Игра

До входа, в зону досягаемости радаров ближнего действия, оставалось 30 минут.
Чан был спокоен, как никогда. Он вспоминал свою жизнь и события, результатом которых было то, что он сейчас сидел в кресле пилота межпланетного военного корабля.

                ***
Эта история произошла в одной Солнечной системе, в которой вращались недалеко друг от друга и по одинаковым орбитам две планеты, с одинаковым климатом и атмосферой. Цивилизация на Первой планете начала развиваться раньше. Ее жители с древних времен наблюдали за Второй планетой, но попали туда только тогда, когда их корабли смогли вылететь в космос. Оказалось, что она обитаема, но ее жители на порядок уступали в развитии людям с Первой планеты. Богатая своими ископаемыми, она привлекла внимание развитых стран Первой планеты, и на Вторую сразу хлынули потоки военных и переселенцев из разных стран. Одни летели туда в поисках лучшей доли, другие, будучи преступниками, надеялись затеряться там и уйти от правосудия. Местные жители Второй планеты, только недавно освоившие огнестрельное оружие, не могли защитить свои земли от захватчиков, имеющих на руках более совершенное вооружение. Тех, кто оказывал сопротивление, уничтожали, остальных переселяли на непригодные для жизни земли, освобождая пространства для городов, промышленности и земледелия. Новообразованные страны, которые вначале являлись сателлитами развитых стран Первой планеты, впоследствии одна за другой стали обретать независимость. Самой большой из таких стран была Яния, основанная на землях с богатыми природными ресурсами и благоприятным для земледелия климатом. Благодаря грамотной экономической политике эта страна за короткий срок достигла серьезного экономического развития. Находиться вдалеке от Первой планеты для Янии было выгодно, потому что на Первой еще не произошел окончательный раздел территорий между странами, вследствие чего ее постоянно сотрясали войны. Яния же не видела на своей земле войны со времен обретения независимости.
Освоение человеком Первой планеты происходило с юга на север. Самой большой северной страной была Рания. Находясь вдалеке от развитых стран, она шла по своему пути. Богатая природными ресурсами Рания с древних времен подвергалась нападениям. Многие сильные страны Первой планеты пытались ее завоевать, но у всех рано или поздно Рания застревала костью в горле, и захватчиков ожидал полный разгром. В ранцах глубоко скрывались безрассудство и непримиримость ко всему, что угрожало их Родине и ее независимости. Из добрых и доверчивых людей на время войны они превращались в железных воинов, остановить их могла только смерть.
 Именно в Рании родилась и окрепла Великая смута, сформированная на основе политических и экономических утопий. Это произошло не по воле судьбы, а потому что в этой стране жили очень доверчивые люди. Их было легко обмануть «светлым будущим» и даже убедить, что для этого необходимо пойти на серьезные жертвы. Немаловажную роль сыграла и война, в которую Рания в то время была вовлечена. Она существенно ослабила державное руководство страны, чем и воспользовались лидеры Великой смуты.
Когда Рания была в крайней степени ослаблена Великой смутой, этим также воспользовался тот, кто в то время был почти властелином на Первой планете. Проанализировав опыт прошлых попыток завоеваний Рании, он сделал вывод, что завладеть ею навсегда можно только при условии полного уничтожения населения. Небольшую и уже неспособную к репродукции часть страны можно было развеять по планете. Но даже будучи очень ослабленной, Рания нашла в себе силы противостоять этой могучей угрозе и впоследствии сыграла основную роль в полном разгроме сил тирана, угрожавшего обеим планетам. В это тяжелое время Яния своевременно оказала Рании существенную помощь—в дни общей опасности страны, как и люди, быстро находят общий язык. Негативной стороной победы было то, что Рания, уничтожая агрессора, несла в освобожденные страны и Великую смуту, которая в той или иной степени их поражала.
Пусть ранцы делали ошибки, но за них они платили очень высокую цену, настолько высокую, насколько серьезными были эти ошибки. И самой большой ошибкой во время Великой смуты стало то, что они оскорбили веру в Бога.
Пытаясь как можно дольше удержать власть, Великая смута спекулировала на понятиях патриотизма, единства и добра, которые для ранцев не были пустым звуком. Среди населения Рании активно проводилась политика неприязни к серьезным финансовым проблемам, так как достаток у всех был почти одинаковый. Эта политика, давала свои положительные результаты в плане моральных ценностей. В ощущении изоляции от враждебного им мира ранцы становились сплоченней, добрее друг к другу. Эти чувства были созвучны их многовековым моральным ценностям. В эти времена ранцами было совершено много побед и открытий, которые власть с удовольствием предписывала на свой счет. Ранская земля издавна отличалась талантливыми людьми, и, если бы не существующий режим, талантливых людей и их достижений было-бы не меньше, а намного больше. Ранцев убеждали, что Рания — самая лучшая и передовая страна, при закрытых для выезда границах, сделать это было несложно. Во время правления Великой смуты было и её золотое время, это было обусловлено открытием крупных месторождений, разработкой и началом продажи ископаемых развитым странам. В это время не было ни голода, ни репрессий, ни видимых экономических проблем, но это время длилось всего два десятилетия. Оно запомнилось многим ранцам, как счастливое и не отягощенное серьезными проблемами время. Не зная реального положения в экономике, они жили уверенно и спокойно за завтрашний день. Они также не знали и о многомиллионных потерях, которые понесла страна в результате построения этого общества. Под гриф секретности также попадали и все катастрофы, и их жертвы, которые тогда происходили. Вера людей своей власти была такой, что даже это незнание входило в долг перед Родиной.
 Но серьезные экономические проблемы страны, с каждым годом, только набирали обороты. Бесхребетная, малоподвижная промышленность была лишена основного стержня. Этим стержнем, во все времена существования Рании, являлся частный капитал и он-же был опорой государству в ненастные годины. Он был планомерно уничтожен Великой смутой еще на заре ее существования. Была уничтожена не просто возможность существования частного капитала, а все люди кто имел к нему хоть какое-то отношение, были объявлены вне закона.  Все имущество и деньги подлежали конфискации, а самих людей сажали в тюрьмы, в лагеря на принудительные работы или просто в чистые поля образовывать поселения.  Счет шел на миллионы, без следствий и судов. Все грандиозные стройки, были обеспечены бесплатной рабочей силой.  Всех, кто не падал духом в этих нечеловеческих условиях и продолжал выражать недовольство, ожидала пожизненная тюрьма или расстрел. Последствиями этой политики явилось почти полное уничтожение промышленной и в особенности сельскохозяйственной структуры, которая в то время в Рании была основной. Как следствие этого сельское население охватил голод, от которого погибли больше десяти миллионов ранцев. Все эти испытания и жертвы не смогли ожесточить ранские сердца. Уже в конце своего правления Великая смута признает, что это было ошибкой и десятки миллионов ранцев будут реабилитированы посмертно. Но эта была далеко не ошибка. Все это делалось с одной целью- государственная монополия на все производство и другими методами, власти Великой смуты, достигнуть этого было невозможно. В частном капитале Великая смута видела свою основную опасность- смена власти. У кого есть деньги, у того есть и власть. Вместе с частным капиталом была также объявлена вне закона, свободно мыслящая научная и культурная интеллигенция, которая не скрывала своего негативного, и даже критического отношения к действующей власти.
 Новая структура экономики промышленности и сельского хозяйства создавалась, без учета интересов государства и граждан. Она создавалась Великой смутой, только с учетом невозможности появления частного капитала, и основывалась лишь на теоретических домыслах недальновидных политиков.
Все это явилось причинами того, что промышленность слабо развивалась. Она не могла развиваться по-другому, ибо это было вопреки многовековым внутриполитическим и экономическим отношениям в стране. Даже обязательная занятость населения на государственных предприятиях, возведенная в ранг закона, не смогла решить экономических проблем Рании. Выпускаемая предприятиями продукция могла кое-как обеспечить внутренние потребности страны, но не могла выйти на мировой рынок из-за своих низких технологий. Необходимое высокотехнологичное оборудование приходилось покупать у   более развитых стран. Повышение своих технологий тоже требовало очень больших вложений, а они были ограничены. Предприятия работали с очень низким экономическим эффектом.
 Своевременное повышение качества промышленной продукции было бессмысленным в условиях отсутствия конкуренции и постоянного спроса на любую из выпускаемой, и также отсутствия серьезной финансовой заинтересованности людей на всех этапах управления и производства. Своевременная модернизация предприятий была невозможной по причине длинного шлейфа централизованного управления, а главное и финансирования производства.  Торговля с близкими по духу и такими-же экономически слабыми странами тоже не приносила больших доходов. из-за их низкой покупательской способности. Цены были политизированы и не отвечали экономическим законам. Такая торговля была больше похожа на помощь. Государственное социальное обеспечение населения жильем, медициной, образованием и обеспечение армии требовало очень больших денег, и вся эта нагрузка, большей частью ложилась на деньги, которые выручались на продаже развитым странам полезных ископаемых нефти, газа, золота, угля и сельхозпродукции.
Вся страна работала, но работала в большей степени, сама на себя. Без активной торговли с развитыми странами передовыми товарами, можно было добиться только определенного уровня развития. Рост населения, и планомерное повышение уровня жизни ранцев, приводило к все большему дефициту бюджета и долго это продолжаться не могло. Простые ранцы не знали о таких проблемах страны, власть им говорила по этому поводу совершенно обратное.
Несостоятельность власти Великой смуты выполнить свои обязательства перед ранцами привело к ее финансовому кризису, из которого она уже не вышла. Смена власти произошла почти бескровно, относительно предыдущей смены семьдесят лет назад, когда погибли миллионы ранцев. Для простых граждан это было неожиданностью и шоком. Они давно привыкли к тому, что государство обеспечивало их работой, жильем, медицинским обслуживанием. После падения государства большинство граждан оказались неподготовленными и неприспособленными к экономическим отношениям, которыми жили все страны в солнечной системе. 
Открытие торговых границ с развитыми странами явилось серьезным ударом, по и без того слабым, промышленным предприятиям. Теперь продукция, которая на них выпускалась стала не нужна и самим ранцам, они стали покупать более качественную, приходящую из-за границы. Предприятия закрывались, не выдерживая торговой конкуренции, ранцы оказывались на улице. В этих тяжелых экономических условиях смогли выжить только предприятия-гиганты, которые хоть и требовали существенной модернизации, но все-же работали. Почти всю малую, среднюю и крупную промышленность Рании пришлось поднимать заново. Это произошло уже в третий раз за последнее столетие, но теперь с помощью легализации частного и привлечением иностранного капитала.
 Великая смута продержалась в Рании долгое время, только опираясь на богатые природные ресурсы страны, но в итоге она была обречена. Второй такой (болезни) Рания пережить уже не сможет, ее просто не станет как страны.          К тому же, во времена захвата Рании  Великой смутой, её территорию разделили на отдельные субъекты, по национальному признаку— так было легче установить и удержать новую власть. Сработал старый, проверенный способ- разделяй и властвуй. Впоследствии после падения Великой смуты, все субъекты получили независимость. Ко всем проблемам добавилось и то, что Рания потеряла огромную часть своих территорий, а десятки миллионов ранцев, живших на этих территориях, потеряли свою Родину.  Эти потери Рания перенесла достойно— на карте стояли более важные вещи. Почти за сто лет Великой смуты Рания превратилась из великой державы, с которой не могла не считаться ни одна из развитых стран, в страну со слабой экономикой, недостаточным военным потенциалом, которого требовало время, и, как следствие, со слабым политическим положением.
Впоследствии состоялся государственный судебный процесс, в котором были вскрыты все засекреченные факты преступлений Великой смуты перед Ранией и ранским народом, на протяжении всего срока правления и осуждены. Именам вождей Великой смуты была дана объективная оценка в истории страны.
К освобождению Рании от Великой смуты Яния также приложила немало усилий. И Рания по большому счету была ей за это благодарна, но для Янии этого было недостаточно— ей нужно было большее.
 Яния, молодая страна, не имеющая глубоких моральных, нравственных и исторических корней, была основана на нескольких разных культурных ветвях. Из каждой ветви янцы брали только то, что считали нужным и выгодным для своей страны. Возможность сделать такую страну, какую они хотят, подвигла их на мысль, что можно сделать и Солнечную систему такой, как они хотят. Умело оперируя деньгами и военной мощью, янцы добились серьезных результатов. Они были уверенны, что их военная сила и деньги смогут решить все поставленные задачи.
Военная мощь и мировое экономическое влияние янцев, впоследствии стали фундаментальной основой для благосостояния их страны. Руководство Янии вовремя поняло, что зарабатывать деньги можно не только на производстве, но и на страхе. Этим свойством когда-то воспользовалась и Великая смута во времена своего могущества. Несмотря на множество слабых звеньев в экономике, Рания и все страны, охваченные Великой смутой, имели серьезный валютный потенциал. Этот потенциал диктовался Великой смутой всем странам, и являлся основой благосостояния Рании. И он-же стал одной из причин обострения отношений с Янией. Являясь не сопоставимым с реальным положением в экономике, он в последствии рухнул. Он рухнул вместе со страхом, всех остальных стран перед Великой смутой. Яния воспользовалась опасным моментом максимального распространения Великой смуты и предлагала свою защиту другим государствам, которые ее принимали. Тем самым янцы расширили сферы военного влияния и на Второй, и на Первой планете. Великая смута со временем ослабла —утратив власть. Она уже не могла серьезно повлиять на всемирную историю человечества. От роли военных защитников янцы плавно перешли к роли устрашения. Разжигая очередные конфликты вокруг Рании, янцы пытались оправдать и удержать военное влияние на Первой планете, без которого Яния была бы страной с гораздо меньшими экономическими возможностями. Янцы считали свое общество самым лучшим и передовым, не думая о том, каким образом отчасти они пришли к этому, по их мнению, совершенству. Они уже не видели, и не могли видеть опасности для себя, которая исходила от них самих.
Все это было уже в далеком прошлом. Сегодня Рания , несмотря на все препятствия со стороны Янии и других наиболее развитых государств, подняла экономику, укрепила свой военный потенциал. Своей миролюбивой и справедливой политикой, она возродила былое уважение других стран. Но сильная Ранния , как экономический и политический конкурент, Янии была не нужна. Исчерпав все возможные методы экономического и политического давления, правительство Янии решило развязать войну на Первой планете. Воевать самой, не входило в ее планы, это нужно было сделать чужими руками

                ***
Военная карьера Чана началась очень успешно. Еще в школе он знал, что будет военным летчиком-космонавтом, и по ее окончании без труда поступил в военное училище. После училища была военная академия и работа в конструкторском бюро, потом высшая школа военно-космических сил. Он был одним из немногих летающих конструкторов. К 40 годам он уже многого добился, и его заметило высшее военное руководство Рании. Карьера не была для него целью, она была средством для достижения мечты — сделать свою страну более сильной и неуязвимой.
Ночью в доме Чана раздался звонок, по прямой линии с министром обороны.
—Полковник Чан, я жду вас у себя немедленно.
—Слушаюсь, господин генерал.
Такие вызовы были крайне редки и, как правило, имели под собой серьезные основания.
—Разрешите войти, господин генерал?
—Проходите, полковник, присаживайтесь. Я сейчас от Главного, четыре часа назад, прорваны наши западные границы. Лисия под напором  Янии, снова хочет вернуть земли, бывшие у нее во время Великой смуты. Мы конечно не собираемся отдавать земли наших предков, но в этом случае у этой войны не будет конца. Как только мы перейдем границы Лисии, в войну вступят, связанные союзом, еще пять стран, уже имеющих ядерное оружие. Спасти нашу планету от уничтожения будет уже невозможно.  Янцы думают, что они смогут остаться в стороне, и переждут, пока мы тут поубивает друг друга. 
—Неужели они ничего не понимают? Если наша планета, в результате одновременного удара сойдет с орбиты, она неминуемо потянет за собой и Вторую.
— Жажда власти и денег затмили их разум. Полковник Чан, я вас вызвал, как одного из лучших специалистов в области космонавтики и ракетного вооружения.  Нам нужен точечный удар по их самому безлюдному месту— допустим, по ядерному полигону. Мы, конечно, можем пробить оборону янцев, но нам не нужен массированный удар. Это однозначно будет расцениваться, как нападение, а это уже война, в которой погибнут обе планеты.
—Даже если мы ударим по полигону, будет ответный удар, господин генерал.
—Мы его отобьем. Но если они ударят по городам, то это еще раз докажет весомость их намерений, а мы привыкли о серьезных вещах говорить серьезно. Скажите, полковник, есть ли возможность это сделать и сколько потребуется времени, которого у нас нет, чтобы это просчитать и найти слабое место в их обороне?
—Мы можем нанести такой удар.
—Полковник, я не шучу!
Генерал привстал с кресла. Чан тоже поднялся.
—Я тоже не шучу, господин генерал. Присядьте, я вам сейчас все объясню. Два года назад я увидел брешь в нашей обороне. Наша ракета, поймав цель, идет за ней. И если по цели выпущены две ракеты, то они не должны бояться друг друга, иначе это может помешать им выполнить задание. Если задать двум ракетам противника такие траектории, чтобы идущие за ними наши ракеты столкнулись между собой, то так оно и произойдет. На основе этого я составил программу для двух ракет, которые неуязвимы для идущего за ними четного числа ракет противника.
—А если число ракет будет нечетным?
—То одна ракета в любом случае достигает своей цели.
— И эта брешь в нашей обороне существует до сих пор?
—Да, но если противник ее не видит, то для него ее не существует. Если бы янцы проводили подобные разработки в этом направлении, я знал бы об этом. К тому же если бы я начал какие-то серьезные испытания в этой области, то мы бы сейчас не имели то, что имеем.
— Ну, а если бы с вами, полковник, что-нибудь случилось, вы бы все это унесли с собой?
— Нет, господин генерал, в этом случае на следующий день вам на стол лег бы весь пакет документов. Я об этом позаботился.
— Полковник, вы смогли проверить на практике вашу программу?
— К сожалению, нет. У меня была только возможность компьютерного моделирования испытания этой программы на основе данных новейшего вооружения вероятного противника. Результаты были стопроцентными.
— Если все так просто, то мы можем хоть сейчас нанести такой удар? Самый ближайший ракетоноситель у нас есть совсем недалеко от их орбиты.
— Не так все просто. У противника две линии обороны, орбитальная и наземная. Если мы применим эту программу на орбитальной линии, то на подходе к наземной ракеты противника уже будут от нее защищены. Эту программу можно применить только один раз.
—Ваши предложения, полковник.
—Наша система «Купол» может провести группу кораблей незамеченными только до радаров ближнего действия, но нам этого хватит. Орбитальную линию обороны нужно пройти без применения программы.
—Каким образом?
— Несколько кораблей-истребителей создадут коридор, по которому и пройдет ракетоносец.
—У вас есть предложения, кто полетит на главном корабле?
—Разрешите это сделать мне.
—Однозначно нет, полковник, мы не можем вас потерять в такое для страны время.
—Разрешите сказать?
— Говорите.
— Ввести программу в боеголовки необходимо только после прохождения орбитальной линии обороны, и, если программа выдаст какую-то ошибку, никто не сможет ее исправить быстрее, чем я.
— Полковник Чан, мы ведь можем запрограммировать корабли, и они сделают то, что нам нужно.
— Задание очень серьезное, и я бы не доверял это дело технике. Мы не знаем, сколько шпионских программ в нашей компьютерной оборонной системе, а янцы не знают, сколько наших разведпрограмм в их системе. В данном случае человеческие возможности по надежности намного превосходят технические.
—В любом случае вопрос о вашем участии будет решаться главнокомандующим. Плохо, что программа не  испытана, но у нас нет выбора. Думаю, что главнокомандующий будет такого-же мнения… А пока, полковник, подбирайте людей, рассчитывайте маршрут и оптимальное время для вылета. Да поможет нам Господь!
— Разрешите идти, господин генерал?
— Постойте полковник, я хочу вам что-то сказать. При всем своем уважении к вам все же я вас недооценивал.
— Служу Рании!
— Идите, полковник.
Генерал сел в кресло с тяжелым сердцем.
«Отольются вам, янцы, слезы наших жен и матерей. Таких людей теряем»,— процедил он сквозь зубы, обращаясь к невидимым янцам.

Чан вернулся в свой кабинет, сел в кресло, открыл маршрутные карты и данные разведки. Он не мог сосредоточиться, его охватила и не отпускала какая-то волна. Поняв, в чем дело, Чан снял трубку телефона и набрал номер жены.
—Дорогая, я сегодня не приеду, командировка. Я люблю тебя, береги детей.
—Мы все очень и очень ждем тебя.
На последнем слове голос ее сорвался. Послышались гудки.
Она все поняла, подумал он. Может, это даже и лучше, чем узнать об этом завтра. На самом деле таким образом Чан пытался себя обмануть, но он был уже не один, и ему стало легче. Чан умыл лицо холодной водой. После этого он подошел к окну, начинался рассвет. Постояв минуту и почувствовав в себе силы и спокойствие, Чан сел в кресло и начал работать.
 Чан рассчитал все необходимые данные— вылетать нужно было через три часа. Он посмотрел на часы, и ему показалось, что стрелки идут не как обычно. Начался обратный отсчет, подумал он. Чан снял трубку и набрал номер командира элитного состава истребителей.
—Полковник Зак, задание очень серьезное. Нужны пять самых лучших истребителей из твоего подразделения. Сбор у меня в кабинете через час.
—Слушаюсь, господин полковник.
Через час группа пилотов во главе с командиром явилась в его кабинет.
—Господа офицеры, правительство поставило перед нами очень серьезную задачу. Вероятность ее выполнения есть, но вероятность возвращения назад близка к нулю. Командиром группы назначен я. Хотя время и военное, но приказывать я все равно не могу. Мне нужны только добровольцы. Кто готов к выполнению задания, сделайте шаг вперед.
Первым сделал шаг вперед Зак, командир истребителей, за ним последовали все остальные.
—Вопрос считаю решенным. Вылет через два часа. Распоряжения по деталям операции получите позже. Спасибо. Все свободны. Полковник Зак, попрошу вас остаться.
Пилоты ушли, они остались одни.
—Зак, ты мог бы не приходить.
—Я не мог не прийти, Чан.
—Значит, так тому и быть, «Купол» выдержит и семь кораблей.
Они пожали друг другу руки и обнялись.
—До встречи на космодроме.
—До встречи.
Зак ушел, а Чан вспомнил первую с ним встречу. Пятнадцать лет назад Зак учил его летать на больших и серьезных машинах, тогда, конечно, не подозревая, что через годы попадет в распоряжение своего ученика. Все это время Чан поддерживал с Заком хорошие отношения. После получения должности в ставке высшего руководства страны Чан пригласил на освободившуюся должность командира элитного подразделения именно Зака. Многолетняя служба, а тем более сегодняшний эпизод доказали, что Чан в нем не ошибся.

До входа в зону радаров осталось пять минут. Чан включил общую связь.
— Господа офицеры, говорит командир группы. Сейчас могу ответить на самый важный для вас вопрос. Хотя на моем борту ядерное оружие, но цели боеголовок—не мирные и даже не совсем военные. Целью является пустыня, ядерный полигон, но это земля янцев, а это самое главное! Не уроним честь ранских офицеров. С нами Бог, за нами Рания… Полковник Зак, принимайте командование группой на себя.
— Слушаюсь, господин полковник… Командир, мы еще увидимся?
— Обязательно, ребята.
Зак принял командование.
— До входа в зону радаров осталась одна минута. Всем экипажам —минутная готовность. По команде расходимся, ширина коридора…
Чан выключил громкую связь. Пилоты знали свое дело. Он дал машине полный ход. Почувствовалась перегрузка. Вынув из кармана загрузочный носитель с новой программой, Чан вставил его в гнездо и нажал кнопку «загрузка».
Внезапно гул турбин корабля изменился— это автоматика снижала скорость перед входом в атмосферу. Он бросил взгляд на радар: из шести кораблей осталось четыре. «Молодцы, держатся», — подумал он. На максимально допустимой скорости его корабль входил в плотные слои атмосферы. Когда они закончились и восстановилась видимость радаров, экраны засветились. Вдруг загорелось красное табло «атака». Чан бросил взгляд на радар— в его сторону летели три ракеты с орбитальной линии обороны. Это означало, что все, кто летел с ним, уже исполнили свой последний долг. Но эти ракеты уже не могли помешать выполнить задание. На табло загорелся зеленый огонек. Система оповестила: «Загрузка успешно завершена». Чан включил тормозные двигатели, и, когда скорость стала допустимой для пуска, с корабля стартовали две пары ракет и разошлись в разные стороны, чтобы попасть в одно и то же место.
«Ну, летите, голубушки, а я еще повоюю». Машина, освободившись от десятков тонн груза, стала маневренней. Чан, выжимая из корабля все силы, пошел на противоракетный маневр. Вспомнились молодые годы, когда он был летчиком-испытателем и в его работу входило выжимать из машины все до капли,—результаты испытаний тогда часто превосходили ожидания.
«Я должен это увидеть», — подумал Чан. Используя противоракетные системы, он сменял один маневр на другой. С наземной линии обороны в его сторону летели уже десятки ракет.
Вдруг кабину осветили тысячи солнц.Его корабль вышел из-под контроля, и его куда-то понесла бешенная сила. Задание было выполнено. Чан закрыл глаза, но не от света, а потому что дальнейшее его уже не интересовало.

                ***
Разобравшись с тем, какая страна их атаковала, янцы произвели ответный удар. Они прекрасно понимали, что будет, если вдруг ранцы используют весь имеющийся потенциал оружия. Даже при самой лучшей во всей Солнечной системе защиты, какая была у янцев, отразить можно будет не более восьмидесяти процентов боеголовок. Но и двадцати процентов хватит, чтобы превратить все крупные города в руины. Погибнут в одночасье десятки миллионов янцев, а остальных это ждет позже. Сейчас от них зависело, начнется война, в которой не будет победителя, или нет. И они ударили по такой же безлюдной пустыне Рании. Ранцы были готовы к ответному удару, и ни одна из множества ракет, выпущенных янцами, до земли Рании не долетела—все были сбиты в воздухе.
Потом наступила тишина, зловещая тишина. Боевые единицы во всех странах на обеих планетах были приведены в полную боевую готовность, и генералы ожидали только команды.
Эту тишину нарушили звонки по дипломатическим линиям. Они летели из разных стран в Ранию и в Янию с просьбой и мольбой прекратить перестрелку.
В первую очередь Ранию поддержали страны Первой планеты, которые давно были недовольны вольностью и безнаказанностью янцев. Потом к ним присоединились страны, просто стремящиеся к миру на Первой планете. И в последнюю очередь отреагировали страны, которые были под защитой янцев,—они наконец поняли, кому на самом деле нужна была война на Первой планете, а кто делает все, чтобы ее там не было. К тому же, как янцы смогут защитить их, если не смогли защитить себя?
После этого инцидента мировое сообщество двух планет, в которое входили абсолютно все страны, пришло к необходимости подписать резолюцию. В ней объявлялось,одним днем, об окончательном завершении процесса передела границ стран на обеих планетах. Спорным территориям, на которых велись военные действия в данный момент, был определён статус отдельных государств. Инициатором обязательности подписания этого документа была Ранния. Попытки завоевать чужие земли, и расширить свои границы, обрекало любую страну на полную экономическую и политическую изоляцию. А той стране, чьи границы хотели насильно изменить, оказывалась всесторонняя помощь. Реальной возможности, захватить какую-либо страну, не было даже у самых сильных держав. Человечество поняло, что мир, в котором главной ценностью являются деньги, обречен на уничтожение.
 Это обеспечило двум хрупким мирам, мирную жизнь еще на сотни лет.