Азбука жизни Глава 7 Часть 38 Волнение за экономик

Глава 7.38. Волнение за экономику и дороги

— Почему не спится?
Настёна смотрела на меня с тем тихим, понимающим беспокойством, от которого не скрыться.
— Ты вчера с Сашенькой по Невскому гуляла?
— Попыталась. На машине было не проехать.
— И какие впечатления? — раздался из темноты спокойный голос Вересова.
— А ты почему не спишь? — вместо ответа спросила я.
— Анастасия Ильинична, — обратился он к моей бабушке, — насколько же ваша внучка впечатлительна.

Я не стала возражать. Когда живёшь внутри себя, вроде бы ничего не замечаешь вокруг. А потом выходишь на улицу… Как вчера. Огромное, плотное скопление людей на Невском. И среди них — так много лиц с юга, из бывших союзных республик. Возникает полное ощущение, что находишься не в Петербурге, а где-нибудь в оживлённом Ташкенте.

С одной стороны, это радует: видишь их спокойные, даже счастливые лица, чувствуешь, как хорошо их принимают здесь, в северной столице. Нет ни неприязни, ни отторжения — есть лёгкий, деловой гул многоязычной толпы.

Но с другой… С другой стороны, накатывает странное, глухое волнение. Не за них. А за что-то большее. За экономику, которая почему-то не здесь, не на этих улицах. За дороги, которые вроде бы есть, но куда-то не туда ведут. За эту сложную, невысказанную тревогу, которая витает в самом воздухе, прикрытая белыми ночами и туристическим оживлением.

— Нет, Николенька, — тихо сказала Настёна, вставая. — Я вас отлично слышу. Белые ночи прекрасны, но мне, пожалуй, лучше пойти в детскую, досыпать рядом с Сашенькой. Простите.

Она мягко коснулась моей руки, проходя мимо, и её прикосновение было ответом на все невысказанные вопросы. Ответом, в котором было и понимание, и усталость, и та самая тихая тревога, что живёт в сердце каждого, кто смотрит на этот город не как турист, а как хозяин.