Азбука жизни Глава 9. 38. Мудрость с опытом приход

Глава 9.38. Мудрость с опытом приходит

— Можешь объяснить, Вика, почему тебя никаким успехом не пробить?

Мы сидим в ресторане друга Ричарда в Сан-Франциско. Вчера после подиума у нас был концерт. Хотя тот подиум стал скорее репетицией — мы выступали с Дмитрием Александровичем и Эдиком. А я по просьбе Дианочки больше времени провела на сцене в её новых нарядах. И впервые почувствовала радость от успеха — но осознанную, не слепую. После концерта все пели мне дифирамбы, а я думала лишь о том, как мне повезло родиться в среде, которая позволяет раскрывать все данные природой возможности.

Ричард пытается объяснить своей красавице, что сдержанность к успеху воспитывается в семье — на генетическом уровне.

— Диана, два часа назад Тиночка, зная, что я обрадуюсь за её сына не меньше неё, прислала письмо. Её гениальный ребёнок получил диплом за проект — тот самый, о котором вы все знаете. Их группа заняла первое место в России. И попробуй задай этому двенадцатилетнему вопрос о его успехе — он промолчит. Потому что понимает: награда дана за реальный труд. Я с улыбкой зову его маленьким гением, но всерьёз он меня не поймёт.
— Родная, Виктория очень доходчиво объяснила: здоровый человек не должен эмоционально реагировать на успех.
— Верно, Ричард! В этом и залог любого дела — когда в удаче мы видим плоды своего труда, приносящие радость другим или благополучие.
— Это очень важно понимать, Диана!

Эдик, не меняя моей интонации, поддержал — и всех рассмешил.

— Я была поражена ребёнком Тиночки с первой минуты. Его умные глаза меня тогда потрясли. У него прекрасная генетика в четырёх поколениях. Папа и мама обожают друг друга — это влияет на развитие ребёнка в первую очередь. Но Миша был с ним очень требователен. В детстве Игорёк больше был с бабушками — мы даже звали его «дамским угодником». А подрастая, потянулся к отцу и деду, хотя последнего из-за занятости видел редко. Миша даже переживал, видя, что сын ближе к бабушкам и маме.
— Но наступил момент, — с восхищением сказал Ричард.
— Да! Как-то я, заметив состояние Миши, объяснила ему: ещё в роддоме было ясно — родился гений. И если честно, все эти успехи ребёнка пока лишь тревожат. Тиночка, видя, что я хорошо на Игорька влияю, попросила с ним поговорить — он стал отдаляться от одноклассников. В праздники в Петербурге я воспользовалась моментом. И меня поразило, как он воспринял мой «шутливый» разговор.
— Ты решила поговорить с ним, как обычно?
— Да, Эдик. Но пришлось вести беседу…
— Как со взрослым?
— Конечно, Диана! Это меня тогда и взволновало. Я объяснила ему причину его отношения к одноклассникам.
— Любопытно!
— Ничего любопытного, Эдуард Петрович!
— Это что же, Виктория Георгиевна, вы в школе уже с нами играли?!
— Нет, Эдуард, она вам прощала все детские шалости.
— Верно, Ричард! Я сказала ему: надо принимать друзей разумно и прощать то, что вызывает отторжение.
— Он не принял?
— Нет, Ричард.
— А ты, Викуль, рано научилась правильно вести себя в любой ситуации?
— Диана, вот ты и ответила на свой вопрос, почему Вика равнодушна к успеху. Она с детства смотрела на всё разумно.
— Эдик, а ты откуда знаешь?
— Ещё по музыкальной школе! По тому, как ты общалась с подружками.

Но если бы ты знал, Соколов, как мне это давалось тяжело. Я рано научилась скрывать свои чувства. А Игорёк у Тиночки не терпит ничего, что выходит за рамки разума. И как здесь разобраться? Когда на глупость, ненависть и зависть окружающих не обращаешь внимания, пытаясь объяснить себе необъяснимое, а потом страдаешь — потому что вынужден терпеть то, что унижает.

— И как же ты ему объяснила, как принимать окружающее, если оно оскорбляет своим присутствием?
— Да никак, Ричард! Он и сам всё понимает — что отвергать невозможно, но и принять нельзя, поэтому иногда замыкается. Всё зависит от обстоятельств. Здесь уже не разум, а природа торжествует, пока с опытом не придёт мудрость.
— Только сколько разочарований, Викуль…
— А что делать, Дианочка?