Зеленый танк в голубом небе

Он летел не спеша, качаясь и переваливаясь с боку на бок. Как и положено уважающему себя танку имелись корпус, башня, гусеницы и пушка. Камуфляж пятнисто-зеленого цвета гармонично вписывался в буйство майской зелени. Только лететь-то он  и не должен был. А летел. Летел между платаном и его соседом каштаном.  Блестящая ленточка волочилась следом, цеплялась за ветки и тормозила движение к цели. Целью было  голубое небо, спрятавшееся за кронами деревьев.

Танку хотелось на свободу. Он только прикидывался танком к радости маленького мальчика, стоящего внизу в толпе людей и с грустью провожающего его глазами. А на самом деле танк был скромным воздушным шаром в форме танка. Как всякому воздушному шару ему хотелось безмятежного полета в безбрежном голубом небе. И не знал он о том, что танки летать не могут, ему это было не интересно, да и неважно это было.

–Не расстраивайся, пусть летит. Смотри, вот солдатики идут, за ними моряки, а потом танки поедут.

–Настоящие?

–Самые что ни на есть настоящие.

Папаша в выбеленных джинсах и стильной майке с приколотой к ней георгиевской ленточкой потрепал глазастого пацаненка по волосам. Мама стояла рядом с полуторагодовалой девочкой на руках. Ребенок спал под барабанный бой, крики «Ура», чеканку  военного шага и речитатив песни «Катюша», спал крепко, утомленный долгим гулянием на свежем воздухе  и разморенный по-летнему жарким солнцем. Длинные ресницы отбрасывали на круглые щечки пушистые тени. Молодой маме держать ребенка на руках становилось все тяжелее и тяжелее, устало подумалось: «Надо было легкую коляску взять. Не догадались». Девочку перехватил папаша, с нежностью поправил модную кепку с козырьком, закрывая от солнца лицо безмятежно спящего ребенка.

Уже прошли десантники, моряки, подводники и казаки. Громыхали танки и другая боевая техника. Народ вдоль огражденной центральной улицы хлопал, размахивал флажками и жизнерадостно кричал «Ура». Каштаны щедро осыпали проходящих военных и боевые машины нежными бело-розовыми цветами. Ребенок мирно спал, а танк парил высоко в небе.

Бессмертный полк тек нескончаемой рекой. Фотографии прадедов несли как две капли воды похожие на них правнуки и внуки. Молодая мама катила впереди себя коляску с малышом,  в другой руке несла портрет бабушки с такими же, как у нее круглыми и веселыми глазами. Рядом подпрыгивая и пританцовывая, бежал сынишка чуть старше первого. Умильно строил младшему «рожи», не забывая стрелять по сторонам круглыми озорными глазами.

Неся портреты прадедов, прошла группа парней лет двадцати трех-двадцати пяти.  В джинсовых карманах непрерывно звонили смартфоны, периодически извлекались из глубин карманов и вновь туда водружались. Руки холодили запотевшие банки колы, на легкомысленных майках гордо красовались аккуратно сложенные бантом георгиевские ленты. Не обошлось без женской руки. Деды на портретах выглядели серьезными. И только изредка брошенный насмешливый взгляд на проглядывающие через дырявые брюки голые колени отпрысков  выдавал хорошее расположение духа предков.

Молодая беременная женщина шла, опираясь на руку мужа.  Муж светился от гордости за жену, носящую под сердцем его ребенка, и своих дедов. Женщина  несла комбинированный портрет родственников своей семьи и семьи мужа. Их прадеды  прошли  ту страшную далекую войну от первого до последнего дня, выжили и вернулись домой. А через семьдесят лет  потомки встретились и соединили два рода в маленьком, еще не рожденном человечке.

Благодарная память находила выход в чистых и светлых слезах памяти. Старшее поколение слезы не сдерживало. Женщины, не стесняясь,  промокали глаза платками, мужчины смахивали слезу украдкой. Благодарность за подвиг предков расширяла сердца, переполняя гордостью за своих родных,  народ и страну. Такой  уж это праздник, День Победы, со слезами. 

У молодежи перехватывало дыхание. Начинались разговоры о планах на вечер и о том,  как  бы все успеть: на салют попасть, по центральному каналу парад в Москве посмотреть. Дыхание выравнивалось и вновь сбивалось от взгляда, брошенного на размеренно идущий Бессмертный полк. Вечный полк нашей памяти. Что-то не то было с этим дыханием целый день, а еще громко и часто стучало сердца. Тревожилось.

Души парили легко.

Девочка спала крепким и сладким сном на руках у папы, козырек кепки укрывал от жарких солнечных лучей. Каштаны не жалели цветов, осыпая ими мостовую и людей.

А танк (да, да, именно танк!) гордо парил в голубом мирном небе.