5. Неожиданная попойка

Зарисовка пятая. Неожиданная попойка
    (Примечание: название — отсылка к одноименнему рассказу Д.Хармса.)

     Как-то раз приходит наш курс к десяти утра на экзамен к А.В. — обожаемому всеми студентами и лояльному к ним преподавателю, в то же время известному некоторым пофигизмом и привычкой подольше поспать по утрам. Его нет. Проходит полчаса, час — нет и нет. «Ну что, пойдем будить?» — говорим мы и уже направляемся к телефону, но вдруг появляется он сам — вспомнил-таки о нашем экзамене.
     Пробежались все вместе по корпусу и нашли самую гигантскую свободную аудиторию (ему ведь надо сразу всех посадить, а не по пять человек принимать, как обычные преподы). Итак, А.В. запустил нас, раздал по одному вопросу, все это записал, разложил на столе наши зачетки... собрал свои вещи и слинял. Мы (удаляющемуся преподавателю): «Э-э-э... а вы вернетесь?» А.В. (продолжая спешно уходить от нас): «Конечно!»
     Обложились мы все книгами, конспектами, тетрадями с лекциями всевозможными, сидим списываем. Тут заглядывает профессор С.Ф. «Ну все, плохо, засветились» — думаем мы. Учебники на всякий случай убрали под парты. А профессор действительно, видать, настучал на нас, потому что вскоре снова явился наш экзаменатор и уселся на свое место.
     Наконец начали отвечать по одному. Надо сказать, что немногим раньше в качестве рождественского подарка были розданы «бесплатные» четверки, и в аудитории остались только конченые отличники.
     Когда он успел спросить человек восемь, народ наш вдруг начал о чем-то вслух спорить. А.В.: «Что такое?» — «Да спорим из-за очереди, кому идти». — «Н-ну, ведь это можно сделать как-нибудь по-людски?» Кто-то (жалобно): «Поставьте нам всем пятерки...» — «Н-ну, вот, я и имею в виду...» — раздал всем пятерки и собирался уже сбежать отоспаться после столь раннего подъема, но его задержала Света (ох и достала она бедного А.В. своим беспрестанным вниманием!), которая все же решила окончательно добить препода избытком общения со студентами и рассказать-таки свой билет! Как говорится, честность не порок, а большое свинство. К тому же видно было, что А.В. ну очень хочет свинтить из универа и от нас в частности как можно дальше.
     Тут еще Катька притащила девочку с журналистики — Аню, ей надо было древнерусскую литературу сдать. Они с Катей поспорили: если Аня сдает сейчас на «пять», то выставляет пиво. В общем, А.В. достал билеты, Аня вытянула, и они вчетвером (с Катей, Киром и Толей) сели искать для Ани ответы. Нашкрябали по всем учебникам ответ на один вопрос, а по второму (о стяжателях и нестяжателях) нашли только пару фраз.
     Тем временем Света отвечает свой билет: придвинется поближе к А.В. — он отодвинется, Света опять придвинется — он опять отодвинется подальше. Тут все замечают, что Света уже трындит не по теме, показывает свой блокнотик с Пушкиным и все такое...
     В конце концов ее выпроводили, и села эта Аня-журналист. На первый вопрос кое-как ответила, а по стяжателям — ноль. А.В.: «А я знаю, почему вы по этой теме не знаете: потому что филологам [видимо, подразумевалось, что ответы-то для нее филологи искали!] эта тема подробно не давалась».
     Но тут за нее вступилась Катя: «Это очень хорошая девочка, у нее одни пятерки!» В итоге А.В. поставил ей «пять», а они ему и говорят: пойдемте, дескать, к нам в редакцию, Аня угощает. «Да, конечно, но сначала мне нужно уделить время одному человеку». — «Кому это?» — «Да... меня тут Света на кафедру на чай пригласила». — «А у нас есть кое-что покрепче, чем чай!»
     В общем, пообещал он быстренько от Светы отделаться и к нам заглянуть. Тогда все остальные, не теряя времени, направились в редакцию и начали готовиться: сделали таблички «Приемная комиссия», «Экзаменационные билеты»...
     Наконец Кир пошел вызволять А.В. Заходит на кафедру: Света, профессор С.Ф. и наш А.В. пьют чай со Светиными конфетами и рулетом, заранее принесенными (все было подстроено!). Света: «Может, вам еще чаю?» А.В.: «Да нет, меня ждут». Света — профессору: «Может, вам еще чаю?» С.Ф.: «Нет, мне домой пора». Света: «Ну, давайте же еще чаю!» А.В.: «Да нет же, меня ждут!» С этими словами он встает, и они с Киром сгребают в пакетик остатки конфет и рулета, приговаривая: «Нам еще это пригодится», — и сваливают к нам.
     Тем временем ребята в редакции приготовились: разложили билеты, сдвинули очки (у кого были) на кончик носа и уселись в позе экзаменаторов.
     Заходит А.В. с пакетиком со жратвой. Видит надпись «Приемная комиссия» и серьезные рожи — и начинает подыгрывать: «А, понимаю, значит, это взятка?» — показывает пакетик. Экзаменаторы: «Взяток до экзамена не берем». — «А», — говорит А.В. и ставит пакетик в сторону. Ему в ответ: «Ну что, молодой человек, тяните билет». А.В. вытягивает, читает: «Особенности национального алкоголизма в России», — и задвигает тему о том, что водка появилась на Руси еще во времена монголо-татар и т. д. Экзаменаторы: «Неполный ответ, молодой человек, тяните еще билет». А.В. вытягивает: «Почему люди не летают?» — «Потому что мало бухают». — «Неполный ответ и примеров мало».
     В общем, он храбро вытягивал все билеты и упорно на них отвечал. «Кого имел Пушкин в «Евгении Онегине»?» — смотрит на остальных. А все с серьезными рожами сидят, и только у Кати смешок прорывается. А.В.: «Ну, судя по вашим реакциям, это, скорее всего, пошлость». Все: «Нет-нет, что вы, мы хотели сказать: кого имел в виду Пушкин в «Евгении Онегине»?»
     Еще вопросы: «Где же няня?» Другой: «Где же кружка?» — «Ну, кружка не всегда необходима, потому что можно пить и из горла». Тут достали они поставленное Аней пиво и стали использовать его по назначению, заедая Светиной закуской.
     Ребята подкалывают: «А какие у вас со Светой отношения?» — «Ну, у нас с ней очень личные отношения, правда, до практики мы еще не дошли, пока только теоретически». — «А она давала вам читать свои стихи?» — «Да, давала». — «И вы читали?» — «Да... честно, читал!» — «Ну и как?» По выражению лица А.В. все поняли только, что это полный отпад (к сожалению, не в самом лучшем смысле).
     Пошли они тайно покурили в туалете и продолжили праздник уже на кафедре А.В. Катя: «А вот ваш же любимый напиток — водка с колой?» А.В.: «Ага». Ну, раз так, то все скинулись и пошли купили. Выпили, развезло всех. А в этот день завкафедрой К.А. поставила Киру «3» на экзамене, а Толе Р.Д. (все с той же кафедры) тоже трояк вкатила, так они злые на них были до невозможности.
     Кир: «Извините, можно поглумиться?» А.В.: «Да, конечно, чего уж там». Кир надевает очки, садится на место К.А. и начинает ее изображать: «Родо-видовые черты гения...» А.В. ржет больше всех (эти две дамочки, говорят, ему тоже здорово насолили в свое время). Тут встает Толя и начинает издеваться над Р.Д. (с соответствующей интонацией): «Это обогреватель. Сначала он будет дуть на меня, а потом на вас». А.В. от смеха просто по полу катается. Кир: «О, а мы вот эту забыли, — оттягивает нижние веки пальцами, изображая Л.З. — Мне кажется, что она перед выходом дозу нюхнет и потом выходит: «Террорист Дудкин и сенатор Аблеухов...»». Все валяются от хохота.
     Тут вытащили они откуда-то монографию К.А., а Катя ослышалась и говорит: «Какую еще порнографию К.А.?» На костре, конечно, не сожгли, но над типологией гения поиздевались всласть.
     Затем, как это водится, всем дико захотелось петь. А пианино в 422-й аудитории. Кир: «Ну, пойдемте в 422-ю!» Но кто им сейчас в 19.00, балдым, ключ от аудитории даст? Кир: «А у вас дома пианино есть?» А.В.: «Да». Кир: «Ну все, едем!»
     В общем, что было дальше, история умалчивает.