в каком, первом или втором?
-В Ветеринарном,- заржал Блатной.
-Правда в ветеринарном или он шутит?- спросила Ира.
-Какие уж тут шутки, Айболит, он и в Африке Айболит,- гвоздем в доску вогнал Валера.
-Ой, это так интересно, так благородно - лечить животных. У меня собачка болеет, Жужа...
 «Это провал»,- вместо еще не известного ширнармассам Штирлица подумал Айболит, но рецепт все же выписал.- Водки ей надо срочно, а лучше спирта медицинского.
-Да, правда, я слышала, что нужно водку с мёдом смешать.
-Ира, успокойся ты уже со своей Жужей или забери её от мамы.
-Алла, ты такая бесчувственная. Куда, в общагу?- вздохнула Ира.
-Кстати, о чувствах. А не пора ли нам подкрепиться, как с чувством говорил один приятель. Девчонки, не подскажете адресок ближайшего колхозного огорода?
-Я знаю этого приятеля. Его попытки подкрепиться обычно заканчивались безвыходным положением. Не этих ли приключений вы ищите?- обнаружилось, что, кроме своего в доску Буратино Алла была знакома с импортным Вини Пухом.
-Девочки, давайте я сориентирую вас о  целях и планах нашего вояжа. Вообще- то у нас что-то типа хипп-трипа. Прошу не путать с венерической болезнью.
Девочки захихикали, мальчики заулыбались. Блатной выждал паузу конферансье, сморозившего удачную шутку и, позволившего публике вволю отсмеяться.
-В  хипп - трипе мы минимально  используем блага цивилизации и финансовые ресурсы.
-Я правильно поняла - денег у вас нет?- уточнила перевод на русский переводчица Алла.
-Ну, не то чтобы мы  вообще нищеброды по жизни, но в данный момент...
-Все понятно, пошли.
-Куда пошли?
-Покажу огород.
-А нас сторож не подстрелит?
-Договоримся. Я у него пугалом на полставки,-улыбаясь, кокетничала Алла,демонстрируя отнюдь не страшилины зубы.
-Алла, я не поняла, ты о чем?
-Да ко мне мы идем домой. Тут рядом, за углом.
Алла жила в частном доме с красивой  виноградной беседкой  в форме тоннеля.  Томатные кусты в рост дяди Стёпы  с розовыми плодами и прочие овощные  культуры им под стать оставляли впечатление, что идеи дедушки Мичурина   глубоко проникли и вросли в местную почву. Девчонки быстренько  соорудили  вкусный салат и, порезав похожие на сердца поклонников помидоры, пожарили с ними  яичницу. Свежие яйца нашлись  в курятнике,  а что касается анатомии, то помидорами аналогия, пожалуй, и ограничилась.  Алла жила с матерью, отец, он же мамин муж, как водится,объелся груш,типа,мичуринская бере-демисезонная.   К ужасу «скульпторов» в  доме нашлись кисть, краски и листы ватмана.
-Митя, можешь нарисовать мой портрет?- попросила Алла.
-Я же скульптор, - возразил Митяй, брезгливо косясь, на тюбики с красками.- У тебя бронза...ну, на худой конец, хотя бы медь есть?
-Есть. Медный тазик, мама  в нем варенье варит.
-Нехай дальше варит, тазик, пардон, не канает.
-Я слышала -  скульпторы тоже неплохие живописцы, но, если не хочешь рисовать, может, тогда  изваяешь?  У меня глина есть.
-Лучше пластилин. Я с  пластилином  работать предпочитаю.
-И пластилин найдем, если нужно. Да, Ира?
-У нас этого пластилина...-Ира энергично закивала головой.
-Если киндеровский - не годится, специальный нужен,- отбивался ногами и выворачивался из захвата Митяй.
-Да не вопрос,- похоже, издевалась Алла, переводя его в партер.- Найдем и специальный, у нас тут школа-студия рядышком, на Калинина.
-Когда?- испугался Митрий.
-А хоть сейчас,- дожимала Алла
-Знаешь, сейчас не получится, нам надо еще в Кисловодск смотаться.
-Ну, здрасьте, пожалуйста, не успел нарисовать - хрен  морковкой  и бежать. Чем вам Пятигорск  не угодил?
-У нас там бармен в ресторане Замок работает.
-И что?
-Там пиво чехское.
-Ира, ну ты видала ваятелей? Из Питера в Кисловодск пивка попить. А бидончик в мастерской, у скульптурной группы оставили. На весло, которое  с девушкой повесили и забыли.  Нас на пиво променять, Ириша!
-С таранькой?- заинтересовалась Ира.- А мы с пивком уже не тянем?
-Девочки, да с пивком вы наши, пардон, мы ваши на век.
-Здесь этого пива, мальчики...  в «Машуке» даже какое-то  черное, не помню…Козел, вот.
-Кто козёл? - насторожился Митяй
-Пиво так называется чехословацкое, там еще какое-то слово не выговорить.
-А-а вон оно че… Не пробовал ни разу,- полегчало Митяю.- А Машук причем,это же гора?
-И гостиница интурист так называется.
-Но мы же не интуристы.
-Не проблема, я вас проведу.
-А деньги?
-Деньги - это вопрос. Боюсь, в кредит пиво не отпустят. Даже с недоливом в  бидончик питерской богемы
-У меня, кажись, червонец за подкладку завалился, - заерзал Блатной.
-И у меня,- признался Спицын.
-Подкладка  моего лапсердака  отпорота еще в прошлом веке, и где бы, чему заваляться, но пятерик с трёшкой греют ляжку,- подбил сальдо Валера.
-А ночевать вы, где собираетесь?- поинтересовалась Алла
Митрий живо забегал глазами,  фиксируясь на потенциальных спальных местах вокруг.
-Даже не мечтайте!- пресекла пустые хлопоты Алла, но на корню не зарубила надежды на ночлег.- У мамы в Машуке подруга дежурной работает...А паспорта? Надеюсь, паспорта у вас с собой?
-Ну, а как же, какой нормальный хиппи без паспорта хипповать сорвется?
-У меня нет -, помрачнел Валера.
-Знакомьтесь, барышни,  внучатый племянник  самого Михаила Самуэльевича, сына лейтенанта Шмидта -  Валерий Паниковский собственной персоной,- заржал Блатной.
-Что правда, что ли, фамилия такая?- широко открыла глаза Ира.
-Да врёт он все про племянника,  просто однофамилец,- Валера не стал окончательно развенчивать побрехушки Митяя насчет фамилии. Зачем неосторожно  раскрывать пароли и явки? А случись всесоюзный розыск на предмет взыскания, пусть даже гипотетических, алиментов?
В холе гостиницы Алла, понизив голос прошептала,-Посидите пока здесь, я –наверх, договариваться. Ни с кем в разговоры не вяжитесь.  Язык общения промеж себя -эсперанто. А лучше- телепатически, тихо сам с собою...Усвоили дислокацию?
-Яволь, генетике фрау!
-Фройляйн, Митя, фройляйн. И каблуками  щелкать по ушам громко  не надо.
-Алла, я, наверное, пойду, все равно от меня никакой помощи, а мне еще постирать надо,- Ира почувствовала, что большого фурора среди питерского  десанта не произвела и логично решила- мозолить глаза себе же дороже.
-До вечера или до завтра?
-Смотри, как сама… Пока, мальчики!
Попрощались, и Алла пошла вверх по лестнице, а Ира на выход. Минуло  полчаса, но Алла не возвращалась. В холл гостиницы вошла симпатичная молодая девушка и направилась к стойке регистрации. О чем-то поговорив с дежурной, как со старой знакомой, она направилась обратно, к выходу.
-Девушка милая, очень красивая, ла-ла-ла,- фальшиво напел Блатной.- Если б я был султан, Аллу я не ждал,  а за той побежал и не устоял... Спица,  че сидишь, кого ждешь?
-Да она на полголовы выше меня.
-Шпиц  боится не достать до овчарки? В этом деле самое главное, не голова, а головка.
Спицын индифферентно  не реагировал на провоцирующие инициативы Митяя
-Ну и лопух, такую  со стойлом  уведут,- усугубил Митрий классиков для усиления эффекта и, чтобы позабористей стимулировать  Спицына.
Валера  неожиданно  для себя поднялся с кресла и сорвался  на выход за девушкой.
-А я что говорил,  Шпица?
-Да пускай, мне не жалко.  Зубы только бы не обломал об стойло.
Понятие  пикап, не в качестве  мини грузовичка, а в смысле, правил съема в Союзе того времени, если и существовало, то в самом зачаточном состоянии,  и называлось это по-другому. И слово  «съём»  использовалось  не только как синоним аренды, но и в более интимном контексте. Правда, теоретических основ науки побеждать в войне полов никто еще не преподавал, учебники данной тематики не издавались, и каждый охотник, желая знать, где сидит фазан, выслеживал дичь по наитию. Большого опыта в битье птицы в лет, то бишь, в съеме  барышень на бегу, Валера не имел. Но не зубрежка естественных наук была тому причиной. Учебников физики или химии на ходу он не листал.  Просто его манеры отличались от  манер  поручика Ржевского, и вот так запросто, в лоб спросить  даму, не интересуется ли она перепихнуться, он не мог по определению. Подойти к незнакомой девушке на улице, не проглотив языка, и не просто поздороваться или поинтересоваться, который час, само собой, он умел, но удавалось это не всегда легко.  Не то чтобы мысль , о чем говорить  дальше  вводила его в ступор, но ощущение легкого мандража присутствовало. Выручал язык, он  брал на себя тактические действия в атаке на первую линию обороны и жил сам по себе, отдельно от  мозжечка. Когда же к штурму подключалась голова, с вызревшими стратегическими планами,  вести дальше оборону девичьей башни   уже не имело смысла –цитадель  не выдерживала натиска и гарнизон сдавался.
-Девушка, здравствуйте, не подскажете, как пройти...-он перевёл дыхание,  так как она шла быстро, и пришлось догонять. Язык лихорадочно искал за что бы зацепиться, но реперных точек на незнакомой местности не обнаруживалось.
-Как пройти в библиотеку, юноша, Вы могли и в гостинице спросить. Не Вас ли я видела минут десять назад в холле «Машука» ?
-Можно, конечно, и в библиотеку - учиться, учиться и  учиться, никогда не помешает…И я действительно недавно сидел в холле, но от этих тёток разве чего-нибудь узнаешь. Они как будто подписку дали о неразглашении координат Провала
-И на Провале, соответственно, провалиться, провалиться и еще раз провалиться?
-Да, я потом буду готов провалиться от стыда за те  глупости, которые  сейчас наговорю, чтобы познакомиться.
-А карнавальный костюм Гекльберри  Финна  вы специально на случай знакомства надели?
-Вы правы, встречать по одежке –старая добрая традиция.
-Но Вы хотели бы получить шанс на  традиционные проводы по пословице.
-Не думаю, что  сражу Вас наповал мощью интеллекта, но от шанса не откажусь.
-Если  Вы действительно не нахально преследуете девушек, а собрались на Провал… Или же никуда конкретно не спешите,  а  просто гуляете…
-Просто гуляю.
-Ну что ж - шанс так шанс, давайте попробуем прогуляться, у меня есть немного времени. Только, чур, в мою сторону.  Меня зовут Лариса,а Вас?
-Очень приятно, а меня, Валерий.
-Очень приятно, Валерий.  Хау ду ю ду? Ве ду ю кам фром?
-Фром Ленинград. Не так быстро, плиз.
-Я бегу? Извините, у меня привычка  быстро ходить.
-Нет, с этим все нормально. Просто у  меня английский с фонарем,  и значит,  без глупостей не получится.
-"Английский с фонарем"? Впервые слышу. Обычно говорят "со словарем", Вы не оговорились?
-Ну да, типа того, только в библиотеке еще свет погасили.
-Однако, какие обременения в изучении языков. Ну тогда сильно не подсвечивайте,не сажайте батарейки. Просто я оттачиваю произношение. Шутка. У нас сейчас практика, вот заодно подрабатываю гидом-переводчиком. Вожу группы по Лермонтовским местам.

-Какая удача, я как раз мечтал освежить в памяти «Героя нашего времени» и закрепить прочитанное в школе привязкой на местности.
-Вы как-то  иронично упомянули всуе одно из моих  любимых произведений.
-Да нет, что Вы, оно и у меня одно из самых, самых… Серьезно, я даже сочинение при поступлении по нему писал.
-Здорово! Я тоже. А какая из повестей вам ближе всего?
-Фаталист.
-Я почему-то так и подумала.
-Почему же?
-Не знаю, просто так подумалось…Вы очень странно одеты - на нас даже люди оглядываются.
-Делают вид, что на нас,  а на самом деле оглядываются полюбоваться  на Вас.  Вы очень красивая.
-А Вы хитрец, ловко ушли от вопроса, перевели стрелки на бедную студентку.
-Вы тоже не лыком шиты  по части уйти от захвата - знаете же, что красивая.
-Догадываюсь, мне говорили... О, свободная скамейка. Давайте присядем, Вы не против?
-А давай… те на ты?
-Не рано? Ну, хорошо. Вы.., сорри,ты еще не спросил меня про любимое место в «Герое нашего времени»?
-Точно, давай присядем.
-Боишься упасть?
-Нечего бояться, все чинно, благородно, чай не Мопассан.
-А что ты имеешь против чая с Мопассаном?
-Абсолютно ничего, обожаю его, но только с кофе.  Особенно стихи.
Лариса  засмеялась. Помолчали.
-Мне больше всего нравится «Княжна Мэри».
-А я думал, ты скажешь, «Бэла»
-Нет, Княжна. Бэла тоже хороша, но я не очень понимаю внутренний мир восточных женщин.
-А что тут понимать: «Гюльчатай, открой личико!»
-Не все так просто. Знаешь, что в переводе на русский означает открыть лицо?
-Ты про что? Петруха же по-русски сказал: - "Открой личико".
-Правильно,  для нас  смысл  такой, а для апашки – все равно, как для русской сказать сними,-она запнулась, подбирая синоним к слишком откровенному слову трусы,- сказать сними исподнее.
-Никогда не задумывался. А почему апашки?
-От тюркского,  апа - обращение к женщине. Но это Туркестан, Средняя Азия, а Бэла - черкешенка. И если Восток –дело тонкое, то Кавказ –это вообще что-то.
-Знаешь, мы знакомы всего ничего, а у меня такое впечатление, что давно тебя знаю.
-Я уже говорила, что ты хитрец?
-Нет, без шуток и ложных маневров, я действительно так чувствую. Мне нравится, что мы сходу миновали шероховатые банальности притирки и говорим, как будто продолжаем  вчерашний разговор. Мне очень интересно с тобой.
-Да-а? А я еще и пою,- засмеялась Лариса.
-То ли еще будет? - Валера заозирался вокруг.
-Не бойся, сейчас не буду петь
-Я  не боюсь, пой, если хочешь.
-Нет, не та обстановка. Извини, мне пора. Если хочешь, можем встретиться вечером, вот тогда, возможно, я спою.
-Хочу. Когда и где?
-В шесть, на этой скамейке.
-Договорились, до вечера!
-До вечера!
Валера  вспомнил, что его дожидаются  в холе гостиницы. А, возможно, забыв о человеке без паспорта, легкомысленно прохлаждаются в тени чинар и каштанов. Часов у него не было, и он смутно представлял сколько времени они проговорили с Ларисой. Наверное, с полчаса  или около того, прикидывал он на бегу к «Машуку».
Друзья сидели в холе на тех же местах, а  место Валеры занимала Алла.
-Ну, ты и тормозок, за это время можно было с целым гаремом  близко перезнакомиться,- проворчал Митрий.
-Ну что, уговорил девушку? - обнажив зубы, ухмыльнулась Алла.
-Целый гарем за полчаса? Загнул ты, братец кролик, я только встретиться вечером уговорить успел.
-Ну, ничего потренируешься, подтянешься до высшей донжуанской лиги. Видишь, Алла, каких орлов рОстим в нашем инкубаторе,- с видом покровителя искусств и птицеводства балагурил Блатной.
-Не, я инкубаторских не люблю, я диких сердцем предпочитаю.
-Вот он перед вами, птенец природы,-встал с кресла и потянулся Спицын,- Любите меня девушки, я сегодня летаю,- переваливаясь пингвином-бобылем он направился к выходу,- Ну, чего сидеть, заселились успешно, теперь можно и погулять. Предстоящий вечер без пары не казался ему томным.
-Алла, у тебя время есть?
-Нет, мальчики, извините, теперь Вы сами.
-Не понял, ты нас, меня бросаешь?
-Только до вечера. Вечером встретимся около моего дома. Зайдите за мной часов в шесть.
-Договорились.
-Ну че, парни, расклад ништяк, я даже в Кисловодск линять передумал. Городок приятный, девчонки клевые, даже пиво чехское в баре есть, сам видел. Что еще нужно, чтобы трухнуть мотней?
-Тряхнуть мошной,- поправил Валера
-Чем хотЮ, тем и трусЮ.
-Уже и тяпнуть успел?
-Нет, дискриминация - только для проживающих. Изверги. Ключи от номера на стойку и пей хоть обоссысь. Можно даже в счет за номер включить.
 Оставшееся до вечера время послонялись по городу, знакомясь с переплетением его бульваров, улиц, переулков и скверов.
Бесцельное фланирование по городу туда-сюда, однако, быстро надоедает. То, что на них обращали внимание, а некоторые из продвинутой молодой недоросли даже пытались познакомиться, поначалу льстило. Ровно до того момента, когда  группка молодых  бездельников, узнав, что они из Питера, поинтересовалась, -Шваркаетесь?
 Что могло означать  загадочное «шваркаетесь» наши хиппари не знали. Но обнаружить не знание местного, а, возможно, питерского молодежного сленга было бы западло.  Блатной дипломатично вывернулся, уклончиво ответив, -Не в затяжку.
Истолковать это «не в зятяжку» можно было по-разному. Теперь уже задумались местные.
-А у вас с собой, было?- спросил тощий парень с мутноватыми глазами
Поскольку идеология хиппарей отрицала лишнюю собственность, а в данном конкретном случае они не имели даже того, чем избыточествовал пролетариат, то есть цепей, то Блатной, не сильно задумываясь, ответил.
-Все свое с собой не при делах.
-Жаль,- разочарованно вздохнул тощий.- Можно было душевно отклячиться. Ну, тогда отскочили, бывайте, покедова!
-Ну, бывай,- ответили хиппи и пошлепали  по бульвару.
Валера пришел на встречу заранее и пытался взглядом вычленить из толпы праздношатающихся знакомую фигуру. Лариса вопреки обычному женскому кокетству пришла точно в шесть, но не с той стороны,куда ушла и откуда, по инерции, он её ждал.
Она переоделась. Красивая светлая  блузка и юбка в тон хорошо смотрелись на ней.
-Привет, давно ждешь?- незатейливо поинтересовалась она.
-Не очень, минут пять,- зачем-то снивилировал Валера.
-Ну, куда идем?
-Кто у нас экскурсовод?
-Хорошо, согласна. Летс гоу!
-Двинули!
Минут десять прошли неторопливым шагом, болтая ни о чем.
-Как насчет любимых местечек Михаила Юрьевича?- спросила Лариса
-Ты имеешь в виду « Провал» или место дуэли?
-Про другие места в путеводителе «Героя нашего времени», похоже, ты прочитать не удосужился,- чуть насмешливо заметила она.
-Нет, ну почему, они же выпивали, в карты играли, с дамами гарцевали.
-Было дело, но о местах гарцовки история застенчиво умалчивает, а потому мы проследуем к Эоловой арфе.
-Музыкальными инструментами не владею, особенно арфой.
-Жаль, а я надеялась, что уж на гитаре-то ты играть должен.
-Сожалею, что обманул твои надежды с гитарой, и, почему должен?
-Потому что молодежную контркультуру и движение хиппи трудно представить с баяном, а гитара,  можно сказать, сакральный элемент декора.
Слова «сакральный» Валера не знал, но обнаруживать пробел образования и воспитания чувств не стал. Впереди на пригорке показалось строение с колоннами  в классическом стиле. Поскольку ничего другого рядом не просматривалось,  Валере подумалось, что  эта типа беседка и есть цель их экскурсии. При приближении послышались странные звуки. Звучала какая-то удивительная мелодия, но музыкантов нигде не было видно
-Что это играет, откуда мелодия?- входя под крышу, спросил он.
-Ветер. Это мелодия бога ветра –Эола. Отсюда и название -Эолова арфа.
Они присели на скамейку и заслушались.
-А где сама арфа, я ничего не вижу?
-Говорят, изначально там действительно в коробе со щелями  были спрятаны две арфы, а потом после ремонта, вроде установили систему труб. Ветер, проходя через них, издает волшебную мелодию.
-Тогда это, скорее, орган.
-Трубы, возможно, ближе  к органу, но само звучание все-таки напоминают арфу. Ты не согласен?
-Наверное, ты права.
-Не нам, увы, слава. Не я придумала название Эолова арфа.
Немногочисленные туристы заходили в беседку, слушали мелодию ветра, удивлялись и восхищались странной, волшебной музыкой.  Напротив, на скамейке  сидели два солдата.  Быстрыми ощупывающими взглядами они пристреливались к странной парочке. Красавица и чудовище, хорошо и со вкусом одетая девушка и какой-то оборвыш  рядом. Чем они хуже, пусть даже и не в парадных ботинках, а в стоптанных кирзачах.
"Урюки,- подумал Валера.- Похоже  на стройбат. Наглые.  Явно в самоходе- форма рабочая". Лариса, видимо, тоже что-то почувствовала, скорее всего, напряжение Валеры. Она склонилась к нему и тихо спросила?
-Ты чего ?
-Я ничего.
-Ну, я же чувствую, как ты весь напрягся.
-А чего они глазеют, как дикари.
-А тебе жалко?
-А тебе нет?
-Мне нет. Они же в армии. Люди изголодались по свободе.
-Добрая ты.
-В смысле?
-Я может, тоже изголодался.
-Ну, ты же вольная птица, летишь, куда хочешь, что пожелаешь, то и воротишь.
-Правда, что захочу, то и ворочу?- он  быстро склонился и поцеловал Ларису.
Она не отстранилась, но прошептала,- не надо искушать людей. Они же просто завидуют.
-Кому завидуют, мне или тебе?
-Дурачок, нам завидуют, а зависть плохое чувство и коварный советчик.
-И теперь что, из-за этого не целоваться?
-Можно найти другое место.
-Например?- Валера с внутренним трепетом подумал, что сейчас она пригласит его к себе.
-Например, в кино.
-В кино?- разочарованно удивился он.
-Можно взять билеты на последний ряд. Сейчас идет Ромео и Джульетта  Дзеффирелли.    Говорят, классный фильм, ты не смотрел?
-Нет, не смотрел,- он замялся.- Я все деньги отдал Митяю, на гостиницу не хватало.
-Ничего страшного, у меня деньги есть.
-Неудобно как-то, я никогда в этом смысле девушками не пользовался.
-А в каком - пользовался?- засмеялась Лариса.
-В каком, в каком, ты меня неправильно поняла,- смутился Валера.
-Хочешь сказать, что даже не целовался? - насмешливо допытывалась она.
-Нет, ну целовался, конечно…
-Ну вот, значит, пользовался. Кстати, целуешься ты не очень. Школа слабовата,- продолжала атаковать Лариса.
-А у тебя в школе одни пятерки по поцелуям  в журнале стояли,  да?
-Не обижайся, я шучу. Девчонки же раньше взрослеют, они в этих вопросах  более развитые что ли.
-Ну и насколько продвинулось твое развитие в этом смысле?
-Что ты имеешь в виду?
-То самое.
-Загадками говорите, юноша, давайте сменим пластинку.
-Не увиливай.
-Я не увиливаю. Ты немного странный. С одной стороны достаточно взрослый, а с другой…
-Что с другой?
-У тебя есть опыт отношений с женщинами?
Ему хотелось сказать,- Есть, конечно, есть.-но он почему-то честно
признался.- Небольшой. А как насчет тебя?
-Я встречалась с парнем с нашего курса почти два года, а потом…
-И что потом?
-Потом все, мы расстались в прошлом году.
-Это он на гитаре играл?
-Он и сейчас играет.
-Ясно.
-И что тебе ясно?
-Что сейчас его нет.
-Нет, он есть, мы даже видимся на репетициях институтского ансамбля.
-Ты его еще любишь?
-Любила. Еще весной. А сейчас уже нет. Я выздоровела.
-Больше не болей.
-Постараюсь. У меня теперь прививка.
Ромео и Джульетта шел в кинотеатре на Кировском проспекте. Билеты остались только на  последний сеанс, но именно последний ряд отсутствовал. И с чего такая популярность галерки?
-Может, лучше завтра сходим?- неуверенно предложил Валера.
-А мы разве завтра встречаемся?
-А разве нет?
-Сначала проводи меня.
-Как далеко?
-Испугался? Улица Хетагурова.
-Да, испугался.
-Кого, Хетагурова?
-Нет, что дорога короткая.
-Тогда пошли кружным  путем.
-Валера не следил за дорогой, вела Лариса, и он ей полностью доверился.
-Следи за дорогой, а то заблудишься в темноте на обратном пути.
Я слежу. Машинально!- рассмеялся он, твердо решив про себя заночевать у этого Хетагурова.
-Около моего дома есть такое классное местечко…Плакучие ивы полностью накрывают скамейку. Не хуже, чем последний ряд в кино. А насчет завтра я не знаю, я еще не думала.
-Ну, так подумай.
-Ты не торопишь события?
-Я даже не представляю, что  буду делать один в чужом городе.
-У тебя есть друзья.
-Сказать по правде, они мне не совсем друзья.
-А кто же?
-Так, попутчики, пассажиры. Мы едва знали друг друга до поездки. Дело было вечером, делать было нечего, вот мы и договорились на аллейке хиппануть по минеральным водам.
-Что за аллейка, это в Ленинграде, как называется?
Валера понял, что чуть было не прокололся. Откуда ему было знать аллейки в Ленинграде, если он там, отродясь не бывал. Ложь тяготила, но тайна была как бы чужая, и приходилось подыгрывать Блатному.
-Да там, недалеко от института.
-Вы вместе учитесь?
-Нет, они художники, точнее, скульпторы.
-В академии или в Мухинском?
«Никогда еще Штирлиц не был так близок к провалу,- мог бы подумать Валера, но он еще ничего не слышал о полковнике Исаеве.
-Точно не помню, по-моему, в академии.
-Это на Васильевском острове?- ничего не подозревая о панических настроениях  Валеры, добивала Лариса.
-Кажется,- из последних сил отбивался он.
-Я была в Ленинграде, в десятом классе, на зимних каникулах. Я сейчас подумала, что мы даже могли встретиться, еще не зная  друг друга.
-Нет, не могли, я был на зимних каникулах в Москве,- Валера не врал, он действительно  в десятом  классе ездил с  группой от школы в Москву.
-В каком году?
-В январе шестьдесят девятого.
-И я тогда же…Жаль, значит, не встречались. Ну и пусть, зато, выходит - мы ровесники. В каком месяце ты родился?
-В июне.
-А я в апреле. Я старше, и ты должен меня слушаться.
-Яволь, генетике фрау.-
- Фройляйн! Что за пошлые намеки, молодой человек?
-Я машинально. Прошу пардона.
-Да вы полиглот, Шура, с немецкого на французский скачете.
-Мы опять на Вы? Обидные ваши слова насчет скачете. И почему,вдруг, Шура?
-Ну Балаганов же... А кто еще имел дурную привычку действовать  машинально, одной ногой на пути в Рио Инженейро
-Ага, Шура кошельки в трамвае тырил. Почувствуйте разницу.
-Вот мы и пришли. Ну что, посидим еще на дорожку или разбежимся?
-Разбегаться не хочу. И сидеть на этой скамейке не хочу. Может, пойдем к тебе?
-У меня строгая квартирная хозяйка. Отстрел мужуков на подходе к подъезду. Давай, на скамейке посидим. Вот увидишь, тебе понравится, там очень романтично.
-Там, наверное, до меня  засижено.
-А ты ревнивец. Глупый, к прошлому ревновать не нужно.
-Хорошо, пошли, где твой ресторан «Плакучая ива»?
-Да вот же, руку протяни и раздвинь ветви.
За густыми плетями ивы стоял невысокий дощатый стол со скамейками вкруговую.
-Никого, мы первые. Местечко и правда первый сорт,- оценил Валера.-Только жаль - замочка нет, не запрешься.
-А мы скажем,- чик-трак, и никто не посмеет войти.
-Ладно, попробуем. Чик-трак! Ну что, теперь можно расслабиться?  Горько!- неожиданно скомандовал он за тамаду и поцеловал её.
 Она засмеялась,- Не шути такими вещами, не поймайся на слове. А то, смотри, скомандую: " Давайте, товарищ, женимся!" и не отвертишься.
-По мне  хоть сейчас,- он решительно перешел к  активным действиям  руками.
-Ты что, с ума сошел, сюда в любую минуту может кто-нибудь сунуться.
-Не сунется. Мы же - чик-трак - закрылись.
-Не глупи, одно дело детская игра, и совсем другое - взрослые отношения.
-С моей стороны, все очень по-взрослому.
-Мы познакомились всего десять часов назад.
-Целых десять часов. В любви, как на войне, год за пять. Значит, пошли уже третьи сутки.
-Кто тут говорит про любовь? Надеюсь, ты не забыл, что у меня прививка?
-Ты не веришь в любовь с первого взгляда?
-Знаешь, не стоит бросаться бумерангами. Я теперь и со второго не верю... Ты не смотрел фильм «Love Story»?
-Его же у нас не показывали.
-У нас в институте в качестве учебного пособия крутили. Там песня красивая. Хочешь, спою?
-А как же гитара?
-Попробую без гитары.
Ему показалось - она взяла чуть низковато, Ей пришлось приглушить голос из-за ночи на дворе, но от этого он звучал очень чувственно, чуть ниже своего естественного тембра.
- Where do I begin  To tell the story of how great a love can be…
Когда она закончила петь, он молчал, потрясенный красотой и силой её чарующего голоса.
 -Ну что ты молчишь, не аплодируешь, не кричишь браво?

-У меня  нет слов. Даже цикады замолчали. Слышишь?
-Наверное, спать завалились.
-Нет, просто они заслушались и устыдились.
-Тебе, правда, понравилось?
-Я ничего подобного раньше не слышал.
-Шутишь? Ты же в Ленинграде живешь, у вас Мариинка. Не поверю, что вас ни разу в оперу в школе не водили.
-Не люблю оперу.
-А балет?
-И балет.
-Но там же музыка живая, оркестр?
-Не терплю скрипачистов. 
-Я тоже люблю современную поп музыку и рок, но это очень узко, классика –это основа.
-Возможно,разочарую тебя фундаментально, но я прогуливал уроки пения и даже нотной грамоты не освоил. До, ре, ми, фасоля,си, кошка села на такси.
-Ты как будто  бравируешь.
-Просто защитная реакция. На самом деле жалею. Жаль, не научился играть ни на одном музыкальном инструменте. Скажи мне кто-нибудь сейчас,- Вот презираемый прежде  тобой баян, по щучьему велению, возьми и играй. Эх, и сыграл бы я что-нибудь типа "Ах, Париж"
-Без труда не вытащишь и рыбки из пруда, так что неоткуда щучьему велению взяться. 
-Я тут подумал, а может, твоя квартирная хозяйка уже того, уснула?
-Ну вот, у блудливой куме одно на уме. Так хорошо сидели.
-Смешно, моя бабушка тоже так говорила.
-Правда? А я от своей научилась. Странно, а откуда твоя бабушка?
-В каком смысле, откуда?
-Но это же, вроде, казачий фольклор.
-Она после войны приехала откуда-то с юга.
-Ты что, даже не интересовался своими корнями?
-Из станицы какой-то, название забыл.
-Ну вот, из станицы, теперь все понятно. Моя - тоже из станицы. Значит, мы с тобой станичники.
-Слушай, станичница, ты мне зубы не заговаривай.
-Валера, ты извини, но я не шучу насчет хозяйки. Здесь не просто снять комнату. Студентов полный город, а общаг не хватает. Ты хочешь, чтобы меня выселили?
-Нет, не хочу.
-И потом, я совсем тебя не знаю, может ты аферист на доверии. Я читала книжку про ваш сумрачный городок.  Там такие страсти творятся в Петербурге. Один студентик тюкнул бабушку, квартирную хозяйку топориком по голове, а потом еще её жиличку до кучи, как свидетеля,и Митькой звали.
-Не Митькой, а Родькой.
-Ты тоже читал!?-притворно ахнула Лариса.
-Издеваешься? Совсем меня за станичника держишь. Это же школьная программа. Опосля Михаила Юрьевича идёт Фёдор Михайлович.
-Да, школьная, но не сразу один за другим, там еще и Николай Васильевич с Мёртвыми душами встрял и глыба графа Толстого затесалась, а  только в нашей школе Достоевского  никто не читал. Одна книжка на всю библиотеку.
-И она именно тебе досталась.
-Нет, у нас дома есть библиотека. Валера, извини, но мне пора. У меня завтра группа с утра.
-Ну, еще полчасика, а?
-Нет, давай десять минут, и гуд бай. Тебя твои друзья-попутчики тоже заждались. И в гостиницу так поздно могут не пустить.
-Как это могут не пустить, если я там живу?
-У нас все могут. Знаю, что говорю. Даже интуристов шугают, когда  у них гости задерживаются.
-Какие гости?
-Ты такой странный, как будто действительно из станицы, а не из культурной столицы. У вас что, девушки в гостиницы к интуристам не ходят?
-Эта сторона ночной жизни города, по правде говоря, мне не знакома. Я и в гостиницах никогда не бывал. У нас с местной пропиской запрещено.
-Везде с местной пропиской запрещено.
-Странно, а если вдруг человек с женой или с тещей поругался? Куда ему идти?
-Это ты не про себя, дружок, случайно? Про тещу…
-Нет, этого добра пока не нажил. Бог миловал.
-Ну, спасибо, успокоил, от сердца отлегло.
-А что такого, подумаешь, ну женился человек, со всеми бывает, теперь ему что? Не в монастырь же ушел.
-Валерий, ты меня нарочно пугаешь?
-Да я просто так, к слову.
-Ко мне тут один препод клеился, а у самого жена и семеро по лавкам. Нет, чтобы я с  женатым… Ни за что. Зачем, когда парней так много холостых…
-А я люблю женатого…
-Все, Валерий, наше время истекло.
-Ну, тогда до завтра.
-Я еще не решила.
-Мы же в кино собирались
-Я тебе оставлю записку на регистрации.
-Хорошо, до свидания. Надеюсь, до скорого.
-До свидания.
Валера показал визитку швейцару на входе.
В холе гостиницы никого. Дежурная на стойке также отсутствовала.
-Ну и чудненько,- шепотом улыбнулся он удачному раскладу.- Дрыхните на вахте? А того не знаете, что  «на мельнице воды уходит больше, чем видит мельник»*,-  чужая мудрость, казалось, так и легла в тему.
Визитку он взял у Спицына, а когда тот попытался протестовать, резонно возразил,
-У тебя же паспорт есть, какие проблемы?
-Логично, -согласился Блатной.
-Логично? Тогда свою и отдай!
-Извини, дружище, но если мы  культурно   с Аллой пришкандыбаем, как  её проведу? У тебя, насколько мы в курсах, собственной кадры нет пока?
-Дело не хитрое, щас пойду и закадрю.
-Вот, когда закадришь, тогда и мазу качать будешь, фраерок
Блатного в номере не было, а Спицын уже собирался отбиться.
-Ну как, прошел через кордон, вопросов не возникло?
-Нормально прошел, в холле и на стойке никого.
-Повезло. А меня повалтузили.
-В смысле?
-Визитки нет- этот вертухай не пускает. Я ему говорю: «Вот паспорт, визитку в номере забыл». Ну, туда-сюда, пустил. Поднялся на второй этаж- номер заперт. Думаю:
"Блатной там с Аллой".- спускаюсь в холл, сижу. Потом сообразил ключ спросить, если ключ у неё, значит, никого нет. Спрашиваю, эта говорит: «Ключа нет, ваш товарищ унес».- я говорю: «Как унес?»,- она: «Вот так и унес, я ему вслед покричала, чтобы сдал ключ, а он -  мухой и был таков. Странный  вы народ, специально же калабаху на ключ цепляют, неужели охота такую тяжесть в кармане таскать»?-я у неё спрашиваю: «Запасной есть»?-а она: «Есть, но я вам его не дам». Ну,  туда – сюда, сказал ей пару ласковых - дала.  Послышался стук в дверь и шепот Блатного:
-Откройте, это я, Митёк
Валера открыл. Спицын приподнялся на кровати,-Ты че стучишь, дятел, где ключ?
-Ключ у Алки остался.
-Ни фига себе, как это?
-У неё, у матери –ночное дежурство. Ну ладушки, мы  шампусика выпили, музычку послушали… Туда-сюда, культурное мероприятие. Тока я её пристроил, тут картина Репина - маман внезапно возвращается, поменялась дежурствами. Бляха муха, че там было… Бой быков и танец с саблями.  Я в одних трусах в окно выскочил, Алка мне футболку и штаны следом выбросила.  Ключ, наверно, где-то там вывалился. Я сюда ходу, с понтом дежурной говорю запыханый, мол, добрый вечер, тётенька, ключ от двести семнадцатого, плиз. А она мне: "Какая я тебе тётенька!? Племянничек нашелся! В греческом зале, в греческом зале, ах в Машуке, ах в Машуке. Вы, молодые люди, в конец оборзели, все ключи с резервным в придачу утянули, а случись пожарная тревога"?- В общем, еле-еле успокоилась. А как у вас дела на амурном фронте?
-Я с девкой познакомился. Ниче такая… Зовут Анжела,- похвастался Спицын.
-А у меня, примерно, как у тебя, - пожурился Валера.
-Тоже застукали?
-Не, до этого не дошло. У неё квартирная хозяйка – лютый цербер.
-И  даже на чай не пригласила?
-Нет, сказала, что могут от жилплощади отказать в бескомпромиссном  разрезе.
-А че же вы весь вечер делали?
-Гуляли, эолову арфу слушали, в кино чуток не сподобились, потом около её дома в беседке сидели.
-Романтика,- хмыкнул Спицын.
-Молчи, пошлый циник. А если это любовь?- издевался  Митяй

Валеру от этих  дружеских шаржей внутри кочевряжило, но отдавало почему-то в пах вместо  миокарда. Он не любил обсуждать  отношения с женщинами  со случайными приятелями.
-Давайте спать, я вырубаю свет.
 Третий  комплект белья, естественно, отсутствовал. Он, не раздеваясь, лег на гостевой диван и быстро уснул - сказывалась бессонная ночь в поезде. Утро вечера мудренее! Отчего так?  Около одиннадцати, Валера спустился в холл и подошел к стойке регистрации. За стойкой портье с непроницаемым лицом  стояла новая тётка.
-Я из двести семнадцатого, мне тут письмо должны  были оставить,- спросил он делано равнодушно.
-У вас визитка есть?
-Да. Вот, пожалуйста.
-На визитке - Спицин Юрий, а письмо адресовано Валерию.
-Я, Спицын, просто имя перепутали.
-Не похоже, чтобы Охонько перепутала, она девушка аккуратная.
-Ну что, паспорт нести что ли?
-Не надо. Подумаешь, секретная переписка лорда Бекингема с Анной Австрийской, тайны мадридского двора. Держите, юноша. Прямо полевая почта,- она протянула листок бумаги, сложенный треугольником. Письмо было коротким:
"Я взяла билеты на Ромео и Джульетту на 16 часов. Кинотеатр -  в который мы не попали вчера, на Кирова. Не опаздывай, а то продам билет другому по спекулятивной цене".
Время до четырех тянулось медленно. Позавтракали на улице, у киоска,  пирожками с требухой и прочим ливером за четыре копейки, выпили в автомате воды без сиропа за  копейку и решили разойтись кто, куда. Блатному нужно было как-то увидеться с Аллой, но самому соваться к ней домой он остерегался.
-Спица, тебе все равно делать не хрен, пойдем, проверим -Алкина сумасшедшая маман  дома или свалила на работу?
-А че это я?  Она дура что ли конченная, не догадается?
-Да не ссы ты… Думаешь, к доне никто из парней не заруливает, монашкой живет? Меня-то  вчера эта овчарка припутала, а на такого очкарика, как ты, она и не подумает гавкать. Скажешь, что этот, мать её,  одногруппник, мол, лекции по научному коммунизму переписать.
-Я не могу, мы  с Анжелкой встречаемся.
-Когда?
-В час.
-Времени до часа –вагон с платформой.
-Не, не могу, мне еще нужно принять ванну, выпить чашечку кофе…
-Сволочь.
-А ты её подружку, Ирку попроси.
-Как у тебя с головкой? Где её искать?
-У меня  адрес записан, она в общаге  живет.
-Откуда малява?
-Она сама мне намекнула, мол, живу в общаге на Университетской, комната семьдесят пять. Соседка в Железноводск свалила, а я одна одинешенька, как перст.  Я и срисовал адресок.
-Ну, ты ходок, Спица. А эта лягушонка в коробчонке с виду тихоня, воды не замутит, а жить-то хочется…  Лады, сенкью за наводку.
-Ты там смотри, аккуратней с лягушонкой. И помни - шкурку палить  низя,  а  то   ищи её, свищи потом.
-Я ей скажу,-Гюльчатай, сними шкурку, я ведь и посватать тебя за Спицу могу.
-Ну, ты и гад, Блатной, только попробуй.
-Да шутю, я шутю… Зачем доброй дурочке голову морочить?  Разве способен живодристик  составить счастье женщины?
-Свали уже в туман, супермен c гербария,  кузнец женского счастья.
Они еще некоторое время вяло переругивались, пока Блатной, узнав у прохожих, где находится Университетская действительно не свалил в туман неизвестности.
Осуществить шутливую угрозу и продать билет гипотетическому другому Ларисе не пришлось. Валера  пришел на встречу задолго до назначенного времени. Смотреть на людей, выходящих после сеанса, любопытно и поучительно. Можно  даже составить некоторое представление о фильме. Впрочем, фабула не представляла загадки - шедевр Шекспира  зачитан многими поколениями до дыр. Но влажные глаза почтенных матрон и шмыгающие носы девчонок свидетельствовали, что макаронник Дзеффирелли не подкачал, не ударил шекспировским фейсом в грязь модерновых прочтений классики. Последний ряд, конечно, провоцировал развитие кристаллизации отношений, но фильм захватил не на шутку. Ну и, конечно, песня! Думать -  почему в Вероне звучит песня на английском, не приходилось. Чудо, как хороша песня! Юные, свежие, подобные нераспустившимся бутонам  актёры, сыгравшие главных героев.  Из кинотеатра  вышли слегка ошалевшие. Шли по улицам, держась за руки.  Просто - куда ноги шли, не разбирая дороги. Долго молчали, пока она не нарушила  паузу.
-Мне сейчас хочется плакать.
-Ты и так, кажется, плачешь.
-Разве? А я даже не замечаю.
-У многих женщин наворачивались слёзы на глазах.
-И даже не потому, что мне жалко так нелепо загубленные жизни, любовь… Это само собой, я ведь все это заранее знала.  Может быть, мне стало жалко себя, все стало каким-то мелким, ничтожным, ненужным…
-Это пройдет. Вот есть захочется и пройдет.
-Какой же ты циник! Ужас!
-Это не я, это классика: «Любовь приходит и проходит, а кушать хочется всегда.
-Ты голоден?
-Мой голод иного характера.
-Заслушаешься, как  ты умеешь упаковывать  свои даже самые откровенные желания в красивую обертку.
-Считаешь меня пошлым лакировщиком?
-Нет,не считаю,во всяком случае у тебя это прозвучало не пошло.
-А Митрий говорит, что сложно кружить перед элементарным физиологическим актом идеологически  безнравственно
-Сам он элементарный. Идеологически безнравственно!Этот оксюморон надо запомнить. Я смотрю, он у вас за главного.
Слова оксюморон Валера не знал, но догадался по смыслу.
-Просто пыжится, считает себя в авторитете.У него даже погоняло –Блатной.
-Что такое погоняло?
-Кличка.
-А-а, ну тогда  все понятно.
-Ты же его не знаешь.
-И знать не желаю.
-А ведь это он первым высмотрел тебя тогда в холле гостиницы и сорвался бы за тобой, если бы сам не ждал девушку.
-Я бы с ним даже разговаривать не стала.
-Уверена? Такой может уболтать.
-Видела вас в холле мельком, но достаточно, чтобы понять, кто абсолютно не в моем вкусе.
-А я, значит, в твоем?
-Значит, в моем. Хотя и работаешь вторым номером. Обидно как-то, чуть-чуть я не пролетела.
-Мне тоже обидно.
-А тебе почему?
-Вторым номером обидно.
-А первым не пробовал? 
-Попытаюсь...Знаешь, сейчас в номере никого нет.
-И что из этого следует?
-Что мы можем побыть одни в нормальной обстановке.
-Мы и так одни, и обстановка меня устраивает.
-Ничего себе одни - вокруг толпа  народа.
-Я никого не замечаю.
-Зато я еще как замечаю.
-У тебя боязнь открытого пространства?
-Нет, но...
-Я не хочу идти в гостиницу. Как ты не понимаешь?  Меня там  знают.
-Что, весь гостиничный персонал, горничные на этажах?
-До знакомства с горничными я еще не дошла, у меня другая профессия.
-Ну вот, видишь...
-Что  я должна видеть? Меня знают на ресепшн, портье...
-Ну, ты же часто бываешь в гостинице.
-Я прихожу одна.
-А разве ты не бываешь с группой в баре или ресторане?
-Случается.
-Не обязательно входить вместе, можно по отдельности.
-Кино про шпионов какое-то... хорошо,- как бы, собравшись с духом и, приняв решение, обреченно выдохнула Лариса.- Ты пойдешь первый, а я минут через пятнадцать.
-Договорились.
Валера, подумал, что  вряд ли кто-то будет торчать в номере в это время, но если такое случится, то просьба очистить помещение не вызовет протеста.
Вроде, госпожа удача сегодня была на его стороне. Ключ лежал в ячейке у портье, и никаких вопросов при виде визитки тётка не задала.
Минуты ожидания растягивались в часы.  Валера волновался. Он подумал,  а вдруг она передумает или испугается, или увидит кого-нибудь лишнего.
Но страхи  оказались напрасными. Она пришла. Он открыл дверь на робкий стук. Она на  пороге. Чуть бледная или показалось? Наверное, тоже волнуется. Собственно, а что происходит? Никакого нарушения закона. Даже по строгим правилам внутреннего распорядка посещения гостей не возбраняются до одиннадцати вечера. До часа икс еще уйма времени. О том, что  сам как бы в гостях он не думал.
-Жаль, что нет ничего выпить, -после небольшой паузы охрипшим голосом сказал он.
-У меня есть коньяк,- она достала из сумочки фляжку с дефицитным пятизвездочным армянским.- Подойдет  отметить встречу?
-Откуда такая роскошь?
- У знакомой официантки сейчас купила. Открывай.
Валера открыл бутылку и стал наливать коньяк в чайные стаканы тонкого стекла. Забывшись,  чуть не налил до краев, но она испугано остановила его руку.
-Ты  с ума сошел, я здесь же упаду и не встану.
-Падай,- предложил он широким жестом, показывая  на кровать.
-Вот так запросто, без тостов, криков горько и поцелуев? Твой Блатной неплохой учитель. Правда, зачем усложнять?
-Ты все неправильно понимаешь. Если бы вообще можно было не разговаривать…
-А зачем ты разговариваешь? Можно молча. И свет погасить, и на ощупь, как  глухонемые  в стране слепых.
-Мы не выпили.
-За что пьем?
-За что ты хочешь?
-Ты же  мужчина, первый тост твой по праву сильного.
-Причем здесь сила? Силой с тобой ничего не решишь.
-А ты попробуй.
-Ты меня провоцируешь?
-Ну что ты... Раскрепощаю.
-А сама раскрепощена?
-Не уверена. Давай все-таки выпьем.
-Давай.  За нас.
-За нас? Пусть будет за нас.
Они выпили. Приятное тепло алкоголя разлилось по жилам, освобождая оковы и снимая последние покровы.
 Запах и вкус спиртного на её губах еще больше возбуждали желание.
Валера начал медленно расстегивать пуговички на её блузке. Она попыталась  сопротивляться, но её руки по сравнению с его- действовали робко и не уверенно.
В этот момент в замочной скважине послышалось звяканье поворачиваемого ключа.   Дверь открылась,  и в проеме возникли он и она. Митяй и Алла сначала опешили, но потом Блатной, взяв быка за рога, и, гоготнув, выдал,
-Обана! Картина Репина «Не ждали»  Вторая смена, мальчики и девочки, вторая смена,- похоже,Митяй и Алла были под шофе.
Валера почувствовал, как окаменела рука Ларисы, она отпрянула спиной к спинке кровати и с ужасом смотрела на Аллу. Глаза Аллы тоже приковались к глазам Ларисы. На мгновение даже показалось, что они обменялись не взглядами, а пучками молний. Из глаз девушек посыпались искры, и в воздухе запахло озоном.
-Ни фига себе - конина пять звезд!- восхищенно присвистнул Блатной.-  Ну че молчим, наливай, скубенты!
Первой очнулась Алла, резко развернувшись на высоких каблуках,  как ошпаренная, она выскочила из номера и зацокала копытами по коридору.
-Не понял, Алла, ты куда, родная?- удивился Митяй. Он стоял со стаканом, наполненным с бугром. Опорожнив посуду,  осклабился и, покачав головой, посетовал.- Здесь же есть туалет, прямо в номере. Она еще дорогой сучила ногами… Спрашиваю: "Писать хочешь?" - говорит:  "Нет, с чего ты взял?" - а сама рванула, аж дым столбом.
Наконец  вышла из оцепенения Лариса. Она быстро встала и, не говоря ни слова,  вышла из номера.
-И эта туда же. Таки здесь стесняются, как бы не пукнуть.
Валера ненавидел Блатного. Ну почему!? Какого хрена он приперся именно сейчас и несёт страшную пургу и пошлятину?  Невыносимо!
-Заткнись, падла. Козёл неприятный! Всю малину облажал. Валера поспешил на выход из номера.
Сзади донеслось,- Ты кого козлом назвал, гнида?! За козла ответишь!
Блатной настиг Валеру в холле и повис у него на плечах,-Ты кого козлом назвал, падла? Да я тебе щас пасть порву, моргалы выколю! Валера  пытался сбросить Блатного, чтобы догнать Ларису, но тот вцепился клещем. Заверещала дежурная,-Безобразие, я звоню в милицию! Михалыч, что ты стал, как пентюх, сделай что-нибудь, разними это хулиганьё.
Швейцар Михалыч навалился грузным телом, окончательно устроив свалку и кучу-малу.
Валере все же удалось ужом вывернуться и выскочить из гостиницы. Он рванул на Коста Хетагурова, к дому, где жила Лариса.  «Может быть, она закрылась, чик-трак,  в своей смешной ивовой крепости»,- еще надеялся он. В беседке Ларисы не было. Дом выглядел   небольшим - квартир шесть-восемь в подъезде - прикинул Валера. Квартиру, где снимала комнату Лариса, он нашел с третьей попытки. Квартирная хозяйка,видимо, почувствовала драму и накал момента или потерянный вид парня  так подействовал на неё, но она, урезав прыть, и смягчив  норов, сообщила,-Лариска, как ушла на свиданку, так еще не появлялась. Как догадалась, что на свиданку? Да готовилась она уж очень щепетильно. Намывалась, наглаживалась, прическу начесывала, то одну, то другую блузки с юбками примеряла… Девку же сразу видно, куда она лыжи смазала. А девка она хорошая, правильная. За три года, что у меня живет, только один ухажер у ней и был. Но в комнату свою его не водила. Да и я таких вольностей у себя не позволяю. Мать её звонит из Баку, раз в неделю на переговорную бегает. Волнуется, переживает за дочу. Отец у ней военный, строгий мужчина, так что девка  неиспорченная.
Валера попросил разрешения зайти позже, но хозяйка, постепенно опамятовавшись,  на глазах, снова превращалась в фурию.- Нет уж, паря, неча по ночам блондиться, людей беспокоить. Утро вечера мудренее. Завтра будет новый день, завтра и приходи.

Он бродил по городу в надежде встретить Ларису. Искать имело смысл только в знакомых  местах, где они бывали, в центральной части города. На бульваре, у киоска с мороженым он неожиданно наткнулся на Спицына. С ним была довольно симпатичная девушка  южных кровей. Спицын церемонно представил его:
-Анжела, познакомься, мой приятель, Валера!
-Очень приятно, Анжела,- томно проворковала Анжела, стреляя миндалевидными глазами.
-А ты че один, где твоя барышня?- поинтересовался Спицын.
-Нету барышни.
-Со стойлом увели?- он мелкозубо рассмеялся.
-Блатной, сволочь вломился в номер,  и все пошло прахом.
-Слушай, а мы его видели, он злой, как черт. Кажется, к Алке домой порыл.
-А мамаша?
-Она сегодня на дежурстве.
-А ты, откуда знаешь?
-Анжела сказала. Она все про всех знает, и Лариску твою, и Алку.
-Смешной у вас городок, как большая деревня.
-С вашим Питером, может, и не сравнить, но деревней обозвать… Даже обидно.
-Я не со зла, просто удивляюсь, как тесен местный  мирок.
-Да мы учимся все в одном институте благородных девиц, что непонятного?
-Теперь понятно.
«Те же и Блатной»- написали бы в какой-нибудь пошлой пьеске. Митька выглядел мрачнее тучи.
-Что случилось? -спросил его Спицын слегка насмешливо.-  Ни хрена себе, кажись, фингал,- присмотрелся он к  роже Блатного в свете фонаря.- Да ты никак с тещей подрался?
-Если бы с тещей. Со швейцаром в гостинице. Амба, финиш, нас выселили. Полковник Кудасов нищий, господа, нам даже переночевать негде.
-А у Алки, у неё же мать на дежурстве?
-Мать-то на дежурстве, но Алки дома нет. Свинтила куда-то.
-Анжела, ты не знаешь, где можно переночевать? -спросил Валера.
-Ой, мальчики, у меня нельзя – предки не поймут. В общаге засада, там вчера рейд со шмоном прошел. Если только в кемпинге.
-Что за кемпинг, сколько стоит?
-Это на окраине, на автобусе нужно добираться, а стоит где-то  рубль за койку.
-Ты нам дорогу покажешь, а то мы заблукаем в ваших камышах?
-Вообще-то уже поздно, пока туда, пока обратно… Мне надо позвонить домой, предупредить предков.
-Ну, давай, звони.
Анжела и Спицын пошли звонить в автомат, а Валера с Митрием остались на бульваре.
-Ты че творишь, фуцан?- зашипел Блатной.
-Это ты, че творишь, морда?
-Тебе хорошо, манатки собрал, и Митькой звали.
-Митькой не меня звали, да у  меня и манаток нет.
-Тем более. И паспорта. А наши паспорта в гостинице остались.
-Как в гостинице, почему? Ну, у тебя, допустим, отобрали, а у Спицы?
-Сегодня днём в залог взяли. Попросили оплатить проживание,а я сказал, мол, еще не определились, сколько будем кантоваться. Я написал при заселении пять дней, прикинул -бабок не хватает, думал свалим по-английски,а эти, как почуяли и паспорта захомутали
-Написал бы - три дня.
-Решил подстраховаться, могли бы не продлить в случае заезда.
-В случае заезда интуристов нас бы все равно выселили. Впрочем, так и так из-за тебя вытурили. Ну, ты и чудак, Митя, на букву мэ.
-Опять нарываешься? Ты мне еще за козла серьезно задолжал.
-Митяй, кончай свои блатные прихваты, надоело уже.
-Мне тоже надоело! А Блатной я только для узкого круга.
-Ну, хочешь, назови меня козлом, пусть тебе полегчает, только успокойся. Я не понимаю, почему такая агрессивная реакция на козла?
-Посидишь в колонии по малолетке, узнаешь.
-Надо как-то ваши паспорта вытаскивать, они же могут в институт стукануть.
-В какой институт?
-В Академию художеств.
Блатной согнулся пополам  и повалился на газон.
-Держите меня трое, я щас кончусь от ржаки. Какая академия, ты че, фраер, с дуба рухнулся, так в роль вошел, что никак назад оглоблями?
-Шутка, да, хотел тебя немного взбодрить.
-Взбодрил, едрена кочерыжка, чуть кони не бросил от бодрости.
Вернулись Спицын с Анжелой.
-Автобусная остановка, вон на том углу, ехать минут пятнадцать-двадцать.Мальчики, вы бы хоть вина купили, а то скучно просто так в автобусе трястись. Рядом с остановкой есть винный магазин.
-У нас с деньгами не очень,- зажадничал Митрий.
-Одолжить вам на бедность что ли?- как бы раздумывая о  своем, предложила Анжела.- Ладно, одолжу, вернете в Ленинграде, я в августе собираюсь.
Анжела предложила купить десертный «Биссер», забраковав рислинг.
-Атас,  задница слипнется,- отпив глоток, сказал Митяй и, вычитав на этикетке дикий процент сахара, добавил.- Вы, как хотите, а я пас.
-Дай мне, у меня не слипнется, -попросила Анжела и отхлебнула из горлышка. Валере с Юрой вино тоже не показалось, и они лишь делали вид, что исправно отхлебывают в свою очередь. Анжеле заметно  захорошело, но держалась она бодро и весело, Впрочем,  доехали и заселились без лишних приключений. Паспортов никто не спрашивал. Заплатили трояк и заселились в деревянный сарайчик с четырьмя койками с панцирными сетками. Нужно было успеть сходить за бельем к кастелянше, пока она не закрыла лавочку. Спицыну приспичило, а удобства оказались в другом конце кемпинга. Он попросил сходить за бельем Анжелу. Анжела фыркнула, но упираться не стала.
-Я одна не донесу, пусть мне кто-нибудь поможет. Валера, поможешь?
-Пошли,- нехотя согласился Валера.
-А они, правда, художники, Юра с Митей?- спросила Анжела по дороге.
-Вроде того. А в чем сомнения?
-Я попросила Юру нарисовать мою киску, а он заржал и говорит: "Только с натуры". У меня есть фотография, но раз такое дело- посадила её в сумку и принесла на встречу. Он увидел и обалдел. Говорит: "Ты зачем кошака притащила, у меня аллергия на шерсть?" Потом все-таки стал рисовать в блокноте, но получилась лошадь. Вот я и потерялась в догадках, что бы это значило?
Валера засмеялся, -Ну начнем с киски… Киска, на мальчуковом питерском сленге… Это не то, что мяукает.
-Не поняла, ребус какой-то.
-Ты ка замени на пэ и тогда поймешь. В детский сад ходила?
-Фу, глупость какая. Теперь поняла. А ведь взрослые дяди.
-Кажись, пришли, вот она бельевая.
Кастелянша заворчала, мол, еще бы под утро пришли, но все же пошлепала за бельем в другую комнату.
-А мне кажется - ты больше похож на художника, -проворковала Анжела и, запустив лапку в прореху Валериной рубашки, стала своими коготками щекотать его тело. Он немного офонарел от такой моментальной метаморфозы наивной простушки в  хищницу с кошачьей повадкой. Валера чтил  мужской кодекс,  насчет девушки друга. И хотя Спицын другом ему не был, но так стремительно, как Анжела  менять кожу он не мог.
-А как же Юра?- вкрадчиво спросил он.
-Я его знаю на пять минут дольше тебя. Он мне не очень нравится - шибздик прыщавый, и все время врёт.
-С чего ты взяла, что он врёт.
-Бином Ньютона! Чувствую.
-Чувства могут обмануть
-Могут, но не так, как этот. Киску с натуры! Тоже мне художник от слова худо.
-Валера засмеялся, еще раз, но по-новому, оценив прикол Спицына
-Чего ты смеешься?
-Да так, натуру представил.
-Тебе бы я могла попозировать.
-Прямо сейчас?
-Если хочешь.
-У меня тоже аллергия на шерсть.
-А у меня египетская, бесшерстная.
-Нет же ни кисти, ни красок, ни хотя бы карандаша, ни вдохновения.
-Ну карандаш-то мы  найдем,-напирала Анжела,- А вдохновение можно вдохнуть,-импортным Биссером выдохнула она в Валерино ухо и стала расстегивать молнию на его польских джинсах «Шарик».  "Лучше поздно, чем никогда,- сказала старая дева и села на карандаш"-хихикнула она и скользнула рукой в ширинку.
-Не похожа ты на деву.
-Есть такой грех, зато я не старая.
-Вот вам белье, получите, распишитесь,- спасла Валеру от изнасилования кастелянша. Анжела отдернула руку, а Валера незаметно застегнул молнию.
-Хочешь, я останусь?- настырно домогалась Анжела.
-Я так не могу, мне неудобно перед Юрой.
-Да пошел он, этот Юра. Я другой домик сниму, и мы уйдем туда.
-Нет, Анжела,  не катит. С кем пришла, с тем и ушла.
-Ну, хорошо, если ты такой правильный, сегодня я уйду, а завтра?
-Что завтра?
-Мы можем встретиться завтра. Я скажу Юре, что полюбила другого.
-Завтра будет завтра. До завтра еще дожить надо.
-Куда мы денемся.
-Анжела, вообще-то мне нравится другая.
-Лариса?
-Да, Лариса.
-Роковая разлучница!
-Почему ты так говоришь?
-Все говорят. Алка встречалась с парнем, он в нашем институтском ансамбле на бас-гитаре играет, а она его отбила.
-Что значит, отбила, как это можно отбить человека, если он сам не захочет?
-Темный ты, я вижу, в этом деле. Есть много способов, от простого флирта до приворота.
-Сказки рассказываешь.
-Никакие не сказки, Алка к цыганке ходила, и та ей все разложила на картах.
-Поэтому они так не любят друг друга?
-Не любят? Да они ненавидят лютой ненавистью одна другую. Как кошки сиамские шипят, если между ними дистанция меньше пяти метров.
-Ну, а сейчас, что там с этим парнем?
-Фиг его знает. Алка попыталась через цыганку его вернуть, но он ушел к Маринке, с параллельного потока. А сейчас и ту, болтают, бросил.
-Похоже, у парня  просто комплекс Казановы.
-Возможно, но только никому от этого не легче.
-Лариса его больше не любит.
-Это она сама тебе сказала?  Не знаю, говорят, он хотел к ней вернуться, но она его отшила. Так и сказала, что переболела ветрянкой. А Алка до сих пор мучится.
-Видел я, как она мучится.
-Ты этого Митяя своего имеешь в виду? Да у неё таких, как Митяй, только свистни. Её беда - что она однолюбка.
-Все, мы почти пришли.
-Отдашь им белье и проводишь меня.
-До автобуса.
-Нет, до дома.
-А как я вернусь, автобусы ходить уже не будут?
-Я тебе на такси деньги дам.
-Лучше сама на такси садись и поезжай.
-Здесь такси не поймаешь.
-Я не беру денег у женщин на такси.
-Останешься у меня.
-Ты сумасшедшая, а родители?
-Предки у меня смирные, не то, что  Алкина  мать, хай поднимать и буянить никто не будет.
-Сегодня был ужасный день, я еле-еле держусь на ногах.
-Я тебя реанимирую.
-Анжела ты  упрямая, как капризный ребенок. У меня аллергия на шерсть. Я говорю, нет!
-Вы не аллергики, вы импотенты!
-За себя хлестаться не буду, а за Юру успокойся.
-А ты что, сам проверял?- захихикала Анжела.- Я, кажется, догадалась, вы не импотенты, вы голубые.
-У твоего Юры по утрам эрекция - одеяло дыбом и на пол падает.
-Это он просто писать хочет. А прыщи, соответственно, от аллергии, да?
-Прыщи от спермотоксикоза. Все, Анжела, кончай  стёб, пришли.
-Ладно, Юре ничего не говори, я сама ему скажу завтра.
-Договорились.
-Вас только за смертью посылать,- возмутился Спицын.
-Взял бы сам и сходил, чем  сортиры загаживать, - отбил атаку Валера.
Анжела засмеялась,- Валера, проводишь меня до автобуса?- спросила она с ехидцей.
-Уже снюхались!?- как будто что-то заподозрив, взвился Спицын.- Я сам могу тебя проводить, если ты не останешься.
-Нет, не останусь, предки строгие, заругают. Пошли уже, проводничок.
-Откуда это воняет?- стал принюхиваться блатной.- Спица, ты, случайно, не обосрался?
-Да там такой темняк - одна лампочка  на весь сортир горит, может, и  подорвался на мине, щас выйду, пошоркаю тапки об траву.
-Анжела,- окликнул  Блатной.-  Ты не можешь встретиться с Алкой, чтобы она наши паспорта из гостиницы забрала? Кровь из носа, нужно завтра, а то, если в ментовку сдадут, тогда труба, прощай стипендия и здравствуй юность в сапогах.
-Обещать не могу, потому что сейчас занятий нет. Я не уверена, что отыщу её за такой срок.
-Ну, ты уж постарайся.
-Пусть все попросят, чего  ты один распинаешься.
-Моего паспорта там нет, если ты меня имеешь в виду, а Юра тебя по ходу до остановки уговорит в кустах три раза.
-Это юмор такой у голубых, да? По кустам только они шоркаются.
-Ладно, Анжела, не обращай внимание на пошляков. Пошли, а то автобусы скоро кончатся,-миротворцем проворковал Спица, показав кулак из-за спины Валере. Похоже,он пропустил  мимо ушей про голубых, но намек на хет-трик в кустах слегка его озадачил.
-Про тебя мне шептали кусты,- сладострастно напел блатной им в след.
-Фигушки вам, а не паспорта,пальцем не шевельну, придурки ненормальные,-обернувшись, презрительно бросила Анжела.
Они ушли, а Блатной, сделав хитрую морду, спросил Валеру:
-У тебя с Анжелкой   шурмур терки?
-Да нет, просто она меня немножко достала, когда вводила в курс насчет наших девушек.
-Ну ка, ну ка, я весь внимание.
-Митяй, давай завтра, я устал честное слово.
-Ах ты, аспид, заинтриговал и в нору уполз. Нехорошо.
-Митяй, все, аут, туши свет.
-Спицын вернется –потушит.
Возвращения Спицына Валера уже не видел, он спал, если и не богатырским, то сном человека, измученного кавказскими минеральными водами. Утром администратор кемпинга тихо поинтересовался, не их ли ищут менты по поводу вчерашнего инцидента в гостинице «Машук»? Под ложечкой противно засосало, но не от того, что еще не завтракали, а от нехорошего предчувствия.
-Парни, рвем когти, хрен с ним с  ксивами, новые выправим. Сейчас ментам под разбор попадать не фарт,- принял решение Блатной.
Электрички на Минводы уходили по расписанию. В Минводах пересели на поезд Москва –Баку и к вечеру были дома. Следующим  вечером Августовская  встречала своих героев. На аллейке собрались и те, кто не попал в хипп-трип, и просто праздные зеваки. Рассказывал в основном  Митяй  с присущим его манере блатным колоритом. Иногда  байки разбавлялись небольшими вокальными вставками. Напевая популярный блатной  шансон, он украдкой бросал  хитрый взгляд на Валеру:

-Граждане, я тоже из Баку,
 Дайте пропихнуться старику.
 Старый хрыч перекрестился,
 На Ларису опустился и почувствовал себя в раю...
 
Спицын выступал в прениях по докладу Блатного и уточнял рекогносцировку. Валера  молчал. Он как бы со стороны слушал увлекательную повесть о жизни и удивительных приключениях робинзонов-хиппарей  на курортах Кавказа и в знаменитых Лермонтовских местах.
"Вот они - герои нашего времени"- думал он о хиппарях-попутчиках,  в том числе, и о себе, хотя и в третьем лице. Дня три хиппари купались в лучах славы , пользуясь авторитетом самых популярных  чуваков аллейки.  Каждый день их вояж обрастал новыми деталями и подробностями. Они сами уже с трудом отличали правду от вымысла, реальные приключения  от фантазий энтузиастов.  Но как говорили еще древние: «Sic transit gloria mundi».* Мир, как Джунгли у Киплинга «Падает орех, бандарлогам делается смешно и они обо всем забывают». Новые впечатления скоро вытеснили былины и байки о похождениях  в Пятигорске,  и все вернулось на круги своя. На нисходящей волне популярности Валера сблизился с Федей Финкельманом. Тот недавно вернулся из Ленинграда, где пытался освоить профессию санитарного врача. Но не повезло. Во втором семестре угодил в Боткинские бараки, отстал от пелотона и был отчислен.  Система отработок  занятий в медвузах с одной стороны, не позволяет будущим врачам попадать в ситуацию Арбузовской Тани, когда пропущенное в институте занятие аукнулось через несколько лет ошибочным диагнозом. Но с другой - ставит  отставших студентов в трудное положение, когда  едва возможно наверстать упущенное. Федя горел желанием реванша, но отчисленные с первого курса восстановлению не подлежали. «Везунчикам» приходилось поступать заново. В свою очередь, он тоже  живописал Валере свои приключения и студенческую жизнь культурной столицы, да так, что поколебал его намерения восстанавливаться в Нефтяной.
-Ну, получишь ты диплом технолога нефтепереработки и что? Будешь дышать всякой хренью на хим-дым заводах. Угробишь здоровье - нового не выдадут, и не купишь. А только представь - главврач санэпидстанции! Это же очень и очень... Все у тебя- вот где!- Федя показал сжатый кулак.- Все тебя ублажить норовят и завести полезное знакомство. А главное, никакого вреда здоровью, одна польза.
Короче, они решили в конце июня выдвигаться на Невские берега.   Выходило, что те их «питерские» понты каким-то кривым зигзагом из-под коленки меняли карму, и вот уже Валера - без пяти минут эскулап и насельник Северной Пальмиры.  Дело было за малым, оставалось поступить. В том, что  поступит сомнений у него практически не было. Солидный багаж знаний по химии и физике, полученный в Нефтяном, делал его, если не профессором, то доцентом по сравнению с школярами. Оставалась загадочная биология с дебрями ботаники и зоологии.  Впрочем, науке известно, что средний студент не то что за месяц, а за ночь перед экзаменом  способен  изучить, что угодно и даже овладеть принципами  управления вселенной не заметно для санитаров из деканата. Сравнительно ранний отъезд, экзамены начинались только в августе, объяснялся планами заложить небольшой крюк по дороге и навестить знакомые места. Проверенным маршрутом с пересадкой в Минводах прибыли в Пятигорск. Известно, что мир тесен, но в Пятигорске  его теснота просто зашкаливала с переходом в аномалию. Прямо на вокзале они нос к носу столкнулись с Ирой, подружкой Аллы. Она невероятно обрадовалась встрече и кинулась, как к родным:
-Ой, мальчики, привет, вы откуда?  И не дожидаясь, ответа тут же затараторила:
-Тут  такое было, такое случилось…
-А что тут без нас случилось?- поинтересовался Валера.
-Вас все искали.
-Кто все, конкретней можно?
-Милиция и все, все, все.
-А милиция, с какого бодуна, мы, вроде, никого, не замочили, не ограбили.
-Вы же за гостиницу не заплатили.
 У Валеры зачесался затылок:
-В  гостинице паспорта остались. Там же штамп с пропиской , могли бы по адресу счет прислать.
-Они так и хотели, но посмотрели прописку, а там Грозный. А вы же сказали, что из Ленинграда, ну и, куда посылать?
Затылок продолжал чесаться:
-Ну ладно, дальше что? Что теперь делать?
-Я не знаю, надо у Аллы спросить.
-А где Аллу найти?
-Вы же знаете, где она живет?  Она сейчас должна быть дома.
-А если нет?
-Может, в Цветнике или на бульваре?
-Что за Цветник?
-Ну вот, уже все забыли, это же парк так называется на Кирова. А вечером мы собирались мороженного поесть.
-Где?
-Ну не знаю, может в кофейне Гукасова.
-Не говори загадками.
-Ну вы точно одичали, да это там же,у входа в парк, такой домик красивый с башенками, мы же там рядом и познакомились, не помните?
-У меня все как в тумане,а Федя тут даже мимо не пробегал. Тебя-то саму, где искать, случись стрелять?
-Я же говорила.
-Ты Спицыну говорила.
-А он вам не сказал?
-Нет, нам он не сказал.
-В общаге, на Университетской. Там сейчас почти никого - ремонт идет. Я в другой комнате, но мне - некуда. Домой  ехать нет смысла - с первого  июля на практику уезжаю в пионерский лагерь. А хотите, можете у меня переночевать. Девчонки разъехались - мест навалом. В гостиницу вас теперь вряд ли пустят.
-А в общагу пустят?
Без проблем. СпрОсите меня на вахте. Рупь за вход, и ночуйте на здоровье.
-А как твоя фамилия в случае чего?
-Сотникова.
-Ну ладно, пока.
-А Федя - это, наверное Вы?- Ира, похоже, решила запасть на новенького,- Вы не представились.
Блондинистый  Финкельман  носил прическу под Питера Торка из группы Манкиз и пользовался определенным успехом у школьниц старших классов. Вероятно, цвет волос он унаследовал от залетного русского папы, но не обычная, в отличие от жиденьких прядок среднестатистических блондинчиков, гущина  шевелюры,  наверняка,  росла из семитских корней мамы.
-Фёдор,- галантно кивнул головой Финкельман.
-Какое имя солидное.
-Мы тезки с Шаляпиным.
-Тоже поете?
-Скорее, танцую.
-Здорово, я так люблю танцевать. Ну что, до вечера? Надеюсь, на этот раз не сбежите?
-Некуда бежать, Ирина.  Явки в Питере и Грозном провалены, остался только Пятигорск. Вам карусельщик не нужен?*
-Нужен, нужен, еще как нужен,- захлопала в ладоши Ира.- Оставайтесь! У нас такая карусель в парке классная.
«Ответа на пароль она не знает»,- подумал Валера, а значит, и  Пятигорская явка  накрылась медным тазиком для варенья.
Алла оказалась дома. Она обрадовалась встрече, хотя и сдержаннее подруги.
-А Митя не с вами? Он не приехал?
-Нет, у него дела.
-Как же он без паспорта дела делает, деловой?
-У него этих паспортов...
-Значит, эти больше не нужны?- Алла вынула откуда-то из-за спины два паспорта.- Он случайно не многоженец?
-Никаких распоряжений насчет гарема  он не давал, но паспорта я могу  передать детям вместо алиментов.
-Ага, только сначала тридцать рублей маме моей верните, которые она за вас в гостинице заплатила.
-За  нас заплатила твоя мать!?
-А куда было деваться?  Там такой шухер начался. Подруга её под раздачу попала, через которую вас поселили. Правда, легко отделалась. Через бухгалтерию задним числом платеж провели, как будто вы расплатились в день заселения.
-Однако, дороговато, ты не находишь, Валера?- вступил в торг Финкельман.
-Наверное, включили в счет бездетность с поправкой на безводность и отдаленность
-Вы же на пять суток оформлялись, за вашей подписью других заяв не поступало. Там по- другому провести никак. Вот вам на этот срок на всю катушку  насчитали.
-Понятно,- вздохнул Валера.- Вот тридцать рублей, -он протянул ей три червонца.- Давай паспорта.
-Пожалуйста. Получите, распишитесь. А я смотрю, вы при финансах нынче, не то, что в прошлый раз. Да и одеты модняво. Одни джинсы - сотни полторы.
На Валере красовались новенькие джинсы "Супер райфл". Он фарцанул их у себя в городе, в чехословацком цирке. Слух , что у чехов можно прикупить настоящие фирменные джинсы прошел,  когда они гастролировали еще в Орджоникидзе. Но видать, не до дондышка расторговались бродячие артисты, акробаты и шуты из братской демократии, кое-что досталось и Грозному. Таких слов как фарцовка , не в пример Фиме Собак, подружки Эллочки Людоедки, знавшей роскошное слово гомосексуализм, Валера еще не знал. Поэтому, услышав,  что дружинники ловят на площади Южной каких-то загадочных фарцовщиков, он не вменил эти слухи ни во что, а просто перелез через забор, окружавший кольцом табор цирка, и постучался в  ближний вагончик. Дверь открыл парень в фиолетовых то ли кальсонах, то ли колготках.
-Джинсы есть?- в лоб спросил он у фиолетового.
Тот сделал приглашающий жест рукой. Продавец прикинул на взгляд комплекцию покупателя и вынул из реквизитного сундука  джинсы с иголочки. Валера натянул обновку с небольшим усилием. Штаны плотно обхватили его ноги и ягодицы. Чех объяснил, что дома джинсы нужно намочить, надеть мокрыми и  дать высохнуть, чтобы штаны приняли форму тела.
-Сколько?- спросил Валера
-Семьдесят,- ответил циркач.
Заплатив семьдесят рублей,  он стал стягивать  с себя  джинсы с намереньем свернуть и сунуть  под мышку.
-То есть риск,- сказал чех.- Много дружина, иди так, не снимай. Он только открепил сзади  большую рекламную этикетку на глянцевом картоне с ловким ковбоем, стреляющим из винчестера.
Джинсовая интерлюдия, разумеется, не заняла ни одной секунды в разговоре Валеры с Аллой.  Она мгновением пронеслась в его голове  свежим воспоминанием. Он, конечно же, слышал, что тот, кто носит Адидас скоро Родину продаст, но комсомольская агитка  против заветных синих штанов не канала. К тому же, Родину продавать не пришлось –всего лишь некогда любимую Детскую Энциклопедию да модный портфель  от фирмы «Лейпциг»-подарок родителей первокурснику к тому ещё первому сентября.
 Ларисы в городе не было. Хозяйка сообщила, что она уехала домой на каникулы.
-Можно я оставлю для неё записку?
-Оставляй, если такое дело. Бумага все стерпит, любую брехню.
-Почему брехню?
-Потому - вранье. Очень уж девка убивалась, когда ты так позорно удрал. В Ленинград чуть не сорвалась на розыски. А ей  в гостинице сообщают, что никакой не Ленинград, а Грозная,- похоже, бабка зажилась  в лермонтовской эпохе - тогда так называлась крепость, впоследствии давшая название городу.-Записки, записки, чего писать-то, чего выдумывать,- ворчала бабка.- На вот, она тебе тоже записку оставила. Одну здесь, другую в гостинице. На всякий случай, чтобы ты, добрый молодец, мимо не промахнулся.
Он развернул записку. Её почерк:
"Валера, я ничего не понимаю, что произошло? Почему ты так скоропостижно уехал? Последняя наша встреча- тот инцидент в гостинице - мог тебя озадачить, но не настолько же. На другой день и после я бродила по городу совершенно потерянная в слабой надежде встретить тебя.  На худой конец, кого-нибудь из твоих приятелей. Но натыкалась только на Аллу. Кажется, она тоже в поисках. Мы с ней не дружим и не общаемся, но тут она подошла и стала спрашивать, нет ли у меня какой-нибудь информации о вас?  А у меня  нет. Ничего нет, я даже твоей фамилии не знаю. Алла сказала Паниковский, но  я уверена - это какой-то прикол. У неё паспорт остался, она  может письмо написать, а у меня ничего нет. Если ты читаешь мою записку, значит, не всё потеряно. Оставь мне, пожалуйста, твои координаты. Мне все равно, откуда ты, из Ленинграда или из Грозного… Хоть с Марса отзовись…"

Валера попросил у бабки листок бумаги и ручку. Бабка протянула бумагу и карандаш:

"Лариса, я сижу на кухне у твоей хозяйки. Только что прочитал твое короткое письмо. Прости. Как-то все нелепо вышло. Очень глупая ситуация. После непонятного бегства Аллы и твоего ухода мы с Митяем повздорили. Нас даже разнимал швейцар в холле гостиницы. Я искал тебя, но ты исчезла, испарилась, как утренняя роса. Из гостиницы нас выставили, пришлось переночевать в кемпинге. Утром администратор предупредил, что нас ищет милиция. Мы испугались - подумали, может, там что-то с этим швейцаром, Михалычем не так, вдруг помяли его в схватке, а он человек немолодой. Решили уехать.  Дома стал думать, как быть? Как с тобой связаться? Но ничего  не придумал. Есть название улицы, но ни номера дома, ни квартиры. Писать на гостиницу? Глупо. Тем более - у них зуб на нас. Как жаль, что ты уехала. Я знаю только, что ты живешь в Баку. Бабка сказала, что телефона она не знает, что твоя мама сама звонит тебе. Как оказалось, телефон  в квартире есть, но номера она не дает, говорит: "Отключили за неуплату межгорода". Но вдруг он зазвонил, и я подумал- -может быть ты, но это кто-то из её родственников.  Потом заявила: "Нечего названивать,  деньги переводить. Идите на телефонную станцию и оттуда звоните"  Жаль, что у меня не было номера. Бог с ней, с твоей хозяйкой, один раз бы потерпела. Кстати, ты зря её боишься. Думаю, она даже, по-своему, тебя любит. Ну, если это можно назвать любовью. Не знаю, прочтет ли она моё письмо из любопытства, но, если прочтет - пусть знает, я на неё зол. Я проездом в Ленинград. Тот самый Ленинград, из которого как бы приехал. И фамилия моя,конечно, не Паниковский. Вот мои координаты:

Валера  написал адрес своей ленинградской тётушки. Никакого другого для связи у него просто  не было. После адреса он написал свою фамилию, а ниже - латинское P.S. и затем, немного подумав,добавил по-английски: "Remember me always". Зачем по английски? Он и сам бы затруднился объяснить. Но согласитесь, написать по-русски: "Помни меня вечно" как-то не то, как-то ну очень мелодраматично, а тут же драма!  Толстой чуть ли не половину Войны и мира по французски написал, и что? А сейчас другая мода, век английского на дворе, да и Ларисе должно понравится, пусть даже его английский и с фонарём.  Перечитав написанное, он зачеркнул слово "always" и вместо категоричного "вечно" написал демократичное "sometimes" Но зачеркнул тонко, так что ни к чему не обязывающее "вспоминать иногда" скромно тушевалось за зачеркнутой вечностью. Пока он сидел там, разговаривал с хозяйкой, читал и писал письма, на улице прошел сильный ливень. Он направился в гостиницу, чтобы забрать вторую записку.  Скорее всего - просто дубликат первой, но не оставлять же Её частичку читать и обсуждать Машуковским тёткам. Дождь перестал.  Сверху, по проезжей части улицы Крайнего, вниз, к пересечению с Кирова  бежал поток воды. По тротуару  можно было идти вполне комфортно, едва замочив ноги. Вдруг на противоположной стороне улицы он увидел знакомую Ларисину блузку. Красивые кримпленовые брюки и светлые босоножки на каблучке подчеркивали газелевую стройность фигуры.  Они отстояли по диагонали метров на тридцать друг от друга.  Ее лицо  он видел в профиль.    Валера окликнул. На мгновение она остановилась, прислушиваясь, но не обернулась. Тогда  он бросился к ней прямо через мутный поток. Валера догнал её  и тронул сзади за плечо.  Она испугано обернулась. Чужое лицо. Не она. Он обознался.
-Ради Бога извините, я обознался.
Она улыбнулась. Улыбка приятная, но чужая,- Ничего страшного, бывает,- и добавила.- У вас обувь и  брюки по колено промокли, но я не виновата.
Колотилось сердце, выброс адреналина случился совсем не шуточный. По мере спада возбуждения и мандража, приходила апатия и разочарование. С Федей встретились на бульваре, он мирно сидел на скамейке и крошил булку. Мокрые  голуби не очень- то клевали манну небесную.
-Слушай, я тут уже засмурел склонять птиц к лютеранству. Че так долго-то?
-Дождь пережидал.
-Ну и...Переждал?
-Её нет в городе.
-И что теперь?
-Сейчас сходим в гостиницу, заберем письмо, а потом видно будет.
В гостинице дежурная сказала, что никакого письма никто ей не оставлял и не передавал. Они вышли на улицу и закурили. Рядом стояли парень и  две девушки.  Парень с красными глазами попросил прикурить и, задымив сигаретой, спросил:
-Шваркнуться не угостите?
-Что?- переспросил Финкельман
-Хреново  совсем, ломает.
-Это не по адресу.
-Вот девчонки...Девчонки, идите сюда,- те подошли.- Вот, двоих, за червонец...
-Мы не по этой части,- убил надежду Финкельман.
-Понятно,- разочаровано протянул парень.
Валера вдруг допёр, что понятно этому нарику и криво усмехнулся. Хорошо, со вкусом одетые  и вдобавок, симпатичные девчонки совсем не смотрелись наркоманками или шалавами. Ему стало стыдно за неосторожные слова Финкельмана насчет другой части.  Но оправдываться перед этими все же показалось западло.
-Тогда вот, есть коньяк,- парень достал из сумки бутылку.
Валера взял её в руку и прочитал вслух информацию с этикетки:
-КВВК, армянский,- он вопросительно взглянул на Финкельмана.
-Сколько хочешь?- деловито спросил тот нарика.
-Червонец.
-Нет, это чересчур.
-Ну возьмите две за червонец,- видимо, десять рублей были той заветной суммой -  ценой  спасения от ломки. Он достал вторую бутылку.
-Не уверен,- засомневался Финкельман.- Хрен его знает, что ты туда налил.
-Да это вот её,-  парень указал на одну из девиц.
-Ну, а  ты, где взяла?- продолжал допрос с пристрастием Финкельман.
-Где, где... В Улан-уде...Из дома взяла у отца.
-Да ты че, в натуре, у неё папа прокурор. Смотри, вот, упаковка заводская.
-Давайте так, я открываю, а ты делаешь глоточек,- предложил осторожный Финкельман папиной  дочке.
-Да пожалуйста, давай, открывай.
Финкельман открыл коньяк и протянул бутылку. Девица отхлебнула из горла:
-Ну что, убедился,- она  вернула  бутылку Финкельману.
-Не совсем,- сказал тот и сам приложился к горлышку.- Кажется, настоящий,-успокоился он и предложил бутылку Валере.- На, попробуй. Валера попробовал.
-Ну что, берем?
-Берём,- согласился Валера. 
Заплатив червонец за две бутылки армянского КВВК они убили кучу енотов. Во - первых, на супердефиците  сэкономили  тучу бабок и с лихвой покрыли паспорта. Во - вторых,  можно будет  угостить Аллу с Ирой. И, наконец, выручили людей, пусть даже заблудших, но  из, папой клянусь, приличных семей. Вечером сходили с Аллой и Ирой в мороженицу. Время быть скупым и время быть щедрым. Настало время щедрости. Девчонки упились  шампанским  и коньяком – смесью, в народе  известной, как «бурый медведь», и объелись мороженным.
За рупь на входе переночевали  в общаге. Финкельман у Иры, а Валера в свободной соседней комнате. Назавтра договорились  сфотографироваться на лоне природы и на фоне достопримечательностей. Ира оказалась вдобавок неплохим  фотографом с приличной камерой. Торчать дальше в Пятигорске не имело смысла.  Смысл, между тем, находился далеко-далеко и оставался в полном неведении о происходящем.
 В Минводах пришлось покупать новые билеты -старые пропали. Абитуриенты не знали, что билеты нужно компостировать на время остановки. Финкельман волновался насчет своей матери. Она рОстила его одна с присущей  матерям-одиночкам  близкой к патологии манерой каждую секунду контролировать чадо. А чадо должно было дать телеграмму  моментально по прибытии. Но тётушка Валеры, которой он дал телеграмму из Пятигорска, чтобы она дала телеграмму в Грозный некой Розалии Соломоновне Финкельман от имени благополучно прибывшего в Ленинград  сына Феди, окончательно запутавшись в адресах, явках и паролях, просто скопировала  телеграмму Валеры и послала её с Ленинградского телеграфа. Розалию Соломоновну удалось откачать, благо она сама была неплохим терапевтом, но осадочек остался.
Валере на тёткин адрес пришло письмо. Каково же было его удивление и негодование, когда она вручила ему вскрытый конверт:
-Я подумала, чего это такой толстый конверт, уж не деньги ли там за туфли, те, что на тебе, которые я по большому  блату достала,- объясняя  свое любопытство, тётка тонко намекала на Валерины вельветовые туфли, модные в тот сезон, за которые он с ней еще не расплатился.
-Деньги переводом посылают, но все равно, больше так не делай. Мало ли, вдруг мне энную сумму пришлют, а ты вскроешь. Я ведь могу сказать, что  денег было в два раза больше.
-Ага, держи карман, да кто тебе пришлёт-то в два раза? Я вот матери напишу, чтобы она тебе не потакала. Папа тебя избаловал, вот ты и привык к роскошной жизни. А папы больше нет, вас у матери трое, каково ей одной?
Возможно, по-своему, по-сестрински тётка была права. Если бы не смерть отца, жизненная линия сына вряд ли совершила бы столько кульбитов уже на низком старте. Определенно он закончил бы  Нефтяной, распределился на хим-дым завод, и заводская проходная бы в люди вывела его.  Мы ли выбираем дороги или дороги выбирают нас? Вот в чем вопрос.
 Письмо от Ларисы пришло  в  начале сентября. В Ленинградском СанГиге уже начались занятия. В колхоз на уборку винограда здешних студентов не командировали. Может быть, от того, что сорт  Пино Нуар на шестидесятой параллели плодоносил  хуже, чем в Бургундии?  Зато уродился картофан в совхозе "Ручьи", рядом с полями которого, в последнем  доме на Гражданском проспекте снимали квартиру Валера с новым приятелем по институту Игорем. Кстати, уроженцем города Баку. Новая группа, новые люди, белый халат, белая смешная шапочка, а в портфеле тяжеленный атлас анатомии человека, отмотавший руки.
 Лариса писала, что домой она уехала не сразу. В пионерском лагере заболела  вожатая. Девушка училась в их группе, и в деканате попросили подменить её до конца смены. В записке, которую ему по досадной ошибке не передали в гостинице она писала об этом. Письмо оставленное дома, было написано на эмоциях и почти сразу после их бегства. О лагере, в окрестностях Пятигорска, всего-то полчаса на автобусе, она тогда и сама даже не подозревала.  Если бы он знал. Если бы она знала. Тогда, в конце июня они были практически рядом и, в то же время, так далеко.  Вот такие зигзаги зодиака.  Валера  ответил на письмо. Лариса написала еще три или четыре.  Он отвечал письмом на письмо, но потом она писать перестала. Он ждал, но сам не писал. Какая-то глупая обида, ведь её очередь писать, а она не пишет.  В конце второго семестра выяснилось, что она  писала, но тётка письма скрывала. Валера жил то там, то сям, сообщать случайные, временные адреса не имело смысла. От тётки можно было ожидать закидонов, но чтобы такое коварство... Постепенно Пятигорск и Лариса стали стушевываться на фоне разворачивавшегося калейдоскопа событий, новых людей и свежих впечатлений. Как говорится, жизнь брала свое. И все же, все же...
 Фотографии, которые прислали ему тогда Алла и Ира  были черно-белыми. Цветная  печать по тем временам была очень сложным и разорительным мероприятием для любителей.  Сюжеты съемки они тогда придумывали по ходу, на коленке, но вышло забавно.  Вот Поцелуй через решетку. У входа в грот Дианы плачет несчастная девушка(Алла),  а в гроте, с цепями на руках стоит её возлюбленный (Валера). Девушка пытается  сквозь решетку узилища прильнуть губами к губам юноши, но злой вертухай с дубиной(Федя) смотрит на часы, отсчитывая последние  секунды свидания.  С Ангелом было совсем просто,  нужно  было просто сесть спиной к каменому орлу и на фотографии у Валеры вырастали за спиной крылья. Не прошли мимо места дуэли и, конечно, Эоловой арфы. Но Арфа почему-то молчала. Ира, почитав информационный   листок, приклеенный тут же,  объяснила остальным:
-Пишут, молчит  числа с десятого. Что-то случилось с розой.
-Что могло случиться с розой?- усомнился Валера.  И потом, как будто что-то вспомнив, добавил:  «Роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет…»
-Роза ветров, что-то с розой ветров случилось,- пояснила Ира.-Теперь надо трубы настраивать. Обещали дня три, а уже две недели, третья пошла, но пока не получается.
  В том же июне, в Грозном, после первого вояжа в Пятигорск Валера с  приятелем в самое пекло вознамерились освежиться в водах карьера, близ кирпичного завода. Где-то на половине дороги стоял табор цыган. Валера не любил этой дороги из-за приставучих цыганят. Они хватали за руки, падали на колени и обнимали ноги. Просили денег и обещали за пять копеек станцевать и на пузе, и на животе. Впрочем, к танцам живота это вряд ли имело хоть какое-то отношение. В  тот раз цыганята, как обычно, нахально атаковали, а они лениво отбивались, пиная  чертенят под зад. В одном из шатров, с приоткрытым пологом,  в проеме  виднелась молодая цыганка. Она окликнула  их и предложила погадать. Денег не было, но цыганка хотя и мягко, но  все же настаивала:
-Не надо денег, красавец, я тебе так погадаю. Но  монетка нужна - хоть копейка, а то не получится.
В кармане завалялся двугривенный, плюс цыганка была хороша собой. Обычно Валера никогда не обращал внимания на малопривлекательное, в цветастых хламидах, галдящее  племя.  Но в этой что-то было. И самое удивительное, от неё неожиданно приятно пахло. Нет, не  парфюмом, а каким-то неведомой свежести ароматом. Цыганка взяла за руку и внимательно рассматривала  линии, потом разложила карты и поведала в общем- то обычные при её ремесле вещи. Про дальнюю дорогу и все такое.  Но вдруг она сказала:
-С той, которую любишь сейчас, пузроваться не будешь.
-Странные слова,  я их не понимаю.
-Что не понимаешь? – цыганка улыбалась.- Все просто, красавец,- цыганка сложила  ладошку  и с характерным звуком прихлопнула  три раза по левому кулачку открытой правой ладошкой.
Валера не стал принимать слова цыганки близко к сердцу и тут же о них забыл. Но вот, поди ж ты...
  Он где-то читал, вроде, у Стендаля в трактате «О любви» о чувстве, вспыхнувшем, но не развившемся, не получившем окончательного выражения в физиологическом акте. Нереализованное желание, как нераспустившийся бутон, не расцветший цветком страсти. Автор находил в этом особую прелесть, свидетельствуя, что  неудовлетворенное естественным образом желание составляет особую эмоциональную гармонию и помнится очень долго, порой, всю жизнь.
«Но ведь все очень индивидуально, а, возможно, автор лжесвидетельствует. Вопрос, зачем ему это нужно? Трактаты о любви, наверное, пишут те, кто перешел на тренерскую работу» - так Валера думал тогда. Любопытно, что он думает обо всем этом сейчас?
 
  Звучит ли сегодня арфа? И, если звучит - сколько дней ушло тогда у ловцов ветра на поимку и укрощение строптивого бога Эола и как долго  настройщики и трубочисты уговаривали  розу ветров и прочищали трубы? Валера  этого так и не узнал, потому что в газетах об этом не писали, по радио не сообщали и по телевидению не показывали. Очевидно, событие в масштабах страны не  представлялось  таким уж значительным, не смотря на приписку: " P.S. Remember me always(зачеркнуто)sometimes".


*"На мельнице воды уходит больше, чем видит мельник" - Шекспир (Тит Андроник)
*"Sic transit gloria mundi" –лат. Так проходит мирская слава.
*"Вам карусельщик не нужен? Был нужен, да уже взяли..." - Пароль и отзыв из популярного в те годы фильма о Неуловимых мстителях.
*«Роза пахнет розой, хоть розой назови её, хоть нет…»-Шекспир (Ромео и Джульетта)


Рецензии
Замечательно. Живо, по молодежному.Не глупо. Редкое качество и хорошая читабельность. КАкое-то отторжение... Умаляет пофигизм или... юность. Чувство двоякое. Но, в целом - не плохо...

Галина Молокоедова 2   07.01.2017 20:40     Заявить о нарушении
"По-молодежному" - замечательно сказано, а вот насчет "умаления пофигизмом или...юностью" тоже чувство двоякое. С пофигизмом, вроде, согласен, действительно умаляет, а вот с юностью согласиться не готов. Может, она умиляет? Как бы это понятнее выразить...ну например,обделался младенец или ветхий годами человек. Младенческий промах умиляет, а старческий умаляет человеческое на единицу немощи.
Но, в общем и те, и другие составляют человечество, что в "целом -неплохо"))
Благодарю за оценку и терпение. Не каждый охотник-критик в поисках фазана осилит такой объем вспоминального чтива)))

Виталий Бондарь   08.01.2017 12:03   Заявить о нарушении