Азбука жизни Глава 7 Часть 37 Нежность и теплота е

Глава 7.37. Нежность и теплота его глаз

Дед смотрит на меня задумчиво. О чём-то хочет поговорить? Влад и подруги часто спрашивают, какой бы я была, если бы он был рядом с самого моего рождения. Но дедуля был рядом до пяти лет — хотя из того времени я помню лишь нежность и теплоту его взгляда. Мы виделись по вечерам. Плохо это или хорошо — не знаю, но комплексов и страха перед взрослыми у меня не было.

Няня, бывшая школьная учительница на пенсии, заботилась обо мне как о родной внучке, тем более я росла послушным ребёнком. Капризничать было не из-за чего. Утром дед отвозил меня к прадеду — тот не расставался со своей библиотекой, занимавшей целую комнату, поэтому сам к нам не приезжал. Зато в его квартире стояло старое немецкое пианино — моя любимая игрушка. Прадед был постоянно занят и не мешал мне играть. Я рассаживала кукол и мягких зверей на ковре и учила их музыке. Так и текла моя жизнь до пяти лет, пока бабушка Ксюша не увезла меня из Петербурга к родителям в Москву.

Там я попала в руки бабушки моего несравненного Олега — бывшей преподавательницы английского. Так я перешла от мифологии прадеда к изучению языка. Олег не хотел заниматься с бабушкой, ему приглашали молодого репетитора, поэтому все «сливки» её внимания доставались мне. Олег до сих пор с юмором вспоминает об этом, хотя к первому классу говорил по-английски уже лучше меня.

— Можно прервать твои мысли, Виктория?
— Когда ты, Александр Андреевич, хочешь поговорить серьёзно, всегда называешь меня полным именем. Я вспоминала детство. Как важно, чтобы в начале становления ребёнка рядом были самодостаточные взрослые.
— Этим объясняешь своё отношение к тому, что сейчас происходит в мире?
— А почему ты так спрашиваешь?
— Потому что вчера снова всё удалила.
— Ты читаешь мою переписку.
— Но ты ею никогда не довольна.
— Вернее, своими мыслями. Сегодня снова снился сон. Огромный завод, где я работала, меня уволили. С тяжёлым чувством, видя недоброжелательность коллег, пыталась навести порядок на своём рабочем месте, но оно было таким огромным, что я просто терялась.
— И тут же проснулась — и счастливая побежала на кухню готовить мне завтрак. Свежая, радостная вошла с подносом в кабинет.
— Навёрстываю упущенное, дедуль. Возвращаю долги. Приятно о тебе позаботиться.

Дед смотрит на меня с тихой улыбкой — доволен, видит меня обновлённой. А я ведь каждое утро другая. Особенно после таких снов.