Седьмое июня

Москва. 2012 год. Эзотерический рунет пестрит сообщениями о грядущем конце Света. Целый сонм колдунов, ведьм, экстрасенсов, прорицателей и иных "специалистов" подобного рода предлагает услуги по магическому предотвращению грядущего катаклизма. И ведь стараются, очень стараются! Каждый прорицает как может и старается перещеголять в искусстве прорицания своего ближнего по цехи! Газеты на перебой предлагают тысячи рецептов, которые в той или иной степени "помогут" нам, жителям земли, а в частности Москвы, пережить очередной глобальный катаклизм, который неминуемо должен свалиться нам на наши простые смертные головы уже завтра.
События, которые круто изменили мою жизнь начались обычным летним утром в Москве. То памятное утро порадовало меня пасмурной погодой и моросящим дождиком. В церквах шли заутрени, верующие молились, кто не молился, тот или работал, или лентяйничал, или пытался наладить здоровье самым известным, нам Россиянам, способом. А есть и такие, кто с вдохновенным лицом бегал в парках или по улицам, занимался зарядкой, водными процедурами и вел позитивный образ жизни.

Такова была утренняя Москва седьмого июня 2012 года.

Как обычно, в 6.40 Московское утро звонит мне будильником дешевого китайского смартфона. Через пол часа с чашкой кофе и подогретыми в ростере бутербродами я читаю утреннюю газету... - на МК похожую, но может быть, путаю, утро ведь! А утром я хрустальный и люблю помолчать, поплавать в собственных не осознанных мыслях. Да не важно какую газету читал - утром все газеты на один цвет - расплывчато-серый, с цветными пятнами вместо картинок. Главное было то, что я еще спал на ходу и "читать газету" означает то, что я пытался разобрать плавающие буквы и сложить их в удобочитаемые слова и предложения. Получалось с большим трудом, поэтому немного и безрезультатно поборовшись с каким-то газетным текстом, я бросил эту неравную интеллектуальную борьбу и целиком предался утреннему завтраку. Благо завтрак – это завтрак – самое светлое пятно в моем ежедневном расписании. В том же блаженно сонном состоянии я прогулялся со своей собакой Чапой, умело обходя маньяков здорового образа жизни. Через 40 минут уже неспешным шагом направился на работу: в руках зонт-трость, в ушах плеер с музыкой группы Пикник, за спиной ярко оранжевый рюкзак, набитый всяким ненужным мужским барахлом. А мой рюкзак с "барахлом" даст сто очков вперед любой самой заковыристой женской сумочке. Ибо столько ненужного, много весящего, "барахла" нет ни у кого. Ну, вот такой я по утрам загадочный и обыкновенный одновременно!

Четыре часа работы пролетели в общем-то незаметно: о чем-то поболтал с сослуживцами, обязательно выпил еще одну традиционную чашку кофе, разобрал текущие документы, а что не разобрал - то отложил в сторонку до лучших времен. Обычная офисная текучка, которая мне в данных жизненных обстоятельствах нравилась. В общем - поработал как обычно.

Ну вот уже четырнадцать ноль-ноль! Пора было срочно бежать в институт на последнюю перед экзаменом лекцию по детской психопатологии: то, что эта наука часть психиатрии - я еще с утра помнил, а остальное знание об этом "уважаемом предмете" плавало в неком киселеподобном тумане всеведения - восхитительном состоянии ума, кстати. Очень рекомендую его всем вам как можно чаще!

Четырнадцать пятьдесят! Я уже на "Кропотке". Хмурость Московской погоды, по сравнению с ее утренним состоянием, только усилилась, но дождь почему-то даже не собирался накрапывать. Ну и бог с ним. Из кафе "Шоколадница" выбежали две девушки, хорошенькие кстати! - Аппетитные две блондиночки! -  и о чем-то щебеча, побежали в сторону Пречистенского переулка.

Светофор горел красным и мне пришлось ждать зеленый... двадцать... пятнадцать... десять... пять... - Зеленый! Я вместе со всеми стал переходить улицу, как вдруг... Резкий хлопок, похожий на хлопанье гигантской мокрой простыни в воздухе на ветру, раздавшийся откуда-то сверху, заставил меня вместе с другими пешеходами резко пригнуться. Некоторые из пешеходов не выдержали, упали на мощеную камнем дорогу.

- Мать! Что это было? - Сквозь зубы выругался я, подняв глаза к небу, медленно застывая от леденящего душу ужаса, плотной сосущей черной дырой поселившемся у меня в животе.

В пятидесяти метрах от земли парил огромный темно-синий дракон, на спине которого сидел наездник одетый в кольчужные доспехи, с арбалетом за спиной и притороченному к седлу копьем.

- Пооолуучиилооось! - протяжный низкий крик, долгим эхом прокатился над затихшей в ступоре "Кропоткой".

Изящно красивый, но в тоже время страшный дракон, на котором восседал воздушный всадник издал низкий оглушающий рык и выпустил в воздух долгую струю ледяного воздуха. Несколько птиц, случайно, оказавшиеся на пути дракона, упали вниз ледяными комочками и разбились.

В один миг воздух над столицей заполнился ритмичными оглушительными хлопками: казалось бы из ниоткуда в сером низком небе стали появляться драконы. На спинах которых, так же восседали неведомые всадники: все в странных кожаных, кольчужных и латных доспехах или богатых одеждах, черного и синего цветов.

Последним появился... и вовсе неведомый зверь: летающий скелет дракона - драко-лич, как называют его любители фентези, светящийся мертвенно-свинцовым светом, на спине которого угадывались очертания грозной всадницы.

Вся эта процессия, покружив, над Москвой величественно, но в тоже время быстро полетела на север, постепенно растворяясь в воздухе. Несколько самых долгих секунд в моей жизни и вся кавалькада буквально растворилась в воздухе: как будто их и не было вовсе.

- вот тебе бабушка и Юрьев день... - сиплым, со срывающимися интонациями голосом произнес я, - Что же это было? Чувствовал я себя отвратно: мутило, тошнило, было ощущение, что кто-то пропустил меня через мясорубку и сказал, что так все и было… Я осторожно встал на ноги, огляделся… люди вокруг приходили в себя, оглядывались: выглядели крайне потерянными и пришибленными. А вы сами попробуйте побывать в такой переделке! Никому такого не пожелаю. Что же лекция значит отменяется, не до нее ели честно, сейчас домой и попытаться прийти в себя нужно – вот это главное. Я отряхнул свою одежду, закинул за спину рюкзак и, находясь в несколько помраченном состоянии, направился обратно в метро.

Как я вернулся домой помнил с трудом. Вспоминались ощущения, что в метро вроде бы все было нормально, хотя то тут, то там встречались потерянные, подавленные взгляды людей. Едва войдя к себе в квартиру, я повалился на диван и провалялся на нем, глядя в потолок до самого вечера. Никак не мог прогнать видение мертвых птиц перед своими глазами, которых играючи убил тот ужасный костяной дракон.  Да и сами драконы - особенно драко-лич! Вот уж существо, несущее ужас всему живому! Так что представляете, какие кошмары меня преследовали? То-то!

Вечером, собравшись силами, я пошел со своей собакой в парк погулять. Переходя улицу, вроде бы ничего странного я не замечал, хотя нет, кое-что странное все же было. У нас, в Ховрино есть недостроенная больница. Строили ее в течение всех 80-х годов прошлого века. Потом вроде как денег на строительство не стало и строительство забросили. Постепенно все самое ценное жители близ лежащих домов вывезли, оставив только внешний каркас здания. В разное время там проживали бомжи и сатанисты, маньяки и наркоманы. Очень это место любили сталкеры. Спасатели проводили здесь свои учения. Говорят, что в начале XXI века, в этой больнице ОМОН отловил каких-то сектантов, практикующих человеческие жертвоприношения и оргии, и расстрелял их, а тела сбросил в "вечное озеро", которое никогда не высыхает и заливает подвал и часть первого этажа. В общем, недостроенная Ховринская больница место весьма легендарное, хоть и мрачное. Одно время подростки там свободно по этажам разгуливали – из окна хорошо было видно.

Так вот собственно какая странность была в больнице – не так она выглядела, хотя пропорции вроде старые остались, да и народ в парке особо ни о чем не волновался, ну спрашивали новости друг у друга, мол чего там на Кропоткинской было-то? Да и только. Пока я «наматывал круги» со своей собакой круги по парку в душе у меня вроде все улеглось, но когда уже повернул в сторону дома, то заметил какой-то блеск в траве. Любопытство – иногда странная вещь – иногда она есть, а лучше бы ее в не было, ибо последствия любопытства иной раз более чем не предсказуемые. Я увидел в густой траве – тускло-желтое кольцо, которое мне сразу же понравилось, я быстро поднял его и быстро спрятал за пазуху. Обычно я не подбираю брошенные вещи, так как мне моей судьбы хватает, но в этот раз – подобрал.
Вечером, уже после того как покормил свою собаку Чапу и себя заодно, мне все же стало любопытно: что же я такое подобрал. Кольцо оказалось из тусклого желтого металла – не золота, а какого-то другого, на кольце по внешней стороне ободка были нанесены какие-то знаки, а по внутренней – надпись – на непонятном мне языке. Я попробовал его надеть, и оно в какой-то момент скользнуло по среднему пальцу левой руки и удобно устроилось на нем.  По всему телу от пяток до макушки прошла быстрая легкая дрожь и тихий, на грани слышимости, голос, раздавшийся откуда-то справа насмешливо произнес: «Ага, вот ты где! А это кто у нас такой красивый? Новый владелец «Серебряной тени» объявился!»

«Какая такая «Серебряная тень»? Кто это говорит?» - Мелькнула у меня мысль.

«Вечером узнаешь» - ответил тот же голос, - в сновидении.

Вернувшись домой, я больше никуда не ходил. На автомате покормил себя и свою собаку, включил телевизор, в простонародье называющийся «Зомбоящик». По «зомбоящику» умные дядьки и тетки рассуждали на тему сегодняшнего из ряда вон выходящего происшествия. Предлагались разные спорные решения, но было точно известно, что полиция по приказу своего начальства приведена в повышенную боевую готовность, а также психологи и психиатры города Москвы готовы оказать любую психологическую помощь пострадавшим. Так же обсуждалась странная аномалия в центре Москвы, на Кропоткинской, на пересечении Пречистенки и Гоголевского бульвара, где вот уже несколько часов наблюдалась зона необычайно холодного воздуха.

«Странная аномалия в районе станция метро Кропоткинская держится вот уже несколько часов» - вещала озабоченная телеведущая. – «МЧС, ученые пытаются разобраться в происходящем. На связи академик из Сколково Степан Афанасьевич Краузе. Степан Афанасьевич, как вы прокомментируете события, которые происходили у станции метро Кропоткинская?»

«Мы, ученые пока не можем прокомментировать возникшую ситуацию: пока мы наблюдаем аномалию, связанную с изменением времени и температуры - стрелки часов начинают вращаться как бешенные, а температура остается аномально холодной!» - Зачастил Степан Афанасьевич. – «Мы будем продолжать наблюдать «Кропоткинскую аномалию», возможно через несколько дней мы получим новую информацию, проливающую свет на возникшую перед нами загадку».

«Спасибо большое, Степан Афанасьевич», - напряженным от волнения голосом сказала телеведущая, - «Нам поступает информация, что граждане, побывавшие в эпицентре событий, могут обратиться за профессиональной помощью психологов по следующему адресу… Так же стало известно, что поезда следующие по Краснопресненской линии метро не будут останавливаться на станции Кропоткинская».

Я выключил телевизор и вздохнул. Если бы я знал, какая судьба ждет меня, то возможно сбежал бы из Москвы в тот же вечер и не подбирал то злополучное кольцо, но с другой стороны та же судьба, как выяснилось позже, подарила мне удивительное приключение и новых друзей, а также совершенно неповторимую любовь.