Зоопарк 4

История про то, как Христина женила Пука на Эйлер, или Зоопарк
Вальс-фантазия на десяти страницах с эпилогом


Страница седьмая
Первая встреча


Пока утром власти соображали, что же делать дальше, охотник решил побродить по городу. За несколько часов путешественник практически познакомился с центральной его частью. Пук, большой знаток различных мифологий, недоумевал, как шустро русские переименовали чужих богов: Афину Палладу – в агентство недвижимости, а Джехути-Тота – в службу знакомств. Особенно же досталось Меркурию с Гермесом. Своих святых русские почему-то не использовали.
После обеда Пук решил сходить в зоопарк, откуда сбежали львы. Он любил знакомство со страной начинать с национальных парков. К тому же Пук хотел осмотреть место, откуда сбежали звери, расспросить персонал зоопарка и попытаться установить характер львов и возможный маршрут их бегства. Спросив дорогу, он с трудом втиснулся в переполненный троллейбус.
«Неужели все едут в зоопарк?» – думал Пук.
На зоопарке все вышли. Поток людей куда-то понес его. Спросить у людей, куда их всех несет, Пук не решался. Он был один, так как длинноногую переводчицу перехватил парень в светлом костюме. Оно и к лучшему, так как ее знание английского языка не было безупречным.
Пука вместе со всеми вынесло к торговым рядам. Он догадался, что это рынок, а зоопарк должен быть сразу за ним. Так оно и оказалось. Зоопарк располагался напротив рынка, за высоким забором, выкрашенным в голубой полинялый цвет. Пук купил входной билет и вступил в царство, которое привык измерять десятками миль.
Царство животных произвело на мистера Пука удручающее впечатление, пожалуй, еще более удручающее, чем царство людей. Звери ютились в несуразно маленьких клетках, а говорить о вольерах было бы издевательством над этим словом.
В зоопарке посетителей было не очень много, но достаточно, чтобы звери сошли от их количества с ума. Сами же звери разве что не сидели друг на друге.
Пук остановился возле клетки с горным винторогим козлом. Козел стоял на большом камне, как памятник необузданной стихии.
«Надо же, – подумал Пук, невольно залюбовавшись козлом, – ничто его не сломило».
Козлу чем-то не понравился британец, он сорвался с каменной кручи и со всего маху саданул о толстые, изогнутые наружу прутья решетки. Пук оценил силу удара.
– Что, брат, тесновато? – спросил он козла по-английски.
Козел молча взобрался на свои «горные» тропы и застыл в раздумьях о жизни.
А вон и клетка со львами. Пустая. Как она там размещалась, царская чета? Лев, говорят, старый и жутких размеров. Куда же подался этот «абу-Фатьмэ» с подругой? Отсюда убежишь!
Тут из-за угла показалась очень крупная дама в сером просторном халате с ведрами в руках. Она вывернула из-за угла, как троллейбус. Пук увидел ее и подумал: «А вот и Фатьмэ». Гарри стоял и смотрел, как дама грациозно и неумолимо, словно судьба, надвигается на него. Подойдя к британцу ближе, дама и вовсе обернулась красавицей-девушкой.
– Ослеп, что ли? – спросила красавица достаточно приятным голосом, но мистер Пук не понял смысла вопроса.
– И оглох, – вздохнула девушка, передвинула Пука в сторону и открыла калитку к горному винторогому козлу.
– Чего буянишь, козел? – с этими словами она зашла, закрыла за собой калитку и стала наводить порядок в козлином жилище.
Пук с любопытством слушал, как работница третирует козла. Козел соскочил с камня и, нагнув голову, кинулся на обидчицу. Пук инстинктивно дернул за калитку, чтобы спасти даму, но калитка была закрыта изнутри. Пук с замиранием сердца смотрел на летящего дуролома. Девушка распрямилась, невозмутимо бросила: «Куда прешь, козел?» – и так саданула его кулаком по лбу, что тот встал как вкопанный.
– Коз-зел! – сказала дама, добавила ему по шее и легонько пнула ногой под зад.
Козел подался в «горы».
– Смотри, оставлю без жратвы! – пригрозила она ему вслед.
– Ме-е-е, – жалобно отозвался козел.
– То-то же! – сказала работница и перешла в клетку к бурому медведю. Там она обнялась с медведем, и с минуту они стояли, обнявшись и чуть-чуть покачиваясь.
«Точно Фатьмэ, – решил Пук. – Ей что козел, что медведь. Надо же, еще и симпатичная! Где я видел ее?»
– Вы, гражданин, забыли тут чего или что?
Пук с любопытством смотрел на девушку ростом с него, но шире в кости, хотя и легкую в ходьбе и даже грациозную. Ей было лет двадцать, не больше. А сколько уверенности в себе – словно ей все пятьдесят!
– Помогите-ка мне, – попросила она, поправляя бетонный блок, сдвинутый углом на дорожку.
Пук не успел помочь. Красавица справилась сама.
– Спасибо, – сказала она и пошла прочь. Фигура у нее была не безобразная, а, напротив, располагавшая к себе всем, что в ней было. Как с Олимпа сошла, просто богиня!
– Девушка! Мисс! – крикнул ей вслед Пук. – Ван момент!
– Вы мне? – обернулась та. – Вы иностранец?
Пук подошел к ней и достаточно вразумительно попросил ее рассказать о львах и месте их возможного пребывания.
– Я вижу, вы с ними на... на шот фут... – Он подыскивал слово.
– На короткой ноге?
– О, вы знаете английский?
– Я же училась в школе. А вы откуда знаете русский?
– Ай эм полиглот, – скромно признался Гарри.
– Вы очень хорошо говорите, почти без акцента.
– Благодарью вас! – Пук был польщен. – Ну, так как о львах? О, пардон, разрешите представиться: Гарри Пук.
– Пульхерия Эйлер.
– Пардон, мисс Пул-хер?..
– Мисс Пул. Зовите меня мисс Пул.
– Ханс фон Эйлер-Хельпин не ваш родственник? Знаменитый ученый. Вы в Швеции не бывали?
– Нет, наш родственник другой ученый, Леонард Эйлер. Тот еще. А в Швеции я не была. Не довелось.



Страница восьмая
Догадка


Пульхерия не выспалась и поначалу чувствовала раздражение, сперва от винторого козла, потом от этого иностранца со шрамом, но, успокоив козла, она и сама успокоилась, а иностранец после этого стал даже симпатичен.
Не выспалась же Пульхерия по той причине, что ей уже несколько дней не давала покоя мысль, что всё произошедшее в зоопарке связано с экспериментами над Христиной. Конечно, мог нашкодить и другой «пакостник», но вероятней всего это была Христина.
Пульхерия решила выследить «его», для чего спряталась на ночь в подсобке. Ночь проходила спокойно, лишь под утро возле клеток послышалась возня. Эйлер взяла фонарик и, не зажигая его, потихоньку вышла из помещения, на цыпочках проследовала вглубь территории, но «пакостника» застать врасплох не удалось.
Более того, тот сам неслышно подошел к Пульхерии и обнял ее сзади за талию. Обмирая от страха, она обернулась и не увидела никого. Опустив глаза, на уровне пояса она увидела черное тело. От ужаса девушка не смогла даже закричать. И тогда существо взяло у нее из рук фонарик и посветило ей в лицо. А потом осветило себя. Так и есть: Христина! И шимпанзе отрывисто засмеялась, как астматик.
Христина взяла Пульхерию за руку и отвела в помещение. Там обезьяна включила свет (!), похлопала по старому креслу, в котором Эйлер провела всю ночь, усадила в него девушку и ушла, закрыв за собой дверь. По пути прихватила валявшийся на полу шкворень. Пульхерия кинулась к двери. Дверь была закрыта снаружи! Девушка без сил опустилась в кресло. Ее не оставляло чувство, что она должна что-то делать.
«Спать, – услышала она в голове своей шепот. – Спать!» Не успев погрузиться в тревогу, Пульхерия погрузилась в сон.
Утром Эйлер разбудили и спросили, кто закрыл ее снаружи, и показали шкворень. Пульхерия ничего не могла вспомнить. В рассеянности она провела утро, смутно припоминая темный силуэт возле клеток в предутренней синеве. «При чем тут шкворень?» – думала она.
На обед она поехала домой и, когда с большим трудом втиснулась в автобус, в жуткой давке вдруг вспомнила о своих ночных ощущениях от объятий шимпанзе.
«Это она, – решила Эйлер, – это она гипнотизировала сторожей – и Силантия, и Вестингауза, раз они не помнят ни черта. Они сперва выпускали ее, а потом, загипнотизированные Христиной, открывали другие клетки. Сами залазили в клетки, и Христина вешала на них замок. И сегодня ночью она загипнотизировала меня», – решила Эйлер.
С кем поделиться своими соображениями, от которых пухла голова, она не знала.
– А не привлечь ли нам к поимке львов Христину? – вырвалось у нее.
Гарри Пук заинтересовался:
– Какая Христина? Охотница на львов? Есть такая?
– Нет, шимпанзе.
– Шимпанзе?
– Да, она такая умная...
– О, мисс Пул, умная шимпанзе?! Против льва? Знаете, я еще не так стар, хочется пожить.
– Вы не знаете мощи ее ума! Даже люди, – Пульхерия строго посмотрела на Пука, – даже люди не могут устоять перед ней. Она гипнотизер, Вольф Мессинг! Пантера уснула от ее взгляда.
– Пантера? – Мистер Пук озадаченно смотрел на девушку.
– Не верите? Пойдем!
Пульхерия вкратце рассказала Пуку о последних событиях и своих догадках. Об экспериментах над обезьяной Пульхерия, разумеется, не упомянула.
– Как же они тут живут, бедняги, в такой тесноте? – то и дело бормотал Пук, озирая тесные клетки и корыта, а Пульхерия вдруг подумала, что Христина, скорей всего, сознательно выпустила из клеток зверей и птиц.
Девушка остановилась, задумчиво глядя на тощего волка.
– Это волк? – озадачился Пук.
– Это редкий вид волков. Они есть только у нас, – зачем-то соврала Эйлер. – Христина. – Девушка указала англичанину на шимпанзе, которая сидела в углу клетки в позе мыслителя.
Гарри Пук оглядел обезьяну со всех сторон. Христина тоже обратила на него внимание и, когда Пук стал напротив нее, скорчила ему рожу и повертела пальцем у виска. Мистер Пук вздрогнул и поглядел на Эйлер. Та устало улыбнулась.
«Какое простое и милое лицо! Где же я ее видел?» – подумал Пук о девушке.
Англичанин стал рыться в кармане и вытащил оттуда леденец в яркой шуршащей обертке. Развернул леденец, протянул между прутьев. Обезьяна оторвалась от дум, вздохнула, подковыляла к Пуку. Оттолкнула леденец и протянула руку к обертке. Пук отдал обертку. Христина вернулась на свое место, разгладила на колене бумажку и стала разглядывать ее, сопровождая этот процесс восклицаниями. Эйлер уловила в них новые интонации.
Христина снова подковыляла к клетке и протянула к Пульхерии руку, показывая, что ей нужен фломастер. Пульхерия дала ей фломастер, а мистер Пук выдрал лист из своего блокнота. Христина, высунув язык, стала копировать рисунок с обертки. Мистер Пук захотел выпить.
Покончив с художествами, Христина протянула девушке фломастер, а британцу – рисунок. Тому стало тоскливо, и он понял, что в России не только людей не понять, но даже обезьян. Хотя они родом и не из России.
«Глядишь, и я тут заделаюсь каким-нибудь Распутиным, – оторопел Пук. – А если тут и львы такие, – огорошила его новая мысль, – какие тогда, к черту, ямы, эрдели, какие там приманки и военные! Вот почему Наполеон с Гитлером сгинули тут, понятно теперь...»
Пук спросил девушку:
– Мисс Пул, почему Христина такая умная?
– Если б я знала, – ответила девушка.
– Мисс Пул, разрешите ждать вас вечером после работы здесь у выхода?
Мисс Пул разрешила.
Когда вечером она вышла из зоопарка, навстречу ей развинченной походкой и сияющий, как Бельмондо, шел Гарри Пук. За спиной у него был здоровенный рюкзак.
– Что там? – спросила Эйлер.
Пук показал: винтовка в чехле, бинокль, прибор ночного видения, сетка, фляжка, топорик, фонарь и еще куча нужных и бесполезных вещей и предметов. Экипировка – хоть в Голливуд. Эйлер расхохоталась.
– Вы смеетесь, мисс Пул?
Пульхерия расхохоталась еще безудержнее. Слезы выступили на ее глазах. Пук не знал, как реагировать на ее смех, и тоже стал похохатывать, но у него это получалось судорожно, как у Христины. Пульхерия неожиданно смолкла, так как ей стало вдруг не по себе.
– Зачем вам это, мистер Гарри?
– Ловить львов.
– Где?
– Там, где они есть. – Надо было отдать должное железной логике британца.
– Их там нет! – заявила Эйлер. – Айда к Христине! Еще чего покажу!
Они зашли в зоопарк. Вестингауз настороженно посмотрел на рюкзак иностранца. Перед клеткой с обезьяной Пульхерия предложила Пуку выложить всё, что было у него в рюкзаке. Тот, недоумевая, разложил.
– Христина, выбирай, – сказала Эйлер.
Обезьяна поглядела и ткнула пальцем в фляжку. Пульхерия протянула ее сквозь прутья. Христина отвинтила крышечку, плеснула в нее, попробовала, крышечку вернула девушке, а сама присосалась к фляжке.
– У вас они все так? – спросил Пук.
– Через одну, – ответила Эйлер. – Это ее единственная слабость.
«Как у всех русских», – подумал мистер Пук.
Выпив, Христина протянула руки к мистеру Пуку и стала глядеть на него влюбленными глазами.
– Она вас полюбила, – сказала Пульхерия. – Развратная девица!
– Что?
– Она согласится теперь на любое ваше предложение. Скажите ей, чтобы она нашла львов, и она для вас найдет их!
– Что вы говорите! Найдет львов?
– Завтра увидите сами. Рюкзак брать не надо. Возьмите фляжку, лучше две, и львы будут наши.
– О, я понимаю. Христин – вайн, лео – Волф Мессинг, гипноз Христин, Пук – лео, ту лео, два лев! Это есть очень смешно! Так просто!
– Да, каждому свое, вот только мне что?
Пук не удержался и поцеловал девушке руку, пахнущую отрубями и соломой.


Окончание: http://www.proza.ru/cgi-bin/login/page.pl


Фото http://bms.24open.ru/images/c88084fc7649e76b78648dbf7c78fd09


Рецензии
.
Ну, если Наполеон с Гитлером сгинули, то Пуку и сам Бог велел...
А почему фамилия такая "Пук"? Я не просто так спрашиваю: мысли такие... неприличненькие немножко напрашиваются...

Здорово пишете, Николай!
Но с поъ***м постоянным. Никак не пойму вас. Но читать очень нравится!

С симпатией

Надежда Андреевна Жукова   14.02.2018 16:22     Заявить о нарушении
Пуку фамилия от предков досталась. Такие вот они все Пуки были. Но, конечно же, они вовсе не наполеоны и гитлеры, что Вы, Надежда! Они Пуки.
С теплом,
Николай.

Виорэль Ломов   20.02.2018 18:41   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.