ЖИЛ

Жил-был художник. Один. Жена давно его покинула. Уехала и детей с собой забрала. Так, что творить ему никто не мешал. Его инвалидская пенсия была, как и у многих таких же как он, мизерной до смешного. И никто ему быть творцом не помогал. Ну, в общем, жил как мог. Не жил, а выживал. Жировать было не на что. Милостыню на паперти не просил. Воспитание и убеждение не позволяли. Ноблесс оближ!
Был он немощен телом, но крепок духом. Иначе чем объяснить, что удалось ему прожить – прозимовать подряд пятнадцать лет в неотапливаемой квартире. Да и чем было обогреваться, если всех доходов и на еду-то еле хватало. Однако при всем при этом удалось ему ценой непомерных жертв, ограничений и унижений пред сильными мира сего издать книгу о разработанном им гагаузком орнаменте. Пусть мне не говорят, что у гагаузов испокон веков был свой орнамент. Не было! Придумал и разработал его гагаузкий художник Перт Влах.
Царский подарок, но массы его не оценили. Начхать было массам, есть у них орнамент, или нет. Так же, как начхать и на всё изобразительной искусство. А какой от него прок, если в казан его не положишь, в Гагаузии нормально не продашь, а везти куда-то себе дороже. И всё-таки титанический труд был закончен. Грамотная и серьёзная работа. Очень серьёзная. И с ее окончанием подошел к концу смысл жизни и сама жизнь.
Вызванная на похороны, экс-жена обнаружила незапертую квартиру, исчезновение телевизора, коллекции сусаков, которые выжигал сам художник и пропажу изрядной доли книг из его личной библиотеки. В том числе и книги по гагаузкому орнаменту. Так что, его детям с трудами отца ознакомиться так и не удалось. Кроме разве что удостоверения, что их отец мусульманин, принявший ислам и нареченный при этом Ахметом. Турки за переход в ислам давали триста баксов. Сумма для оголодавшего художника довольно солидная и давшая ему возможность решить кой-какие проблемы. В том числе и с изданием книги.
У экс-жены денег не было. Поминальный стол для христиан заказали и оплатили мусульмане. Тело выносили изи зала городского музея. Гроб был накрыт зеленым покрывалом. А на улице заунывно что-то пел специально для этого вызванный и приехавший из Кишинева мулла. Охватывало даже чувство какой-то благодарности к мусульманам – правоверные хоронили своего умершего нищего кардаша. Почтивший мероприятие своим присутствием башкан толкнул коротенькую речь. И на фоне всего этого невольно вспомнилась одна не очень давняя история…
На Аллее Славы, размещенной в центре города и называемой комратчанами некрополем (а как иначе, если установленные там памятные стелы в честь выдающихся людей Гагаузии были заказаны в Бессарабке, в бюро ритуальных услуг, вытесаны из гранита и как и полагается изделиям такой конторы, как две капли воды похожи на надгробные памятники на городском кладбище) на одной из таких плит был выбит портрет Петра Влаха – гагаузкого художника. Благодарная власть позаботилась. И факт этот так возмутил самого Петра – Ахмета, как раз в это время ставшего мусульманином, что он с большим скандалом заставил плиту убрать, заявив, что он пока жив, такого не потерпит. Вот когда умрет, тогда пожалуйста. Устанавливайте где хотите, но лучше на могиле.
Стоимость этой байды около тысячи баксов. И это при том, что художнику, создавшему эскизы портретов, как у нас принято, ничего не заплатили. А зачем платить – подумаешь, что-то там карандашиком начирикал! Экий великий труд! И вообще, тебе Бог дал талант, значит ты должен отдать его людям. Вот только не всем понятно, почему художник должен свой труд ОТДАТЬ, а, например, каменщик за каждый уложенный кирпич берет в полтора раза больше того, что этот кирпич стоит, и никто с этим не спорит. Или земледелец  на поле, или уборщица в офисе – ну почему бы им всем не поработать бесплатно? Так ведь нет, это же РАБОТА! А вот художник, вроде как развлекается, тунеядец этакий. Незачем ему платить!
И вот на фоне такой картинки почему-то пришла мысль: - А может лучше было бы эту тысячу баксов отдать Влаху. Ну зачем было возводить некрополь? Может тогда не стал бы православный христианин правоверным мусульманином? Вот и спасли бы христианскую душу благодетели наши, не рискуя себя обесславить. Всем ведь известно – на сытый желудок мир кажется ярче и мысли приходят светлые.
…На могиле по мусульманскому обряду поставили два колышка – в изголовье и в ногах. Что касается христиан – нашелся-таки один смелый, который, когда закрывали могилу, умудрился бросить туда три горсти земли – всё, что Влах получил от христиан. На доме, где он жил, пока что не установлено даже памятной таблички. Такое впечатление, что Гагаузия хочет побыстрее забыть, что такой существовал, и я знаю, что некоторые из больных завистью художников (к сожалению есть среди нашей братии и такие) боятся его, даже мертвого. А как-же талантлив был всё-таки?!
Дурацкая  в общем-то история… и грустная!