Глава 63

                Несмотря на то, что Егор позвонил родителям и предупредил о том, что едет не один, а со своей невестой, встречать гостей никто не вышел. Припарковав автомобиль, молодые люди направились к дому. Вернее, это был настоящий сказочный дворец в три полноценных этажа, да ещё с какими-то затейливыми башенками по углам, что придавало зданию вид стилизованного средневекового замка. Оценив всё это великолепие, Ирина совсем оробела и очень расстроилась, теперь она была уверена в том, что родители жениха её точно не примут. Внедорожник капитана тоже смотрелся весьма солидно, на деревенской улице, но, все-таки, прожив до этого в городе несколько лет, Ирина видела иномарки и дороже. Нередко молодые люди брали банковские кредиты, чтобы побаловать себя покупкой приглянувшегося авто. Поэтому она даже не интересовалась, на какие средства Егор приобрел свой автомобиль. Расспрашивать о финансовых возможностях жениха, ей не приходило в голову. Егор рассказывал, что отец генерал, а мать домохозяйка. Все же ничего подобного увидеть она не предполагала. С первых шагов по поместью потенциальных родственников Ирине отчаянно захотелось к себе домой, в свою крошечную квартирку.   

          Капитан почувствовал смятение своей спутницы, решительно взял невесту за руку, и с ободряющей улыбкой повёл в сторону парадного входа. Широкие ступени были выложены плиткой из натурального розового мрамора, подниматься по ним было очень скользко. Другой рукой Ирина крепко ухватила своего капитана за рукав. За ними тайно наблюдали и сделали однозначные выводы – вцепилась мёртвой хваткой. Ну-ну. Мечтать не вредно. А у бедной девушки подкашивались от волнения ноги, и она боялась упасть.
   
          И всё же знакомство состоялось. Ужинать сели вчетвером. Егор с Ириной, отец и мать, время тянулось мучительно. Изредка перебрасывались пустыми фразами. Сестра Егора присоединилась к ним с небольшим опозданием. Юля посмотрела на брата и сразу поняла, что Егор обязательно женится за этой милой девушке. Женскую интуицию трудно обмануть. Ей стало жаль молодых людей, она хорошо представляла как могли встретить молодую пару в этом доме. И поэтому всячески старалась смягчить гнетущую атмосферу. Юля давно поняла, что мама никогда не имела своего мнения и не слишком огорчалась по этому поводу. Отец был жёстким человеком, и требовал полного подчинения. Сегодня хозяин дома был не в духе. О причинах дурного настроения было трудно догадать. Иван Егорович был зол на сына. На днях он узнал о том, что Егор вступил в офицерский союз «Святой Георгий». Организация состоялась благодаря стараниям Антонова. Это вывело Юрцова из себя, но отчитать сына при посторонних он не мог. Иван Егорович ревновал сына к Антонову. Два старинных приятеля разошлись во взглядах давно и безоговорочно.
          Ирина чувствовала себя очень неуютно, и приняла всё на свой счёт. За весь вечер она не проронила ни слова, когда ложка упала у неё под стол, девушка чуть не расплакалась, но слава богу вскоре ужин закончился. Как только они с Егором остались вдвоём, Ирина призналась:

          – Егор, я не хочу здесь оставаться. Отвези меня домой.

          – Ты чего, глупенькая? Ну же, успокойся.

          Капитан обнял невесту:

          – Если честно, я сам не люблю этот дом. Хочешь, поедем в город к моему другу?

          Ирина кивнула головой. Она была согласна на всё, лишь бы уехать. Егор взял мобильный телефон, набрал номер Михаила Николаевича, извинился за поздний звонок и спросил разрешения приехать. Антонов сказала, что будет рад этому. Молодые люди быстро собрались, отговаривать их никто не стал. И только отец грозно бросил:

          – К нему?

          Егор в ответ пожал плечами. Капитан многое уже понимал, и не хотел говорить лишних слов.

          Антонов был всегда рад приезду молодого Юрцова. Он помнил Егора ещё мальчишкой, который часто крутился у них под окнами. Вероника готовила его к выпускным экзаменам, подтягивая математику и английский язык. А вечерами признавалась мужу:

           – По-моему Егор зачем-то хитрит, математику он знает не хуже меня.

           – Мальчик влюблён в тебя, и я его понимаю.

           – Возможно.

           Вероника и сама догадывалась об этом, но в этой женщине было много ума и такта, и каким-то образом ей удалось ничем не оскорбить юные чувства. Потом судьба развела их на несколько лет. 

            Поздние визитёры вызвали недовольство только у племянницы Катеньки. Антонов знал сварливый характер своей племянницы и сказал ей, что она может идти досыпать. Катя тут же поспешила обратно в свою тёплую постель. Пообещав с утра накормить фаршированными блинчиками своего обожаемого Егорушку. Она так и сказала, Егорушку, словно никого больше кормить завтраком и не собиралась. Присутствующие весело переглянулись, Катенька задержала взгляд на Ирине и успела мимоходом попенять Михаилу Николаевичу, что достал из горки не те чашки. В отличие от матери Егора, у Катеньки на все вопросы имелось своё мнение, хотя высказывать его вслух она не торопилась, по каким-то одной ей ведомым соображениям.

            То, что племянница была очень сдержанной на язык, Антонову нравилось. За это он прощал ей многие другие недостатки. Катенька была большая любительница поспать. Азартно поторговалась на рынке, и ставила в неловкое положение Михаила Николаевича. Генерал не любил бывать с ней в общественных местах. Она всегда находила повод с кем-нибудь вступить в пререкания. Антонов переносил несколько минут позора, в обмен на вкусные обеды и образцовый порядок в доме.

             Катенька давно освоилась со своим положением, устроить личную жизнь ей не приходило в голову. Михаил Николаевич иногда затевал разговор на тему замужества, Катя смущенно посмеивалась. Если была в плохом настроении, недовольно отмахивалась – не родился ещё тот человек. Катенька были искренне привязана к своему дяде. После смерти Вероники Сергеевны жалела его и не могла бросить.

             А ещё Катя любила Егора Юрцова, какой-то тупой неосознанной любовью. Той любовью, от которой объекту обожания бывает больше вреда, чем пользы. Увидев, что капитан не один, она осталась очень недовольна и поэтому ушла спать. Ирина вызвалась немного похлопотать и заварила свежий чай, а после убрала со стола посуду. Офицеры вели разговор о политике, но, чтобы не утомлять гостью, Михаил Николаевич долго засиживаться не позволил и по его команде все отправились спать. Проходя мимо портрета, Ирина кивнула головой в его сторону и спросила:

            – А кто это?

            – Это Вероника Сергеевна, жена Михаила Николаевича. Я тебе рассказывал – шепнул ей на ухо Егор.

            – Я так и подумала. Красивая женщина.

            Егор обнял любимую, и ещё раз посмотрел на знакомый до последней чёрточки портрет генеральши. Веронике Сергеевне возникла в жизни маленького мальчика чудесным видением. Как же замирало его сердечко, а потом начинало неистово клокотать в его груди. Капитан улыбнулся портрету. Он понял, что Ирина похожа на Веронику, не столько внешне, сколько по духу. Перед этим портретом Егор так же стоял с Анжеликой, и тогда помолвка расстроилась. Он сумел разглядеть нездоровый огонёк в её взгляде. Лика умела напускать на себя наивный вид, и эта игра до поры до времени вызывало умиление в душе Егора. А в тот вечер за маской наигранной невинности, неожиданно проступил облик расчетливой охотницы. Ирина не была такой. В ней не было фальши, и это главное.

            На следующее утро Егор проснулся первым, рядом спала Ирина, доверчиво прижавшись к его плечу. Егор поцеловал любимую в висок, захватив губами белокурый локон. Какое счастье. Он улыбнулся, стараясь не разбудить Ирину, встал, оделся и вышел в кухню.

            Катенька пекла блины. Процесс был в самом разгаре. Родственница Антонова придерживалась строгих правил по распорядку дня, и могла безапелляционно ввалиться в спальню с требованием незамедлительно явиться к столу. Катенька старательно играла роль, главнокомандующего среди кастрюль и сковородок. Потому терпеть не могла неуважительного отношения к своей стряпне. Егор знал об этом и не дожидаясь визита в спальню, заторопился в кухню.

            Михаил Николаевич тоже был на ногах:

            – Доброе утро.

            – Доброго утра всем. – ответил Егор и сел за стол.

            – А девушка что же? – буркнула Катя.

            – Пусть поспит ещё. У неё вчера был очень трудный день.

            – Ладно тебе Катерина, корми уже нас – строго одёрнул Антонов свою племянницу.

            – Ну смотрите, отдельно подавать не стану, я вам не прислуга.

            Офицеры переглянулись между собой и промолчали. Сегодня Катерина была в образе строгой домоправительницы. Иногда она была раздражительной и даже злой, но, когда становилась к плите, с ней происходили удивительные метаморфозы. Здоровый румянец появлялся на её щеках, быть домохозяйкой для Кати настоящее призвание. Ей нравилось ходить по гастрономам, торговаться на городских рынках. Нравилось готовить и наводить порядок в доме. Гости к генералу приходили редко и оценить женские добродетели Екатерины было просто некому. Завтракали молча, чтобы за столом никакие посторонние разговоры не отвлекали от её стряпни. Когда я ем, я глух и нем. Антонов искренне ценил свою помощницу и прощал ей мелкие слабости. Покончив с блинами, генерал и Егор сказали слова благодарности зардевшейся от похвалы Катеньке, и перешли для разговора в кабинет Антонова.

            Генералу хотелось поделиться с молодым другом своими опасениями. Его очень беспокоила фигура одиозного политика Петелин. Слишком настойчиво Петелин предлагал свои услуги, убеждая Антонова, что мог быть очень полезен для офицерского союза «Святой Георгий». Генерал всякий раз уклонялся от общения с этим человеком, но Петелин делал вид, что они с Антоновым чуть ли не друзья. Михаил Николаевич решил узнать мнение капитана Юрцова:

            – Что ты думаешь, Егор о Петелине? Скоро выборы в Государственную Думу. Он хотел бы заручиться поддержкой нашего союза.

            Петелин не вызывал у Юрцова симпатии своими неоднозначными, а порой и провокационными заявлениями. Молодой политик намеренно создавал конфликтные ситуации и часто играл на грани фола. Егор не любил такой тип людей. Сейчас таких Петелиных развелось хоть пруд пруди. Всегда на виду, бессовестно торгуют своей физиономией. Они любят говорить: «Вовремя предать, это не предать, а предвидеть.»

            – Михаил Николаевич, мне кажется, что у нас есть более достойный кандидат в депутаты. Это вы.

            – Не стану скрывать от тебя, Егор, ко мне уже обратились члены исполкома нашего союза с предложением выдвинуть меня кандидатом в депутаты.

             – Я поддерживаю, вы лучший.

             – Придётся ввязаться в драку. Взялся за гуж не говори, что не дюж. Не скажу, что меня радует такая перспектива, но думаю, что не имею права отказаться.

             – С вашим авторитетом вы уложите на лопатки любого соперника.

             – Очень может быть. Если честно, то хотел бы видеть тебя на моём месте.

             – Что вы, Михаил Николаевич, у меня нет такого послужного списка. И опыта маловато.

   
             – Вот и я думаю, что рано ещё, а жаль. Ситуация слишком неоднозначная, но в будущем очень рассчитываю на тебя Егор. Ты иди. Я тут ещё поработаю. Ирина должно быть уже встала, а наша домомучительница и правда может её без завтрака оставить. Ревнует.


             Михаил Николаевич сел за рабочий стол, он занимался подготовкой очередного номера газеты. Зуммер сотового отвлёк его. Звонил Петелин. Этот господин был слишком навязчив. Только помяни чёрта, он уже тут. Генерал не ответил. Антонов не сомневался – Петелин карьерист и пройдоха.