Цветы с помойки

        Бомж поселился на лестничной клетке. Он был неопрятен, как и все бомжи, дурно пах, и вызывал лёгкое омерзение у жителей подъезда. Бомж знал, что плохо пахнет, поэтому не закрывал окно, возле которого, скрючившись, устроил себе лежанку.  Была ранняя весна, с утренними заморозками и ночными морозами. Бомжа было по-человечески жалко, и, хотя он вызывал некоторое неудобство, выгнать его на улицу никто не решался.

Наташка, из пятнадцатой квартиры, недавно вместе с мужем переехавшая в этот дом, заметила бомжа только на второй день, так как выходные безвылазно просидела дома, ожидая мужа из командировки. Знакомых в этом городе у неё не было, ходить без надобности по магазинам она не любила, а просто гулять по слякотным и грязным улицам не возникало желания. Обычно, оставаясь одна, она не сильно заморачивалась с готовкой и перебивалась подножным кормом, который находила в холодильнике. В этот раз ей захотелось жареной картошки с салом, и вот, когда уже было почти всё готово, оказалось, что самого главного ингредиента – сала как раз и не хватает. Нехотя одевшись, Наташка вышла из квартиры. Сначала в нос ударил неприятный запах, а спустившись на два этажа ниже, она увидела источник этого амбре. Бомж был неопределённого возраста, с заросшей рыжей клочковатой бородой, в замусоленной дублёнке. Он сидел в углу, обхватив колени руками и казалось, весь вжался в себя, стараясь быть как можно менее заметным.
- Простите, я здесь ненадолго, - услышала Наташка сиплый голос.
- Что? – она даже не сразу поняла, что слова были обращены к ней.
- Простите, что доставляю вам неудобство, я уйду, как чуть потеплеет.
- Да всё нормально, - великодушно разрешила ему Наташка и тут же поняла, как нелепо прозвучали её слова.

Кроме сала, Наташка купила набор одноразовой посуды, большую буханку белого хлеба, пол кило докторской колбасы и полуторалитровую бутылку минеральной воды. Вернувшись домой, она быстро нажарила картошки, нарезала хлеба большими ломтями и сверху такими же большими ломтями положила колбасу. Разложив всё это по пластиковым тарелкам, Наташка понесла угощение бомжу. Тот от неожиданности на мгновение потерял дар речи, а потом стал безостановочно благодарить Наташку, от чего та смутилась и почти бегом вернулась  к себе в квартиру.
 
       Бомж задержался ровно на неделю. Морозы спали  и он тихо покинул этот гостеприимный подъезд. Наташка продолжала все эти дни подкармливать бомжа. Муж по-прежнему был в командировке, и хотя никто не обязывал её готовить, она варила незнакомому бомжу то супчики, то пельмени, а один раз даже вдохновилась на оладьи.

Её разбудил звонок в дверь. На пороге стояла соседка Зинаида, с хитрым прищуром, разглядывая её:
- Наташа, а у тебя поклонник тайный объявился?
- Что? Какой поклонник?
- Не скромничай, вон букет какой шикарный подарил, - чуть ли не давясь от смеха, соседка указала на пол. – Смотри, муж приедет, узнает всё, из дома выгонит.
С этими словами Зинаида уже не стала скрывать своей радости и во всё горло расхохоталась. Наташка посмотрела вниз и увидела на полу возле двери засохше-увядший букет красных роз. Она сразу поняла, от кого это могло быть и спустилась вниз на два этажа. Бомжа на прежнем месте уже не было, как и не осталось следов его пребывания. Наташка в задумчивости смотрела на букет, не решаясь ни выкинуть его, ни занести в квартиру.

Зинаида, идя обычным своим маршрутом на работу, некоторое время веселилась, вспоминая утренний разговор с соседкой. «Тоже мне, мать Тереза, нашла кого жалеть. Лучше бы сирот подкармливала, а не этих отбросов».  «И этот хорош, цветы с помойки приволок. Умора. Цветы с помойки! Кому рассказать – не поверят». Постепенно, по мере углубления в данную ситуацию, Зинаида вдруг отчётливо поняла, что ей самой цветы никто не дарил вот уже несколько лет. Даже с помойки. Даже бомж завалящий. Никто. Настроение окончательно испортилось. Ну почему жизнь так несправедлива? Почему одним всё, а другим ничего? И чем она хуже этой тощей невзрачной Наташки? У той даже груди нет, а у неё, Зины, крепкая такая четвёрка, и фигура, спасибо маме, не подкачала: всё при ней, и бёдра, и талия. Зинаида остановилась перед витриной магазина женской одежды. На неё пустыми глазами смотрели манекены в ярких модных платьях. Зина оценивающе разглядывала своё отражение в витрине. Модные платья гораздо выигрышнее смотрелись бы на Зининой фигуре, а не на этих пластмассовых чучелах. Решено – после работы надо обязательно зайти в этот магазин и купить обновку. Давненько себя не баловала.

Но зайти в магазин не удалось, так как позвонила давнишняя Зинина приятельница и позвала к себе в гости. Дело в том, что данная приятельница регулярно то худела, то полнела, и после каждой такой трансформации полностью меняла свой гардероб. В этот раз она набрала пятнадцать килограмм после новомодной шоколадной диеты и решила раздать свои ставшие малыми вещи.

Зинаиде всегда нравился Танин вкус, и она решила не брезговать ношеной одеждой, тем более, что Таня одевалась всегда исключительно в дорогих бутиках.
- И как я могла, дурочка, повестись на этот развод? – недоумевала подруга, - Только я могла поверить, что на шоколаде можно худеть.
- А кроме шоколада ещё что-нибудь ела? – поинтересовалась Зина, влезая в очередное платье.
- Ну да, яблоки и гречку еще. Ну, мясо раз в неделю.
- И за какой срок тебя так разнесло? – крутясь перед зеркалом, спросила Зина.
- Да нет, сначала-то я скинула семь килограмм, а потом, когда уже диета закончилась, набрала. Даже сама не заметила как.
- Ну так это же все знают, что любая диета только настраивает организм к накоплению жиров. Организм думает, что пришла война и голодуха, и начинает усиленно откладывать всё съеденное в жир. Как думаешь, это платье мне не сильно на спине выделяется?
- Да нет, нормально, разве только чуть-чуть.
- Ну и ладно, плевать, я и так красивая. А кому не нравится – пусть не смотрят!
Перемеряв всю предложенную одежду и ни от чего не отказавшись, Зина, навьюченная двумя большими сумками, собралась домой.
- Спасибо тебе, Танюха, большое. Я как раз сегодня собиралась в магазин за платьем, а тут ты так удачно позвонила. Даже не знаю, как тебя благодарить.
- Да ну, какие благодарности, мы же подруги.
- Ну, с меня шоколадка!

Дома Зина ещё раз пересмотрела все вещи. К счастью, Таньке не удалось в них долго походить, так как похудение её было недолгим. И зачем каждый раз покупать кучу новой одежды, если знаешь, что тебя мотает из стороны в сторону, как гармошку?
Зина отсортировала вещи по цвету и закинула их в стиральную машинку. Глядя на крутящийся барабан, Зине вдруг нестерпимо стало себя жалко.
- Пожалели сирую-убогую. На тебе, боже, то, что нам не гоже.


Рецензии
Трогательно.
Пойду почитаю Вас еще, хорошо пишете.
С уважением,
З.Ы. Это ж надо, "с меня шоколадка!" - прям издевательство...

Анна Прудская   17.04.2016 18:29     Заявить о нарушении
Спасибо, Анна.
Все сюжеты из жизни, шоколадку, кажется, до сих пор несут).
С уважением, Валентина.

Малова Валентина   17.04.2016 17:59   Заявить о нарушении